Про опрощение (и немного про ничего-себе-этимологию)
Это явление, при котором сложная основа слова становится монолитной: бывшие суффиксы или приставки намертво прирастают к корню, превращаясь в единое целое. Почему это происходит?
Главная причина — обрыв смысловой связи между «родителем» и «потомком». Если исходное слово устаревает и выходит из обихода или если значение производного слова уходит слишком далеко в сторону, новые поколения перестают осознавать границы между морфемами. Суффикс теряет свою смысловую самостоятельность и просто растворяется в корне.
Окно. Сегодня в этом слове корень ОКН-. Но исторически оно состояло из корня ОК- (от древнерусского око — глаз) и суффикса -Н-. Окно в древности буквально означало «глаз дома» (проем для наблюдения). Когда слово око в живой речи уступило место слову глаз, логическая цепочка порвалась, суффикс потерял опору и намертво сросся с прежним корнем.
Кольцо. Современные словари выделяют здесь неделимый корень КОЛЬЦ-. Однако произошло оно от общеславянского слова коло, которое означало «круг» (от него же в языке остались колесо, колея и предлог около). Слово кольцо изначально было обычной уменьшительной формой, означавшей «маленький круг», где -Ц- выступал суффиксом. Древнее коло исчезло, а суффикс стал частью нового большого корня.
Рубашка. В древности славянская одежда производилась просто: брался кусок холста, отсекался по размеру и подрубался. Этот грубый отрез ткани назывался руб (от глагола рубить). К нему добавили один суффикс — получилась рубаха, а затем второй — вышла рубашка. Сегодня мы не ассоциируем одежду с обрубком ткани, поэтому весь этот исторический слоеный пирог превратился в один монолитный корень РУБАШК-.
Мы в Max - подписаться
Это явление, при котором сложная основа слова становится монолитной: бывшие суффиксы или приставки намертво прирастают к корню, превращаясь в единое целое. Почему это происходит?
Главная причина — обрыв смысловой связи между «родителем» и «потомком». Если исходное слово устаревает и выходит из обихода или если значение производного слова уходит слишком далеко в сторону, новые поколения перестают осознавать границы между морфемами. Суффикс теряет свою смысловую самостоятельность и просто растворяется в корне.
Окно. Сегодня в этом слове корень ОКН-. Но исторически оно состояло из корня ОК- (от древнерусского око — глаз) и суффикса -Н-. Окно в древности буквально означало «глаз дома» (проем для наблюдения). Когда слово око в живой речи уступило место слову глаз, логическая цепочка порвалась, суффикс потерял опору и намертво сросся с прежним корнем.
Кольцо. Современные словари выделяют здесь неделимый корень КОЛЬЦ-. Однако произошло оно от общеславянского слова коло, которое означало «круг» (от него же в языке остались колесо, колея и предлог около). Слово кольцо изначально было обычной уменьшительной формой, означавшей «маленький круг», где -Ц- выступал суффиксом. Древнее коло исчезло, а суффикс стал частью нового большого корня.
Рубашка. В древности славянская одежда производилась просто: брался кусок холста, отсекался по размеру и подрубался. Этот грубый отрез ткани назывался руб (от глагола рубить). К нему добавили один суффикс — получилась рубаха, а затем второй — вышла рубашка. Сегодня мы не ассоциируем одежду с обрубком ткани, поэтому весь этот исторический слоеный пирог превратился в один монолитный корень РУБАШК-.
Мы в Max - подписаться
👍84🔥31🤩7👏4
👍130🤓53🔥14😢8👏6🤣4🤯2👎1🤩1
Бегающие гласные
Вы с детства привыкли к этому фокусу: был «сон» — стал «сна», был «день» — стал «дня». Гласные О и Е то появляются в корне, то бесследно испаряются при склонении. В школе это просят просто запомнить как чередование беглых гласных, но на самом деле перед нами — последствия масштабной лингвистической реконструкции XII века. В грамматике этот процесс называется падением редуцированных.
До XII века в древнерусском языке не было никаких беглых гласных. Зато были два специфических сверхкратких (редуцированных) звука: Ъ (произносился как очень краткое «о») и Ь (очень краткое «э»). Они могли находиться либо в «сильной» позиции, либо в «слабой». Сильной позиция была, например, перед другим таким же сверхкратким звуком. Слабой — если звук стоял в самом конце слова или перед обычной, полноценной гласной.
Когда началось «падение», язык глобально избавился от лишнего артикуляционного напряжения: все сильные сверхкраткие превратились в нормальные, полновесные О и Е, а все слабые — полностью и навсегда исчезли из речи.
Сон и сна. В древности слово писалось как сънъ. В именительном падеже конечный Ъ был слабым (он стоял на конце слова) и просто исчез. Зато он спас первый Ъ, сделав его позицию сильной — так корень превратился в полноценный сон. Но изменим падеж на родительный — съна. Полноценная гласная «а» на конце делает звук Ъ в корне слабым. Он испаряется, оставляя нам короткое сна.
День и дня. Та же история со звуком Ь. Исходная форма дьнь. В именительном падеже первый звук усиливается до Е, а финальный отпадает — получается день. В форме родительного падежа (дьня) сильная гласная Я убивает слабый Ь, оставляя корень без гласной — дня.
Кусок и куска. Механизм работал не только в корнях, но и в суффиксах. Исходно было кусокъ и кусока. Финальный Ъ отпал, превратив суффикс в кусок. А при склонении полноценная А уничтожила редуцированный звук внутри суффикса — куска.
Мы в Max - подписаться
Вы с детства привыкли к этому фокусу: был «сон» — стал «сна», был «день» — стал «дня». Гласные О и Е то появляются в корне, то бесследно испаряются при склонении. В школе это просят просто запомнить как чередование беглых гласных, но на самом деле перед нами — последствия масштабной лингвистической реконструкции XII века. В грамматике этот процесс называется падением редуцированных.
До XII века в древнерусском языке не было никаких беглых гласных. Зато были два специфических сверхкратких (редуцированных) звука: Ъ (произносился как очень краткое «о») и Ь (очень краткое «э»). Они могли находиться либо в «сильной» позиции, либо в «слабой». Сильной позиция была, например, перед другим таким же сверхкратким звуком. Слабой — если звук стоял в самом конце слова или перед обычной, полноценной гласной.
Когда началось «падение», язык глобально избавился от лишнего артикуляционного напряжения: все сильные сверхкраткие превратились в нормальные, полновесные О и Е, а все слабые — полностью и навсегда исчезли из речи.
Сон и сна. В древности слово писалось как сънъ. В именительном падеже конечный Ъ был слабым (он стоял на конце слова) и просто исчез. Зато он спас первый Ъ, сделав его позицию сильной — так корень превратился в полноценный сон. Но изменим падеж на родительный — съна. Полноценная гласная «а» на конце делает звук Ъ в корне слабым. Он испаряется, оставляя нам короткое сна.
День и дня. Та же история со звуком Ь. Исходная форма дьнь. В именительном падеже первый звук усиливается до Е, а финальный отпадает — получается день. В форме родительного падежа (дьня) сильная гласная Я убивает слабый Ь, оставляя корень без гласной — дня.
Кусок и куска. Механизм работал не только в корнях, но и в суффиксах. Исходно было кусокъ и кусока. Финальный Ъ отпал, превратив суффикс в кусок. А при склонении полноценная А уничтожила редуцированный звук внутри суффикса — куска.
Мы в Max - подписаться
👍99🔥21🤯8🤩3👎2
В каком варианте ТАК(?)ЖЕ нужно написать раздельно?
Anonymous Quiz
61%
Умение заполнять бланки на ЕГЭ так(?)же важны, как способность решать задания.
17%
Преподаватель так(?)же объяснил нам, как правильно заполнять бланки ЕГЭ.
22%
Последние два месяца я не только готовился к ЕГЭ, но так(?)же участвовал и в нескольких олимпиадах.
👍116🤓40🤯29🔥11👏6🤩5😢4🤣4👎3
Про смену пола рода в русском языке
Слова могут менять свой грамматический «пол» в течение веков. Этот процесс называется миграцией рода. Почему это происходит? Главная причина — конфликт между внешним обликом слова и его окружением. Язык стремится к системности и упрощению. Если слово по своему звучанию (особенно по финальной букве) напоминает большую группу слов определенного рода, носители языка начинают неосознанно склонять его по общему шаблону. Давление грамматической системы нашего языка и аналогии почти всегда оказывается сильнее.
Метро (мужской род → средний род). Когда в 1935 году в Москве открылась первая линия, слово «метро» было мужского рода. Советские газеты писали: «Наш метро — самый лучший в мире». Логика была семантической: «метро» — это сокращение от мужского слова метрополитен. Но. Слова на -О (окно, ведро, пальто) у нас поголовно относятся к среднему роду. Внешняя форма слова оказалась сильнее его происхождения, и уже к 1950-м годам метро окончательно перекочевало в средний род.
Лебедь (женский род → мужской род). До XIX века эта птица была исключительно женского рода. У Александра Пушкина в «Сказке о царе Салтане» мы читаем: «Глядь — поверх текучих вод / Лебедь белая плывет». Финальный Ь исторически позволял словам уходить и в женский род (ночь, мышь), и в мужской (путь, конь). Но в сознании говорящих лебедь встал в один ряд с другими крупными птицами мужского рода — гусем, журавлем, соколом. Произошло выравнивание по ассоциации, и лебедь стал «он».
Рояль (женский род → мужской род). Это слово мы заимствовали из французского языка (royal — королевский). Весь XIX век в русской литературе рояль была дамой. Музыканты говорили: «Старинная рояль была расстроена». Однако, как и в случае с лебедем, победил финальный мягкий согласный. Слова с суффиксом -аль или похожим финалом (фестиваль, календарь, корабль) в русском языке преимущественно мужского рода.
Похожая история прямо сейчас происходит со словом «кофе». Из-за конечной Е язык упорно пытается увести его из исторического мужского рода в средний, по образцу слов поле или каре.
Мы в Max - подписаться
Слова могут менять свой грамматический «пол» в течение веков. Этот процесс называется миграцией рода. Почему это происходит? Главная причина — конфликт между внешним обликом слова и его окружением. Язык стремится к системности и упрощению. Если слово по своему звучанию (особенно по финальной букве) напоминает большую группу слов определенного рода, носители языка начинают неосознанно склонять его по общему шаблону. Давление грамматической системы нашего языка и аналогии почти всегда оказывается сильнее.
Метро (мужской род → средний род). Когда в 1935 году в Москве открылась первая линия, слово «метро» было мужского рода. Советские газеты писали: «Наш метро — самый лучший в мире». Логика была семантической: «метро» — это сокращение от мужского слова метрополитен. Но. Слова на -О (окно, ведро, пальто) у нас поголовно относятся к среднему роду. Внешняя форма слова оказалась сильнее его происхождения, и уже к 1950-м годам метро окончательно перекочевало в средний род.
Лебедь (женский род → мужской род). До XIX века эта птица была исключительно женского рода. У Александра Пушкина в «Сказке о царе Салтане» мы читаем: «Глядь — поверх текучих вод / Лебедь белая плывет». Финальный Ь исторически позволял словам уходить и в женский род (ночь, мышь), и в мужской (путь, конь). Но в сознании говорящих лебедь встал в один ряд с другими крупными птицами мужского рода — гусем, журавлем, соколом. Произошло выравнивание по ассоциации, и лебедь стал «он».
Рояль (женский род → мужской род). Это слово мы заимствовали из французского языка (royal — королевский). Весь XIX век в русской литературе рояль была дамой. Музыканты говорили: «Старинная рояль была расстроена». Однако, как и в случае с лебедем, победил финальный мягкий согласный. Слова с суффиксом -аль или похожим финалом (фестиваль, календарь, корабль) в русском языке преимущественно мужского рода.
Похожая история прямо сейчас происходит со словом «кофе». Из-за конечной Е язык упорно пытается увести его из исторического мужского рода в средний, по образцу слов поле или каре.
Мы в Max - подписаться
1👍121🔥26👏6🤯3
1👍84🤓74🔥14😢6👏3
Слово недели: симпозиум
Сегодня слово «симпозиум» ассоциируется со строгими костюмами, академическими докладами и скучными графиками. Но если бы мы перенеслись во времени на две с половиной тысячи лет назад, то обнаружили бы, что симпозиум — это шумная мужская пирушка с алкоголем.
Перерождение застолья в научный съезд — это пример семантического облагораживания (или мелиорации значения). Этот языковой закон срабатывает тогда, когда слово изначально описывает сложный культурный ритуал, состоящий из материальной (бытовой) и интеллектуальной частей. Со временем общество меняется, приземленный контекст отмирает за ненадобностью, а язык сохраняет только функциональный стержень этого понятия. Слово масштабируется и превращается в абстрактный термин.
Древнегреческое symposion буквально переводится как «совместное питье» (от приставки syn- — вместе, и глагола pino — пить). В античности это была неофициальная часть банкета, когда столы с едой уже унесли, а рабы подавали вино. Но греки не просто выпивали: они выбирали председателя (симпосиарха), который определял пропорцию вина и воды, чтобы гости оставались в тонусе, и задавал тему для дискуссии. Участники пили из чаш и спорили о политике, философии и искусстве (как в знаменитом «Пире» Платона).
За века алкогольный компонент полностью испарился, а формат «собраться вместе, чтобы обсудить важную проблему» остался и стал официальным научным мероприятием.
Мы в Max - подписаться
Сегодня слово «симпозиум» ассоциируется со строгими костюмами, академическими докладами и скучными графиками. Но если бы мы перенеслись во времени на две с половиной тысячи лет назад, то обнаружили бы, что симпозиум — это шумная мужская пирушка с алкоголем.
Перерождение застолья в научный съезд — это пример семантического облагораживания (или мелиорации значения). Этот языковой закон срабатывает тогда, когда слово изначально описывает сложный культурный ритуал, состоящий из материальной (бытовой) и интеллектуальной частей. Со временем общество меняется, приземленный контекст отмирает за ненадобностью, а язык сохраняет только функциональный стержень этого понятия. Слово масштабируется и превращается в абстрактный термин.
Древнегреческое symposion буквально переводится как «совместное питье» (от приставки syn- — вместе, и глагола pino — пить). В античности это была неофициальная часть банкета, когда столы с едой уже унесли, а рабы подавали вино. Но греки не просто выпивали: они выбирали председателя (симпосиарха), который определял пропорцию вина и воды, чтобы гости оставались в тонусе, и задавал тему для дискуссии. Участники пили из чаш и спорили о политике, философии и искусстве (как в знаменитом «Пире» Платона).
За века алкогольный компонент полностью испарился, а формат «собраться вместе, чтобы обсудить важную проблему» остался и стал официальным научным мероприятием.
Мы в Max - подписаться
1👍86🤣22🔥17😢4👏3🤩1
👍128🤓42😢25🤣10🤯7🔥5🤩4
Ещё немного о семантическом сдвиге
Автору очень хотелось вам напомнить о школе.
Школа. Наше главное учебное заведение родилось из абсолютного безделья. Древнегреческое слово schole изначально означало «досуг», «свободное время» или «отдых». Для античного гражданина лучшим отдыхом от тяжелого физического труда были философские прогулки и познавательные беседы. Позже словом schole стали называть места, где эти интеллектуальные беседы проходили, а затем — и сами учебные заведения для детей. Понятие «праздность» полностью перевернулось, подарив вам школы, где многим не до праздности вообще.
Академия. Сегодня это высшее научное учреждение страны, а когда-то — обычная частная собственность. В пригороде Афин росла живописная оливковая роща, которая, по легенде, принадлежала местному герою по имени Академ. Именно в этой роще Платон собирал своих учеников для лекций, и место стали называть Платоновской Академией. Роща давно исчезла, имя ее владельца стерлось бы из истории, но язык превратил конкретный топоним (название места) в очередное учебное заведение.
Каникулы. Самое любимое слово всех учащихся имеет космическое и «собачье» происхождение. На латыни canicula переводится как «собачка», «щенок». Римляне называли так Сириус — самую яркую звезду в созвездии Большого Пса. Появление Сириуса на утреннем небосклоне в конце июля совпадало с периодом самой невыносимой летней жары. Эти дни называли dies caniculares (собачьи дни). Из-за удушающего зноя в Риме прекращались заседания сената, закрывались суды и школы. Римляне шли отдыхать, а само латинское название «собачьих дней» со временем превратилось в термин для обозначения перерыва в учебе. Поздравляю, вы в разгаре собачьих дней!
Мы в Max - подписаться
Автору очень хотелось вам напомнить о школе.
Школа. Наше главное учебное заведение родилось из абсолютного безделья. Древнегреческое слово schole изначально означало «досуг», «свободное время» или «отдых». Для античного гражданина лучшим отдыхом от тяжелого физического труда были философские прогулки и познавательные беседы. Позже словом schole стали называть места, где эти интеллектуальные беседы проходили, а затем — и сами учебные заведения для детей. Понятие «праздность» полностью перевернулось, подарив вам школы, где многим не до праздности вообще.
Академия. Сегодня это высшее научное учреждение страны, а когда-то — обычная частная собственность. В пригороде Афин росла живописная оливковая роща, которая, по легенде, принадлежала местному герою по имени Академ. Именно в этой роще Платон собирал своих учеников для лекций, и место стали называть Платоновской Академией. Роща давно исчезла, имя ее владельца стерлось бы из истории, но язык превратил конкретный топоним (название места) в очередное учебное заведение.
Каникулы. Самое любимое слово всех учащихся имеет космическое и «собачье» происхождение. На латыни canicula переводится как «собачка», «щенок». Римляне называли так Сириус — самую яркую звезду в созвездии Большого Пса. Появление Сириуса на утреннем небосклоне в конце июля совпадало с периодом самой невыносимой летней жары. Эти дни называли dies caniculares (собачьи дни). Из-за удушающего зноя в Риме прекращались заседания сената, закрывались суды и школы. Римляне шли отдыхать, а само латинское название «собачьих дней» со временем превратилось в термин для обозначения перерыва в учебе. Поздравляю, вы в разгаре собачьих дней!
Мы в Max - подписаться
👍87🔥40👏9🤯4🤩3🤣3🤓2
В каком варианте И(?)ТАК написано НЕВЕРНО?
Anonymous Quiz
16%
И так это было сложно, что я не справился и с половиной.
11%
Итак, вы уже на финишной прямой.
73%
Я итак знаю, что пишу грамотно.
👍140🤓46🤣23🔥7😢7👎4🤩2👏1
Про слоги, которые должны быть, но их нет
Если в слове подряд идут два одинаковых или очень похожих слога, мы бессознательно стремимся сэкономить усилия и не произносить один из них. Этот процесс в лингвистике называется гаплологией (от греческого haploos — простой и logos — слово).
Из двух одинаковых слогов, стоящих рядом, язык просто выбрасывает один, чтобы звуковой повтор не тормозил речь. То, что на этапе зарождения слова кажется оговоркой, со временем закрепляется в словарях как единственная норма.
Знаменосец: по законам словообразования этот человек должен называться знамено-носец (тот, кто носит знамя). Но произносить два слога «но» подряд слишком утомительно, поэтому один из них язык просто отсек.
Минералогия: наука о минералах должна строиться по тому же шаблону, что био-логия или гео-логия: берем основу «минерал», соединительную гласную «о» и корень «-логия». На стыке должно было получиться громоздкое минералология. Повтор слога «ло» ликвидировали.
Трагикомедия: жанр, объединяющий элементы трагедии и комедии, изначально конструировался как трагико-комедия. Говорящие быстро избавились от дублирующегося слога «ко», склеив две основы в одно короткое слово.
Такие мы, экономные.
Мы в Max - подписаться
Если в слове подряд идут два одинаковых или очень похожих слога, мы бессознательно стремимся сэкономить усилия и не произносить один из них. Этот процесс в лингвистике называется гаплологией (от греческого haploos — простой и logos — слово).
Из двух одинаковых слогов, стоящих рядом, язык просто выбрасывает один, чтобы звуковой повтор не тормозил речь. То, что на этапе зарождения слова кажется оговоркой, со временем закрепляется в словарях как единственная норма.
Знаменосец: по законам словообразования этот человек должен называться знамено-носец (тот, кто носит знамя). Но произносить два слога «но» подряд слишком утомительно, поэтому один из них язык просто отсек.
Минералогия: наука о минералах должна строиться по тому же шаблону, что био-логия или гео-логия: берем основу «минерал», соединительную гласную «о» и корень «-логия». На стыке должно было получиться громоздкое минералология. Повтор слога «ло» ликвидировали.
Трагикомедия: жанр, объединяющий элементы трагедии и комедии, изначально конструировался как трагико-комедия. Говорящие быстро избавились от дублирующегося слога «ко», склеив две основы в одно короткое слово.
Такие мы, экономные.
Мы в Max - подписаться
👍118🔥15🤩13👏4🤯1🤓1
Эту футболка сделана из _______.
Anonymous Quiz
48%
полиэ́стера
45%
полиэсте́ра
7%
оба варианта допустимы
👍115🤯55🤓27🔥12👎4🤣4
Про суеверия
Наши предки верили в абсолютную, физическую силу слова. В их представлении произнести вслух «истинное» имя опасного хищника, болезни или злого духа означало мгновенно призвать его к себе. Чтобы обезопасить себя, язык выработал систему табу — запретов на произнесение определенных слов. Запретное имя заменяли эвфемизмом — безопасным, описательным «шифром». Со временем страшный оригинал полностью стирался из памяти поколений, а маскировочный эвфемизм становился единственным официальным названием предмета.
Медведь. Общеиндоевропейский корень, называвший этого зверя (родственный латинскому ursus и греческому arktos), славяне панически боялись произносить в лесу. Они заменили его описательной фразой: «мёдом ведающий» (то есть знающий, где лежит мёд). Оригинальное имя зверя уцелело лишь в одном слове — «берлога», что буквально переводится как «логово бера» (где бер — это и есть тот самый древний, запрещенный бурый хищник, родственный английскому bear).
Змея. Настоящее имя этого пресмыкающегося тоже было табуировано из-за страха перед укусами. Вместо него люди стали использовать безопасное прилагательное «земная» — то есть ползающая по земле (от праславянского корня zem-). В процессе языковой эволюции «земная» фонетически упростилась до привычной нам «змеи». Сегодня мы называем опасного гада просто «земным существом», даже не подозревая об этом.
Лось (и Сохатый). Сначала древнее название этого животного заменили на слово «лось» (которое исторически означало всего лишь «рыжий» или «серый»). Но со временем охотники начали бояться и этого слова. Тогда появился второй уровень защиты: лося в лесу стали уважительно называть «сохатый» — из-за его ветвистых рогов, напоминавших крестьянскую соху.
В общем, животных знатно боялись, как вы могли понять.
Мы в Max - подписаться
Наши предки верили в абсолютную, физическую силу слова. В их представлении произнести вслух «истинное» имя опасного хищника, болезни или злого духа означало мгновенно призвать его к себе. Чтобы обезопасить себя, язык выработал систему табу — запретов на произнесение определенных слов. Запретное имя заменяли эвфемизмом — безопасным, описательным «шифром». Со временем страшный оригинал полностью стирался из памяти поколений, а маскировочный эвфемизм становился единственным официальным названием предмета.
Медведь. Общеиндоевропейский корень, называвший этого зверя (родственный латинскому ursus и греческому arktos), славяне панически боялись произносить в лесу. Они заменили его описательной фразой: «мёдом ведающий» (то есть знающий, где лежит мёд). Оригинальное имя зверя уцелело лишь в одном слове — «берлога», что буквально переводится как «логово бера» (где бер — это и есть тот самый древний, запрещенный бурый хищник, родственный английскому bear).
Змея. Настоящее имя этого пресмыкающегося тоже было табуировано из-за страха перед укусами. Вместо него люди стали использовать безопасное прилагательное «земная» — то есть ползающая по земле (от праславянского корня zem-). В процессе языковой эволюции «земная» фонетически упростилась до привычной нам «змеи». Сегодня мы называем опасного гада просто «земным существом», даже не подозревая об этом.
Лось (и Сохатый). Сначала древнее название этого животного заменили на слово «лось» (которое исторически означало всего лишь «рыжий» или «серый»). Но со временем охотники начали бояться и этого слова. Тогда появился второй уровень защиты: лося в лесу стали уважительно называть «сохатый» — из-за его ветвистых рогов, напоминавших крестьянскую соху.
В общем, животных знатно боялись, как вы могли понять.
Мы в Max - подписаться
👍101🔥22🤯10👎3🤓3🤩1
🔥304👍68🤓30👎6🤣5😢3🤩1
Как люди стали предметами
В лингвистике процесс перехода имени собственного в имя нарицательное называется деэпонимизацией: исторический деятель, изобретатель или скандалист настолько прочно связывается в сознании общества с конкретным предметом или поступком, что язык просто стирает заглавную букву. Биография человека исчезает, а его фамилия становится удобным, компактным термином для повседневного явления.
Силуэт: Этьен де Силуэт был министром финансов Франции при Людовике XV. Он прославился фанатичной экономией, урезанием пенсий и призывами отказаться от роскоши. В это же время в моду вошли дешевые портреты — вырезанный из черной бумаги профиль, не требовавший дорогих красок. Такое «искусство для бедных» французы насмешливо назвали в честь скупого министра.
Ватман: английский фабрикант Джеймс Уотмен (James Whatman) в XVIII веке изобрел новую технологию производства плотной бумаги без характерных следов сетки. В русском языке английское чтение адаптировалось фонетически, и фамилия инженера стала обозначать плотный лист для черчения.
Хулиган: в конце XIX века в криминальных сводках Лондона регулярно мелькала фамилия Патрика Хулигана — вышибалы, грабителя и лидера уличной банды. Ирландская фамилия Hooligan быстро стала нарицательной для обозначения любого агрессивного дебошира, а затем перекочевала в словари других стран.
Кардиган: Джеймс Томас Браднелл, седьмой граф Кардиган, командовал британской кавалерией во время Крымской войны. Чтобы его солдаты не замерзали холодными ночами под Балаклавой (кстати, еще один эпоним-топоним), он обязал их поддевать под форменные мундиры шерстяные вязаные жакеты на пуговицах и без воротника.
Мы в Max - подписаться
В лингвистике процесс перехода имени собственного в имя нарицательное называется деэпонимизацией: исторический деятель, изобретатель или скандалист настолько прочно связывается в сознании общества с конкретным предметом или поступком, что язык просто стирает заглавную букву. Биография человека исчезает, а его фамилия становится удобным, компактным термином для повседневного явления.
Силуэт: Этьен де Силуэт был министром финансов Франции при Людовике XV. Он прославился фанатичной экономией, урезанием пенсий и призывами отказаться от роскоши. В это же время в моду вошли дешевые портреты — вырезанный из черной бумаги профиль, не требовавший дорогих красок. Такое «искусство для бедных» французы насмешливо назвали в честь скупого министра.
Ватман: английский фабрикант Джеймс Уотмен (James Whatman) в XVIII веке изобрел новую технологию производства плотной бумаги без характерных следов сетки. В русском языке английское чтение адаптировалось фонетически, и фамилия инженера стала обозначать плотный лист для черчения.
Хулиган: в конце XIX века в криминальных сводках Лондона регулярно мелькала фамилия Патрика Хулигана — вышибалы, грабителя и лидера уличной банды. Ирландская фамилия Hooligan быстро стала нарицательной для обозначения любого агрессивного дебошира, а затем перекочевала в словари других стран.
Кардиган: Джеймс Томас Браднелл, седьмой граф Кардиган, командовал британской кавалерией во время Крымской войны. Чтобы его солдаты не замерзали холодными ночами под Балаклавой (кстати, еще один эпоним-топоним), он обязал их поддевать под форменные мундиры шерстяные вязаные жакеты на пуговицах и без воротника.
Мы в Max - подписаться
👍96🔥23🤣6👏4🤩1
👍121🤓37🔥12👏11😢9🤣9🤯4👎2
Эти слова, без НЕ не употребляющиеся...
Неряха вот есть, а ряхи нет. Почему? Это называется утратой производящей основы: изначально в языке существовало полноценное положительное слово. От него с помощью приставки НЕ- образовали антоним. Со временем положительное слово устарело и было вытеснено синонимами. А вот отрицательный вариант оказался настолько точным, жизненным и эмоционально заряженным, что закрепился в словаре. В итоге приставка срослась с корнем, и отрицание стало самостоятельным словом.
Нелепый: в древнерусском языке активно использовалось прилагательное лепый — красивый, изящный, хороший (отсюда знаменитое: «Красота-то какая, лепота!»). Соответственно, нелепый — это уродливый, несуразный или бессмысленный. Со временем «лепый» проиграло конкуренцию слову «красивый», оставив нам только свой антоним.
Неряха: выросло из древнего глагола рядить (украшать, приводить в порядок, наряжаться). Того, кто любил опрятность и умел красиво одеваться, уважительно звали ряха. Модники из языка исчезли, а грязнули остались.
Неуклюжий: корень этого слова восходит к исчезнувшему прилагательному клюжий, что означало «статный», «красивый», «ловкий». Этимологи связывают его со словом клюка (в древнем значении — правильный изгиб, то, что подогнано идеально).
Негодовать: кажется, что глагола годовать никогда не существовало. Однако исторически он был и означал «быть довольным, удовлетворенным» (это один корень со словами годный, пригодиться, угодить).
Невзрачный: раньше в языке жило существительное взрак (взгляд, внешность) и прилагательное взрачный — видный, красивый, бросающийся в глаза (родственно глаголу взирать).
Мы в Max - подписаться
Неряха вот есть, а ряхи нет. Почему? Это называется утратой производящей основы: изначально в языке существовало полноценное положительное слово. От него с помощью приставки НЕ- образовали антоним. Со временем положительное слово устарело и было вытеснено синонимами. А вот отрицательный вариант оказался настолько точным, жизненным и эмоционально заряженным, что закрепился в словаре. В итоге приставка срослась с корнем, и отрицание стало самостоятельным словом.
Нелепый: в древнерусском языке активно использовалось прилагательное лепый — красивый, изящный, хороший (отсюда знаменитое: «Красота-то какая, лепота!»). Соответственно, нелепый — это уродливый, несуразный или бессмысленный. Со временем «лепый» проиграло конкуренцию слову «красивый», оставив нам только свой антоним.
Неряха: выросло из древнего глагола рядить (украшать, приводить в порядок, наряжаться). Того, кто любил опрятность и умел красиво одеваться, уважительно звали ряха. Модники из языка исчезли, а грязнули остались.
Неуклюжий: корень этого слова восходит к исчезнувшему прилагательному клюжий, что означало «статный», «красивый», «ловкий». Этимологи связывают его со словом клюка (в древнем значении — правильный изгиб, то, что подогнано идеально).
Негодовать: кажется, что глагола годовать никогда не существовало. Однако исторически он был и означал «быть довольным, удовлетворенным» (это один корень со словами годный, пригодиться, угодить).
Невзрачный: раньше в языке жило существительное взрак (взгляд, внешность) и прилагательное взрачный — видный, красивый, бросающийся в глаза (родственно глаголу взирать).
Мы в Max - подписаться
1👍109🔥19🤯8🤓5🤩2🤣2
Где НЕ со словом пишется слитно?
Anonymous Quiz
46%
Русский язык выучить вовсе (не)просто.
10%
Все правила ещё (не)изучены.
45%
Только этого нам (не)доставало!
👍120🤓50😢23🤯13🔥10👏6🤣2
О некоторых сложностях с запятыми у деепричастий
Видишь деепричастие — выделяй его запятыми с двух сторон? Верно, но есть нюанс. Когда деепричастие теряет значение добавочного (второго) действия и начинает отвечать на вопрос «как?» или «каким образом?» (а не «что делая?»), оно превращается в обычное наречие образа действия. А одиночные наречия запятыми не выделяются.
В предложении «Он читал книгу лёжа» слово «лёжа» указывает только на позу (читал как? лёжа). Это не второе действие, а характеристика процесса. А в предложении «Он стоял молча» слово «молча» полностью равнозначно наречию «тихо» или «беззвучно». «Не спеша» тоже превратилось в наречие, пишется без запятых и означает просто «медленно»: «Они шли не спеша».
Но даже в нюансах есть нюансы. Нельзя просто заучить список слов вроде лёжа, сидя, молча и навсегда забыть о знаках препинания. Всё зависит от контекста. Запятые надо вернуть:
1. в составе деепричастного оборота: если у деепричастия-наречия появляются зависимые слова, оно мгновенно возвращается к глаголу. Образуется полноценный деепричастный оборот, который всегда выделяется запятыми.
Он читал книгу лёжа. — одиночное наречие.
Лёжа на скрипучем диване, он читал книгу. — деепричастный оборот.
Он шёл не спеша. — одиночное наречие.
Не спеша с выводами, он закрыл отчёт. — деепричастный оборот.
2. при смысловом акценте (выделение действия): иногда даже одиночное слово сохраняет значение добавочного действия, если автор хочет подчеркнуть его важность или показать последовательность событий. В таком случае при чтении возникает пауза, а на письме — запятые.
Он ушёл молча. — ушёл как? беззвучно; акцент на характере ухода; запятая не нужна.
Он встал и, молча, вышел из комнаты. — здесь «молча» выделяется как отдельный поступок: он принял решение молчать и совершил действие; запятые нужны для интонационного выделения.
Мы в Max - подписаться
Видишь деепричастие — выделяй его запятыми с двух сторон? Верно, но есть нюанс. Когда деепричастие теряет значение добавочного (второго) действия и начинает отвечать на вопрос «как?» или «каким образом?» (а не «что делая?»), оно превращается в обычное наречие образа действия. А одиночные наречия запятыми не выделяются.
В предложении «Он читал книгу лёжа» слово «лёжа» указывает только на позу (читал как? лёжа). Это не второе действие, а характеристика процесса. А в предложении «Он стоял молча» слово «молча» полностью равнозначно наречию «тихо» или «беззвучно». «Не спеша» тоже превратилось в наречие, пишется без запятых и означает просто «медленно»: «Они шли не спеша».
Но даже в нюансах есть нюансы. Нельзя просто заучить список слов вроде лёжа, сидя, молча и навсегда забыть о знаках препинания. Всё зависит от контекста. Запятые надо вернуть:
1. в составе деепричастного оборота: если у деепричастия-наречия появляются зависимые слова, оно мгновенно возвращается к глаголу. Образуется полноценный деепричастный оборот, который всегда выделяется запятыми.
Он читал книгу лёжа. — одиночное наречие.
Лёжа на скрипучем диване, он читал книгу. — деепричастный оборот.
Он шёл не спеша. — одиночное наречие.
Не спеша с выводами, он закрыл отчёт. — деепричастный оборот.
2. при смысловом акценте (выделение действия): иногда даже одиночное слово сохраняет значение добавочного действия, если автор хочет подчеркнуть его важность или показать последовательность событий. В таком случае при чтении возникает пауза, а на письме — запятые.
Он ушёл молча. — ушёл как? беззвучно; акцент на характере ухода; запятая не нужна.
Он встал и, молча, вышел из комнаты. — здесь «молча» выделяется как отдельный поступок: он принял решение молчать и совершил действие; запятые нужны для интонационного выделения.
Мы в Max - подписаться
👍70🔥20🤯12🤓2
Мне не нравится получившаяся _____.
Anonymous Quiz
72%
асимме́трия
24%
асимметри́я
4%
оба варианта допустимы
4🤯135👍53👎24🤓10🔥8👏7🤩2😢1🤣1
Фраза недели: перемывать косточки
Когда мы говорим, что кто-то «перемывает косточки» общим знакомым, мы имеем в виду обычные кухонные сплетни. Но изначально эта бытовая фраза описывала жуткий и абсолютно реальный мистический ритуал.
В основе фразы лежит древнеславянский обряд вторичного захоронения, который практиковался ещё несколько веков назад. Наши предки верили: если покойник при жизни был грешником, колдуном или на него наложили проклятие, земля не примет его душу. В таком случае его тело в могиле не истлевает, а превращается в упыря, который по ночам вредит живым. Чтобы спасти душу усопшего (и обезопасить деревню), проводили жесткий обряд(достаём листочки и ручки):
1. через несколько лет после похорон могилу раскапывали;
2. из неё извлекали останки и оценивали их состояние. Если кости были чистыми и белыми — значит, земля приняла человека. Если на них оставалась плоть — покойный считался проклятым;
3. родственники и община тщательно промывали кости водой или вином, буквально смывая с покойника грехи и очищая его останки;
4. очищенный скелет хоронили во второй раз.
Пока шёл этот долгий и малоприятный процесс, вся община собиралась вокруг разрытой могилы. Собравшиеся в мельчайших деталях вспоминали жизнь покойного: спорили о его характере, припоминали его плохие поступки, тайны и обиды, пытаясь понять, почему его душа не может обрести покой.
Такие они, gossip girls & boys того времени.
Мы в Max - подписаться
Когда мы говорим, что кто-то «перемывает косточки» общим знакомым, мы имеем в виду обычные кухонные сплетни. Но изначально эта бытовая фраза описывала жуткий и абсолютно реальный мистический ритуал.
В основе фразы лежит древнеславянский обряд вторичного захоронения, который практиковался ещё несколько веков назад. Наши предки верили: если покойник при жизни был грешником, колдуном или на него наложили проклятие, земля не примет его душу. В таком случае его тело в могиле не истлевает, а превращается в упыря, который по ночам вредит живым. Чтобы спасти душу усопшего (и обезопасить деревню), проводили жесткий обряд
1. через несколько лет после похорон могилу раскапывали;
2. из неё извлекали останки и оценивали их состояние. Если кости были чистыми и белыми — значит, земля приняла человека. Если на них оставалась плоть — покойный считался проклятым;
3. родственники и община тщательно промывали кости водой или вином, буквально смывая с покойника грехи и очищая его останки;
4. очищенный скелет хоронили во второй раз.
Пока шёл этот долгий и малоприятный процесс, вся община собиралась вокруг разрытой могилы. Собравшиеся в мельчайших деталях вспоминали жизнь покойного: спорили о его характере, припоминали его плохие поступки, тайны и обиды, пытаясь понять, почему его душа не может обрести покой.
Такие они, gossip girls & boys того времени.
Мы в Max - подписаться
👍57🤯27😢7🔥5🤓2