Судья просит Навального задавать вопросы именно для выяснения обстоятельств по делу. То есть не относительного материального или семейного положения.

Навальный: классно ли кататься летом по городу Москве на кабриолете? (Показывает фотографию, где свидетель сидит в кабриолете)
Судья снимает вопрос.
Навальный: Почему вам пишут в интернете гадости?
Судья: Вопрос снят. Достаточно.

Внук ветерана жалуется: «У вас с головой плохо. Вы пытаетесь со всех сторон очернить мою семью».

Колесников: Откуда в вас столько гадости?

Навальный: Почему гадости, кабриолет — классно же. Как вы считаете, почему вам пишут гадости?

Судья снимает вопрос: «Вопросы по существу фактически не задавались, повторялись, Навальный не перешел к вопросам по существу, неоднократно допускал в адрес свидетеля оскорбления, в связи с чем суд полагает что подсудимый использовал свое право задавать вопросы»

Допрос внука ветерана завершён, Навальный получил восьмое предупреждение.

Навальный говорит, что судья снова спасла свидетеля, когда он поймал его.
Колесников возмущается.

Не орут.

Суд переходит к допросу следующего свидетеля, Алексея Лукина. Лукин написал на Навального заявление в СК, поскольку «называть ветерана предателем нельзя»

(на фото тот самый кабриолет внука ветерана)

Пенсионер Лукин рассказывает, что 2 июня увидел заметки по поводу высказывания Навального о людях снимавшихся в ролике в поддержку поправок в конституцию.

«Поскольку в ролике были люди уважаемые, такие слова говорить не стоит. Ещё там был ветеран войны, Навальный назвал его предателем. Для меня тема ВОВ болезненна. У меня в семье многие воевали. Говорить слово предатель в отношении солдата нельзя. Поэтому я написал заявление в СК», — говорит он.

Суд сделал Навальному уже больше 10 замечаний, вот некоторые из них:

Одно за "Я вас сам удалю из зала" к судье
Одно за обращение к прокурору "Дорогая моя"
Одно за оскорбительные формулировки, что "не может саму судью нащупать"
Два за "торговлю дедом" и за "использование ветерана"
Одно, когда назвал ветерана "куклой"

Сторона защиты задаёт вопросы пенсионеру Лукину по поводу ролика

Некоторые вопросы защиты снимают и делают адвокату замечание.

Навальный: Вы шутите? Вы не даете сказать и слова.

Судья: Замечание!

Навальный: В дневник мне запишите. Мне в школе столько замечаний не делали.

Защитники Навального задают свидетелю вопросы о том, относилось ли, по его мнению, слово «предатель» персонально к ветерану. Свидетель отвечает, что он из семьи военных и сам давал присягу. И повторяет, что страшнее слова «предатель» для военного, по его мнению, ничего нет.

Навальный: скажите пожалуйста, я имею право считать всех, кто поддерживает поправки к Конституции холуями и предателями?
Судья снимает вопрос.
Навальный: Как вы считаете, клевета и оскорбление это одно и то же?
Судья снимает вопрос.
Навальный: Как вы понимаете термин «клевета»?
Судья снимает вопрос.
Навальный: Вы поддерживаете поправки в Конституцию?
Судья снимает вопрос.
Навальный: Давайте я. Вы поддерживаете поправки в Конституцию?
Cудья снимает вопрос.

Навальный: Ну вы кивните, если да

Навальный: Как вы поняли, кого я именно назвал предателем? Может, я одного считаю холуем, а другого — предателем.
Лукин: Там было не так много людей, в этом ролике. Вот если бы была полная площадь народа — другое дело.

Навальный: Считаете ли вы, что у меня есть право на точку зрения?
Лукин: На точку зрения есть.
Навальный: Считаете ли вы, что я имею право считать холуями всех, кто поддерживает поправки в Конституцию?
Судья снимает вопрос.
Навальный: Вы заметили, что ветеран явно живет бедно. Почему вам так показалось?
Судья снимает вопрос.
Навальный: Считаете ли вы, что я имею право считать холуями всех, кто сделал так, что ветераны живут бедно?
Судья снимает вопрос.
Навальный: А вы сами как относитесь к тем, кто у власти находится?
Судья снимает вопрос.

Адвокат Ольга Михайлова упрекает судью в нарушении прав своего подзащитного и заявляет протест на ее действия.

Судья выносит предупреждения адвокатам Навального, поскольку они комментируют действия судьи.

Свидетеля Лукина отпустили.

Приглашают следующего свидетеля — это врач-терапевт.

Свидетель — врач поликлиники, который выехал к ветерану Артеменко, когда ему стало плохо в прошлом году из-за твита Навального. Он рассказывает, кто его встречал в квартире, и в каком он был состоянии.

Врача зовут Сархан Кичибеков.

Кичибеков: После окончания приема в поликлинике 9 июня был вызов скорой. Я уже направился вместе с водителем к пациенту. В доме увидел сиделку и пациента. Пациент был в лежащем положении. Он испытывал дискомфорт и боли в области сердца, других жалоб не предъявлял. Я сам лично поинтересовался, на фоне чего они возникли. Он сказал, что на фоне эмоционального стресса и напряжения.
У Артеменко было давление 140/90 или 80. До приезда пациент выпил препарат от давления. Тахикардии не было. Состояние для человека 94 лет было нормальным. Я не увидел оснований для госпитализации. Скорректировал дозировку препаратов. После осмотра пациента внук проводил его до машины.

Вопросов к врачу не было, его отпустили.

Прокурор Екатерина Фролова просит разрешить огласить показания Артеменко, данные во время следствия.

— Я считаю, что все его показания не имеют отношения к делу, это просто пересказ его биографии. Вы же все равно будете зачитывать все эти тома, давайте просто их зачитаем, — комментирует Навальный.

Его адвокаты тоже возражают, но судья соглашается с прокурором.

Прокурор начинает читать показания: «Из района приходили нерадостные вести. Красная армия отступала...»

Навальный: А это имеет отношение к делу!?

Прокурор продолжает: «Лошадей осталось мало, но все же они еще были. Партизанское движение было организовано с первых дней войны. Но откуда об этом было знать жителям маленькой деревни, тем более подросткам...»