«Я сразу подумал, что такую музыку очень будет круто исполнить живьем» — говорит Алекс Гиффорд, когда впервые услышал ранние брейки Chemical Brothers в первой половине 90-х и очень скоро (фортуна!) он встретил барабанщика Уилла Уайта — своего младшего компаньона, страсть к ритмам которому досталась по наследству от отца-джазмена. Примерно в ‘94 году и образовалась группа с причудливым названием Propellerheads. И не менее странным набором для лайва: вертушки, гитара, электроорган, барабанная установка. Вертушки для скретчей и семплирования любимых фанковых кусков, барабаны поверх заготовленных ритмов. Промоутером дуэта стал их общий друг. «В тот же день он нам заявил, что у нас намечено выступление и флаера уже напечатаны. Ну что, собрали мы свои манатки и сыграли все живьем. И народу понравилось! Как же он сходил с ума той ночью!». И прежде чем записать свой первый миньон Dive, они провели больше трехсот таких крышесносящих выступлений и, заинтересовав рекламные агенства, накопили на студийную запись первого альбома.

А потом, благодаря хитам Chemical Brothers, Prodigy и Фэтбой Слима, биг бит в конце 90-х стал национальным британским достоянием и кинематографичная музыка «ботаников» (а именно такой смысл заложен в названии группы) пришлась ооочень ко двору. Правда, недолго. Биг бит с наступлением двухтысячных выветрился и никто из прославивших его музыкантов не смог зайти с такими треками повторно. Гиффорд ушел в джаз и хип-хоп, а Уилл Уайт в хаус-музыку. Cегодняший плейлист — это не только посвящение великим временам, и не только знакомство с малоизвестными треками, но и часовое воплощение того самого decksdrumsandrockandroll #playmylist

— Тот же микс в ютюбе

Пока мы занимаемся переводом и озвучкой других фильмов — посмотрите ролик «Мьюзик Экспресса», где Макси Джаз, участник Faithless, рассказывает о создании хита God is a DJ. Максу под шестьдесят, но он до сих пор в седле и пару лет назад собрал себе рок-блюз-фанк-джаз-регги группу и еще выступает как диджей. #кино

Другие фильмы — в особом плейлисте на ютюбе.

Для продвижения альбома, который станет для группы эталонным, Руперт Хубер и Ричард Дорфмайстер назначали интервью не в холле роскошных гостиниц, а в саунах и бассейнах. Музыканты были одеты в банные халаты с фирменной вышивкой, журналистам предлагали такие же. «Так спокойней разговаривать» — поясняет Дорфмайстер, который пару лет назад был больше известен по работе в паре с другим венским мастером, Питером Крудером. Тогда группу Tosca он называл «сторонним проектом». Теперь все изменилось. Вторая пластинка друзей детства названа в честь Сюнрю Судзуки — японского монаха, который привез дзэн-буддизм в Штаты, откуда учение зашагало по всей Земле.

«От буддизма тут идея только в том, чтобы взять необходимое; ни больше ни меньше, — говорит Ричард. — Как раз из умеренного аскетизма и получился альбом». Несмотря на серьезную концепцию, названия треков все насквозь ироничные — в этом 30-летние музыканты себе не изменяют: Аннанаc с голосом Анны Клементи и ее репликами I want my honey; математик-эротоман, который все еще живет с мамой; буйный мексиканский карикатурист и живописец; американский зубной хирург; главный в лодке; а Doris Dub там вообще бывший ремикс на Дорис Дей, но здорово вошел в альбом. После минорных фортепианных соло, которые обрамляют альбом, начинается магия даунбита: «Suzuki основан на идее потока, — объясняет Дорфмайстер. — Ставишь диск и плывешь по волнам звука целый час. Здесь нет резких тонов, перепадов настроений или замысловатых мелодий. Здесь только дюжина вещиц, которые спокойно раскрываются во времени; иногда с филигранными семплами, иногда с нужными паузами. Да, звучит необычно, но мы так работаем». #альбом

Новая лекция о становлении транс-музыки. Сегодня Ра Джан представляет нам композиции ‘90 года. Правда, ни о каком готовом жанре говорить еще не приходится — он только собирается из разных стилей по деталям. Поэтому за неимением чистого транса приходится в девяностом году слушать нью бит, хаус и техно пластинки, в которых только угадываются черты знакомого звучания. Но поиск прото-транс элементов — не единственное, что волнует Ра Джана в его исследовании. Он живо интересуется религиозной и бесплотной составляющей, которая очень быстро наполнила новоявленный жанр: зачем в транс-музыке одухотворенные песнопения и почему, в отличие от хауса, например, транс оказался даже без намека на эрос? На вопрос 12" «Насколько важна сексуальность в музыке?», историк культур и по совместительству автор этих видеолекций, ответил развернуто:

«Музыка — это самое абстрактное искусство, но, как и любое искусство, вызывает у человека разнообразные ассоциации и настроения. Мы получаем удовольствие не только от непосредственных эстетических переживаний, но и от эмоциональных состояний с ними связанных. Сексуальность приносит человеку огромное удовольствие и умение композитора передать такое состояние средствами музыки прекрасно уже само по себе.

Есть еще один аспект, связанный с рейвом. Музыка, в отличии от других видов искусств, хоть и подчиняет тело, но не приковывает его — чтобы насладиться картиной или фильмом мы должны быть повернуты к ним лицом, тогда как музыка наполняет пространство и тело остается свободным. Свободным от источника звука, но не от воздействия музыки. Танец по своей форме наиболее близкое к сексуальному акту искусство и музыка играет здесь важнейшую эстетическую роль».

Остальные видеолекции — по тегу #radjan

Музыка на ночь: рил дип хаус с погружением в даб техно и отходом в эмбиент. Записывал как гостевой микс пару лет назад, но тот подкаст так и не вышел :) #inthemix

Изначально лейбл Earth задумывался как зонтик, под которым собираются все мыслимые звучания букемовского Good Looking. Утром ты современный драм-н-бейс музыкант и пишешь атмосферный трек под бит в 160 ударов, а ближе к вечеру — ломаный ритм замедляется вполовину и ты теперь отдаешь почтение музыке детства: дикой солянке из фанка, джаза и соула, которую неустанно крутили пиратские станции в Британии. Необязательно при этом респектовать дорогим сердцу 70-м с приглашенным оркестром. За редким исключением, богатое звучание треков с «Гуд Лукина» — дело цифровой техники. Букем в документалке про свой лейбл показывал шикарный модуль с начинкой из семи тысяч звуков, где уже были записаны все духовые, струнные и электроорганы; бери только и составляй коллаж 🙂 «Лейбл Earth мы создали чтобы показать: наши творцы — это прежде всего музыканты».

Популярность у земных сборников, где издавался только один лейбловый эксклюзив, такая, что, как рэповал Дел Рой Ски в треке Constellation «Компилы ни купить, ни достать». Из жанрового разносола Earth обернулся копилкой неспешной музыки — медленные ритмы во второй половине девяностых в почете. Из Earth потом вырос и другой лейбл Букема — Cookin’ Records с компиляциями, типа Soulfood, где в полную развернулись заигрывания с нью джазом. Как раз этому и посвящен незапарный трехчасовой плейлист.
#playmylist

В английском языке есть выражение «Поймать молнию в банку» — пример очень редкой и большой удачи; почти что невозможной. Тим Тэйлор, основатель краткосрочной группы Pump Panel, именно так говорит о найденной им басовой партии для ремикса ’95 года к долгосрочным New Order: «Мы вышли на это звучание примерно на третий день записи трека, перепробовав больше 40 самых разных вариантов».

Незадолго до этого New Order дают последний концерт. За 13 лет они стали иконами танцевального рок-синти-поп звучания; одними из тех, кто массово подсадил родную Британию на электронику. Те, кто слушал их в 10 и 15 лет, выросли и создали свою музыку. Так что старикам здесь тем более не место. С электронной стороны их теснит рэйволюция: Окенфолд, Hardfloor, Orbital. А со стороны гитар пробиваются первые ростки брит-попа: Oasis, Blur, Suede. В ’94 году FFRR выпускает логичный итог лучшего группы. Второй шаг — попросить представителей разных школ и звучаний показать свое видение песен New Order. Тима Тэйлора заметили по техно пластинке Ego Acid, дико похожей на сотворенный им ремикс. До этого он еще выпускал бойкий хардкор. «Конечно, велик был соблазн попросить Blue Monday на обработку, но как можно переделать один их самых успешных синглов Британии? Как с ним тягаться? Идеальная ж песня. И мы решили взять Сonfusion. Получив потом все исходники песни и послушав вокал, который там звучал не очень убедительно, мы поняли, что нам нужно записать полностью новый трек. Пропустив голос через вокодер, мы начали импровизировать с 909 и 303 Роландами. Первые четыре строчки из текста песни и слово Confusion — это все, что осталось от группы New Order».

Но даже когда они нашли тот самый вариант баса, перепробовав больше 40 других вариантов, треку не хватало мощи. Спасение нашлось в самодельной дисторшн педали, которая лежала в коробке с эффектами для гитар и прочим студийным старьем, доставшимся ребятам от безызвестной брит-поп группы, с которыми Тим Тэйлор и Дэн Замани делили студию в Брикстоне. Сотворенный неизвестно кем искажатель звука превратил Confusion в монструозный рупор эйсид техно, в сотрясателя стен и потолков, в бальзам для истерзанной души, в бомбу для танцпола. Но не сразу, а через пару лет.

По легенде, Уэсли Снайпс — исполнитель главной роли в фильме «Блэйд» — отдыхал в лос-анджелесском клубе, как вдруг побежал барабанить в будку диджея, спрашивая, что это сейчас играет. А играл Confusion в ремиксе Pump Panel. Якобы Снайпс потом сделал все, чтобы кинокомпания приобрела лицензию на музыку к знаменитой сцене с тусовщиками. Как бы то ни было, в ’98 году фильм собрал кассу и заодно прославил ремикс. Теперь это «Тема Блэйда» еще. Тэйлор вспоминает, что когда пришел на сеанс с огромной пачкой попкорна на премьеру в Британии, то буквально обмер: «Чтобы такой электронный жесткач четыре минуты играл в блокбастере такого уровня — этого нельзя было себе представить. Бесценно, когда твоя музыка попадает в историю таким вот образом». #choon

25 августа 1996 года в ливерпульском клубе Cream было две программы: Пит Тонг заводил «Инсомнию», а Букем напару с эмси Дел Рой Ски отыграли свой лучший essential mix. Прекрасное время по воспоминаниям драм-н-бейc ветеранов, когда часовой сет вмещал в себя не больше десятка треков. В том же году Букем признался, что наконец-то ему хватает достойного материала для сетов. Еще бы! Все выступление идет с пластинок Good Looking :) #set #inthemix

Про ван Бюррена здесь я уже говорил. Теперь говорит сам ван Бюррен: о том, что как он записывал Communication; о том, зачем понадобилось выпускать три версии трека, о ремиксах на сингл, о небольшой домашней студии, о юности, поддержке Ферри Корстена, о ранних работах и годах. О том, как начинались шоу A State of Trance и лейбл Armada, о сотрудничестве с кумиром детства и о новом альбоме для души. Шикарное интервью, которое стоит посмотреть — даже тем, кто слишком перевозбуждается от попсовости ван Фюррера. Слушайте музыку, которую упоминают в ролике, а мы пошли переводить и озвучивать другие большие фильмы. Смотрите нашу коллекцию по тегу #кино или в особом плейлисте на ютюбе.

— А вот где говорилось про Армина и его лучшие работы с 96 по 2009 год. Не только транс

Антипост. Хочу продолжить великий мем и немного потроллить искушенную публику. Когда мне втирают про наивность и пластмассу аплифтинг транса, есть ощущение, что люди немного забывают про застольный и наипопсейший евротранс с еврохаусом, которые звучали во второй половине девяностых буквально повсеместно. Да-да, в те годы, когда, казалось, было — хахаха — качество и не столько шлака как сегодня. Ну, держите: качество со дна бесконечных сборников про дрим дэнс.

1. Groove Solutions — Sweet memories
2. DJ Quicksilver — Bellissima
3. Sequential One — Happy feelings
4. Brooklyn Bounce — Contact
5. CJ Stone — Infinity
6. Gigi D'Agostino — The riddle
7. Mauro Picotto — Komodo
8. Kosmonova — Dance avec moi!
9. Barcode Brothers — Dooh dooh

«Бразильскую музыку по-настоящему я открыл в ‘96 году, когда мы зашли в один португальский бар, где диджей заводил пластинки Маркоса Валле, Тома Жобима и Аструды Жилберто. Это был невероятной силы флешбек — я вспомнил сразу все песни, которые слышал в детстве, и теперь-то наконец мог узнать имена всех музыкантов. Вот тогда я начал собирать классику бразильского джаза 60-х и 70-х годов, которая оказала огромное влияние на мой звук», — вспоминает Ян Пули.

После судьбоносного похода за напитками в турне, музыка главного героя начинает меняться: от шумного техно к ровному хаусу вплоть до шинковки на французский манер с переходами на теплый лаунж под занавес десятилетия. Многие поэтому и считают Since then его лучшим альбомом: 27-летний Ян здесь уже не респектует отцам Чикаго и Детройта, но еще не улетел на другой конец мира записывать альбом с живыми музыкантами. Since then выглядит как альбом, собранный самостоятельно во время отпуска у часовень Венаска: летний, цельный, не слишком жесткий, не слишком загружен вокалистами. «Очень многие теперь говорят, что моя музыка стала теплее. Я вполне доволен таким определением. И, конечно, было необычно работать с другими людьми еще — так-то я пишу музыку в одиночку уже сколько лет. А тут возникает новая химия в сотрудничестве, новые искры и думаешь такой: „А ведь здорово. Даже у меня получается”. И вот это особое ощущение». #альбом

Новая лекция от историка культур Ра Джана. И на этот раз об истории брейкбита: как создавать музыку, не умея играть на инструментах. О пыльном термине «биг бит» со времен рок-н-ролльных шестидесятых до пластинок с ворованными сбивками от изобретателя скретча Грандмастера Флеша из восьмидесятых к семплированным брейкам от массовиков английского рэйва. Корни джангл музыки, первый трип-хоп трек и как «Битлы» вдохновили Chemical Brothers.

Звук Берлина / Sound of Berlin • Embassy One, 2018
— Смотреть ВК
— Смотреть на фейсбуке (без регистрации)

Фильм Sound of Berlin пытается ответить на вопрос: как же столица Германии превратилась во всемирную столицу техно. Приглашенные музыканты, диджеи и владельцы клубов говорят о том, как техно-танцпол объединил некогда разделенную страну; о том, как «Лав Парад» изменил их жизнь; об отношении к музыке, деньгам, конкуренции, сочетанию стилей; о вечном вопросе мейнстрима и техно-андерграунда; о широком слое творческой интеллигенции; о том, как попасть в берлинский клуб и что они думают о городской круглосуточной жизни. (Кратко: «безумие!») Здесь: Хуан Аткинс, Доктор Мотте, основатель клуба Tresor Димитри Хегеманн; Матиас Каден, Алекс Крюгер, дуэт Pan Pot, Монолинк и Марк Холе.

Изначально фильм уже был с переводом AppleMusic, но лишь с субтитрами. Мы только адаптировали текст под нормальный русский язык и сделали озвучку. И поскольку Apple зорко следит за собственностью, фильм на русском языке пока доступен только в ВК — Ютюб его заблокировал :( Поэтому достаем ключи от профилей, гасим свет и смотрим #кино

Как обычно, в преддверии пятницы 13 мы включаем атмосферный драм-н-бейс. Сегодня роскошный и абсолютно недооцененный бриллиант из второй половины девяностых. #choon