Пока мы занимаемся переводом других фильмов об электронной музыке, я хочу напомнить о главном фильме, о короле документалок про электронику — Pump up the volume, или Истории хаус-музыки, сотворенной телевизионщиками BBC. Константин Кривоногов совершил подвиг и пять лет назад перевел два с половина часа, где все пионеры жанра рассказали о том, как хаус-музыка появилась на свет, почему так называется, из каких вышла клубов, как она звучала раньше, что роднит ее с техно и какой она произвела фурор на британском острове, а оттуда — разошлась по всем остальным странам и континентам мало того, что в самых разных вариациях, но и повлияв на создание драм-н-бейса, хардкора, техно и гэриджа. Короче, фильм обязателен к просмотру. Как и плейлист, в котором собрана вся музыка из фильма :)

Все остальные фильмы, переведенные другими крутыми ребятами: о джангле и драм-н-бейсе, об истории группы Daft Punk, о появлении транс-музыки, техно и даба, о первых достижениях Prodigy и вообще о разнообразии звука в электронной музыке — в особом плейлисте.
#кино

— История жанров электронной музыки 12edit.ru

Сторонний дип хаус проект бивидаба на память о тех временах, когда в девяностые он диджеил на подпольных дружеских вечерах, ещё не продал всю коллекцию пластинок (о чём жалеет до сих пор), и пока еще не улетел из Сан-Франциско на другой берег мира, чтобы стать профессором английского в университете Шаосиня. #5треков

Ed Rush: Через дорогу от моего дома жил один дяденька, который работал в студии на полставки. Его джинсовка была усыпана значками „Роллинг стоунс“, но когда он услышал ранний хардкор девяностых — у него упала челюсть, он был в восторге. Дяденьку звали Нико Сайкс, вместе мы организовали лейбл No U Turn. Тогда в ‘92—93 году у нас был повидавший многое компьютер Атари и одна из первых версий Кубейса. Мой первый трек Bludclot artattack Рэндел заводил на рэйве A Way Of Life, — а однажды я услышал как его заводил Груврайдер, что, конечно, вдохновило, нереально.

Optical: К середине девяностых я уже несколько лет работал звукоинженером в студии, и тогда как раз подумал: я записал столько чужих песен, а меня никто не знает, и пора бы что-то сделать самому. Я начал записываться как Optical в ‘96. До этого мой первый трек разошелся, может, в 50 экземплярах, но я даже тогда был страшно горд, что моя музыка теперь есть на виниле. С Эдом я познакомился в ацетатной — мы в одной конторе нарезали дабки на пробу. Мы поговорили за жизнь и поняли, что у нас много общего. Весь ‘97 год мы чуть ли не круглые сутки сидели в студии, и у нас накопилось столько треков, которые не принимал ни один лейбл, что мы решили открыть свой.

Оба влюбленные в жирные басы из ямайского даба и звонкие брейки из американского хип-хопа, они с восторгом наблюдали за слиянием на дикой скорости двух зарубежных культур в британскую новинку, джангл, который быстро набрал обороты в версии с речитативом эмси. Но потом грубая лирика ушла в немилость. Дядюшка Нико Сайкс рассказывал, как гений Эд Раш сообразил во время бойкота джангла, что если уж рагга-элементы использовать нельзя, то надо делать иную, технологичную музыку. Пластинки дуэта середины девяностых — это звучание новопровозглашенного драм-н-бейса. Они вывели быстрые ломанные из кризиса и по словам иных за пару лет вогнали драм-н-бейс в другой. Под конец миллениума они отключили свет в жанре полностью, развив из текстепа нейрофанк. Ровно двадцать лет назад, 7 февраля 1999 состоялся вышел эпохальный essential сет, состоящий из пластинок, которые уже на выпуске становились объектами желаний из-за ярых басов их авторства и их сподвижниками.

И обязательно посмотрите ролик — Эд и Оптикал говорят в нем не только об истории лейбла, но и о разнице в работе тогда и сейчас, что было на железе и что сейчас в цифре и каким бы лучше б не был драм-н-бейс в 2007 году. Перевод и озвучка ролика: Дмитрий Кутузов из альянса KZNDNB. Спасибо ему за работу. #кино #playmylist #set

— Другие миксы
— История джангла с примерами
— История драм-н-бейса с примерами
— История текстепа с примерами
— Иcтория нейрофанка с примерами

Бивидаб рассказывал, что перед тем, как он садиться за музыку, он записывает сначала название будущей песни, а иногда и все названия, складывая из заголовков предложение или перечисление. Тем временем, музыка еще не начиналась. Музыка как холст — еще ждет, а ее названия — это стилистические рамки. «Я точно знаю чувство, которое хочу выразить» — говорит bvdub, но при этом не имеет и представления какой музыка получится в итоге; как и то, о чем он думал во время записи: «По больше части, это бессознательный процесс: одна мысль бесконечно повторяется, обретая вес; к ней слоями добавляются другие, пока они вместе не образуют что-то настолько всепоглощающее, что я уже ничего не помню. Спроси меня как этот трек был создан и я просто пожму плечами».

Большинство других пишут музыку, потом мучительно подбирают ей название и потом с такой же болью тасуют треклисты будущего LP, решая: что откроет диск, что будет номером два, что в будет середине, что в конце. У ван Вея нет такой проблемы — задумав альбом и выписав названия, он выпускает пластинку с такой последовательностью треков, с которой он их и написал. «От первой ноты до последней — все было записано так, как вы услышали. Потому что все треки в альбоме являются частью большого эмоционального пространства, которое рассказывает историю. Иногда о каком-то событии, иногда о воспоминании, иногда о том, что получилось из этих событий». Сегодня музыка на ночь — это потусторонний дабовый эмбиент Стивена Хитчелла с лейбла Echospace, который вывернул альбом Брока наизнанку и пустил треклист в обратном направлении. В лонгриде — как раз история о том, как вдохновиться одним ремиксом и сотворить такое.
#альбом

Как насчет прогрессива, ребята? Hybrid: «Мы не пользуемся штампами — это к журналистам. Так-то я, конечно, назвал бы нашу музыку прогрессивом, но под этим словом я понимаю будущее. Мы совмещаем брейки с элементами хаус-музыки, но что мы хотим получить из этого слияния — музыку гибкого сознания». Несколько лет назад я публиковал десяток гибридных ремиксов, но сегодня к тем полутора часам я добавил еще 120 минут мелодичных и чернющих прогрессив брейков их же авторства. Многих из этих треков я слушал в начале нулевых и лучшего примера, что будущее наступило нельзя было и представить. Многие из этих треков звучали как откровение. #playmylist

Ознакомительное видео. Очень бы хотелось очароваться, но, в основном, революционный вейпорвейв — это или эмбиент, или нью эйдж, или подпорченный лаунж и даунбит, а техникой лоу-фая не удивить — она существует еще с тех времен, когда появились первые доступные мафоны на магнитных лентах, то есть с 60-х точно. Вейпорвейв направлен на юнцов, которые считают, что музыка появилась с их рождением. То есть нулевые еще туда-сюда, а девяностые, восьмидесятые и еще дальше, к шестидесятым и авангарду, вообще мрак. Они об этом узнают о продюсерах, пусть и в искаженном виде. Важно знать: вейпорвейв это не музыка, это эстетика.

Вейпорвейв окутан туманом антикапитализма — в статьях о нем выстраивают такие теории, что мастер словосложения о техно, Деррик Мэй, позавидовал бы таким отмазкам замедлять чужие треки; особенно учитывая, что в движении со дня номер 0 ничего не было всерьез. Простые цифры про капитализм: кассета Лопатина, с которой начался вейп теперь на дискогсе толкают за 600 евро; кассета «Флорал шопа» с бонусом, который не найти нигде, продается там в среднем за 700 евро; одна кассета Atmosphere 1 из двадцати изданных, — за 200 евро; кассета Hologram plaza, на одной стороне которой умещается весь получасовой альбом, — 130 евро; трэповый винил Blank Banshee — минимум за 70 евро. Раритеты из ничего; из пара и пыли, чужие записи под фильтрами. Уходят ли такие суммы вейп-музыкантам за альбом? Нет, их получают жадные капиталисты, которые на волне хайпа перепродают записи с наценкой в 5000%. #кино

Перевод: Иван Чаплинский, Георг Палладьев
Озвучка: Георг Палладьев

Если спросить у Адама Фентона что такое джангл — он ответит, что это места в Амазонии, где растут бананы. «Я не из джангла. Не могу сказать, что это моя музыка». Свой жанр Адам определяет как фристайл из смеси джаза, фанка и всего, что можно только представить, благодаря богатой фонотеке и музыкальным родителям. В 24 года, собрав сессионных музыкантов с разных полей, он показывает, как может звучать драм-н-бейс. Во всех красках. И не пропустите лонгрид — Адам рассказывает, как создавался каждый трек. #альбом

22 февраля 1999 года, 20 лет назад, вышел Dirtchamber Sessions Volume One — диджей-микс Лиэма Хоулетта, лидера Prodigy, — релиз не шибко известный среди широкой аудитории, но культовый в кругах поклонников группы. Здесь Лиэм шинкует больше 50 треков из олдскул хип-хопа, фанка, биг бита, панка, рока и даба в живописную музыкальную картину. «Этот микс — это я. Из этих треков я и черпаю вдохновение для Prodigy. И важно не то, чтобы продажи были высокими, а чтобы у моих слушателей было представление о том, чем заполнена моя голова, когда я пишу музыку».

Сегодня 12" совместно с theprodigy.ru представляет вам небольшую историю этого микса: где он был сыгран впервые и чем отличается от радиоверсии, а также любопытные подробности о дизайне альбома от английского дизайнера Алекса Дженкинса, оформлявшего релизы самого культового периода The Prodigy — с 1996 по 1999 годы. Приятного погружения. #set #альбом

И всем два микса в телефон

Лет десять назад Дев Парадокс выпускал на подразделении Outsider крышесносящий атмосферный драм-н-бейс от новичков жанра со всего мира.

Двое молодых музыкантов с разных континентов, но одинаково фанатеющих от звука поздних восьмидесятых и ранних девяностых, записали мини-альбом, который как нельзя лучше подходит к вечеру трудового дня. Первого весеннего. Музыка на ночь. #альбом

Этот фильм не об истории рэйв движения напрямую. Он косвенно о том, что было за десятилетие до электронного бума девяностых. Этот фильм о пришествии электронной музыки в Британию. О дерзости молодых отщепенцев, очарованных этими странными угловатыми ящиками с кнопками и ручками и звуков из них, которые не способен воспроизвести больше ни один инструмент мира. Пионеры детройтского техно и бельгийского хардкора указывают на британский нью вейв как на первый источник вдохновения; но они, как любое другое поколение, по-своему переосмыслили родную музыку юности и детства. В обоих случаях все задумывалось как экспериментальный авангард, а вылилось, как это часто бывает, в горячие ротации на MTV. Попробуйте найти вахтера, который не пишет минимал :)

«Синтезаторная Британия» — фильм из 20-серийного цикла. Там ведь есть еще Соул-, Фолк-, Панк- и Регги- Британия — отчего я страшно завидую BBC за умение снимать подобные фильмы и не меньше завидую тем, кто их смотрит. Здесь: Ultravox, Human League, Cabaret Voltaire, Гэри Ньюман, Soft Cell, New Order, Eurythmics, Depeche Mode, Yazoo, Pet Shop Boys, OMD и приглашенные гости: Вольфганг Флюр из Kraftwerk и Дэниел Миллер — основатель студии Mute, а также наш старый знакомый Саймон Рейнольдс. Это сейчас издания или доброжелательно относятся к электронике или смотрят на нее сквозь пальцы, считая, что там в основном все только и нажимают кнопки (хотя, в отношении некоторых это очень верно). Синти-поп изменил представление о группе и утвердил личность электронного музыканта — те вещи, который сегодня воспринимаются нами как само собой. Страсть победила давление. У каждого из героев фильма своя история прихода к синтезаторам и битвы с журналистами, боготворящим рок.

Перевод фильма: Анна Нагула
Озвучка с прикольным южным произношением: Василий Богдан. Спасибо им за труд.

Включайте субтитры, музыка из фильма в первом каменте. Не забудьте посмотреть и остальные фильмы об электронной музыке, если еще не :) #кино