Иногда я прошу не только музыкантов, но и владельцев интересных лейблов записать микс из музыки, которую они издают. Обычно я не жду чудес, но что в который раз мы получаем гостевую сборку, которая чуть ли не полностью состоит из еще неопубликованных треков — вот это невыразимо приятно. Сегодня основатель лейбла JAZZVE #Tunesbymates, диджей, промоутер, а также верховный имам Opium Underground — Aman Po-Kaifu — балует нас неизданными сокровищами (слушайте на hear.this, если у вас блочит soundcloud). Как так получилось — ответ в пресс-релизе Джаззвé.

Аман: «В этом миксе целая дюжина (и даже больше) эксклюзивных премьер треков российских музыкантов, которые ожидают своего выхода на JAZZVE #Tunesbymates; а также на новом винил-онли лейбле, который мы запускаем совместно с Андреем Алгоритмиком. Лейбл будет называться Tooflie Edits, печататься будет небольшими тиражами с уайтлейблами, и, как ясно из названия, — будет представлен всевозможными эдитами. Изначальная задумка была в том, чтобы выпускать танцевальные версии русских песен, хитов дискотек 90-х и нулевых от русскоговорящих же продюсеров. Но ситуация в мире изменилась, и первым релизом мы решили выпустить „индийскую“ пластинку. В последствии планируем всё-таки вернуться к изначальной концепции, не забывая обращать на всё, что происходило в мире в те же годы». #inthemix

И вне зависимости от того, какой у этой записи будет охват и сколько лайков — это крутая музыка. Треклист шоукейса в комментариях, а предыдущие выпуски наших гостей слушайте в отдельном плейлисте на hear.this, еще на саундклауде или по тегу #guest

#рекламныйпост составлен рекламодателем
🎷Джаза, соула, фанка также много, как и 50 лет назад, но всё самое интересное происходит именно сегодня.

И это требует ваших ушей и внимания. В этом поможет телеграм-канал All that jazz, на котором вы узнаете:

• Новых музыкантов на современной джазовой и около джазовой сцене, соул и R&B исполнителей из разных стран мира.
• Вспомните мощную классику и нетривиальные образцы оттуда.
• Получите обзоры важных релизов и актуальные новости современной музыкальной сцены.

🥁Подписывайтесь и слушайте трендовый джаз, соул, фанк, R&B и всё, что вокруг них

Этот фильм — одна из первых попыток осмыслить большой взрыв электронной музыки девяностых. 32-летний режиссер Яра Ли сама недавно познакомилась с ней в ‘96 году, когда оказалась на концерте The Orb. На вопрос: «Когда уже начнется выступление?» ей друг ответил: «Так уже около двух часов идет — вон там они стоят за своей аппаратурой :)»

Слегка авангардистские, «Модуляции» выражают почтение звуковым художникам тридцатых, пятидесятых и семидесятых годов, переплетая под плотным динамичным монтажом из интервью, концертных выступлений и хроники разнообразие хауса, техно, джангла, драм-н-бейса, хардкора и эмбиента. Этот фильм о звуке в электронной музыке; о том, как каждый — замедляя, ускоряя, пропуская через фильтры, шинкуя и переколбашивая — создает с его помощью что-то свое. Фильм ставит нелегкий для самолюбия музыканта вопрос: семплируя старые пластинки, записывая и видоизменяя шумы, издеваясь над синтезаторными заготовками — вы создаете что-то новое или переиздаете старое, но под своей вывеской? Ближе всего ответил Гарри Кобейн из Future Sound of London: «Мы, собственно говоря, не музыканты — мы всего лишь составители коллажей».

Здесь: Бамбаата, Хуан Аткинс, Банди Браун, Карл Кокс, Джорджио Мородер, Роберт Муг, Миксмастер Моррис, Орбитал, Лиам Хоулетт, Эд Раш, Моби, Карлхайнц Штокхаузен, Алек Эмпайер, Маршалл Джефферсон, Букем, Вестбам и андрогинный Дженезис Пи-Орридж — создатель индастриал-музыки. А еще: Рони Сайз, Пьер Анри, Autechre, Squarepusher, Деррик Мэй, Кевин Сондерсон, Meat Beat Manifesto, Фрэнки Бонс, Майк Дирборн, Деррик Картер, Panacea, Тетсу Иноуэ, Билл Ласвелл, Джон Кейдж, Oval, Тео Масеро плюс невероятно прокаченный для 30 лет музыкальный журналист Кодво Эшун и наш старый знакомый Саймон Рейнольдс. #repeat

Яра Ли говорит, что проинтервьюировала где-то 300 музыкантов и провела весь ‘97 год в поездках по свету, чтобы уместить весь этот опыт в полтора часа. «Люди спрашивают: „Зачем в фильме Алан Тоффлер?“ Но ведь как раз его книгами о будущем и вдохновлялись пионеры детройтского техно; и как как раз чтобы убежать от разоренного пейзажа своего города они придумали свою музыку. Когда я рассказала об этом Тоффлеру, он очень удивился: „Правда? А я и не знал даже“ Я отправила ему несколько компактов, чтобы он был в курсе».

Перевод и озвучка фильма: Алексей Ом. Спасибо ему за труд. Остальные ленты об истории электроники смотрите в нашем большом лонгриде.

#рекламныйпост составлен рекламодателем
Забирай место на курсе для музыкальных менеджеров

До 8 ноября можно подать заявку на курс для музыкальных менеджеров от Академии Звука х СТУДИО.

20 вакантных мест, бесплатное обучение, конкурсный отбор. Требования для участников конкурса простые: заполнить форму, записать видео-визитку и отправить заявку на сайте или в приложении СТУДИО. Возраст 18+.

В программе резиденции — лекции, мастер-классы, b2b-сессия с лейблами. Среди преподавателей — Мария Карпушева, менеджер Tequilajazzz и Нейромонаха Феофана, и кофаудер лейбла fukk K8MAFFIN. Наставник всей резиденции — SALUKI, артист, продюсер и битмейкер.

Курс начнется 11 ноября, в СТУДИО PLACE, в Москве.

Лоран Гарнье — Электрошок • 2005

В рубрике «Что почитать» у нас публикуются книги либо напрямую об истории электронной музыки, либо очень хорошо с ней связанные. Сегодня «Электрошок» Лорана Гарнье — автобиография французского техно-революционера, который застал зарождение современной электроники, был ее активным участником и обо всем об этом на 260 страниц и расписал. Книга охватывает период с 1987 по нулевые годы — от редких, подпольных и рискованных вечеринок (типа когда за хаус-пластинку диджею могла прилететь бутылка в лоб) к масштабным рэйвам (типа когда хаус и техно уже норм и на «Лав параде» одновременно танцуют миллион человек).

Гарнье повезло оказаться в нужное время, но не в той стране — душой он был в домашних студиях Чикаго и Детройта, в клубах Лондона и Манчестера, а на его кислой французской родине на новую музыку смотрели с тоской, презрением и непониманием. И уж чему можно поучиться у знатного месье, так это невероятной целеустремленности и непоколебимой вере, что все получится. В начале 90-х Лоран создает первый техно/хаус лейбл в стране; организовывает вечеринки; налаживает производство пластинок; воюет со звукорежиссерами, которые не понимают, как сводить электронику; привозит заокеанских пионеров жанра; бодается в властями; выслушивает многочисленные претензии и терпит бесконечные насмешки. Все важные годы, с 20 до 30, он посвятил борьбе за любимую музыку и в итоге победил: самый высшей наградой Франции — орденом Почетного Легиона за заслуги перед отечеством — его наградили вчерашние злопыхатели. Вот это судьба человека. Must read, короче.

В 2013 году вышел обновленный вариант «Электрошока» с черной обложкой, дополненный мемуарами автора о прошедшем десятилетии. Его в 2014 году на русский язык перевели в «Белом яблоке»; а пару лет назад они допечатали дотираж и в некоторых онлайн-магазинах он еще ждет своих будущих владельцев. У нас же сегодня первое русское издание от 2005 года. Вёрстка, как и в оригинале, там необычная, поэтому забирайте в ПДФ.
#чтопочитать

Помните священный для драм-н-бейса текстеп-сборник Torque — «Крутящий момент»? Все 15 оригинальных тем, которые засветились на сборнике и лайв-миксе, были записаны за ночь. Не сразу, конечно, а в течение нескольких месяцев и под дымок. Причем, покуривали по свидетельствам чуть ли не целые стога. «Обычно дело происходило ночью, когда, набалдевшись, я понимал: „Все, пора” и нажимал кнопку записи, — так вспоминает золотые деньки Нико Сайкс, основатель лейбла No U Turn. — И хотя мы развиваем треки с черновиков, большинство из этих треков были сыграны в живую. Всего три минуты записи, а мне кажется, что уже надо повесить больше дисторшена».

А ведь как все начиналось? До прихода в текстеп Нико работал звукоинженером в одной из студий и уже совсем заскучал за сведением заказных техно- и хаус-треков. Тумс-тумс, тумс-тумс. Пока он не встретил Эда Раша в начале девяностых и не решил основать собственную драм-н-бейс студию на чердаке и подхалтуривать для души по воскресеньям. «Мой кров из стекловолокна регулярно крошился в пыль, а моя любовь, живущая этажом ниже, сходила с ума от наших громоподобных ритмов. И многие из этих треков звучат как хорошо изношенные двигатели. Я уж не говорю о том, чтоб зайти в какой-то цех... Боже, какие там ритмы звучат! Я только слышу этот грохот — и у меня сразу с ними звучит амен брейк в голове».

Все музыканты для лейбла оказались рядом: Эд жил в доме напротив, Трейс тусовал чуть подальше. Есть схожие взгляды, есть и отличия: «Вся эта тема с похищениями инопланетянами в названиях треков — это вообще не про меня. Я не верю, что кто-то прилетает к нам, что кто-то есть среди нас. Я придерживаюсь версии, что мы совершенно одиноки во Вселенной. И мне кажется, это намного страшнее и удручающе, чем встреча с пришельцами». #альбом #repeat

Интереснейшие рассказы Мартина Ландерса о пионерах электронной музыки, которые он записал в рамках собственной программы Back to the Universe в 2004 году; когда были еще живы пейджеры и радио Динамит FM. Длиннющие ночные эфиры с музыкой, фактами биографий и цитатами Kraftwerk, Клауса Шульце, Вангелиса, группы Tangerine Dream и Роберта Рича. Чтобы собрать все эти знания в 2004-м — нужно было иметь огромное упорство и терпение. В десять крат, чем сегодня. Спасибо Мартину за труд и просвещение. #talents #ветераны

Слушайте на миксклауде или забирайте мп3шки эфиров в нашем чате:
* Martin Landers — Биография Kraftwerk • 25.05.2004
* Martin Landers — Биография Tangerine Dream • 29.09.2004
* Martin Landers — Биография Vangelis • 23.06.2004
* Martin Landers — Биография Klaus Schulze • 4.08.2004
* Martin Landers — Биография Robert Rich • 11.08.2004

#рекламныйпост составлен рекламодателем
Продюсер музыкальных проектов — главный человек в музыкальной индустрии. Он умеет не только писать треки, но и работать с артистами, организовывать гастроли и туры, а в результате — обеспечивать проектам славу и коммерческий успех.

Вы можете освоить профессию «Продюсер музыкальных проектов» от Skillbox.

На курсе вы научитесь:
- разбираться в музыкальной теории;
- писать музыку;
- создавать музыкальные продукты;
- работать с музыкантами;
- заниматься саунд-дизайном;
- продвигать музыкальные проекты.

По итогу обучения на платформе вы создадите музыкальный альбом, придумаете концепцию, брендинг, стратегию и тактику управления проектом.

Весь ноябрь в Skillbox Чёрная пятница - скидки на курсы до 60%!

Запишитесь на курс со скидкой https://clc.to/VvFmBw

Ознакомительное видео про вейпорвейв. Очень бы хотелось очароваться, но в основном, весь революционный вейп — это или эмбиент, или нью эйдж, или подпорченный лаунж и даунбит, а техникой лоу-фая никого не удивить — она существует еще с тех времен, когда появились первые доступные мафоны на магнитных лентах, то есть с 60-х годов точно. Вейпорвейв направлен на юнцов, которые считают, что музыка появилась с их рождением. То есть нулевые еще туда-сюда, а девяностые, восьмидесятые и еще дальше — к шестидесятым и авангарду — вообще мрак. Об этой музыке они узнают от современных продюсеров, пусть и в искаженном виде. Но важно понимать: вейпорвейв это не музыка, это э с т е т и к а. #repeat

Вейпор окутан туманом антикапитализма — в статьях о нем выстраивают такие теории, что мастер словосложения о техно, Деррик Мэй, позавидовал бы таким отмазкам замедлять чужие треки; особенно учитывая, что в движении со дня номер ноль ничего не было всерьез. Простые цифры про капитализм: кассета Лопатина, с которой начался вейп, толкали на дискогсе за 600 евро; кассета «Флорал шопа» с бонусом, который больше не найти нигде, продавалась там в среднем за 700 евро; одна кассета Atmosphere 1 из двадцати изданных — за 200 евро; кассета Hologram plaza, на одной стороне которой умещается весь получасовой альбом, — 130 евро; трэповый винил Blank Banshee — минимум 200 евро. Раритеты из ничего; из пара и пыли, чужие записи под фильтрами. Уходят ли такие суммы вейп-музыкантам за альбом? Нет, их получают жадные капиталисты, которые на волне хайпа перепродают записи с наценкой в 5000%.

Перевод: Иван Чаплинский, Георг Палладьев
Озвучка: Георг Палладьев

Музыка из фильма в закрепленном каменте на ютюбе, а остальные фильмы об электронной музыке смотрите в нашем большом лонгриде.

#рекламныйпост составлен рекламодателем
На связи со СТУДИО!

У сервиса появились канал в Telegram и страничка VK, где каждый начинающий и состоявшийся музыкант найдет для себя интересное и полезное: обзоры на инструменты продвижения СТУДИО и разборы фичей, инсайты от редакции и экспертов индустрии, конкурсы для артистов и музыкантов, новости и тренды.

Для тех, кто следит за музыкальной индустрией, планирует подучиться и уже создает музыку, будет полезно.

Подписывайтесь на СТУДИО.


Реклама. ООО "Звук". ЕРИД: LatgC7ryo

Kruder & Dorfmeister — The K&D Sessions: CD1 • CD2

Kruder & Dorfmeister — The K&D Sessions. История альбома
„Я не понимаю шумихи вокруг вас, — сказал им как-то юный журналист в Мюнхене. — Вы же ничего не сделали кроме того мини-альбома, да и то он вышел аж четыре года назад“. «Мы вскипели от его слов, — вспоминает Питер Крудер. — Ведь к тому времени у нас было 40 ремиксов на двоих и к тому же мы обогнули земной шар. Вернувшись в Австрию, мы решили, что засядем за итоговую компиляцию, где покажем, чем занимались с ‘94 по ‘98 год. DJ Kicks, который мы записали за пару лет до до интервью, купили уже больше 60 000 раз. Мы предполагали, что K&D Sessions разойдется тиражом побольше, но и мы представить себе не могли, что он нам принесет».

После того, как Крудер и Дорфмайстер издадут собственными силами 4-трековый миньон G-Stoned, Австрия отмечается на карте современной электроники. Свою пластинку дуэт записывает как в чистом поле — на свой страх и риск — никакой лаунжевой или даунбит сцены в Австрии не существует (она появится после них). Медленная музыка Крудера и Дорфмайстера стала реакцией на растущую популярность быстрого и жесткого техно, что занимало умы молодых австрийцев. В поисках семплов они потрошат домашние коллекции из фанка, блюза, даба, бразильского джаза и соула и уповают на Британию, где в ‘93 году уже вовсю выпускаются Massive Attack, а музыку лейблов Mo'Wax, Ninja Tune и Wall of Sound тамошний «Миксмаг» называет трип-хопом. 25-летний Дорфмайстер дает своей девушке задание: во что бы то ни стало скинуть кассету с музыкой дуэта Джайлу Петерсону — главному проводнику разномастной и пестрой экзотики в хмурое Соединенное Королевство. Но британцы есть британцы — Петерсон долго вертел подаренную кассету с работами венских мастеров, по-снобски приговаривая: «Ну что там могут записать эти австрийцы?». Австрийцы удивили жирными битами, а Петерсон после первого прослушивания станет их патроном на острове, будет продвигать в радиоэфирах, рекомендовать друзьям и ставить пластинки в клубах. На своей родине Крудер и Дорфмайстер устраивают вечеринки, диджеют в приглашенных и иногда дают камерные концерты. Но этого не хватает — нужен стабильный заработок и в ‘94 году они решают заняться производством ремиксов.

«Первыми заказчиками были наши друзья и знакомые, — вспоминает Ричард Дорфмайстер. — Сначала сделали обработку на пластинку моей группы Sin, потом для ребят из Count Basic. Затем подключился Уильям Орбит (Strange Cargo), а следом всех разнес ремикс на Bug Powder Dust группы Bomb the Bass — он пробил все фильтры и с тех пор мы уже не искали заказов, нам трезвонили без конца. Преимущественно из Британии, кстати. Был один парень — Гэвин Райт, который отвечал за связи с музыкантами в офисе одного исландского лейбла — так вот он был нашим самым большим фанатом: постоянно приезжал на наши венские вечеринки с предложениями ремиксов. Но к тому времени нам уже приходилось отказывать многим музыкантам».

Как бодро заметил один из журналистов: «Каждый день факс-машина Ричарда Дорфмайстера только и делает, что выплевывает кучу бумаги с предложениями от разных исполнителей записать для них ремикс». В разное время отлуп получили: Дэвид Боуи, Шаде, Грейс Джонс, Ширли Бесси, Жан-Мишель Жарр, Херберт Грёнемайер, группы Selig, Yello, U2, Smoke City, Fantastic Four. «Ничего личного», — вежливо объясняет Дорфмайстер. Иногда у дуэта нет времени, иногда дуэт ленится, а иногда ретам просто неинтересен заказ. «Вот Дэвид Боуи. Он герой нашей юности, но прислал на обработку совершенно неинтересный трек».

«Да, мы очень многим отказываем, — поддерживает коллегу Питер Крудер. — Нас должен зацепить оригинал, чтобы мы сразу понимали, как его можно изменить. Если же этого не происходит — мы отклоняем заказ и не возьмемся ни за какие деньги. Зато мы любим каждый из них. У всех у них своя история и тогда над каждым мы работали целую вечность. Обычно мы укладывались в четыре недели, но иногда работа растягивалась на три месяца. Не потому что мы такие тупые, а потому что мы перфекционисты. С каждым ремиксом получалось по пять-восемь версий, из которых мы выбирали окончательную. Мы хотим выпускать вещи, в которых уверены. Для нас это больше, чем заказ. Музыка, которую мы пишем, и в самом деле проходит через нас; она очень личная. Вот почему у нас даже не ремиксы, а сессии, sessions. Наша идея была в том, чтобы разобрать оригинал насколько это возможно. В основном, мы оставляли вокал и выстраивали вокруг него уже совершенно новый трек». Поймав волну неспешной музыки, в середине 90-х Крудер и Дорфмайстер уже почти не пишут собственных треков, а занимаются только ремиксами. Иногда музыкантам нравится результат (Depeсhe Mode — Useless), иногда нет (Madonna — Nothing really matters).

Вышедший в начале октября ‘98 года двойной сборник K&D Sessions уже через год пробил отметку в полмиллиона проданных экземпляров. Диск играет везде, и на волне интереса к трип-хопу, лаунжу, даунбиту и прочим определениям медленной и ненапряжной музыки для отдыха он заходит становится такой же незаменимой фоном, как пластинка Dummy группы Portishead. Венский музыкант Клаус Вальдек, ремикс на которого тоже имеется в дискографии Крудера и Дорфмайстера: «В какое-то бы ты кафе не зашел, в каком бы ты клубе не оказался — там бы обязательно играл K&D Sessions. Одно время этот компакт был таким же предметом интерьера, как стол или дверная ручка». Ему вторит коллега Дорфмайстера Энди Орел: «Летом ‘99 года я был в Сан-Франциско. Угадайте, что там играло в магазине винтажной одежды? Правильно: K&D Sessions. Я пошел в соседний через дорогу и там тоже играл этот компакт. Дальше больше — мы с женой поехали на северо-запад США, остановились в Миссуле, в городке на пятьдесят тысяч, то есть глушь полная. Я захожу в бар, а там местный диджей крутит K&D Sessions! Сказать этим ребятам, что ты знаешь Крудера и Дорфмайстера лично — все равно, что заливать о дружбе с „Битлами“ — тебе все равно никто не поверит».

«Полгода Дорфмайстер меня уговаривал подписать соглашение с лейблом !K7, который готовил сборник K&D Sessions, — продолжает Энди Орел. — Я должен был дать согласие на размещение нашего с Ричардом трека Where shall I turn, который мы записали в составе нашей группы Sin, а K&D потом сделали на него ремикс. „Соглашайся, это же легкие деньги! — подбивал Ричард. — Может, даже будут хорошие продажи. Тысяч на двадцать копий, например“. Короче, подписал я. Условия сделки были такие: один австрийский шиллинг (7 центов по тому курсу) за один проданный диск. Через три месяца мне приходит первый чек — и там 6-значное число: 250 тысяч шиллингов = 18 тысяч евро за три месяца после выхода сборника. Эта сумма перекрывала все продажи наших пластинок, все гонорары от концертов и все отчисления от предыдущих лейблов. За три месяца мы, как группа Sin, заработали больше, чем за 10 лет. А все потому, что разместили трек на сборнике K&D Sessions».

У дуэта благодаря этому сборнику усиливается мировой чёс. Будучи и до этого постоянно в разъездах, теперь они не вылезают из гастролей. Про ремиксы уже не идет речи — после выпуска 11-минутной эпопеи с Мадонной, Крудер и Дорфмайстер завязывают с обработками. «Мы решили, что с нас хватит, — объясняет Крудер. — Мы понимали, что следующий уровень это работа с гигантами звукозаписи и подчинение системе. Мы этого не хотели категорически. И тогда мы приняли решение, что как дуэт мы приостанавливаем работу, но продолжаем заниматься каждый своими проектами: у меня был Peace Orchestra, у Ричарда — Tosca. Плюс мы держали собственный лейбл, так что могли контролировать все, что касалось нашей музыки. А это для нас было гораздо важнее, чем становиться поп-звездами».

«Странно все это — мы ведь записывали музыку у себя дома, нарезали треки для друзей и вдруг тебя все хотят. Внезапно ты оказываешься перед толпой людей, которые просто на тебя смотрят. Они даже не танцуют, они просто смотрят, что ты делаешь. И как диджей я сразу понимаю: что-то здесь не так. Слава и шум вокруг тебя лишают уверенности. Мы всегда были антизвездами и никогда не преклонялись перед музыкальной индустрией. Мы скорее панки, чем поп-звезды.Если бы я стал поп-звездой, вряд ли я бы чего-то достиг». #альбом

Небольшое интервью Фэтбой Слима о записи Rockafeller Skank, самой известной его вещицы, которая катапультировала его прямо в космос. Это живое воплощение музыкального постмодернизма, когда из записей, которые не имеют между собой ничего общего, получается шедевр. Массивно в треке задействовано четыре семпла и еще несколько по мелочи (типа перебивки к ударным, регги выкриков и пр.). Так вот, когда предстояло их очищать для дальнейшего издания без судебных исков, каждый из авторов четырех задействованных фрагментов захотел по 40—50% с Rockafeller Skank. «Воу-воу-воу! — предупредил Худосочный Жердяй. — Мы так ровно в сотню не уложимся». Поэтому каждый из авторов довольствовался 25%, а сведший их воедино Норман Кук не получил ничего. Он взял свое на выступлениях и заслужил бессмертие одним треком :-P #repeat

Перевод ролика: Николай Долговязов, Георг Палладьев
Озвучка: Александр Коваленко

Остальные фильмы об электронной музыке — часовые, получасовые и на 15 минут — смотрите в нашем большом лонгриде.