7-часовой альбом. Самое длительное и непрерывное музыкальное произведение в истории, которое было издано официально. В апреле 2001 года это было действительно так. Изучая заграничную музыку, молодой Роберт Рич узнал о полуночных музыкальных спектаклях в деревнях Индонезии. Он знал также о многочасовых клавишных импровизациях Терри Райли и долгих радиопредставлениях Джона Кейджа. И стало ему интересно: а как слушатель чувствует себя при этом? И, будучи студентом первого курса в Стэнфорде, он расклеил по всему городку приглашения брать спальные мешки на первый всенощный концерт ‘82 года. Пришло человек 20. Треть из них не спала и смотрела, как Роберт для них при помощи минимального оборудования создает очень тихую эмбиент и дроун-музыку.

С тех пор он дал больше полусотни спящих концертов и не переставал думать о записи долгоиграющей пластинки для сна. Появление DVD-формата в конце девяностых увело Роберта от шальной мысли издать 7-часовой альбом на пяти компактах, чтобы их последовательно, хоть и с паузами, заряжал сиди-чейнджер. И пока разработчики доводили технологию до блеска, Роберт Рич готовил opus magnum. Надо сказать, что Somnium — это не запись чистого концерта. Это множественные фрагменты с выступлений, которые перетекают друг в друга с долгими переходами, перемешиваясь со студийными наработками. Автор определяет Somnium как внутреннее путешествие; как возможность заглянуть в себя. Обрести покой и снять тревожность, не вспоминая о дневной суете. Роберт настаивает, что колес для этого не нужно — все и так есть в нашем сознании. «Вы знаете, я вышла после концерта к машине, но быстро поняла, насколько шумно вокруг и вернулась к Вам. Музыка поменяла мое отношение к звукам на улице» — одна из любимых историй автора.

До 2014 года Somnium оставался рекордсменом среди альбомов по длительности. Пока Рич не издал 8-часовой Perpetual и не соединил его и Somnium. 15 часов эмбиента на выходе, а в комментариях все равно пишут: Too short. Приятных снов.

Первый шоукейс в этом году от музыканта, который ловко сочетает прогрессив хаус и звучание 80-х. Свои работы сегодня представляет Артём Sunn Jellie. Ему слово: «Душевная теплота восьмидесятых, упакованная в технологичность и динамику наших дней — это то, что сопровождает и вдохновляет меня в творчестве на протяжении многих лет. Именно этим настроением я стараюсь делиться посредством музыки со всеми моими единомышленниками. Надеюсь, что предстоящее путешествие в не столь далёкое прошлое не оставит Вас равнодушными, а кому-то позволит еще раз освежить в памяти некогда знакомые композиции и немного согреет в эту прохладную пору :)». #inthemix

И вне зависимости от того, какой у этой записи будет охват и сколько лайков — это крутая музыка. Треклист шоукейса в комментариях, а предыдущие выпуски наших гостей слушайте в отдельном плейлисте на саундклауде или по тегу #guest

«Я был очень воодушевлен музыкой из Детройта и Чикаго, — говорит Паскаль Дардуфас, более известный как Pacal FEOS. — На этапе зарождения техно-музыки, ее первопроходцы смотрели с интересом на музыку Северной Европы, особенно на Electronic Body Music из Бельгии и немецких ребят из Kraftwerk. Под конец 80-х уже мы, музыканты из Германии, заводили чикагские и детройтские пластинки, чтобы перенять их звук. Это был наш обмен опытом.

В начале 90-х у нас в моде была очень жесткая музыка: габба, хард техно и все такое. Мы начали уводить техно в сторону мягкого звучания. Под конец 90-х в техно появилась африканская перкуссия, трайбл-звук. К середине нулевых стиль снова переменился — вроде бы и то же техно, но с заметным влиянием тек хауса. Эти перемены неизбежны, потому что если постоянно гонять тяжелое техно, ты с ним быстро упираешься в потолок — в жесткаче давно уже нет ни новых идей, сплошное молотиво». Дебютный сольник Паскаля, помимо разгадки его псевдонима, как раз и вобрал в себя весь веер звучаний техно и хаус-музыки с Америки и Европы: от детройтской долбежки через трайбл-ритмы к мягким и глубоким подложкам в техно, хаусе и, кажется, даже тустепе. #альбом

«Хип-хоп — это не наша культура, это музыка черных». Алё: джаз, рок, блюз, соул, фанк, диско, ритм-н-блюз, ска, даб, регги, хаус и техно — вообще-то тоже не были музыкой белых изначально. Это не помешало возникновению джаз бэндов в Союзе, кружкам брейк-данса по всей стране, это и не мешает постоянным факельным шествиям дискотеки 80-х, состоящих когда-то на половину из обеленного диско: итальянского или немецкого. Почти вся музыка, которая пришла в Европу через океан — мягко говоря, не белая. И даже там не особо превращалась в «нашу», так как в одной только Британии — бывшей империи и владычице морей, полно граждан с ее бывших колоний: Ямайки, Индии и половины Африки еще. Тем не менее, это тоже люди. Это музыка людей.

Когда в рок и соул приходили белые музыканты, стоял другой шум: «Бельё ворует наш хлеб!». Ор оправдан: во времена голубоглазого соула в Америке пятидесятых вовсю цвела сегрегация: рукомойники для белых, рукомойники для черных. Но крик помощи ревнителей традиций не согнал снеговиков со сцены. В жанры массово наплыли белые артисты, которых продвигали большие лейблы. Нью-йоркский хип-хоп, который начал в семидесятые с семплирования черных братских фанковых пластинок, положил начало всеобщему семплированию в девяностые, когда из семплов появились джангл, хардкор, гэридж и драм-н-бейс; с музыкантами, которые были сами по себе, без лейблов. Так что есть за что сказать хип-хопу спасибо. Как и и этому ролику о краткой истории семплинга, после которого обязательно захочется включить олдскульный альбом A Tribe Called Quest. #repeat

«Обнаженную эмоциональность Брока ван Вея почти невозможно слушать» — так напишет журнал Resident Advisor, когда альбом White clouds drift on and on попадет в двадцатку лучших дисков 2009 года. Рецензенты, которых застали врасплох пробирающие подложки и песнопения с африканских полей, благодарят владельца детройтского лейбла Echospace Стивена Хитчелла. И совсем не за то, что выпустил альбом, а за дополнительный диск с эмбиент даб вариациями к нему :)

Однажды Стив написал ван Вею письмо с благодарностью за музыку — ван Вей последние несколько лет занимался грустным даб техно, но уже открыто дрейфовал в сторону многослойного эмбиента; он уже начинал незаметно вплетать голоса, которые потом станут его фишкой. В ходе переписки выяснилось, что Брок и Хитчелл очень близкие по духу ребята. Владелец «Эхоспейса» был готов подписать эмбиент даже сильно отличавшийся от профильного, лишь бы он: а) был целостным альбомом б) затрагивал сердце слушателя.

Для Брока это приятный шанс зазвучать на широкую аудиторию, ведь до этого он издавался в основном на небольших лейблах. «Записывая альбом для „Эхоспейса“ и для Стива в особенности, я не мог ответить себе на вопрос: понравится им или нет. И я сам не понимал, что хочу получить на финише. А в итоге получилась не только самая красивая музыка, которую я когда-либо создавал, но и такая, что дает надежду (а это получается не так-то часто)». Настолько красивая, что ее можно издать не под псевдонимом, а под настоящим именем. (Вопреки слухам, bvdub — не от близости к даб техно, а от первой буквы фамилии, дабл-ю.)

Будучи преподавателем английского в Китае, бывший уроженец Сан-Франциско, ван Вей, конечно же, познакомился с другим Ван Вэйем — поэтом и живописцем шестого века. Название White clouds drift on and on это как раз из его стиха «Прощание с другом», что переведен на все европейские языки. Его же цитирует и буклет:

«Он слез с коня, и я подал ему напиток.
На прощание я спросил его,
Куда и зачем он хочет ехать.
Он сказал затуманенным голосом:
„О, мой друг, Счастье не было ко мне благосклонным в этом мире
Я ищу покоя для моего одинокого сердца,
Я никогда больше не буду блуждать вдали —
Устали мои ноги и устала моя душа.
Земля одинакова повсюду,
И вечно, вечно существуют белые облака“».

Часто ли бывает так, что вслед за альбомом выпускается издание переделок со стороны? Довольно. А часто ли бывает так, что альбом выходит уже с дополнительном диском интерпретаций другого автора? Не сильно. Хитчелл, послушав промо ван Вея, предлагает продолжить звуковое путешествие и к восьмидесяти минутам оригинала предлагает еще восемьдесят собственных интерпретаций. Это трудно назвать полноценным даб техно — скорее, непросветный эмбиент даб с многочисленными провалами звуков в пустоту. Но не лишенный мелодизма.

Задействуя минимум материала с первого диска, Хитчелл, как правильно замечают те же рецензенты, создал новый альбом для Echospace :) Как раз то, что слушатели «Эхоспейса» ожидали бы вкусить приобретая альбом. То есть, на традиционные ремиксы эти обработки все же мало похожи. Стив не только трактует альбом в обратном порядке, он как будто его замедлил во сто крат и прокручивает каждый трек от конца к началу. Хитчелл словно вывернул музыку Брока наизнанку. И хотя каждый из них говорит об том же, только разными формами, все-таки вариации Хитчелла больше близки к созерцательной грусти (стиха). #альбом #repeat

Продолжаем знакомиться с источниками вдохновения джангл и драм-н-бейс музыкантов. Без лишних слов и приветствий ютюб-канал Original Jungle Samples рассказывает о том, что за инструменты и голоса звучат в наших любимых треках. Сегодня — Dillinja. «Я начал в ‘91 году. Делал басы и ритмы. Закуривал с утра самокрутку и до вечера возился с оборудованием. И так каждый, ебтвоюмать, день. Я уже давным-давно в завязке, но тогда ничего кроме треков и дымка не признавал». «Трава и треки! — Со смехом вмешивается давний подельник Диллинжи Lemon D. — «Нелегко было: своей студии нет, приходится покупать время в чужой, ты пишешь треки и одновременно пытаешься понять, как все работает. Я пытался привлечь парнягу, который работал в той студии, но он не врубался в концепт драм-н-бейса вообще — он слушал только рок и хэви метал. Помню, попросил его объяснить, как тут шинковать ударные и вот мы просидели уже несколько часов, как вдруг он откидывается на спинку кресла и начинает вспоминать, что за три часа научился накладывать простейшее эхо на инструменты. Короче, понятно».

Диллинжа продолжает: «В середине я выстрелил с темой Angels fell, где в полной мере раскрыта моя страсть к научной фантастике. В «Энджеле» зашиты фрагменты из „Бегущего по лезвию“ — одного из моих любимейших фильмов. Трек стал хитом, он приглянулся Голди и как результат — выпуск на его лейбле Metalheads. Финансово все устаканилось примерно в ‘98 году — джангл и драм-н-бейс становились все популярней и теперь на выпуске музыки можно было даже прожить. Не сказать, что припеваючи, но закрыть свои потребности — вполне. Я помню, на тираже из 500 пластинок мы заработали около 800 $. То есть, чуть больше полутора долларов за носитель — прекрасно же! Ты получал восемь сотен и был счастлив; можно было прожить целый месяц: накупить себе дизайнерской одежды, тимбалендов и прочих тем». #whosampled

* Adam F — Circles
* Bob James — Westchester Lady

Иногда я приглашаю не только музыкантов, но и владельцев интересных лейблов записать шоукейс из музыки, которую они издают. Артём Shpist представляет работы пензенского музиздательства House Dessert Records. Слово автору: «Помимо основного материала House Dessert в микс включен и наш свежий сборник V/A, который вышел на виниле и доступен на Juno, Deejay, VinylFuture и других магазинах. А открывает эту пластинку наша совместная работа, которую мы подготовили втроем с моим приятелем Володей Борисовым и крестным отцом хаус-музыки Маршаллом Джефферсоном. Рад быть гостем вашей серии и всем приятного прослушивания». #inthemix

И вне зависимости от того, какой у этой записи будет охват и сколько лайков — это крутая музыка. Треклист шоукейса в комментариях, а предыдущие выпуски наших гостей слушайте в отдельном плейлисте на саундклауде или по тегу #guest

#рекламныйпост предоставлен рекламодателем

Открыта ранняя регистрация на курс Дмитрия Ковязина aka Kovyazin D «Системный навык создания электронной музыки»

До вечера пятницы 28 января вы можете занять место по минимальной цене.

→ Подробная информация и регистрация

Paul van Dyk — Reflection
В альбомах последних лет Пол ван Дайк стал обращаться к привычному трансовому звучанию, а в Guiding light 2020 года — так и полностью обрел утерянный со времен Evolution почерк. Когда же он впервые его применил на альбоме From then on в 2017 году, один из популярнейших комментариев тогда был: «Ух ты, настоящая транс-музыка». Сейчас техно незазорно пользует старые приемы из немецкого транса, а ничего не подозревающая молодежь радуется свежим находкам. Вот уж где уместно заметить: новое — это хорошо забытое старое. Так поднимем же за альбом Reflections, который ван Дайк пока не переплюнул. Он и сам говорил, что этой пластинкой (наравне с треком For an angel) гордится больше всего.

Быстрые факты об альбоме: в половине треков звучит голос Джен Джонстон. Трек Connected записан для рекламной кампании тогда еще полифонических несмартфонов Hellomoto (Его новый сингл Wishful thinking — почти точная копия Connected.) Buenaventura оказалась частью саундтрека к мексиканскому фэнтези-фильму Zurdo, а ван Дайк получил за него местный Оскар. А Nothing but you в хитром норвежском вокализе звучит полностью так: «Рядом с тобой у меня есть все, а без тебя — ничего». #альбом #repeat

Все хорошо в миксах с классикой атмосферного джангла и интеллиджент драм-н-бейса, да только авторы этих подборок зачастую берут одни только известные пластинки и не копают вглубь. Как результат — кочующие из сета в сет одинаковые треки. Иначе поступил Блик из Падерборна — он стал искусно сводить зэ бесты отдельных музыкантов и, несмотря на то, что многие из них — бывшие резиденты Гуд Лукина, мы все равно на выходе получаем 16 часов разнообразной и нежнейшей музыки под хрустящий ритм. Золотые пять лет, когда не стыдно было создавать красивые и мелодичные произведения. #inthemix #коллекция

Mixcloud:
* KMC 1996—1999 Releases
* Artemis vs. Shogun 1995—1999 Releases
* Future Engineers 1997—2000 Releases: Part 1
* Future Engineers 1997—2000 Releases: Part 2
* PFM 1995—1999 Remixes
* Intense 1995—2000 Releases
* Blu Mar Ten 1996—1999 Releases
* Wax Doctor 1994—1998 Remixes
* Peshay 1993—2001 Releases

Кому удобно — слушайте эти сэты на миксклауде, а кому удобней файлами в машину или плеер — забирайте их в нашем чате.

Ра Джан снова у микрофона — все это время он собирал и готовил материал для лекции об истории The Prodigy. Все это со временем вылилось в многотомник и поэтому сегодня только первая часть — начало начал: Как образовались The Prodigy, противостояние хип-хопа и рэйва. В чем особенность хип-хоп культуры, из-за чего она стала популярной, и почему Лиам Хоулетт предпочел рейв? Чем Лиам отличался от остальных диджеев на рэйве? Как прошел первый концерт группы? Почему Лиаму было стыдно за их первые сценические костюмы? Чем регги эмси отличается от эмси на рейве? Контракт с лейблом и первый сингл What Evil Lurks. Обо всем этом — в ближайшие полчаса. #radjan

Испанский битмейкер Давид Гарсия Гарси-Нуньо (Cookin Soul) показывает как пишется инструментальный хип-хоп последние лет тридцать.

Сен-Жермена, наравне с Лораном Гарнье, славят как одного из отцов современной французской электроники (Или, как ее по-другому называли, french touch.) Особо смелые издания пишут, что именно коммерчески успешные работы Сен-Жермена (в миру Людовика Наварра) в середине девяностых заставили обратить внимание гигантов звукозаписи на то, что происходит в Париже и других городах страны; осветив, таким образом, путь для Air, Daft Punk, Motorbass, Cassius, Kojak и многих других. Сложилась французская сцена, конечно, не в одночасье, а примерно за десятилетие, когда в начале 90-х небольшая группа 20-летних, упоротых по музыке людей, наслушавшись техно и хаус-пластинок из далеких Нью-Йорка, Чикаго и Детройта, решили перенести понравившееся им звучание на родную землю (тем более у англичан, которые сидели через пролив, это получилось). Французским пионерам это далось во сто крат тяжелее британцев — остается только позавидовать их терпению и настойчивости. (О становлении нового движения очень подробно расписано в книге Лорана Гарнье «Электрошок».)

Сен-Жермен изначально не собирался связывать свою жизнь с музыкой — он готовился стать профессиональным спортсменом, виндсёрф грел его сердце. Но помог случай. Несчастный. После травмы ноги, обездвиженный на многие месяцы, Наварр переключился на спокойную работу, стал изучать компьютер, а там уже нашлись и старозаветные музыкальные программы. Людовик под ником Sub System сначала издавал техно на бельгийском лейбле, а потом в том же ‘91 году его подписали на один из первых электронных лейблов Франции. Музыкант тогда жил с родителями в элитном районе Сен-Жермен-де-Пре и когда время пришло подбирать новый сольный псевдоним, то, кажется, Лоран Гарнье, предложил назваться по имени местожительства.

Сен-Жермен: «Во Франции не было техно-сцены, не было журналов о нашей музыке, не было промоутеров. Был только маленький круг единомышленников и несколько вечеринок, на которые диджеи приходили с пластинками будто заходят в гости с хорошим вином в подарок. Мы создавали электронную музыку больше для удовольствия, чем для продажи — во Франции не было нашего рынка. Постепенно запись дисков превратилась в основную работу. Но мы не привнесли ничего нового — мы просто шли по стопам создателей жанра». Правда, очень быстро зарубежная техно и хаус-сцена разочаровала Сен-Жермена. «К середине 90-х я почувствовал, что мы застряли на однообразных быстрых ритмах и безобразных клавишных партиях. Я уже подумывал забросить музыку, но меня спасла поездка в Нью-Йорк. Я увидел, как топовые диджеи — Masters @ Work, Todd Terry — получают удовольствие от моих пластинок. И я решил продолжить, записав альбом, где хаус и техно будут переплетены с живыми инструментами. Даже если у меня не получилось — все равно было интересно попробовать».

И ведь чуть не получилось: «Во Франции никто не хотел играть мою музыку», — отрезает Людовик. Все затеи о скрещивании джаза и хауса бездушно отвергались соотечественникам. И внезапно он находит отдушину — он случайно в том же Париже знакомится с трубачом, который потом представит Наварра с пианистом и саксофонистом. Все они — люди, которые совершенно не были вхожи в электронную сцену — более того — ничего не знали о ней. Молодые преподаватели музыки из обычной парижской школы составляют его джаз-бенд. «Это самые открытые люди на свете, с которыми можно обсудить музыку и перекинуться свежими идеями. А люди из хаус и техно-тусовки сейчас слишком зациклены на деньгах, ни о чем другом они больше не хотят думать. Вот почему я отошел от написания музыки в этих жанрах; там не происходит ничего нового и, честно говоря, это меня уже мало волнует», — говорит Людовик.

Сегодня большой микс с музыкой Наварра его разных периодов. От первых дип хаус пластинок до одержимости соединения блюза, джаза, африканской и латиноамериканской музыки с электроникой. «Я очень быстро перегораю, если концентрируюсь только на одном жанре, — признается Людовик. — Работать на пересечении стилей — вот это для меня вызов!». #playmylist