Продолжаем знакомиться с источниками вдохновения джангл и драм-н-бейс музыкантов. Без каких-либо слов, призывов и приветствий ютюб-канал Original Jungle Samples рассказывает о том, что за инструменты и голоса звучат в наших любимых треках. Сегодня — DJ Zinc: «Я скупал огромное количество пластинок и все никак не мог накопить на вертушки, потому что как только у меня появлялись свободные деньги — они тут же уходили на новые пластинки. Впервые я стал за двумя Техниксами уже во время работы на радио. К началу 90-х я уже лет семь играл на пиратских станциях в Лондоне и за это время успел познакомиться с некоторыми промоутерами, которые приглашали выступить в их клубах. И однажды я встретил парнягу, у которого была своя студия. В ‘91—92 годах если ты хотел записать свой трек, то ты либо покупал оборудование и обустраивал студию у себя дома, либо покупал время в чужой студии или как-то проходил по знакомству. У того чувака не было машины, но была студия и мы договорились, что если я отвезу его на рэйв чтобы раздать промки, он разрешит поделать треки за 7 $ в час.

Это было поворотным моментом, потому что теперь я записывал треки, отдавал их промоутерам и теперь меня еще чаще звали где-то сыграть. Я тогда работал в офисе, перекладывал бумажки — словом, тупое занятие. До драм-н-бейса я слушал хип-хоп и, естественно, оттуда срезал фрагменты для своих работ. Так в ‘95 году я записал трек Super sharp shooter и бутлег на тему Fugees — Ready or not, которые очень мощно тогда выстрелили. Они-то и дали мне возможность бросить работу в офисе и полностью сосредоточиться на музыке. Небольшой компашкой, куда входили Паскаль, Хайп и его пёсель Снуп, мы открыли музиздат Ganja Kru, релизы которого распространял медиаконцерн BMG — это был мой первый опыт работы с гигантами звукозаписи. С тех пор я записал тонну треков, пластинок, совместных релизов и даже записал мини-альбом.

Вскоре появился еще один трек, который для меня поменял все, — это 138 Trek; со скоростью 138 ударов в минуту и семплами из «Стар трека» — вот почему такое название. Промки с ними я отправлял всем брейкбит диджеям и не получал никакой реакции, его никто не ставил. Но потом пластинку полюбили чуваки из пиратских станций, где играли гэридж. Трек часто стал звучать в радиоэфире, его популярность росла, большой лейбл купил права на его издание, потом пластинка зашла в хит-парады и я с радостью осознал, что могу записывать музыку не только на 170 ударов, но и на других скоростях. 138 Trek принес не только это понимание, но и запах денег — за подобные треки мне предлагали гораааздо больше, чем я зарабатывал тогда в драм-н-бейсе. Но я занимался брейками, потому что это очень похожая на драм-н-бейс история. Тот же стиль, только медленнее.

О перемене моего звука в нашей тусовке мне никто и слова не сказал. Я знаю только, что какой-то тип однажды подошел к крестным жанра — Фабио и Груврайдеру — с предъявой: „Слыхали че играет Zinc? Не понимаю, как такую шляпу ставить можно? Он ведь должен играть чистый драм“. На что Груврайдер ответил: „А я играю хаус и что с того?“ Короче, отбрил. Фабио еще потом отвел Грува, чтобы тот не навалял парню. А так я слышал только хорошее, все поддержали. Потом я начал заниматься брейками и основал собственный лейбл Bingo. Лейбл, в котором нет правил; где можно выпускать хаус, драм-н-бейс, брейкбит гэридж — все, что душа пожелает.

Потому что работать с мейджорами, с гигантами индустрии — это гемор. Ведь они что делают: подписывают одновременно 5-6 артистов и смотрят, кто из них выстрелит. Победителя в оборот, а остальных в утиль. Мейджоры хотят большого и мгновенного успеха. Им неинтересно выстраивать отношения, работать вдолгую. Я сотрудничал с двумя гигантами. Последний был заинтересован в моем сольнике. Я записал, они выпустили, но прова(ф)лили раскрутку альбома по всем фронтам. Да, они дали аванс за пластинку, но все закончилось тем, что я вытребовал ее обратно со всеми правами и невозвращением их аванса. И они согласились. Потому что провал промо-кампании был очевиден даже им, кучке идиотов». #whosampled

Солнечный ликвид фанк, бойкая рагга и жирный драм-н-бейс — так начинается декабрь. Время от времени я приглашаю интересных музыкантов записать шоукейс микс, который будет состоять исключительно из их работ. Сегодня свою музыку представляет Илья Shiny Radio. Ему слово: «Примерно в 12 лет ко мне в руки попала аудиокассета с Jungle музыкой. Через год, ещё одна — c Intelligent Drum And Bass. С этого момента я проникся разнообразием звучания данного направления, да и культурой, в целом. При прослушивании треков в моей голове постоянно крутилась мысль: „Во что бы то ни стало, я хочу сам создавать эти закрученные грувы и упругие жирные басы!“. Говорят, Drum And Bass — не музыка, а стиль и философия жизни. Абсолютно согласен — подтверждено собственным опытом». #inthemix

И вне зависимости от того, какой у этой записи будет охват и сколько лайков — это крутая музыка. Треклист шоукейса в комментариях, а предыдущие выпуски наших гостей слушайте в отдельном плейлисте на саундклауде или по тегу #guest

Немного об электронной музыке конца 70-х, раз уж я все-таки про историю :) Группу Space очень любили в Советском Союзе, потому что ее музыка вовсю крутилась в заставках и фоном на радио и ТВ. Плюс она была идеологически безопасной для страны, где в 60-е каждый мальчуган мечтал стать космонавтом. А еще у Советского Союза были очень хорошие отношения с покинувшей НАТО Францией (оттуда в нашем прокате фильмы с Бельмондо, Ришаром, Депардьё и Луи де Фюнесом).

Француз из Княжества Монако — Дидье Маруани — получил классическое музыкальное образование и до того, как войти в зал электронной славы, пел в сольных пластинках о любви, интересовался синтезаторами, слушал работы изобретателя музыки шумов Пьера Шеффера и писал разную музыку на заказ. Вот французское ТВ запускает программу о космосе и 24-летний Маруани привлекается для записи мелодии для заставки. Он пишет Magic fly — трек, который его прославит, но который не утвердит руководство лейбла для издания под именем Didier Marouani. (Да, музыка хорошая, но не наш формат.) Вместе с Жаном-Филиппом Илиеско де Гримальди, который и подкинул заказ на Magic fly, они заходят с другой стороны: не разрывая контракт с первым лейблом, они продают трек другой компании, образовывают группу Space, сам Дидье (чтобы не палиться) подписывает треки именем «Экама», а продюсер отвечает за продвижение группы и остается в тени.

Целый год Space в составе 4 человек выступает в серебристых скафандрах, их лица закрывают шлемы. Их сингл Magic fly становится №1 в 15 странах, их первые два альбома, оба вышедшие в ‘77 году, жадно раскупают любители доступной электронной музыки, которая внезапно оказалась мелодичной. Инопланетные костюмы, что хорошо подходили по тематике, служили еще одной цели: никто из первого лейбла не должен знать, что Маруани левачит. «Только через год, — вспоминает Дидье, — я попросил компанию аннулировать мой певческий договор и потом смог открыто объявить, что это именно я основатель и пишу музыку для группы Space». Первый концептуальный альбом помимо нарочито космической темы, содержит заигрывания с прифанкованной соул-музыкой — Маруани не скрывает, что Carry on, turn me on был записан для американского рынка, где песню издали отдельной пластинкой, а она потом стала хитом в черных клубах США. Эта тема продолжится и в последующих альбомах Space, где музыки будет поменьше, а вокала побольше. Группа теряла космический шарм и открыто дрейфовала в сторону обычной поп-музыки.

Все закончилось очень быстро: после трех альбомов, в ’78-м, Маруани решает дать большой концерт у Эйфелевой Башни. Он получает официальное разрешение властей и вовсю начинает рекламировать предстоящий лайв. Но за месяц до назначенной даты вмешивается продюсер группы и концерт отменяет. Скандал и позор. Дидье хочет уволить продюсера, но выясняется, что ушлый Жан-Филипп зарегистрировал группу Space на себя и основатель может уходить вон. Последний альбом, Deeper zone, в ‘80 году записывали усеченным составом уже без Дидье и это была окончательная смесь американского фанка а-ля Глории Гейнор с британским прог-роком а-ля «Пинк Флойд». Только через 20 лет, после затяжных судов и взаимных препирательств, Маруани забрал себе право издаваться и выступать под именем Space. Надо сказать, что ни до выигрыша суда, ни после — Маруани не смог выпустить ничего интересного. Даже основанный по горячим следам Paris France Transit не приблизился к хитам и мелодиям первого альбома Space. Только отдалился. Не говоря уже о последующих пластинках. #ветераны #repeat

#рекламныйпост предоставлен рекламодателем
Сказочному ПЗДЦ быть и ждать пришлось не зря!

- КостюмКэмп - ты сможешь безвозмездно нарядиться в сказочный наряд прямо на пати, просто зайдя в нужный закуток.
- Три танцпола на любой вкус/цвет/музыкоисповедания и куча разных пространств, декорированных под сказки.
- Мощный арсенал диджеев из Москвы, Питера, Краснодара, Твери и даже Южной Америки - Brain (Dispatch Rec., Sofa Sound)
- 35 часовой хронометраж (для самых крепких).
- Для тех кто начнет с самого старта будет ждать (буквально) ванна оливье, ведро водки, ящики мандарин, ну и шампусик, но с боем курантов "явства" исчезнут как дым бенгальских огней.
- 1го вечером будут развеселое шоу.

Билеты в сказку:
Предпродажа:
с 1 по 10 декабря - 1000р.
с 10 по 25 декабря - 1200р.
с 25 по 30 декабря - 1500р.
На входе:
31 декабря с 20:04 - 2000р.
1 января с 00:00 - 1500р.
1 января с 20:00 - 1000р.
2 января с 03:00 - бесплатно

В рубрике «Концертный зал» — полуторачасовое выступление Underworld, сплетенное из лучших номеров группы с разных площадок в рамках турне ‘99 года в поддержку альбома Beaucoup Fish. Последний лайв в классическом составе: Карл Хайд, Рик Смит и Даррен Эмерсон — вместе они вывели группу в топ, но Даррен хочет больше уделять времени своей музыке и больше посвящать себя управлению лейблом Underwater. Тем не менее, в этих 90 минутах вся классика от бывших рок-звезд: Rez (которая Everything-everything-everything), King of Snake, техно Moaner, Jumbo, Pearls Girl (Crazycrazycrazycrazycrazy) и, конечно же, Born Slippy.Nuxx.

Приятно, когда артисты уделяют внимание не только музыке, но и ее упаковке — весь лайв планы технарей Смита-Эмерсона за микшерной панелью и неосознанной лирикой Хайда чередуются с дизайнерскими вставками родственной им студии Tomato, которая помимо коммерческих заказов, готовила также оформление всех релизов и концертов для Underworld. #live

#рекламныйпост предоставлен рекламодателем

Московский электронщик Ник Завриев aka Ambidextrous, которого многие знают еще и как журналиста и автора подкаста "Планетроника" 12 декабря в "Бумажной фабрике" презентует юбилейное переиздание альбома "Errorism". Впервые альбом вышел на CD в 2001-м году и с тех пор считается одним из самых заметных релизов отечественной IDM-сцены. Спустя 20 лет "Errorism" с новым мастерингом и ранее неопубликованными треками перевыпускается сразу в двух форматах: на виниле (за это издание взялся лейбл SEALT, c которым Ник сотрудничает уже много лет) и на кассете, которую выпустит московский лейбл Местность. На презентации Ник исполнит альбом "Errorism" целиком.

Одним лайвом программа не ограничится: на сцену "Бумажной фабрики" также выйдет Андрей Орлов. Его пластинки выходят на итальянском лейбле Opilec Music и на французском Musiques Electroniques Actuelles, его треки звучат в артхаусных фильмах, их играют в своих сетах The Blessed Madonna и DJ Harvey.

Ивент в FB / ВК

Драм-н-бейс, эйсид джаз и трип-хоп вообще-то не характерны для лейбла, издающего экспериментальный эмбиент, но это был дух времени и так, получилось, что между альбомами Порстисхед и Морчибы на полке можно поставить этот. Единственное, я не понимаю, как это Water и Abducted не стали хитами. #альбом #repeat

Продолжаем знакомиться с источниками вдохновения джангл и драм-н-бейс музыкантов. Без каких-либо слов, призывов и приветствий ютюб-канал Original Jungle Samples рассказывает о том, что за инструменты и голоса звучат в наших любимых треках. Сегодня — High Contrast: «У моей мамы было коллекционное издание с классикой Мотауна на компакт-диска. Вот этот бокс-сет и стал моим первым источником семплов в году так ‘96-м, когда я только начал заниматься музыкой. Тогда в 16-17 лет у меня была только пара убитых вертушек и демо-версия „Кубейса”, в которую я заливал семплы с маминых компактов. Я не понимал особо что я делаю и зачем, но я знал, что так делают другие ребята — срезают семплы с чужих треков, чтобы написать свои.

Со временем мои поиски переросли в зависимость. И здесь приходится быть очень разборчивым — покупать только те релизы, которые уж точно пойдут в дело. Иначе я рискую превратить свой в дом в огромное винилохранилище. Ну и самое лавное: я беру только такие соул-пластинки, которые еще мало кто семплировал». #whosampled

Другой рассказ о ветеранах, сотворивших историю электронной музыки. На радиоволнах послевоенной Германии, где еще долго присутствовали американские, британские и французские войска, постоянно играла неизвестная доселе музыка стран-усмирителей. Новое поколение немцев. что родилось после 45-го, открыто презирало старые порядки, не понимало конформизма родителей и пыталось как-то самовыразиться. Но с одной стороны, прежней культуры не существовало, а заграничная была слишком чужда. Молодые художники нашли свой путь, объединив психоделический рок, нестандартную поп-музыку и авангардную электронику в то, что потом в Берлине назовут кóсмише мюзи́к, а в масштабах всей страны — краутроком из Германии (краутами презрительно называли немцев во время Первой и Второй мировой за их страсть к блюдам с кислой капустой).

Контркультура, созданная на развалинах германской цивилизации, подарила миру немало музыкантов. Помимо известного примера с Крафтверк, которые до того, как открыть в себе роботов, гнали крутой дюссельдорфский краутрок (альбомы того периода отцы наотрез отказываются переиздавать) известен другой переход из рока в электронную музыку — Мануэль Гёттшинг: «Однажды в ‘70 году ко мне подошел Клаус Шульце, который на тот момент только-только ушел из Tangerine Dream с позиции барабанщика, и мы образовали группу Ash Ra Tempel. Мой второй школьный друг — Хартмут Энке — привез из Лондона немного пинкфлойдовской аппаратуры. С ней мы стали самой шумной рок-группой в городе. Три слова Ash Ra Tempel на самом деле с трех разных языков: Ash с английского, Ra с египетского и Tempel с немецкого. Необычное — тем оно и понравилось. Это такой экивок нашим школьным временам, когда мы создавали свои группы, давали им броские названия, но никому из участников они не нравились. И вот приходит Клаус с названием Ash Ra Tempel. Я рассмеялся — забавное имя. И, кстати, уникальное. Уверен, в мире не найдется ни одной другой группы с таким названием. Хартмут очень быстро подвел под имя теоретическую базу: Ash — это пепел, остаток, занавес стало быть; Ra — египетский бог солнца, а значит — энергия, источник всего живого. Tempel — место для отдыха и созерцания.

Первый наш альбом был полной импровизацией. После него Клаус решил с головой уйти в электронную музыку, а мы с Хартмутом записали еще три рок-пластинки, после которых мой дорогой друг навсегда решил завязать с музыкой. Он хотел быть свободным: играть что ему нравится, когда захочется и не быть часть музыкальной индустрии. В общем, в ‘73 году я остался один в раздумьях что же делать дальше. Я хотел по-прежнему играть в группах и поэтому искал других музыкантов. Очень быстро нашел, но с ними не было той энергии. В общем, иногда хорошо не цепляться за старое. И я решил, что буду пробовать свое. «А что, у меня есть гитара — буду ее и записывать». Ведь я гитарист — я с детства учился классической игре на гитаре, но потом заинтересовался другими инструментами: синтезаторами и клавишными. У меня на руках была старая гибсоновская гитара и несколько эффект-процессоров для нее. Я попросил агента прикупить пару многоканальных магнитофонов, чтобы начать записывать пробники. Так стал обустраивать личную студию. Мне ведь надо было тренироваться. И что началось! Я записывал музыку задом-наперед, записывал на двойной скорости, записывал на пониженной. Я перебирал струны и был влюблен в эффектов-процессор, который, если исхитриться, выдавал красивый гулкий звук — вот он! Я нашел мой почерк. Эффекты эха и реверберации создавали эффект игры секвенсоров и синтезаторов, хотя там была всего лишь одна гитара. Потому мне и стала интересна электронная музыка — в ней можно было много чего провернуть в одиночку.

Начав отстраивать собственную студию в ‘74-м, я попутно знакомился с музыкой американских минималистов: Терри Райли, Филипа Гласса, Стива Райха. Влияние Стива Райха прослеживается в моей музыке особенно четко. Больше всего в музыке Райха мне нравится ритм — чтобы отточить чувство ритма, Стив специально летел в африканскую Гану. Результаты слышны нх. Я пробовал строить композиции по его методике. У меня даже что-то получалось и получалось весьма недурно. Меня также сильно вдохновили работы Терри Райли конца 60-х-начала 70-х. Он играл на очень простых инструментах — в его распоряжении был всего один электроорган, но хор из эха и ревербераторов создавали ощущение абсолютно космической музыки. И я подумал: «А почему бы не попробовать то же самое, но с электрогитарой? Чисто гитара и все». Это была прорывная вещь, сыгранная в едином и непрерывном ритме; точном как метроном. В том альбоме — Inventions for Electric Guitar — проявился мой фирменный стиль — многолетние уроки на гитаре не прошли даром :) Я бы сказал, что мои первые альбомы создавались в процессе исследованием студийной аппаратуры под влиянием вышеназванных музыкантов.

Помимо того, что я отстраивал собственную студию, я продолжал и собирать разные инструменты. Свой второй альбом, New Age of Earth, я решил записать на контрасте — теперь главные на пластинке клавишные и синтезаторы. И, кстати, никаких секвенсоров — они у меня появились значительно позже. Поэтому всё приходилось набирать вручную. Но эта пластинка для меня стала еще одним большим шагом в развитии себя как композитора. А название диска, кстати, не имеет ничего общего с нью эйджем и его музыкой. Все гораздо проще: это дословный перевод с немецкого нойцайт, neuzeit — новая эра. Про тот самый нью эйдж я вообще ничего не знал, разве что в философии 60-х было такое направление, но к музыке, правда, оно не имело никакого отношения. В следующем альбоме, Blackouts, звучало опять много гитар; я снова переключился. Я всегда пробую разные подходы: то импровизация, то детальная композиция. То доминирование гитар, то снова клавишные и синтезаторы — там совсем другая игра, аккорды и интервалы, не такие, как я привык на струнных».

После проб в электронной музыке, сольных альбомов и гастролей в одиночку, Гёттшинг собирает новый состав музыкантов. Родной краутрок выдохся и Мануэль теперь дрейфует в сторону актуального поп-рока. Еще с середины 70-х его, Клауса Шульца и группу Tangerine Dream подписывает британский музиздат Virgin — музыка берлинских новаторов выходит за пределы Германии. Одновременно с этим Мануэль занимается созданием музыкального сопровождения для мод и выставок, продюсирование знакомых коллективов и еженощно практикуется в импровизации, записывая все на пленку. «У меня гора бобин осталась с тех времен».

Некоторые из работ буду выпущены спустя только два десятилетия. Некоторые — чуть раньше. Например, записанный за час альбом E2-E4, который начинался с музыки, которую хотелось бы включить в наушниках при перелете, а в итоге она стала для Гёттшинга судьбоносной. Это диск 65-летний автор играет на лайвах для аудитории вдвое младше него. Это через призму E2-E4 семидесятилетний Мануэль рассказывает о берлинской электронике в наши дни. Однако в ‘84 году его шахматную пластинку нещадно громит родная пресса со словами, что худосочный гитарист ничего не понимает в актуальных веяниях и вместо своей опусов для лифтов ему бы стоило послушать модные пластинки Depeche Mode. Оказалось, что композитор просто опередил свое время, а никто из проницательных журналистов и всезнающих редакторов этого не понял. E2-E4 как основополагающую запись в один голос называют и пионеры чикагского хауса, и основатели детройтского техно. Когда на рубеже 80-90-х маститые диджеи рассказали Гёттшингу, что его клетчатую пластинку заводили регулярно в американских клубах — он сильно удивился. Гёттшинг и подумать не мог, что под эту тему, где нет ни толкового ритма, ни упругого баса, кто-то захочет потанцевать. #ветераны

Почему зазорно издаваться на отечественном лейбле? Почему при равных условиях мне в Выборге, априори, не светит ничего, но если пройти 60 км на север до Иматры, то успех гарантирован? Почему не стоит издаваться на лейбле из Гусиноозерска, а лучше махнуть через границу на юг в Цагаануур? Там я найду все блага? Пересечение границы автоматически улучшает лейбл? Нет. Потому что провинциальное мышление, вот почему. А мы возьмем провинциальный лейбл Sengiley, который расположился на правом берегу Волги, и на котором издаются винилом не только наши ребята, но и музыканты из Италии, Франции, Бельгии, Германии, Испании и Аргентины. Почему им не стыдно выпускать озорную хаус-музыку в издательстве со штаб-квартирой в городке с населением шесть тысяч человек? На удалении в тысячу километров от Москвы? Столичные щёголи думают, что это разводка и со словами «хорошо там, где нас нет» запивают мокачино с миндальным молоком.

Это рубрика шоукейс: время от времени я приглашаю не только музыкантов, но и основателей интересных лейблов записать микс, в котором будут только треки из их каталога. Изначально предполагалось, что это будет ретроспектива изданного, но некоторые владельцы напротив — представляют микс из будущих релизов. Так, например, поступил Денис Казаков, руководитель лейбла Sengiley. Ему слово: «Данный гостевой микстейп записан в Санкт-Петербурге для уважаемых 12" и представляет собой селекцию исключительно из каталога русского лейбла Sengiley. Содержание шоукейса на 70% состоит из неизданного материала, который выйдет на виниле в следующем году. Примечание: треки не проходили мастеринг. Также в 2022 году лейбл запустит русскую серию на виниле. Первыми релизами станут дебютный альбом группы Поели (Ellipse & Russian Famous Nobody) и мини-альбом дуэта Classonix». #inthemix

И вне зависимости от того, какой у этой записи будет охват и сколько лайков — это крутая музыка. Треклист шоукейса в комментариях, а предыдущие выпуски наших гостей слушайте в отдельном плейлисте на саундклауде или по тегу #guest

#рекламныйпост предоставлен рекламодателем

E85 @electronik85 — отличный канал для всех, кто любит электронную музыку, и также интересуются разными направлениями и стилями (от melodic techno и dark disco до indie dance и downtempo). Для тех кто хочет слушать, а после делиться проверенными на андеграундных танцполах всего мира композициями.

Ежедневно редакция выкладывает отличные композиции, как электронных музыкантов с именем, так и редкие находки неизвестных ребят, которые отправят вас в космос. Взрывные релизы, мощные дебюты, крутые миксы, новый саунд и многое другое!

Обойдёмся без лишних эпитетов — лучше подписывайтесь и убедитесь сами:
@electronik85

До того как уйти с головой в IDM Чарли Мэй и Дункан Форбс на заре жанра записали лучший альбом с добрым и олдскульным прогрессив хаусом, где много цепких мелодий и отрывистых басов. Невозможно передать мое счастье от первой встречи с «Гаргантюа». Теперь он мой частый саундтрек под ленивое субботнее утро. Не слушайте первый трек — проматывайте дальше, там самый сок. #альбом #repeat