еще немного про фильмы, которые я недавно посмотрела: «Умри, моя любовь».

это фильм про послеродовую депрессию, очень камерный, личный, тревожный.

главная героиня, Грейс, была писательницей, счастливой женщиной, которая любила и чувствовала себя любимой, но после рождения ребенка все изменилось: она осталась с ним одна.

тут очень четко показано влияние патриархальных ролей: ее муж был рядом, но он не вовлекался в происходящее, потому что просто не понимал, в чем проблема посидеть с ребенком, позаботиться о собаке, сделать что-то для себя, убраться дома, пока сам дом стоит посреди леса, и у Грейс не останется рядом даже подруг. Грейс старается, но не получает в ответ никакого отлика, более того, муж перестает давать ей физическую близость, и здесь тоже четко видно: сначала женское тело нужно для рождения ребенка, а потом про него забывают. и не замечают женских криков о помощи, считают ее истеричкой. 

а она теряет себя и не понимает, почему жизнь с ребенком не приносит обещанной обществом радости, хотя она его и любит.

cr avahree

#рябина_смотрит #женщины_в_медиа

очень приятная, улыбавшаяся мне всю экскурсию девушка сказала в конце, что я красиво одета, что у меня приятный голос, и она переживает, что у меня столько экскурсий, а я на каблуках. как мало нужно для счастья.

день удался, в общем, как вы понимаете.

на самом деле, книга Татар мне, скорее, не нравится, чем нравится, потому что да, там есть красивые мысли, но в большинстве своем это, скорее, попытка натянуть материал фольклора на современность, используя современные, собственно, взгляды, а не отталкиваясь от того, что было в прошлом.

как дослушаю, напишу подробнее.

в общем, я прочитала почти половину, где Мария Татар анализирует мифы, и вот в чем суть: она это делает исключительно через призму настоящего.

схема такая: описывается миф, где присутствует женщина —> делается вывод, что все, происходящее ней в мифе — результат злостного женоненавистничества.

как пример — то, что женщины в древнем мире воспринимались как источник жизни и смерти, и это оскорбляет Татар, ведь некрасиво, что мужчина должен пройти путь, чтобы познать жизнь, а женщине ничего проходить не нужно, а она и так все знает. или сюжет про Арахну, который воспринимается как мужское желание запретить женщинам созидательную силу.

сюжет про Пенелопу, который она анализировала буквально до этого, тут начинает красиво игнорироваться.

проблема просто в том, что изначально все эти сюжеты создавались с другими целями, и нельзя буквально воспринимать каждый из них. более того, мифы не были явлением, фиксировывавшим какой-то конкретный момент в истории, они менялись вместе с греческим обществом. и миф о Елене, и о Пенелопе, и про остальных — при желании можно вполне конкретно проследить, как все это менялось от Гомера до периода греческой драмы. а миф об Арахне вообще переводится в пересказе Овидия, но никакой рефлексии влияния источника нет.

то есть, при анализе сюжетов встает не вопрос «что это значило для древних греков»?«, а «что это значит для современности?»

такой вопрос тоже может задаваться, в целом, но тогда его важно четко отделить от исторического анализа.

не говоря уже о том, что женские культы жизни и смерти это очень важная часть женского участия в общественной жизни, которая игнорируется в анализе в угоду версии, что в древности женщины исключительно молчали и страдали.

#женщины_в_мифологии

в общем, я поискала издание «Тысячеликой героини» на английском и выяснила, что там нет приписки на обложке про «женский архетип», что немного извиняет Татар, но не до конца, потому что в самом тексте она неоднократно к нему обращается.

проблема просто в том, что как такового анализа архетипа в тексте нет. есть отдельные сюжеты, которые в ходе анализа подгоняются под какие-то модели. и методологии исследования тоже нет.

в тексте даже цитата есть: «и, поскольку именно древнегреческая культура, нравится нам это или нет, породила основополагающий текст на эту тему, „Возлюбленная“ Тони Моррисон воспринимается как адаптация „Медеи“ Еврипида, а не как отдельная ниточка в золотой паутине, объединяющей все истории всех времен и народов (между тем это было бы правильнее)». но в этом же буквально нет смысла, раз исследование должно быть сосредоточено на исследовании архетипов?

образы не исследуются в исторической перспективе: вот, условно, вспоминается Пенелопа, а потом авторка пересказывает на рассуждения про писательниц или трикстересс. но ведь образ Пенелопы возник в конкретных условиях и развивался вплоть до 21 века, его нельзя просто вбросить и забыть. или там в ходе анализа писательниц (хотя я так и не поняла, как конкретно женщины-писательницы связаны с культурными архетипами) упоминается «Энн с зеленых крыш», но только книга, никак не учитываются изменения в образе, привнесенные впоследствии киноадаптациями, хотя, по идее, как раз это и могло бы показать изменение женского образа в культуре.

или анализируются женщины в современном кино, при этом нет никакого разделения между кино, снятом мужчинами и женщинами, и женские образы в мужском кино анализируются без рефлексии этого факта.

по итогу выходит так, что это просто выборка рандомных анализов современных медиа с упоминаниями сказок и мифов.

#рябина_читает #женщины_в_мифологии

в целом, единственное, что получилось хорошо, это рассуждение о том, что в современности насилие, описанное в сказках и мифах, воспринимается как что-то нормальное.

и в целом рассуждения о современных медиа прикольные, но в основном просто в контексте феминизма, потому что как такового исследования там нет.

просто прочитавшие будут больше знать о том, что в кино теперь больше разнообразных героинь, что гораздо лучше прошлого, ведь в прошлом женщины только страдали и молчали (по версии авторки текста). так-то, конечно, больше, но в прошлом женщины не только страдали и молчали.

#женщины_в_мифологии #женщины_в_медиа

я начала читать книгу про историю цирка, и у автора удивительные виктор гюго-вайбы с этим «конечно, к сути сюжета это не имеет не малейшего отношения, но мы все равно это обсудим».

а еще вот эта манера «мы, император Николай II». я понимаю, что это, скорее всего, влияние научной манеры письма, но из-за части слов в единственном числе выглядит так, будто книгу писали автор и его злобное альтер-эго.

#рябина_читает

мысль про книги Хобб: у нее очень мало интересных динамик между персонажками. 

я могу назвать только две: Фитц и Шут, а еще Малта и Касго. 

в чем причина? я много об этом думала и вот на «Чащобах», которые сами по себе очень скучные, поняла. в тексте очень много рефлексии, он буквально почти целиком состоит из рассуждений героев о своей печальной доле. и в итоге получается как: происходит какое-то событие -> оно провоцирует километры рефлексии. 

но уже после рефлексии ничего не происходит: герой не меняется и не совершает внезапно какой-то великий поступок, он просто... существует. а в «Чащобах» герои третью книгу подряд даже рефлексируют одними и теми же формулировками. 

и вот, условно, в «Чащобах» есть две пары, в которых три основных персонажки, и казалось бы — там должны быть такие конфликты между ними, но по итогу они просто сходятся и все. и поэтому этот текст просто скучно читать. 

по идее, противоречия в душе героя должны приводить к его конфликтам с другими, к тому, что он что-то делает, толкает сюжет, но в текстах Хобб отдельные события наоборот провоцируют рефлексию героев, а наблюдать за тем, как героиня чуть не утонула в реке за две страницы, а потом еще пятьдесят переосмысляла свою жизнь, неинтересно.

и у Шута и Фитца динамика интересная по причине как раз того, что их противоречия завязаны не только на их бесконечной рефлексии, хотя Фитц очень старается, но и на том, что интересы Шута и династии Видящих, которой служит Фитц, не совпадают. и тебе интересно: как они выйдут из этой ситуации?

а у Малты и Касго динамика была интересной, потому что они попали в очень интересные условия: Малта, которая сама недавно была избалованной девчонкой, вынуждена быстро перестраивать свое поведение, чтобы выжить и спасти точно такого же избалованного и бесполезного Касго и тем самым спасти город. и тебе интересно: смогут ли они наладить контакт? спасет ли Малта город?

за этим интересно наблюдать. а за тем, как героиня рассуждает о том, что вот, она такая смелая и независимая, смогла изменить свою жизнь, но по факту снова зависит от мужского мнения о своей работе, и не делает уже третью книгу ровно ничего, что двигает сюжет, не интересно. 

я это к чему: классно, когда герои рефлексируют, но когда они только рефлексируют, а события происходят вокруг них независимо от их желаний — нет.

#рябина_читает

а ещё либо Хобб в 2010-е годы предсказала появление клиповой культуры и эру рилсов, либо считает читательниц тупыми, потому что я, конечно, понимаю, что в циклах в начале каждой книги делается краткий пересказ, как героини докатились до жизни такой, но когда всю книгу тебе по кругу объясняют то, что ты и так знаешь, под конец хочется только выкинуть эту книгу в окно.

я вот сейчас дочитала эпилог третьей части, и мне здесь зачем-то решили объяснить, почему по реке Дождевых чащоб не могут ходить обычные корабли. хотя логично было бы предположить, что в книге, которая буквально этим чащобам посвящена, про это говорилось уже миллион раз. а до этого там была глава, где мне просто на протяжении нескольких страниц пересказывали то, что я и так знаю, и ладно бы это было в первых главах, так нет, это буквально самый конец книги.

ааааа

#рябина_читает

не говоря уже о том, что меня убивает то, что развитие буквально всех персонажек в этих книгах завершается замужством и детьми. они все переживают из-за чувств к мужчинам, они все боятся, что у них не будет детей.

серьезно, я бы очень хотела назвать хотя бы одну, у которой нет мужа и детей, но не могу. только леди Пейшенс, но ее муж просто помер, так что тоже не совсем считается.

#рябина_читает