Идущая вразнос силовая машина будет бить все жестче и все в более случайные точки. Позиция "я вне политики, потому меня не тронут" - всегда была самообманом, но сейчас она самоубийственный самообман (вот как вера в "договрняки"). Да и само "вне политики" - давно стало поддержкой политики правящей верхушки, иногда присыпанное сверху "теорией малых дел". Сегодня кто-то в костюме удмурта поет "Ярусский" поддерживая имперскую войну за русский мир во всем мире. А через пару месяцев, при легкой коррекции курса госпропаганды какой-нибудь бдительный гражданин напишет на него донос, что выражая верноподаннический одобрямс русской имперской идеологии он все же смел рядиться в какие-то нерусские одежды. И конечно, певец будет писать из СИЗО слезные письма в стиле "Господин Путин, произошла чудовищная ошибка!". Не предлагаю злорадствовать - предлагаю объяснять своим знакомым, которые зарабатывали на торговле идеологической позицией, что времена, когда это было не только выгодно, но и безопасно - прошли.

В Уфе опять собираются демонтировать памятник Салавату Юлаеву для реставрационных работ. "Опять" не потому, что его демонтировали, а потому что уже собирались. Приблизительно год назад - и уже тогда об этом говорили как о деле срочном и решенном. Местная общественность возмутилась, а один провластный блоггер даже напал на стихийный митинг в защиту памятника. Тогда мне попадалась статья (не могу её сейчас найти) с анализом экспертизы и госзакупок, где высвечивалось несколько странных деталей - что саму реставрацию отдали какой-то фирме однодневке, что экспертизу хоть и проводила реставрационная фирма вполне солидная, но во-первых "независимый" контроль этой экспертизы фактически выполнялся руководителем этой же фирмы, а во-вторых в самой экспертизе, на которую ссылался Хабиров рассуждая о необходимости снятия с постамента, слов о необходимости не было - только о допустимости.

Для тех кто далек от темы - Салават Юлаев - башкирский национальный герой, сподвижник Пугачева - один из многих местных повстанцев, но едва ли не единственный из них, которого официальная имперская идеология позволила оставить в поле публичной памяти. Сам памятник - действительно важнейший символ Уфы, который для подовляющего большинства горожан, вне зависимости от их отношения к личности самого Салавата, является неотъемлемой частью городского культурного ландшафта. Его силуэт (пусть якобы и как собирательный образ) присутствует и на гербе Башкортостана и на альбоме Земфиры "До свиданья, мой любимый город".

Вчера мы упоминали об имперском шовинизме мейнстримной русской культуры. Хочется подчеркнуть, что русская культура велика и в ней много разных моментов. Имперским шовинизмом пропитана именно мейнстримная часть, которая высвечивается официальной идеологией - большая часть школьного курса литературы, то, как построен нарратив в курсе истории (и школьном и ВУЗовском), музейные экспозиции, популярные снятые за госсчет фильмы и мультфильмы. Но это не вся русская культура.

Упоминание Салавата Юлаева (о нем мы отдельно еще расскажем) дает повод вспомнить о Пугачевском Восстании, которое идеологией было задвинуто на третий план, да и описано куда менее значимым и удивительным, чем оно было.
Вдумайтесь - страна с самым большим числом рабов (людей, находящихся в чьей-либо личной собственности, которых можно продавать или обменивать) за всю предшествующую историю человечества. Страна в которой еще несколько лет назад жгли "вероотступников" (часто речь шла о людях крещенных насильно или просто старообрядцах). И на малолюдной окраине этой страны возникает движение, провозглашающее освобождение всех рабов (крепостных и не только), выборность всех местных органов власти, полную свободу вероисповедания, фактическое уничтожение сословий (ну кроме царя - да). В это время Американская Революция еще только разгорается, а Великая Французская даже не началась.

Есть любопытный момент - принято говорить, что самый ранний манифест Пугачева, написанный 17-го сентября 1773-го года был сразу переведен и на старотатарский (общую для башкир, многих казахов, ногайцев и татар литературную норму того времени). Но это утверждение следствие колониальной оптики российской историографии. Самый ранний дошедший до нас манифест Пугачева был составлен в июле 1773-го года секретарем Маликом, сыном Муллы Умяра Киликая - на старотатарском. Помимо указанного выше в нем есть еще два любопытных момента (по крайней мере в переводе доступном в сети) - во-первых подчеркивается не просто любовь, но и уважение к народам - лексика совершенно не монархическая; во-вторых - за три поколения до "Весны Народов" речь идет об угнетенных народах - во множественном числе; в-третьих (это важно в нашем контексте) - эта версия манифеста "отменяет" не только русское дворянство, но и местных князей заменяет выборными главами.
Со времен Сталина важные составляющие пугачевского движения - борьба за свободу вероисповедания и деколониальная борьба - были практически вычеркнуты из официозного взгляда на пугачевцев. А на само движение вновь (как и до революции) стало принято смотреть испуганным взглядом Пушкина (крупного рабовладельца).

Так вот Пугачевское движение - тоже часть русской культуры (и не только русской). Не мейнстримной, затертой имперскими идеологами. Но она есть и нам эта часть дорога.

Их проект немного обескураживает. Мы не заявляли о независимости.

В ответ на появление на сайте Рады Украины регистрации законопроекта о признании независимости Татарстана, российские чиновники из Татарстана бросились наперегонки сообщать как им это неважно, неинтересно, как это вообще незначительно и как им здорово быть российскими чиновниками из Татарстана. Но, стоп! Кто те "мы", которые не заявляли о независимости? Российские чиновники из Татарстана? Вы - не заявляли. А граждане Татарстана заявили о поддержке независимости на демократическом свободном референдуме 1992-го года. Границы этой независимости пришлось корректировать сразу (в Татарстане упорно живут слухи, что под угрозой военных действий со стороны Москвы), но автономия какое-то время была широкой и это касалось не только экономики и администрирования - Шаймиев мог открыто и резко осуждать военную агрессию Москвы в Чечне, например. Если вы имитируете демократию - имитируйте последовательно - проведите пусть уже не свободный и фейковый, но референдум о ликвидации независимости Татарстана. А то вы в один и тот же день - заявляете, что Татарстан самоопределился как часть России (открыто поклав на последнее открытое волеизъявление своих граждан по данному вопросу) и создаете комиссию по ликвидации конституционного суда Республики Татарстан.

Но к перспективам самого признания независимости Татарстана Украиной мы относимся со скепсисом. Канал Неайсин верно перечисляет юридические основания независимости Татарстана. Проблема однако в том, что нет субъекта, который мог бы представлять население Татарстана, к кому всерьез могло бы быть обращено признание со стороны Рады. Органы "местной" власти давно его не представляют. Простите, но и "правительство Татарстана в изгнании" (которое обратилось, с просьбой о признании независимости) не представляет никого, кроме "правительства Татарстана в изгнании". Оно в этом плане ничем не отличается от Понамаревского "парламента". Все эти орагнизации нельзя сравнивать, например, с закаевским правительством Ичкерии в изгнании - это пусть и давний но реальный осколок последнего правительства Чечни избранного её жителями.

Мы подчеркнем, что вопрос о том будет ли тот или иной субъект оставаться в составе Прекрасной Конфедерации Будущего, должен решаться жителями самих регионов на референдумах. Автор скорее за вхождение в состав переучрежденнной конфедерации, чем за выход - но это просто мое мнение. А решение в будущем должно быть принято гражданами Татарстана.

Децентрализация музыки по-ижевски

Вне всякого сомнения, нам, жителям Татарстана, может иногда показаться, что за пределами республики никакой жизни нет. Отчасти это и правда так. Но лишь отчасти. Я сама буквально недавно вернулась из-за пределов республики и могу констатировать, что кое-какая жизнь там, в действительности, имеется. Конечно, не такая, как здесь. Но это должно пугать нас только слегка.

Что еще важно знать и о чем всегда приятно вспомнить, так это о том, что татары живут не только в Татарстане. Как и представители других малых национальностей (все из которых мы, естественно, любим одинаково). А где есть малые национальности, там есть и талант, и сила, и яркие проекты.

Взять, например, замечательный ижевский лейбл 9January, который выпускает только артистов с нормальными этическими взглядами и делает так, что песни региональных артистов слушают и стар и млад. Буквально в сентябре лейбл выпустил сборник «Ин» (с удмуртского «Небо»), в который вошли семь песен семи артистов из разных регионов и стран, исполненных на родных языках. Круто? Конечно, круто! И вот еще деталь. Вот вы пойдете и послушаете песни, а деньги от стримингов пойдут в фонды помощи пострадавшим. Круто? Круче не придумаешь!
Идём слушать?
Бежим!

Петиция за официальное окончание мобилизации, созданная каналом Невойна, набрала уже больше 30 тысяч подписей. Это требование поддержали многие антивоенные инициативы!

Подписывайте петицию от себя и от своих инициатив (для этого пишите нам в бот @NarodPvBot название и ссылку на ресурсы вашей инициативы), пересылайте друзьям и родственникам!

Эта война - бессмысленное и страшное преступление режима. Давайте покажем, как много людей желает остановить работу безумной мясорубки, ежедневно сжирающей тысячи жизней!

Подписать петицию

Антивоенные инициативы, подписавшие петицию:

«Невойна»

Молодёжное демократическое движение «Весна»

«Феминистское антивоенное сопротивление»

«Движение сознательных отказчиков»

«Студенческое антивоенное движение»

«Восьмая инициативная группа»

«Медиа Партизаны»

«Антивоенный больничный»

Движение «Очнись»

«Россияне.Батуми»

Поддерживающее медиа «Получится»

«Омское гражданское объединение»

«Черный февраль»

«Сердитая Чувашия»

«Резонанс»

DISSIDENT

Марк, помилуйте, мы нигде не занимаемся определением в духе "русские такие и сякие". Мы прекрасно понимаем, что идентичность и культура связаны сложно и нелинейно, и что любая культура многообразна и для этнической идентичности предоставляет разные варианты и стороны. Собственно дискутируемый текст был написан, с целью (на всякий случай) подчеркнуть многообразие русской культуры. Состязания в стиле "найди настоящего шотландца" мы оставляем правым. Мы для себя (совсем не для "русских людей вообще") разбираем, что есть в русской культуре то, что нам ценно (это не исчерпывающий список - просто пример). Нужно подробно отвечать на ваше удивление почему эгалитарная сторона русской культуры "многим национал-активистам" оказывается ближе имперско-этатистской?

Если вдаваться в детали, то русский москвич определяющий "какие они - удмурты" не то же самое, что удмурт из Глазова определяющий "какие они - русские" - оба случая плохи но в разной мере, поскольку точки зрения тут находятся в разных местах колониальных иерархий. Что, кстати, в 99% случаев определяет и разную глубину погруженности в вопрос. И "имперский" нарратив русской культуры не однороден. Ощутима разница между имперством А. И. Миллера и И.А. Ильина, например. Так же не однороден и бунташный эмансипаторный спектр русской культуры - достаточно попытаться поставить рядом Пугачева, Ленина и Кропоткина. Но это примеры способности помыслить что-то новое и (в проекте) светлое из самого черного тусклого дна. Может, откуда-то оттуда вырастает и русский авангард.

На наш взгляд - любая организованная борьба за свои права - не бессмысленна и не бесследна. Что до исторических рассуждений в сослогательных наклонениях - спор смысла не имеет. Мы согласимся, что Казанский Университет возник бы заметно позже; возразим, что начальное и среднее образование в регионе развивалось бы куда быстрее (и старообрядцы и мусульмане тут вопреки всему были грамотнее представителей государственной конфессии - имперское в данном вопросе было неэффективным). Что книгопечатанье, возможно, возникло бы раньше, поскольку годы прошений были бы отброшены, и развивалось бы быстрее - за счет меньшей цензуры, высокой грамотности населения, того, что частные типографии не изымались бы в пользу казны, которая взвинчивала цены и приводила оборудование в негодность. Не мы, не вы не сможем тут привести решающих аргументов. Если бы Нидерландская Революция проиграла, мы могли бы сейчас читать рассуждения о том, что дикие гёзы предлагали слишком простое общество, не смогли бы дать миру фламадской живописи и вообще - посмотрите на состоявшиеся примеры пиратских республик.

Но можно понять чего без Пугачевского Восстания еще долго не было бы: относительной религиозной терпимости и замедления захвата помещиками лично свободных крестьян и земель. Последний фактор определил развитие местной мелкой промышленности. Хотя, весьма вероятно, что новые захваты крестьян и земель благоприятно отразились бы на крупных металлургических заводах. Вот из этой имперской ямы: "ну и что, что рабов больше, зато всю Европу ядрами снабжаем!!!" нам бы и хотелось выбраться.

Уважаемый Rotten Kepken, деконструкция взгляда на пугачевское движение как на сугубо русское явление займет не один год и для этого понадобится как минимум межкультурный диалог. Традиция нерусского литературного осмысления этого движения начинается вообще с Салавата Юлаева и продолжается в башкирской, марийской, татарской, удмуртской и чувашской литературах. Более того, "первый татарский фильм" "Булат-Батыр" посвящен этому. В своем посте я хотел лишь обозначить Пугачевщину как одно из явлений конкретно русской культуры.

Пресловутая деколонизация представлений о Пугачевском восстании предполагает вдумчивое исследование памяти о нем, и вот тут как раз всплывет Пушкин. Его литературный Пугачев - это романтический образ сильной личности, не находящей себе места в этом мире и потому бросающейся в бессмысленную и беспощадную стихию. Уподобление народного движения буз_умной стихии и есть прекрасное литературное выражение страха рабовладельца перед неупорядоченным другим миром. Мне интересно не то, как Пушкин захотел себе вообразить лично Пугачева, а как для него невообразимо было Пугачевское Движение. Как заскорузлому модернисту, мне кажется, что сам факт сословного положения автора тут многое проясняет. Вообще деколонизация (вскрытие/остранение колониальной составляющей) русской литературы "золотого века" должна будет включать в себя и разговор о ее сословности. Не менее увлекательным будет дискуссия о причинах ревитализации пушкинского взгляда вместа с аналогичными элитистскими точками зрения на народные бунты уже в бессословном обществе (особенно в постсоветском антиреволюционном консенсусе).

Сегодня – 14 ноября – День Осуждения депортации народов СССР

14 ноября 1989 года Верховный Совет СССР принял Декларацию "О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению, и обеспечению их прав".

В 1930 – 1950-х годах были принудительно переселены свыше 20 народов, населявших СССР. Среди них – немцы, корейцы, карачаевцы, балкарцы, калмыки, чеченцы, ингуши, крымские татары, турки-месхетинцы, греки, румыны, курды и многие другие. Общее число всех депортированных, по данным специалистов, составило более шести миллионов человек.

В 1991-м Верховным Совета СССР был принят закон "О реабилитации репрессированных народов". Этот документ признал депортацию народов "политикой клеветы и геноцида".

Сегодня 264-й день российской войны в Украине. По последним данным ООН, более 5 миллионов украинских граждан были вынуждены покинуть свои дома.

@idelrealii

Татарские военослужащие смеются над идиотским приказами командиров.

Если вы такие умные, но что вы там вообще делаете? Почему не бежите с поднятыми руками в сторону позиций противника?

Ровно 5 лет назад Москва запретила обязательное преподавание нерусских государственных языков республик коренных народов РФ.
Прокуратура, Следком и ФСБ кошмарили школы и садики, заставляя вышвырнуть из школ преподавателей родных языков коренных народов.
Колониализм в своём расцвете продолжает буйствовать на просторах империи…

Не помнил даты. Надо бы обвести этот день черным в своем личном календаре.

Тогда я осознал колониальный характер России. Нет - речь не про действия государства. Ничего хорошего от путинского режима я и не ждал.

Но реакция общества... Её отсутствие. Провластные СМИ выставляли дело с изгнанием языков из школьной программы так, будто это борьба за право русских оставаться русскими (кто им мешал?). Метропольные либеральные СМИ либо молчали (большинство), либо поддержали, либо выдали какие-то материал где снисходительно-пренебрежительно говорили о том, что туземцы почему-то не очень довольны, но почему - мы не очень понимаем - большая часть аргументов сторонников сохранения языков в школах до них просто не дошла. И это не злонамеренно - они реально не оказались способны услышать. Общество не слышало нас, а мы не имели ресурсов и не умели (и до сих пор не имеем и не умеем) донести свою точку зрения до остальных. Угнетенные не могут говорить. Я много раз с тех пор был свидетелем сцен, где люди внезапно узнавали, что это важно для их близких. Например: у костра два давних друга - один, в ответ на мои сожаления, начинает распинаться о том, как не нужен этот башкирский язык никому, включая башкир, и что если кому-то и нужны, то только каким-то оголтелым националистам, а его близкий друг смущенно говорит, что ему нужен. Имперская оптика делает людей глухими даже к близким.

Среди близких мне людей (все вроде бы прогрессивных взглядов) нашлось не мало тех, кто снисходительно смешливо успокаивал меня ненужностью родного мне языка. Как-то так вышло, что в течении года я перестал общаться со многими своими знакомыми. В моем кругу остались только те, кто не берется рассуждать о чужих проблемах или те, кто разделял/оказался способен понять мою позицию. Ну кроме одного старого друга, порвать с которым я не смог, но с тех пор часто сорюсь.

Вот тогда, увидев как хорошие и умные вроде бы люди люди несут отвратительную имперскую муть, я понял, что люди, которые судят об о мне по форме моего лица при знакомстве, которые бросают трубку узнав мои ФИО - это не случайный набор плохих и глупых людей - это вполне системное явления - выпестованный господствующей идеологией имперский шовинизм.

И вы знаете - война не заставила меня менять круг общения. Никто из него не поддерживает войну. Разве что тот мой старый друг занимает "антивоенную позицию" в стиле "хорошо бы Украина пошла на уступки и весь этот ужас поскорей закончился". А ведь многие только в этом году столкнулись с тем, как идеология отформатировала их близких.

Пять лет для наших хрупких языков это очень много - катастрофически много. Но держите в сердце эту рану живой. Мы еще все вернем.

Какой-то надругательство над народной памятью происходит в моем родном Башкортостане. Недавно снова заговорили о снятии с постамента памятника Салавату Юлаеву.

Теперь вот в Уфе экспертная комиссия по переименованию адресных элементов одобрила предложение назвать одну из улиц города именем Жириновского.

Незадолго до смерти политика мы писали о нем. Например от том, что он с экранов "федерального" телевидения призывал к геноциду нерусских народов России (буквально: «Надо махом покончить с национальным вопросом и выскрести с лица земли и вытравить хлоркой малые народы».). И писали мы в контексте того, что речь идет не о невинном клоуне, а о крупном провластном политике, которые озвучивает крайне правые тезисы для власти - для проверки реакции на них населения.
Что тот факт, что геноцидальный фашист с огромной электоральной базой в обществе воспринимается как безобидный клоун - говорит о "терпимости" общества к таким "решениям".

В республике выходки Жириновского никогда не воспринимались, как невинная шалость, о которой можно тут же забыть. В свое время именно общественные организации Башкортостана первыми отреагировали на геноцидальные высказывания московского политика. Не забывают все 30 лет и призывы того же автора к депортациям башкир и татар. Сейчас в информационном поле почти не осталось площадок, где можно было бы открыто возмущаться черносотенным выходкам различных столичных политиков, но вот поверьте мне - на кухнях и во дворах все это всплывает в разговорах до сих пор. Всё тут помнят и детям своим пересказывают. И власти республики не могут об этом не знать. Этим актом, помимо прочего, они показывают насколько им плевать на мнение жителей региона - лишь бы дяди в Москве были довольны.

То что Голодомор геноцидом признала Ирландия - ожидаемо - они про голод, не остановленный "федеральным центром" много знают. Теперь аргумент в стиле "у вас там негров линчуют" будет применять как-то сложнее. Если раньше в ответ на упоминание о Голодоморе часто защита строилась в духе "обычное дело - Британия такое устраивала и в Бенгалии и в Ирландии", то теперь можно отвечать : "Да, и потому ирландцы все прекрасно понимают".

И все же - колониальность Голодомора/Ашаршылықа (казахское название) - до сих пор в массовом сознании не осмысленна. Кто-то отрицает саму колониальность, кто-то видит за голодом этнические чистки.

Голод начала 30-х не был спровоцирован осознанно (как и Великий голод в Ирландии), не имел целью уничтожение каких-то этнических групп (как и Великий голод в Ирландии). Вместе с тем, так же как и голод в Ирландии (да - даже больший по масштабу), он был следствием фактически колониальной эксплуатации, когда ресурсы изымались из периферии на капитализацию, прежде всего, центра метрополии. И уже как проявление колониальной эксплуатации - имел... некоторую корреляцию с этнографической картой. Дорогие москвичи, вы когда в метро спускаетесь - вспомните о жертвах того голода - это связано.

Главные события для северокавказского академического сообщества за последний месяц это, конечно, попытки уголовного преследования местных учёных.

11 ноября прошли обыски в Институте гуманитарных исследований Кабардино-Балкарского научного центра РАН у докторов филологических наук Алхасова и Хакуашевой, кандидатов исторических наук Тазиева и Алоева.
30 ноября прошёл обыск в доме у кандидата исторических наук Хаджимурада Доного в Махачкале.
Они уже не впервые сталкиваются с вниманием правоохранительных органов и попытками колониальных реакционеров заблокировать им возможность заниматься исследованиями, давлением на свободу академического пространства. Но сейчас происходят весьма печальные подвижки в этих процессах.

Само по себе это явление вписывается в федеральный тренд по преследованию учёных. Даже формально мы видим схожие черты привлекаемых в сравнении с другими регионами и отраслями наук за 20 лет: ученые в возрасте от 50-60 лет, давно работают в государственных исследовательских или образовательных учреждениях, имеют большой опыт участия в международных конференциях, связи с коллегами из иностранных государств и пр.

Но есть и специфика, конечно же, обусловленная северокавказским контекстом: результаты их исследований не вписываются в "правильное" описание локальной истории и динамики социальных и культурных процессов. В случае Дагестана это особенно наглядно, так как интерес к трудам Доного и других местных историков вырос на фоне свежих попыток фальсификации истории региона (кейсы с фильмом "Аманат", попытка христианизации прошлого Дербента и пр.).

Подобная практика правоохранительных органов смахивает на выстрел себе же в ногу. В Дагестане, в КБР, в Чечне одним из идеологических катализаторов экстремистских идей были советский и постсоветский запреты и ограничения на идеологически не окрашенные исследования собственной истории и культуры, невозможность какой-то публичной дискуссии на эти темы. Работа же местных учёных, как это ни странно, выбивала почву из под ног экстремистов. Например, исторические вечера, которые организовывал Доного, и на которые приходили сотни человек, не легитимизировали притязания экстремистов на Кавказскую войну, но, наоборот, переводили дискуссию в академическую или околоакадемическую плоскость. Проблема расхождений оценок на локальную историю всегда была, есть и будет, но сейчас мы видим как действия правоохранительных органов фактически способствуют её политизации и смещению в не самую здоровую область идеологического спектра.

Борьба с зачатками постколониальных исследований в регионах России закономерно переходит во вторую фазу. Конечно, это следствие общего изменения структуры российского управления. Если раньше "главным" по национальной политике фактически был институт антропологии РАН, в о главе с профессионалом Тишковым (при этом надо заметить, что тогда - "главный" - далеко не значит "единственный"), то теперь главным и определяющим является ФАДН, во главе с ФСБшником Бариновом. Это закономерное следствие изменений в российском госаппарате вообще.

Соответственно, если раньше борьба с инакомыслием в колониальных академических институциях сводилась к увольнениям (например, увольнение бурятского историка Владимира Хамутаева), травле (например, компания подчиненных Тишкова, против части сотрудников института им. Ш. Марджани, сопровождавшаяся кучей фактических ошибок подтасовок и просто хамством и закончившаяся увольнением Д. М. Исхакова) и, чаще всего, просто игнорированию местных исследований метропольными исследователями (что уже было не чем-то продуманным, а просто особенностью колониальной оптики метропольных гуманитариев), то теперь она перешла в фазу уголовных преследований.

Конечно имперские гуманитарии сейчас в глубине душе возмущены (ладно - большинство даже не в курсе, но кто услышал - возмущен) - это не их метод и вообще при них такого не было. Есть только два но:
1) Они возмущены где-то очень глубоко в душе. Голоса в защиту коллег с Кавказа от них пока толком не слышно. Ну пришли за кавказскими исследователями и пришли...
2) Они не признают, но токсичная атмосфера, в которой большинство исследований, не вписывающихся в имперскую идеологическую модель, воспринимаются как дикие отсталые глупости инородцев, граничащие с экстремизмом - создана усилиям части их рукопожатных коллег, строивших карьеру на создании такой атмосферы, в которой им самим было вполне комфортно.

Без всякого злорадства, с искренним сожалением, - завтра придут и за ними.

Предвидя возмущения со стороны метропольных гуманитариев, подчеркнем, что везде и всегда есть исключения. Особняком среди гуманитареив стоят лингвисты - их наука не служила инструментом для сложения и поддержания имперской идеологии.

На почту нам присылали список неимперских исследований российской метропольной академии, похожий список специально для нас опубликовал замечательный канал "Оптики и Фактики", в этих списках, среди книг вполне колониальных ("Новая имперская история" Ильи Герасимова и Марины Могильнер, Сергей Глебов и Александр Семенов), отличных, но мало связанных с нашей темой (А. Л. Зорин. Кормя двуглавого орла…: Литература и государственная идеология в России в последней трети XVIII — первой трети XIX века.), читанных ранее и не связанных с российской метропольной академией (Вера Тольц. «Собственный Восток России»), попалась хорошая монография И. И. Верняева (Очерки истории этноконфессиональной политики в России) - региональный (из Удмуртии) исследователь, "легитимизировавшийся" в среде столичной гуманитарной академии - редкий пример метропольных исследований колониальной истории без небрежности, кучи фактических ошибок и с обильным цитированием местных историков (в т.ч. помянутых выше уволенных исследователей из Татарстана и Бурятии) - добротная вещь. Можно наскрести еще несколько таких исследователей. Но общая атмосфера - совсем другая - снисходительно-презрительно-язвительные комментарии в ответ на рассказы о современной марийской музыки, например, - норма не только для сотрудников/выпускников СПбГУ и МГУ, но и для многих сотрудников/выпускников ЕУ СПб и ВШЭ. Тем исследователям, которые в этой токсичной имперской среде умудрялись проводить альтернативную линию (с ходу на ум приходят еще И. В. Зайцев и В. Е. Возгрин, но их, конечно, больше трех), можно только поаплодировать.

Продолжая тему...
Высказанное канлом "оптик и фактики" замечание о трудности грамшианских исследований (в смысле направленных не на обслуживание гегемонной (в нашем случае имперской) идеологии, а на её деконструкцию) - безусловно верно (верно и в том плане, что, вполне по Грамши, сами проводники гегемонной идеологии в большинстве случаев не осознают своей обслуживающей и идеологической роли). И, безусловно, универсально. И все же, особая глухота российской метропольной гуманитарной науки - бросается в глаза. Как мы уже писали и на Западе и даже в Турции - альтернативные голоса заметнее (правда в Турции это становится причиной эмиграции исследователей).

В чем причина удивительного имперского единодушия метропольных гуманитариев именно в России? (впрочем, возможно какая-то подобная имперско-националистическая атмосфера существует в иранской гуманитарной науке - трудности с поиском работ по истории каких-либо этнических меньшинств Ирана на это намекают). Одной из причин видится слабость гуманитарных наук в России вообще. Это, кстати, касается и региональных исследователей. (В помянутой выше травле части сотрудников института им. Ш. Марджани был и вполне рациональный аргумент - о устаревшей методологии используемой этими сотрудниками. Про травлю мы пишем не из-за несоотносимости институциаональной мощи, но потому, что все это сопровождалось не только справедливыми замечаниями и хамством, но и потоком фактических ошибок и даже выдумыванием источников, а когда на это указывалось оппонентами, "метропольная" сторона, пользуясь той самой "мощью" - просто игнорировала это без извинений и исправлений.)
Тем не менее, слабость гуманитарных наук в России необходимое, но недостаточное объяснение.

Еще один фактор - отсутствие академических свобод и строгая иерархичность академических институций. Тут вообще сложно продвинуть что-то новое, особенно если оно не вписывается в нужную идеологическую линию.

И третий фактор, может и менее значимый, но - любопытный. Это какое-то особое самоощущение метропольной интеллигенции - почти безграничная уверенность в истинности всех своих убеждений и мнений, ощущение себя носителями какой-то особой миссии. Соль земли русской. Все, что не является общепринятым в этой среде, большинством представителей среды воспринимается как глупость не достойная даже обсуждения. Следствие этого не только устойчивость имперской парадигмы, но и, например, упрямая неспособность метропольной либеральной оппозиции слезть с тех же граблей, на которых стоит Кремль (это по многим вопросам). Косность (а уверенность в собственной непогрешимости - и есть косность) этой среды, берущей на себя большую социальную роль, делает вообще сложным какой-либо прогресс и изменения в обществе. Вероятно у такого самоощущения среды есть вполне ясные исторические корни - тонкость образованного класса в Российской империи, острая потребность в нем и особые номенклатурные привилегии для слоя в сталинскую эпоху, психологическая защита выстроенная в условиях неолиберальной идеологии, социального расизма и обнищания значительной части гуманитарной интеллигенции в России, которая вылилось в коллективную культивацию своей особости и значимости. Слово "метропольное" тут - отчасти о самоощущении. Можно быть сотрудником Ишимбайского краеведческого музея и при этом оценивать себя и окружающих по степени приближенности своих взглядов и мнений к московско-петербургским нормам (в вопросах академических - Петербург все еще метрополия), хотя все же это не так ожидаемо, как в условном ГИМ. Это вроде бы все и по Грамши, но с каким-то особенным размахом и надрывом, обусловленными историческими реалиями.

И снова мы оговоримся - исключения есть везде. Более того, в последние годы намечался сдвиг. В тех же рассуждениях о постколониальности. Но он только намечался, а события пошли быстрее, чем кто-либо ожидал.

P.S. Изначально в посте гиперссылки были проставлены с ошибками. Исправили.