Иногда здесь будет вылезать моя любовь к садоводству и цветоводству. Сегодня про балконные цветы. Не против?

Оформить балкон цветами — это как собрать капсулу счастья на лето. Только ты выходишь утром с чашкой кофе, а там — бах! — живописный уголок Прованса, пусть даже на фоне соседской антенны и сушащихся носков.

Для начала — определитесь, на какой вы стороне силы.
Южная сторона — это Антонио Бандерас, томаты и сиеста. Тут нужно подбирать цветы, которые не только не завянут, но ещё и с загаром будут. Пеларгонии, портулак, лаванда — вот эти солнечные девчонки. Главное — не забудьте поливать, а то вместо балкона получится Сахара в миниатюре.

А вот северная сторона — это уже Шерлок Холмс в Лондоне, загадки, тень и лёгкий холодок. Зато туда отлично идут бегонии, хосты, папоротники, фуксии и даже гортензии (если не сильно дуют сквозняки). Они любят тень и драму. Идеально подойдёт палитра «английский сад после дождя» — зелень, сирень, немного пыльно-розового и керамика под старину.

Сочетания?
На юге играйте на контрастах: алые пеларгонии в белых кашпо, лимонные бархатцы рядом с фиолетовыми петуниями — и всё это на фоне деревянных ящиков, как будто вы просто так, между прочим, завоевали сердце всей улицы.

На севере — нюд и стиль. Поиграйте с фактурами: матовые кашпо, кованые подставки, чуть-чуть ампельных растений, свисающих как серьги у графини.

И главное — даже если у вас всё зацвело неожиданно не с той стороны, улыбайтесь. У цветов, знаете ли, тоже бывает характер. И если они решили расти вверх ногами — это просто новый тренд.

А про дачный интерьер я писала вот здесь.

Еще немного красоты

Фрэнк Ллойд Райт — это архитектор, который смотрел на ландшафт и думал не «куда бы тут влепить дом», а «как бы построить так, чтобы природа даже не заметила». Его любимая идея — «органическая архитектура» — была не просто про дерево и стекло. Это был стиль жизни, где стены будто вырастают из земли, крыши парят, а дома дышат вместе с лесом и ручьём.

Возьмём, например, его самый знаменитый дом — Fallingwater («Дом над водопадом») в Пенсильвании (1,2,3 фото). Он буквально построен на водопаде. Да, не рядом, не с видом на — на. Архитектурный дзен в кубе.

Или Дом Робие в Чикаго (4,5,6 фото) , где горизонтальные линии так изящны, что кажется, будто сам прерийный пейзаж лёг в кресло-качалку и задумался о вечном.

А ещё, конечно, Музей Гуггенхайма в Нью-Йорке (6,7,8 фото) — архитектурная улитка, которая скромно заявляет: «Выставка может идти по кругу, а вы не заметите, как влюбитесь в пространство». Не зря это здание даже стало «актером» в одном из фильмов «Люди в черном».

Райт был не просто новатором — он был бунтарём с безупречным вкусом. Он не переносил скучные коробки и считал, что архитектура должна не навязываться, а вписываться. Благодаря ему весь XX век учился, как делать дома не просто для людей, а о людях — с учётом их характера, ритма жизни и даже погодных предпочтений.

Как человек, Райт был фигурой колоритной: уверенный до дерзости, харизматичный, слегка эксцентричный, с большой любовью к себе и своему творению. Иногда казалось, что он проектирует не дома, а легенды — и, надо сказать, в этом преуспел.

Он не просто строил дома — он строил философию жизни с видом на горизонт.

Про еще одного известного, очень крутого и современного архитектора Бьярке Инглеса я пишу здесь.