Человек, который будет помогать с версткой ROAR (волонтер, это важно, - мы все волонтеры) очень нужен нам, очень-очень. Опыт верстки не обязателен, мы всему научим, а вот что по-настоящему важно, - это не бояться кропотливой работы (верстка - она такая) и быть очень ответственным и самостоятельным. И еще: хорошо бы человек жил не в России (особенно теперь, когда нас заблокировали, - за всех боюсь).

Если вдруг вы готовы нам помочь, - пишите, пожалуйста, на roar.review.2022+verstka@gmail.com (именно туда, - не в комменты и не в личку, хорошо? Это важно!). ОБЯЗАТЕЛЬНО поставьте темой письма "Верстальщик", чтобы письмо не заблудилось, и расскажите немножко о себе, - а резюме нам не надо. И заранее спасибо огромное!!!

Вера Павлова, Виталий Пуханов, Станислав Львовский, Юлий Гуголев, Ольга Зондберг, Николай В. Кононов, Александр Бараш, Михаил Калужский, Валерий Панюшкин, Борис Херсонский, Борис Филановский, Галина Зеленина, Виталий Лехциер, Геннадий Кацов, Динара Расулева, Лида Юсупова, Роман Лейбов, Санджар Янышев, Ростислав Ярцев, - среди авторов готовящегося к выходу (24 августа) третьего номера ROAR*, - а это я только о текстовых разделах говорю, есть же еще Art и Sound.

Огромное, огромное спасибо всем авторам за сотрудничество и за доверие, это значит для нас больше, чем я могу выразить.

*Если у кого не открывается сайт из России, так это потому, что нас заблокировал Роскомнадзор. Но с VPN открывается!

ЮЛИЯ ЯКОВЛЕВА

"...Это история о насилии.

После начала войны я стала разговаривать с детьми и записывать наши разговоры. Никаких видео или аудио, только ручка и бумага; никаких фамилий и номеров школ. Сперва это были дети моих друзей, потом дети отдаленных знакомых, потом вовсе незнакомых. Никого из этих детей я раньше не знала лично, а они не знали меня. Мы были как случайные попутчики. Вернее так: они могли знать мои книги из серии «Ленинградские сказки». Издательство «Самокат» выпускало их на протяжении семи лет, первая книга серии, «Дети ворона», вышла в 2015 году, то есть дети, которым она понравилась, сейчас уже не дети, а взрослые, самостоятельно мыслящие люди. Действие «Ленинградских сказок» происходит в 1938–1946 годах, эти книги рассказывают, каково это — расти, когда рушится мир. Это, вероятно, объясняло моим собеседникам, почему задаю вопросы именно я: я ведь писала о войне, ну а теперь идет война. Но не объясняет, почему они соглашались со мной говорить. А может, как раз и объясняет: потому что идет война. Их мир сейчас тоже рушится.

На этих детей не падают бомбы. Эти дети не слышали вой снарядов над своей головой. Не бежали из родных городов и сел. Война врывается к ним только через узкие окошки телефонов, да и то не ко всем. Возможно, поэтому очень многие мои взрослые знакомые сочли мою затею сомнительной. То есть — несомненно идиотской и даже порочной. Поднимали брови: ну, нашла с кем говорить. Что они могут рассказать? Их это не касается. Зачем об этом писать? Кому это интересно? Я говорила: услышать детские голоса из Германии 1933–1945 годов было бы точно так же важно. Некоторые соглашались, но без энтузиазма. Это же благополучные дети, возражали мне. У этих детей есть мама, папа. Они живут дома, а не в метро. Ходят в школу, и на школьной доске им не пишут мелом вражеские солдаты. Их родителей не убили. Этих детей не ранило осколками снарядов. Давайте же говорить о тех, кому хуже. И прямо (со строгим блеском в глазах): единственные страдания, о которых можно сейчас говорить, — это страдания украинцев.

Сперва мне это казалось совершенно верным. Поначалу так чувствовала и я сама. ДАЛЬШЕ.

РОМАН ЛЕЙБОВ. ТРИ КАРТИНКИ

1969. Бабушка в платочке держит красное знамя, а сзади что-то горит

У мужа моей тетки,
старшей сестры моей мамы,
дяди Андрея Исааковича
на спине были шрамы,
следы фронтовых ранений.
Двадцать пять лет прошло
с окончания предпоследнего
мирового безобразия.

Дядя Андрей Исаакович,
как вы поняли, был фронтовик и,
таким образом, ходил по квартире
в широких, как парус, трусах и
в белой хлопчатобумажной майке.
Дом был панельный и пятиэтажный,
располагался в Ташкенте.
Во дворе имелись арыки.
В арыках жили скользкие многоногие твари,
дети ловили их с помощью ниток.
Азия.

1974. Пожилая женщина в традиционной одежде сжимает древко флага на фоне огня, а серп и молот плывут над ее головой

Пять лет спустя
в Европе под Киевом в нашем пионерлагере «Антей»
всегда светило пусть всегда будет солнце,
пусть всегда росли розоватые нежные шелудивые сосны,
но между ними еще были видны траншеи,
полузаросшие, как шрамы.

Пионеры выкапывали из песчаной и влажной
земли осколки снарядов,
вроде тех, что когда-то исполосовали
спину дяди Андрея Исааковича.
Гильзы, пахнущие седыми оксидами меди.
Обрывки ржавой колючей проволоки.
Какие-то еще фрагменты героического перфекта,
важной
истории,
куски эпоса, этоса, этноса.

2022. Стынет, согнувшись дугою, старуха в плаще с балахоном с косою в руках, а пламя пылает

В тех местах под землею грибницами бетонные лабиринты,
не защитившие никого
из впитавшихся в этот супесок
в сорок первом.

В тех местах много муравейников.
Хвоя, хвощи, кислица, прочие официальные лица.
Там всегда разгар июня,
там пахнет смолою и, будто в трофейном бинокле —
оптически ясный день.

В тех местах за забором
пионерского лагеря
простиралось широкое шершавое поле,
а за ним извивалась река.

И эта река называлась: «Ирпень».

============================
ROAR: https://roar-review.com/ROAR-c92634e7b7ba48dbb90a17f01b431b35?p=22b0a2c768dd456a987bab37747c5577&pm=c

КСЕНИЯ ПРАВКИНА

***

завтра была весна
послезавтра была весна
а послепосле все будет белым
никогда ничего не надо бояться
пишет Елена Фанайлова в «Трое и Лисистрате»
25 день войны моя блядская федерация смерти
спецоперация по уничтожению всего
«что пело и боролось сияло и рвалось»
25 день непрерывной аннексии души и тела
в первые дни мне все время снилось
что я такая же страшная
как эта весна русская
в первые дни я не могла смотреть на себя в зеркало
в первые дни я только вглядывалась в людей на улицах
в конвульсивных попытках найти что-то человеческое или
что-то расчеловеченное
триколор нового мира в отравленных яблоках глазных
«никогда ничего не надо бояться...
У вождя внезапно откроется рак простаты
Аневризма аорты
Сифилис мозга»
будь ласка Господи будь ласка
нехай буде так
я разучилась молиться на русском
с нами Бог повторяют они
выводя свое нацистское Z
на наших телах в ОВД Братеево
в ОВД Донское
с нами Бог
мамкины фашисты либерасты мясные дырки тупое фемло
скоро вы встанете к стенке
да-да все вы
потому что с нами Бог
за нашими плечами русский мир
и пусть весь остальной мир захлебнется в кровавой сперме наших традиционных ценностей
которые мы гоняем по кругу в спецприемниках прямо так
не снимая военной формы
я разучилась молиться на русском
я купила ярко-жёлтые цветы в переходе
кажется это была медуница
я вышла на Пушкинской
я научилась ненавидеть на русском
на русском кричать
и сколько времени теперь нам понадобится
чтобы вспомнить что-то другое
сколько времени нам всем понадобится чтобы
научиться нежности и любви в аду
научиться новому языку
артикулировать этот взорванный новый мир непостижимый

ДАЛЬШЕ

Закрыли сегодня прием работ в третий номер ROAR, который выйдет 24 августа; теперь редактура, корректура и переводы на английский и французский. 77 поэтических подборок, 16 эссе, 20 работ в разделе "Проза и драматургия", 30 арт-работ, 12 саунд-работ. Огромное, огромное спасибо авторам, это большая честь для нас - работать с вами. Спасибо.

КАПИТАН КОПЕЙКИН
ПИСЬМО С ФРОНТА
Апрель 06, 2022

Товарищ Верховный Главнокомандующий!
Обратиться к Вам с данным письмом меня вынуждают критические обстоятельства. Мне стало известно о заговоре против вас Ваше превосходительство, не знаю как Вас правильно называть, но не могу больше молчать так как чувствую свой долг и обязанность перед Вами и Отечеством. Глядя вокруг и наблюдая происходящее на полях боевых сражений за спасение Родины от проклятых нацистов, я и многие другие здесь на передовой понимаем, что часть информации доходит до вас только частично. А это вызывает наш праведный гнев и недоумение. Возможности писать Вам у меня не много, но все же изложу главное.

Перед отправкой нашего подразделения (не буду называть его номер потому что секретность и номер уже другой) на территорию занятую нацистами, командир полка полковник Визговой Н.И. громогласно объявил навсеулышанье на плацу, то что подразделение отправляется на учения где личный состав поименно должен следовать приказам и отдать все наши силы на решение учебно-боевой задачи. После 5-часового марша мы внезапно вступили в бой, который оказался далеко не учебным, Ваше превосходительство. Условный противник оказал дерзкое сопротивление нашим учениям, стреляя извините, на поражение. Когда сгорело пять БТРов из нашей колонны и подорвало два зила с личным составом, оставшийся личный состав заподозрил, что учения довольно реалистичные. Однако мы получили приказ продолжать движение во исполнение боевой задачи, а ослушаться приказа мы не могли согласно присяге. На предложение лейтенанта Самсонова В.К. собрать раненных и убитых тов.Визговой Н.И. ответил категорическим отказом, так как не было времени, ведь перед подразделением стояла конкретная учебная задача. До нас ее не довели, точнее довели не полностью, поэтому большая часть личного состава ее не поняли а многие не успели.
В процессе движения колонной наше подразделение еще несколько раз вступало в бой в с головорезами условного противника и каждый раз несло определенные потери. Меня лично задело в результате прямого попадания вражеского снаряда. Не взирая на это я был помещен в кунг и продолжил марш с останками колонны.

Подробно рассказывать не буду, чтобы не задерживать ваше время Ваше превосходительство, но факт тот что наше подразделение постепенно объеденившись с тремя другими и образовав полноценный боевой полк, прибыли к городу условного противника и заняло позиции согласно боевому расчету. В течении недели мы находились в резерве, пока подразделения артилерии готовили нам почву для успешного наступления. Из артилерии доходили слухи, что они стреляют совсем не учебными снарядами. Также мы регулярно слышали во вражеском отдалении автоматные очереди и окончательно пришли к выводу, что или учения пошли строго не по плану или это очевидно не учения. ДАЛЬШЕ

ПАВЕЛ КВАРТАЛЬНОВ
МОСКВА 2022

Как узнать, он ещё на площадке стоит,
Или кнопка запала?
И звонок превращается в динамит,
Слышен запах запала.

В коммунальной квартире закрыты замки.
Повернуть выключатель не хватит руки.
Шторы в пол — современная мода.

Это липа не спит. Это клён говорит.
До утра в коридоре проводка горит.
Это март наступившего года.

02/04/22

ROAR: https://roar-review.com/ROAR-c92634e7b7ba48dbb90a17f01b431b35?p=32180cfc9a564512b224f9700bf1799a

ОЛЬГА РОЗЕНБЛЮМ
(АКАДЕМИЧЕСКАЯ) СИНЕКДОХА

Троп, стилистический прием, их много разных. Но в последние четыре месяца мне кажется, что именно синекдоха — ответ на два вопроса, которые меня не отпускают: а какова моя ответственность за то, что Россия сделала и еще сделает в Украине? И что я теперь могу и должна изменить в том, что делаю я, — а я исследую советскую культуру и, более всего, ту, которая протестовала или была не согласна, которую мы привыкли называть неофициальной или диссидентской?

Рука тянется изменить в этом абзаце несколько слов, подобрать более точные. «…которые меня не отпускают» — но ведь не только меня, можно написать и — «нас». «Россия напала на Украину» — но ведь не вся же Россия: Россия как государство — да, именно она, но не случайно же люди пишут в фейсбуке «Не от моего имени», уезжают из России, выходят в России на улицы протестовать? Не эти же люди убивают и насилуют? Но за что тогда они ощущают свою ответственность — за сделанное ими или за сделанное теми, кто, как и они, принадлежит к чему-то большому, трудно описываемому и уловимому, но явно — «общему»?

Это именно она, синекдоха: троп, при котором название общего переносится на его часть, иногда — наоборот.

«Где бодрый серп гулял и падал колос…» Очень спокойная, отдохновенная картина у Тютчева: «чистая и теплая лазурь», «отдыхающее поле».

«Эй, борода! А как проехать отсюда к Плюшкину…?» «Мертвые души», Гоголь. Относительно нейтральное высказывание, скорее, необидное.

«Все флаги в гости будут к нам». Пушкин, «Медный всадник». О том, что будет, когда Петр прорубит окно в Европу: приплывут корабли из разных стран. Это вроде бы тоже еще ничего: флаги, корабли, страны — да, они действительно разные. Но все-таки именно «флаги», а не «корабли», и это уже вполне державная тематика.

И оказывается, что существенная часть примеров синекдохи как раз и связана с вопросами национальными и державными. Что это именно тот прием (один из нескольких? — стоит подумать), который позволяет ввести их в наше сознание, не сфокусировав его, сознание, на том, что да — тихо, незаметно осуществлен перенос части на целое. Или наоборот.

«И слышно было до рассвета, как ликовал француз». Лермонтов, «Бородино», тоже классика. Француз / французская армия / части французской армии, сражавшиеся при Бородине.

«Россия победила Египет 3:1». Это, конечно, не классика, но «Википедия» дает этот пример наряду с Лермонтовым. Вся Россия? Весь Египет? Или одна команда — другую? Одиннадцать человек + тренер + те, кто в запасе + врач + все то, пусть и немалое, число человек, которые обеспечивают работу названных выше, — или вся страна, каждый сидящий у телевизора, униженный маленькой зарплатой, но возвышенный победой сборной?

ДАЛЬШЕ

Мы хотим попробовать сделать минутный видеотрейлер (настоящий трейлер! как для фильма!) для анонса нового, третьего номера ROAR, который выйдет 24 августа. С кусочками видеоарта, и с кусочками стихов, и с небольшим количеством текста, и с портретами нескольких авторов, и с музыкой одного из наших sound artistis, - в качестве скорее художественного эксперимента, чем "рекламы". Мы очень хотим такое попробовать. И нам очень нужен волонтер-специалист (мы все в ROAR волонтеры), который нам поможет. Самое ужасное - я даже не знаю, как называется профессия человека, которого мы ищем (мне очень стыдно; это аниматор, наверное?) Если вы вдруг такой человек и согласитесь поставить эксперимент вместе с нами, - напишите нам, пожалуйста, на roar.review.2022+trailer@gmail.com и расскажите немножко о себе, мы будем страшно благодарны! И спасибо огромное заранее.
Ваша,
Линор

Вера Павлова

Не говори: я стреляю мимо.
Пуля не дура — летит до конца.
Выстрелишь в небо — убьёшь херувима.
Выстрелишь в землю — убьёшь мертвеца.
Птицу. Крота. Стрекозу. Полёвку.
Пуля не дура — найдёт себе цель.
Не слушай комбата — бросай винтовку.
Послушайся маму — забейся в щель.
+
Просыпаешься — война.
Да какой тут сон,
если спальня спалена,
если дом сожжён,
если город стал золой,
пеплом — стар и млад,
если не смолкает бой
и творится ад.
+
Левый плачет об одном,
правый — о другом.
Левый: взорван детский дом.
Правый: где мой дом?
Не кори слезу, слеза.
Колокольный звон,
научи мои глаза
плакать в унисон.
+
Спросит внучка, спросит внук:
Как ты воевала?
Я полку друзей-подруг
плакать помогала.
Спросит кто-нибудь из них:
Как ты победила?
Я любимых-дорогих
имена твердила.
+
апофеоз войны
сажи золы бурьяна
все до одной черны
клавиши фортепьяно
будем играть на нём
размазывая копоть
под проливным огнем
в чьей-то крови по локоть

ЕЩЕ