кстати, иллюстрация ко второму вечеру

Немного компаративистики

Boulevard Depo в своем творчестве довольно часто использует референсы к классике. Причем это не отсылки ради отсылок, а развитие хорошо известных мотивов в новых контекстах. В первую очередь, вспоминаются, конечно, DRUГ («Песня о друге» Высоцкого) и Friendly Fire («Черный человек» Есенина).

Но интересно, что к военной песне «В землянке» (муз. К. Листова, слова А. Суркова) помимо Depo обращались и с другого конца русского рэпа: у хорроркорщика Алексея Турчинского еще в 2010 году был трек «Сто шагов», который буквально является кавером на нее.

Во всех трех вариантах лирический герой страдает из-за разлуки с Женщиной — разлуки, которая вот-вот превратится в окончательный разрыв. В оригинальной песне 1942 года это обусловлено близостью гибели в бою:

Ты сейчас далеко, далеко,
Между нами снега и снега.
До тебя мне дойти не легко,
А до смерти — четыре шага.

Герою «4 шагов» Depo если и грозит смерть, то только метафорически: устав от переизбытка объектов вокруг, он соскальзывает в меланхолию и немоту, и связь с Ней — последнее, что удерживает его на поверхности, последнее, что способно задевать его:

Ты сейчас так далеко, далеко
А между нами снега и снега
Мне до тебя дошагать нелегко
А вот до смерти четыре шага
Я запою разлуке назло
И на щеке задымится слеза
Мне и в холодной Сибири тепло
Покуда ты ждёшь меня, будто Святая

Вариант Турчинского наиболее экстравагантен. Разрыв уже произошел: Женщина буквально умерла. Но провалившийся в психоз герой отказывается принимать этот факт. В его мире это все еще лишь разлука, нечто временное — нужно только добраться до Ее тела и некрофилически соединиться с ним:

Ты теперь далеко, далеко под землей,
Между нами толстые слои почвы,
Дойти до тебя не легко —
Откопать тебя, сука, будет проще.

Пой, гармонь, ветру назло,
Заплутавшее счастье зови,
Стало в нашей землянке тепло
От моей негасимой любви.

Я любовь, что в душе, как маяк,
пронесу сквозь тоску и бои,
чтоб увидеть, родная моя,
мне холодные губы твои.

#Entwurf

безумно дельное видео

https://youtu.be/A873k11aVTk

вот напишешь себе список дел, а в итоге сделаешь одно, залипнув в скроллинге…

Отмена грусти!

Ничто так не мотивирует, как видео людей, которые чего-то добились. Для меня это безусловно Александра Орлова и Анастасия Кере.

Сейчас будет минутка рекламы, за которую не платили.

Александра Орлова — сейчас магистрантка лондонского университета, автор книги и просто искусствовед. Она ничего не пропагандирует, а просто показывает свой образ жизни, который настолько вдохновляет, что я не раз плакала оттого, насколько мне хочется того же самого.

Анастасия Кере — автор рилсов на ютубе, которые я так люблю, и куратор по успешным соцсетям. Вот она как раз таки прямым текстом коучит тебя, но при этом приемы показаны на собственных примерах. Достигаторство — это ее призвание.

На их видео мне кажется, я обрела понимание, зачем я учусь. Потом, конечно, работа меня научила, но все же. Эти опыты слились в экстазе.

В начале года у меня были жесткие проблемы с дисциплиной, которой никогда и не было. Сейчас и не пересчитаю, сколько посмотрела мотивационных видео об учебе, о той же дисциплине.

Проблема достигла того, что курс подготовки к экзаменам за октябрь-январь разгребла только в феврале и то не до конца, но я уже не могу откладывать следующие месяцы.

Сейчас у меня есть более-менее разработанная структура дисциплины, хотя если я буду долго играть в достигатора, то просто потом лежу пластом.

Её важным элементом является блокнот-ежедневник, в котором есть все задачи: от написать какому-то человеку до списка миллиона дел по курсам, которые я запустила в пух и прах.

Также нужно отметить, что я не определяю время, когда я должна сделать эти дела. Я могу неделями переносить одно дело, но потом мне станет стыдно за то, что я откладываю его, или просто надоест его записывать n-цатый раз, и я его сделаю. Вот так важно, чтобы летопись шла каждый день.

В конце скажу, что хочу снова попробовать видеоблогером быть. Вернуться в 2016)))
Самой очень хочется запечатлеть свою жизнь, потому что чувствую, что нахожусь в эпицентре самого интересного.

Да и никто не вечен.

честно говоря, с каждым просмотром любых видео от казахов убеждаюсь, что они гении синема

https://m.youtube.com/watch?v=69-xhGrlvHk

Спокойствие
на лице моём,
Я буду считать
что мы вдвоём
С тобой до сих пор,
хотя это бред,
Несмотря на столько прожитых лет
Совместно.
Ладно, уж хватит,
Но как одному
худо в кровати,
В которой
когда-то были
мы двое.
Вспомни потолок, вспомни обои.
Мне говорят
что всё
очень просто,
Но я боюсь
очередного тоста,
Который предложат
мои друзья:
За то, что была ты,
за то, что есть я.
За разные вещи;
они приятны,
Но не до конца
и не всем понятны,
Нет сожалений
нет, есть сожаление,
Но, Боже мой, нет сравнения.
Тебя с кем-нибудь,
и как ни кричи
И даже лучшие в мире врачи навряд ли
когда-нибудь
мне помогут
Ты есть,
и счастлив тому,
ей Богу!

Майк.

Для любого дела должен быть план (даже не составленный). Вот и у меня есть план по поступлению на продюсерá.

В этот план входит обязательная часть — просмотр фильмов и их киноведческий и экономический анализ. И, о господи, никто нигде ничего не объясняет, как это делать. Делай, че хош.

В итоге я ударилась в поиски помощи, просмотрела с десяток групп по поступлению во ВГИК. И как же мне повезло, что в далёком 2019 году одна девушка оставила пост с предложением о помощи. Я ей написала, скорее всего мы с ней будем общаться завтра.

Вторым пунктом выступила психотерапия, потому что делать в профессии с комплексами нечего. Прорабатываем…

Вообще к этому меня сподвигло две вещи.

Во-первых, я уже пыталась поступать на режиссуру, только это был профиль в школе. Мне стремительно отказали, потому что дрожь коленок видна издалека. А вообще это интересное дело: я уже много выступала со стихами и на Нон-фикшине, и на поэтвечерах, и разок на слэме, а непроизвольные танцы конечностей остаются со мной.

Во-вторых, есть один золотой мастер во ВГИКе, который снимает видео о поступлении для режиссеров и других киношных абитуриентов (к слову, ничего о продюсерах). Вот он как раз и сказал, что все режиссеры в его мастерской прошли терапию.

Дальше по плану у меня работа с голосом. Я уже предпринимала попытки заниматься ораторством, однако никаких особо плодов это не дало. Сейчас я пускаю слюни на курс по речи. Надо исправляться и купить его.

План есть — действуем.

А пока меня все еще распирает от желания попасть в режиссуру. Кстати, почему-то это чувство появляется, когда я смотрю русский артхаус: сегодня это был Соловьев, «Чужая белая и рябой». Однако, мне и не хочется игровое кино снимать.

Документалистика, вот к чему меня тянет. И я знаю, куда хочу на нее, в школу Марии Разбежкиной, но они уже который год не ведут набор.

В общем то, борюсь с желанием, потому что будто бы морально не готова.

Эпиграф к стихотворению "Журналист, читатель и писатель" Лермонтова:

"Les poètes ressemblent aux ours, qui se nourrissent en suçant leurpatte"

В переводе: "Поэты похожи на медведей, которые питаются сосанием лап"

Господи, только пусть события происходят в альтернативном стимпанковом мире, где Лимонов после смерти становится попаданцем и вселяется в князя Игоря.

эссе до слез…

Это уже почти стало традицией. Сегодня три года, как не стало Эдуарда Лимонова, и по случаю в этот день я всегда публикую данное эссе некоторой степени давности.
______________________________

лимонов ворвался в мою жизнь, как в комнату может ворваться, едва не содрав оконные ставни с петель, непримиримый осенний ветер. после «дневника неудачника» впервые в жизни я задышал. уже затем, спустя университеты, отношения с девицами удачные и не очень, психоделические опыты, поэзию малларме и губанова, фолианты юнгера и мисимы, сломанные носы и съехавшую крышу в довесок я пойму, что отправной точкой были пресловутые строки (я часто бубню их под нос в сонном делирии): «тебе кажется, что ты живешь скучно, читатель? сейчас ты поймешь, как близко ты находишься к войне, смерти и разрушению. и как ты бессилен».

лимонов стал моим этическим и эстетическим наставником тотчас же и научил ходить по загаженному мартовскому насту в белых фланелевых брюках, записывать пьяные рифмы на салфетках, не слушать жлобов, презирать партработников и скудоумие, одинаково наслаждаться завтраком в пушкине и початой бутылкой вина в промозглой подмосковной электричке и никогда-никогда не смотреть на сущее с позиции победителя (ребята с лекций синергии — извините).

лимонова окружал весь свет советского андерграунда, парижская богема, югославские военачальники, завсегдатаи нью-йоркской студии-54, великие без преувеличения женщины, но ключевой нарратив каждой его строчки — человек навсегда неизбывно и во что бы то ни стало бесконечно одинок, и в этом ни господь бог, ни друзья, ни личный психотерапевт ему не помощники. с этим надо жить.

о его смерти год назад я узнал, находясь на танкодроме, едва не окоченевший от мокрого снега, по колено в русском хтоническом говне. мать написала смс: «иван, умер лимонов». я ухмыльнулся — смерть и обстоятельства вокруг всегда символично-симметричны. мать, россия, лимонов, танки, говно и я.

в общем, к чему это всё?

«Если вы можете проснуться однажды дождливым весенним утром, полежать, подумать, послушать музыку и честно сказать себе вдруг: «А ведь я никто в этой жизни — говно и пыль», тогда на вас еще рано ставить крест.»

Спор про Божий пупок

В Библии сказано, что Бог создал первого человека по образу и подобию. Казалось бы: ну написано и ладно, кому какая разница?

Но в Средние века по этому поводу написали не один свиток пергамента.

У Бога нет мамы - он вечный. А значит, у бога нет дырки от пуповины. А раз так, то у Адама её тоже не было, и пупки появились у людей только из-за Евы. Так считали некоторые средневековые богословы.

Им отвечали другие. Конечно же у Адама был пупок! Потому что он был у Иисуса Христа. Логика тут такая: он родился у Марии традиционным путем, но при этом он еще и богочеловек. Это значит, что Бог выглядит примерно так же, как и Иисус. Тогда и у Адама - первого человека - тоже должен быть пупок.

Третьи говорили так: Бог всемогущий - он мог приделать человеку что угодно, хоть пупок, хоть хобот, хоть паутинные железы. Поэтому спор о пупке не имеет смысла.

- Безумие, - скажешь ты. - Им там что, нечем было заняться?

На самом деле, вопросы про пупки беспокоили прихожан церквей, и они обращались с ними к священникам, а тем нужно было что-то отвечать. Ведь церковь - это единственный источник знаний в древние времена. Поэтому священнослужителям нужно было выработать единый ответ - а то вышел бы конфуз, если в соседних приходах ответы были бы разными. Какая это тогда абсолютная истина?

Какие функции религии может проиллюстрировать эта история? На чьей стороне в этом споре ты?

лето лето…

Ольховая сережка

Уронит ли ветер в ладони сережку ольховую, начнет ли кукушка сквозь крик поездов куковать, задумаюсь вновь, и, как нанятый, жизнь истолковываю и вновь прихожу к невозможности истолковать. Себя низвести до пылиночки в звездной туманности, конечно, старо, но поддельных величий умней, и нет униженья в осознанной собственной малости — величие жизни печально осознанно в ней. Сережка ольховая, легкая, будто пуховая, но сдунешь ее — все окажется в мире не так, а, видимо, жизнь не такая уж вещь пустяковая, когда в ней ничто не похоже на просто пустяк. Сережка ольховая выше любого пророчества. Тот станет другим, кто тихонько ее разломил. Пусть нам не дано изменить все немедля, как хочется, - когда изменяемся мы, изменяется мир. И мы переходим в какое-то новое качество и вдаль отплываем к неведомой новой земле, и не замечаем, что начали странно покачиваться на новой воде и совсем на другом корабле. Когда возникает беззвездное чувство отчаленности от тех берегов, где рассветы с надеждой встречал, мой милый товарищ, ей-богу, не надо отчаиваться — поверь в неизвестный, пугающе черный причал. Не страшно вблизи то, что часто пугает нас издали. Там тоже глаза, голоса, огоньки сигарет. Немножко обвыкнешь, и скрип этой призрачной пристани расскажет тебе, что единственной пристани нет. Яснеет душа, переменами неозлобимая. Друзей, не понявших и даже предавших, — прости. Прости и пойми, если даже разлюбит любимая, сережкой ольховой с ладони ее отпусти. И пристани новой не верь, если станет прилипчивой. Призванье твое — беспричальная дальняя даль. С шурупов сорвись, если станешь привычно привинченный, и снова отчаль и плыви по другую печаль. Пускай говорят: «Ну когда он и впрямь образумится!» А ты не волнуйся — всех сразу нельзя ублажить. Презренный резон: «Все уляжется, все образуется…» Когда образуется все — то и незачем жить. И необъяснимое — это совсем не бессмыслица. Все переоценки нимало смущать не должны, - ведь жизни цена не понизится и не повысится — она неизменна тому, чему нету цены. С чего это я? Да с того, что одна бестолковая кукушка-болтушка мне долгую жизнь ворожит. С чего это я? Да с того, что сережка ольховая лежит на ладони и, словно живая, дрожит…

Евгений Евтушенко