Я часто обращаю внимание на женщин и их поведение, вызванное обстоятельствами жизни. О женах декабристов я говорить и не буду, слишком уж заезжено. Хотя в Иркутске, на могиле жены одного из ссыльного от рассказа гида о ее судьбе у меня волей не волей сжалось все внутри.
Аиша Каддафи — ещё один пример женщины с тяжелым прошлым. Она потеряла отца, мужа и двух детей во время гражданской войны в Ливии, причем четвертого ребенка она уже родила, будучи в изгнании.
Это все лирическое, но в такие моменты происходит возвращение к идеалистической женственности, которой я восхищаюсь. Причем тут крайне тонкая грань между жертвенностью и честью. И возвращение происходит часто от установок, которые восприму в рилсах от интернет-психологов).
Каждый раз грустное отрезвление.
Аиша Каддафи — ещё один пример женщины с тяжелым прошлым. Она потеряла отца, мужа и двух детей во время гражданской войны в Ливии, причем четвертого ребенка она уже родила, будучи в изгнании.
Это все лирическое, но в такие моменты происходит возвращение к идеалистической женственности, которой я восхищаюсь. Причем тут крайне тонкая грань между жертвенностью и честью. И возвращение происходит часто от установок, которые восприму в рилсах от интернет-психологов).
Каждый раз грустное отрезвление.
😢5❤🔥4👍4🍓2
Forwarded from поэтрик
Всем привет! Наконец-то спустя некоторые технические шоколадки я пришла с анонсом очередного вечера.
15 ноября в 19.00 в баре «В горе, и в радости» мы вновь встретимся для настоящего праздника.
Как всегда прошу вас записываться с музыкой и стихами через лс.
Адрес: Большая Сухаревская площадь, 1/2с1, этаж 2.
https://yandex.ru/maps/org/v_gore_i_v_radosti/79014345513?si=zw88evrjqwtgrhg5v498x2atcr
Жду вас!
15 ноября в 19.00 в баре «В горе, и в радости» мы вновь встретимся для настоящего праздника.
Как всегда прошу вас записываться с музыкой и стихами через лс.
Адрес: Большая Сухаревская площадь, 1/2с1, этаж 2.
https://yandex.ru/maps/org/v_gore_i_v_radosti/79014345513?si=zw88evrjqwtgrhg5v498x2atcr
Жду вас!
🔥2🍓2❤1
Forwarded from Галка К. Продакшн го(во)рит
офтоп, но смешное
товарищи продакшн-трудоголики, когда в очередной раз не сможете отложить на отдыхе телефон, в который написывают по работе, вспомните батьку александра. тот знал толк в колбасных обрезках.
и, кстати, был единственным царём, при котором не было ни одной войны (видимо,потому что соблюдал life/work balance). кроме того, он же отменил крепостное право
товарищи продакшн-трудоголики, когда в очередной раз не сможете отложить на отдыхе телефон, в который написывают по работе, вспомните батьку александра. тот знал толк в колбасных обрезках.
и, кстати, был единственным царём, при котором не было ни одной войны (видимо,потому что соблюдал life/work balance). кроме того, он же отменил крепостное право
👍2
Forwarded from между приговым и курехиным
Олег Каравайчук — про Шостаковича и три головы:
У всех композиторов конструктивная музыка. У них все сомкнуто и видно, где швы. А у меня мотетная музыка: абсолютно разные сочинения соединены в единую чудовищной красоты гармонию. Я играю, например, сначала какую-то свою музыку, потом вступает Чайковский, затем Вагнер, но никто не узнает его, потому что это мелодия, которая в небесах. Ты делаешься как бы с тремя головами и одновременно живешь как трехголовый. Это такая сказка!
Мне никогда в жизни не было интересно заниматься новаторством. Вначале я находился под влиянием Шостаковича. Это была моя юность. А потом я почувствовал стандартизацию. Понял, что набрел на какой-то удобный путь для производства формы. Шостакович мне посоветовал такую вещь, которая была совсем против меня, и я к нему не пошел, хотя он несколько раз меня спрашивал.
Шостакович входит в общую музыку, которую я отрицаю. Он сознательно производил из предыдущей музыки последующую. Потом еще последующую, и еще. И он все время сознательно производил музыку за столом. Так что всегда можно понять, как она получается. А у меня никогда не поймешь. Ну никак. Музыка и не должна пониматься. Разумные трактаты музыковедов невероятно мешают сочинять, я даже считаю, что искусствоведческие статьи вокруг Шостаковича погубили его невероятный, ошеломляющий талант, которым отмечены его ранние симфонии. Музыковед Иван Соллертинский был его другом и сделал его величайшим композитором, но Шостакович перестал быть тем хохолком петушка, остроконечным нервом, которым он касался плотного неба. Вот такая его была музыка.
У всех композиторов конструктивная музыка. У них все сомкнуто и видно, где швы. А у меня мотетная музыка: абсолютно разные сочинения соединены в единую чудовищной красоты гармонию. Я играю, например, сначала какую-то свою музыку, потом вступает Чайковский, затем Вагнер, но никто не узнает его, потому что это мелодия, которая в небесах. Ты делаешься как бы с тремя головами и одновременно живешь как трехголовый. Это такая сказка!
Мне никогда в жизни не было интересно заниматься новаторством. Вначале я находился под влиянием Шостаковича. Это была моя юность. А потом я почувствовал стандартизацию. Понял, что набрел на какой-то удобный путь для производства формы. Шостакович мне посоветовал такую вещь, которая была совсем против меня, и я к нему не пошел, хотя он несколько раз меня спрашивал.
Шостакович входит в общую музыку, которую я отрицаю. Он сознательно производил из предыдущей музыки последующую. Потом еще последующую, и еще. И он все время сознательно производил музыку за столом. Так что всегда можно понять, как она получается. А у меня никогда не поймешь. Ну никак. Музыка и не должна пониматься. Разумные трактаты музыковедов невероятно мешают сочинять, я даже считаю, что искусствоведческие статьи вокруг Шостаковича погубили его невероятный, ошеломляющий талант, которым отмечены его ранние симфонии. Музыковед Иван Соллертинский был его другом и сделал его величайшим композитором, но Шостакович перестал быть тем хохолком петушка, остроконечным нервом, которым он касался плотного неба. Вот такая его была музыка.
❤2