Я сижу на летней веранде, пью кофе после кастинга.
За моей спиной пара беседует на итальянском. Мимо проходит очаровательная девушка, очень умело сочетавшая кричащую розовую толстовку с брутальной кожанкой, в самом деле, на редкость удачное сочетание! - причем девочка, идущая рядом с ней (очевидно, дочка), одета с тем же беззаботным достоинством.
Проходят возле меня и произносят: «Магия!»… - идут дальше.

Другая барышня в леопардовых джинсах, превосходящих всех конкурентов своей ниши, каких мне только доводилось видеть воочию, - пересекает площадь, вокруг которой и уселись такие, как я.

Всё это время активно изливается фонтан, улица живёт своей жизнью.

Музыка! Ну музыка ведь!

Наверное, это очень удобно - быть парнем с короткими волосами, с которыми вообще ничего не нужно делать, или, скажем, девчонкой, выбравшей стиль!! - и позволившей себе подобную стрижку по душе.

Однако я абсолютно ни с чем не могу сравнить это неземного блаженства чувство, когда прохладный ветерок треплет твои волосы. Они танцуют, обдувают, развеваются, разбрасывают себя по вселенной, обнимая то шею, то щёки, они заигрывают с воздухом, шепчутся со всевышним, и ты слышишь, о чём именно, и приобщаешься к их секретам и тайнам.

Нет, абсолютно ни с чем не сравнить!

Кто из вас вспомнит, чувствуя холод приклада, - музыку волн, музыку ветра?

Эта фраза из песни Виктора Робертовича (под кожей навеки!!) всегда была для меня манящей загадкой. И, знаете, дорогие земляне, чуется мне, что загадка эта начинает постепенно разгадываться.

Я так блаженно рада, что он это спел. Всем сердцем я всегда любила его творчество, ещё до понимания, до реально ощутимых действий в направлении того светоносного потока, которым он источался. Я всегда вибрировала где-то возле.

Помню, как однажды меня пронзила его «Легенда» под святым мерцающим снегопадом у фонарного столба. А ведь тогда у меня ещё не было никаких навыков, чтобы следовать за этой музыкой вглубь, оставить всё и соединиться с большим.

«Здесь трудно сказать, что такое асфальт
Здесь трудно сказать, что такое машина
Здесь нужно руками кидать воду вверх»

Да, и ещё раз - да! На словах-то всегда было понятно, зато теперь мы с этим текстом значительно ближе по существу. Теперь не только я его слышу, но и он меня, кажется, тоже.

Молодой человек идёт по городу с букетом цветов в руках!

Меня эта зарисовка всегда очень трогает и умиляет. Я всё понимаю, все всё понимают, но это-то и прекрасно!
Вот идёт он, а где-то там идёт она, и он, как из всего этого следует, непременно идёт к НЕЙ!

Боже, боже.
Старо как мир, известно как песня, но ты каждый раз подпеваешь и пританцовываешь!

Купил! Идёт весь такой хороший! С богом!!

- Буду называть тебя «кукусик»!!
- А я тебя - «козявочка»!
- Но «кукусик» это же милое.. Я с тобой не дружу, дерево старое!
- А ну иди сюда!!

… бегают друг за другом…

Брат и сестра в парке возле моей лавочки. Всё очень задорно и любя. Дерево старое!!!

Что может быть милее на свете?! Что может быть ласковее?

Я невыразимо благодарна мирозданию за то, что дни идут один за другим САМИ. Я, возможно, не знаю, что делать, не понимаю событий, в которых оказываюсь, не различаю черного и белого, малого и великого, чувствую себя зайцем, а не человеком разумным, и не могу решить ни одного примера из жизни, а следующий день, тем не менее, берет и наступает сам. И я встаю и делаю ЧТО-ТО.

И это что-то КАК-ТО влияет на всё дальнейшее.

Понимаю, что это не звучит, как великая мысль, но я собираюсь написать её у себя на лбу или даже глубже.

Написала. Получилось ещё глубже, чем ожидалось. Вам оттуда не видно, но я пришлю снимок. Попозже..

Просмотр Nat Geo Wild по вечерам приносит неожиданные плоды. Изначально я искала спокойствия, а к кому за этим идти, как не к природе? Пошла по лесам Амазонии, кадр за кадром убеждаясь в том, что обрету я здесь больше, чем искала. Вникнув вот так вот, враз, ни с чего и вдруг, в то, как именно размножаются амазонские кувшинки: без контакта между мужским и женским цветком, с помощью специального жука, привлекаемого ароматом белого женского бутона, который прилетает к нему с мужского розового чисто потусоваться, поесть и покайфовать, - словом, вообще не для того, чтобы множить кувшинки, занося при этом мужское в женское легко и непреднамеренно, «по дороге», - причем белая девочка-кувшинка, оказывается (мать честная!), становится в итоге этого посещения мужской розовой, способной порождать, и порождать, и порождать до конца дней своих, о чем она и мечтать не могла без жучка, которому до её превращений нет никакого дела, - он хотел лишь поесть и почилить, что и выполнил полностью, между делом превратив женщину в мужчину и породив на свет множество им подобных, - так вот, вникнув в это однажды, выникнуть уже невозможно! Хочешь, не хочешь, - а делаешь выводы..

Простите, а с какого перепуга, если природа - это настолько масштабная многоходовочка (а это, на минутку, один лишь крошечный эпизод), я должна (кому?? люди добрые…) бегать вокруг своей самовоспроизводящейся суеты в одно место ужаленная и пытаться что-то понять и склеить, будто, простите, пожалуйста, от моих выводов, размышлений и охов-вздохов тут сильно много зависит?

В общем, хорошая передача.

Я в центре перемен. Это не организация (хотя… знаете ли..), это просто факт. Меняется всё и прямо сейчас. И вчера, и сегодня, и завтра, и после-после, и после-после. Мне всегда в такие переходы казалось, мол, вот скоро вся эта пыль осядет, угомонится, и я снова стану собой, и воздух снова запахнет чем-то понятным и знакомым.

Только вот он всё не пахнет ни тем, ни другим. И я задумалась, а разве перемены - это не я? Разве я должна стать «новой собой» только лишь в результате перемен, именно по их завершению? А вот прямо сейчас, когда красный становится синим, круглеют квадраты и твердое постепенно расплывается в крупную лужицу, - всё это не я? Сама алхимия вещества, пот, выступающий от жара печей, выпекающих пироги из того, на чем раньше висели картины, бытие зачатия, а не результата его, - это не я ли? Не я ли всё это, случайно? Не я ли, не я??

Ну какое там я! Ты - это то, что останется после завершения перемен.

Смеётесь? Вот и я тоже.
Завершение перемен?.. Слышала я про одно довольно глобальное завершение.
Голые слова, да и только.

Спасибо Нолану! Сейчас, только уткнувшись в его фильмы, можно почувствовать себя нормальным человеком. Ведь в моей вселенной всё ощущается таким же запутанным, как в его. Смотришь на все эти его переплетения тайн и загадок и внутренне подтверждаешь себе: «да, да, я понимаю эту запутанность, всё существует в непонимании, не прекращая движения, вот и я, вот и я».

Я смотрю на всё очевидное, не понимаю в нём абсолютно ничего и переворачиваю страницу.
Я курсирую в водах абсолютной неясности, достаю свои вещи и присаживаюсь поудобней.

Хаос - это энергия, которая делает хаосом всё, к чему прикасается.
Из точки хаоса ты посмотрел на свою квартиру - стулья уже на потолке, а вода залила всю комнату, глянул в зеркало - пошатнулся: ты впервые видишь этого человека, засунул руку в карман, но не нащупал ни ног, ни ткани, коснулся камня, а тот растаял как шоколадная плитка, вспомнил о вечности, но она тут же закончилась за шестьдесят секунд.

Хаос, надо полагать, не нужно ни к чему прикладывать.
Все ученики поедут на школьном автобусе, - а Миша поедет отдельно. В пенале лежат все ручки и карандаши, а ножницы располагаются в специальном чехле. Всей компанией мы сбросились на завтраки, но за ужин каждый заплатит самостоятельно.

Хаос поедет в другой электричке. Хотя лично я не советовала бы на нём экономить и забронировала бы ему боинг.

Я тут поняла, что жизнь - это роуд-муви. Всё, что происходит, - происходит в дороге.
В чистом виде роуд-муви встречается редко: обычно он существует на пару с комедией, экшеном, триллером, и, чего уж там, с мелодрамой. Герои крутятся как могут, в зависимости от музыки обстоятельств, но главное неизменно - платформа под ними перемещается и неумолимо несёт все их хитросплетения дальше.

Представьте, вот вы, например, выходите замуж, или неистово ругаетесь с коллегой, или покупаете дом у моря, или впервые надеваете кольцо за миллион долларов (почему нет?) так вот, вы совершаете что-то немалозначительное для вас, однако, что бы там с вами ни происходило, происходит оно на движущейся вперед платформе. Вы буквально в движении, под вами дорога, ваша свадебная фата развивается по ветру, все гости со своими подарками также как и вы движутся вперёд с платформой, а обиженная коллега, хлопнув дверью, выходит в другую комнату, но и она не способна покинуть пределы передвижного пространства и в расстроенных чувствах едет дальше со всей компанией.

Всё здесь. Всё реально, всё движется.
Вы едете, едете, едете.
Ветер свистит и стучат колеса, но никто, ни единая душа, не замечает ни движения, ни платформы.

Так мало того, вас ещё и на камеру снимают и инопланетянам показывают.
Кино!

Как помогает книга?
Ну как вам сказать, во-первых, компанией.
Берёт тебя за руку и разделяет с тобой вес рюкзака, который ты прихватил с собой, поровну.

Подбадривает в пути, рассказывает истории, когда надо - сулит покой и уединение и обещает не разговаривать с тобой до завтра.

Это навсегда друг, навсегда товарищ по путешествию.
Я иной раз переполняюсь умилением, задумываясь о нашей с ней такой долгой и тёплой дружбе.

Ходим да бродим по свету с рюкзаками, да песни поём!
Друг!! Сто лет, как знакомы!

А ведь всё это - только ещё «во-первых»!

Вопросы и ответы - это разделённость единого состояния.

Состояния присутствия, бытия, существования.
БЫЛО: единое всеобъемлющее состояние, которое взяло да разделилось на
(СТАЛО): вопросы и ответы, которые разбросались по разным уголкам пространства.

А раздел этот провела ИЛЛЮЗИЯ, утверждающая, что мир - это объект и субъект, одно и второе, я и другой, причина и следствие.

Иллюзия уходит, и вам достаётся весь собранный пазл без разделения на какие-либо детали.
Enjoy.

Птицы ритмичны как никто другой. Каждая пара-тройка шагов - это, как минимум, «тыг-дыг-дыг» шеей, если речь идет об элементарной ритмической партитуре. Но кто из них элементарен?
Даже ваш серый промокший голубь в девяти из десяти случаев помимо шеи бьет дополнительные дроби другими частями тела.

А какие синкопы выдаёт стандартная утка из соседнего пруда!
Конечно, у неё более обширный инструментарий, одно только «кря» идёт и за ритм, и в подзвучку, задействует и вибрационный канал; потом все эти топатушки на месте да чистка перышек с акцентными вскидываниями клюва и вытряхиванием сора.
Утка - это ходячий высококвалифицированный сессионист-ритмовик (не опирайтесь на этот термин, я сама его придумала).

Птицы - это и «така-така-та», и «тыгыц-тыц», и «вжжжик», и такое-растакое!! - вы что!

Надо будет ещё составить заметку об этих линейности. Я о том, как горячо им любимо следовать друг за другом, строго сохраняя определенную геометрию пространства.
Я понимаю, что всё это биология, но ведь это ещё и искусство!

Под окном пьяный голос повторяет: «За что?»
В остальном - полнейшая тишина, отдалённый шум машин за пределами досягаемости.
Огромный тополь стоит, демонстрирует себя.
Девятиэтажка, её двенадцатиэтажный брат, школа.
Подо мной - детская площадка. Её с этой позиции не видно, но я помню, а значит, практически вижу и её.
Небо теряет глазурь и спускается в ночь.

Ну вот, кто-то включил безобразную музыку.
Как же всё-таки легко уничтожить великое.
Хотя тополь стоит как был. И все 9-12 этажей остались при своих.

Нет, великое не погибло.
Не так уж всесильна эта дерьмовая песенка.




P.S. по правде говоря, я все большие раскидистые деревья называю тополями, так что это не самая честная сводка. да и «тополь» звучит куда объёмнее, чем любая «осина» или «ольха» (без обид).
дуб не трогаю, - это святое..

Есть какая-то невероятная свобода в том, чтобы быть босиком.
Этот контакт ничем необремененной ступни и поверхности планеты рождает почти первобытное, библейское ощущение дитя, нежащегося от материнской ласки.

Поцелуй природы, блаженство существования.

Стопа открывает свою наивность и отрывается от земли на мгновение, а затем вновь угощается прикосновением прародителя.

Окунуть ножки в воду, сбросить балетки и шмыгнуть по траве - всегда хочется и всегда тянет!
Так тянет домой, внутрь. Так тянет к Создателю.

Про Битлов. В чём секрет, как считаете?
Пока изложу, что сама приметила.

Они лёгкие, и при этом разнообразные.
То есть они нашли очень много способов транслировать лёгкость.
Я думаю, это их главная фишка, потому что чаще всего, когда ты впервые открываешь для себя милую сердцу позитивную музыку какой-либо группы или сольного исполнителя, ты довольно скоро упираешься в верхнюю границу их лексикона, не спорю, что эта лексика может быть весьма очаровательной, но, к сожалению, она довольно исчерпаема.

Битлы - нееет! Они и так и эдак, и плечом и носом, - как будто в конструктор играют. Причём именно играют, а не складывают: сделали загогулину, - красиво! - сделали другую, тоже хорошо! - третью сегодня делать не будут, а завтра полностью пересоберут конструктор. Весело!

Никакого надрыва, куда там..
Просто: «у меня есть полчаса, и я хочу поиграть, - что сегодня у меня под рукой?»
Легко ли?
Ну, вообще-то, да!


Это, конечно, далеко не всё о Битлах.
Так.. Первое, что в глаза бросается.
Из букв что сложилось, тем и рады.
По принципу конструктора, слышали о таком?

Сегодня я была на озере и сделала несколько наблюдений:

• Чайки охотятся (ловят рыбу) методом штопора.

• Решение о «клювке» принимается мгновенно.

• Чайки часто выясняют отношения между собой с помощью кряхтения.

• Назвать их меткими можно с трудом. За час наблюдения никто так и не поймал рыбу.

• Пока я ходила «в кустики», все чайки скрылись и ничего путного не делали.

• Какая-то красивая баржа плавает туда-сюда.

• Озеро такое же голубое, как и небо, - облака и сверху, и снизу.

• Чайки вернулись.

• Одни ныряют добросовестно, а другим бы только носик помочить. Бьюсь об заклад, вторые останутся без ужина!


Потом пошел дождь, и наблюдение пришлось прекратить.