«ЗАПОВЕДНИК» 📍Студия театрального искусства
Ближайший показ: 18 марта
Тут уже не любовь, а судьба…

Я прочитала повесть Довлатова за 5 месяцев до похода в театр, и за это время у меня успело сформироваться приятное ощущение от упоминания произведения: колкое и дерзкое, оно однако зацепило своей глубиной. Поэтому была затаившаяся интрига: а как другие посмотрят на «Заповедник», как обыграют его на сцене? С решением этого вопроса я познакомилась в Студии Театрального Искусства.

Наверное, самое приятное в постановке — это юмор. Весь зал на протяжении трех часов то и дело смеялся над очередной иронической или гротескной репликой. Действительно, комического было очень много, и проявлялось это на разных уровнях: это и едкие замечания героя-рассказчика, и заунывно-восхищенное зачитывание Пушкина, и даже бесконечное пьянство, которое сопровождало действующих лиц все время. Да и сами актеры выбраны, как мне кажется, как нельзя лучше для того, чтобы зрители прочувствовали эту пропитанность юмором: Сергей Качанов очень мастерски направлял зрителя в ироническое русло.  

За этим юмором открывалась бездна, которая, как мне кажется, и Довлатову была очень необходима: бездна пошлости. Все монологи о красоте русских берез, вопросы о любви к Пушкину, об экспонатах на сцене были прекрасно обыграны, обличая то, что было скрыто при первом наблюдении. Этому способствовала еще и галерея портретов, которая состояла и из собутыльников-неудавшихся писателей, и из жителей Пушкинских гор, и экскурсоводов, и туристов — все это рождало ощущение убожества места, которое было для них же святым из-за памяти о Великом Русском Поэте. Эта двоякость на сцене проявилась очень хорошо, из-за чего и шутки становились более удачными и уместными.

Режиссер Сергей Женовач использовал принцип монтажа, благодаря чему зритель воспринимал авторский текст помещенный как бы в новый контекст. Мне показалось, что, с одной стороны, это удачный ход для компактности повествования, но с другой стороны, это родило во мне некоторую спутанность мыслей. Сюжет произведения построен линейно, только воспоминания отбрасывают размышления героя в прошлое. Тут же герои, которые никак не связаны в тексте, вместе пьют, рассказывают о себе. Лично для меня было немного странно, что, например, приезд жены показывается, раньше, чем герой по действию устраивается на работу в Пушкинские горы. Да и благодаря такой фрагментарности герои остаются с тобой на небольшое время, не более. 

Именно этот ход, наверное, повлиял больше всего на то, что я не смогла полностью погрузиться в постановку. Это происходит со мной довольно редко, а тут на втором акте я уже невольно смотрела на время. Постановка действительно очень растянутая и медленная — и когда ты ожидаешь, что финал приближается, действие вдруг переходит в привычный линейной формат и предупреждает: сейчас только развитие.  Возможно, мне стоило довериться процессу больше и привыкнуть к неторопливому происходящему — но за этим распределением времени, как мне показалось, сменились акценты. 

Как уже было упомянуто, герои предстали перед зрителями максимально комичными. Но кроме второго плана пошлости, для меня очень важным был третий, еще более скрытый и, как мне кажется, наиболее значимый — план трагизма. Сергей Качанов блестящий актер для комического героя, но представляет собой больше добродушного шутника. А ведь Борис Алиханов при прочтении был для меня человеком, который под маской юмора скрывал все свои переживания, и в большей степени — любовные. Любовная линия показалась из-за этого довольно неправдоподобной, и я задумалась, можно ли поверить в эту сложность отношений между героями. В финале герой Качанова также не теряет своего блестящего юмора, и, как мне кажется, было бы тяжело понять, от чего Борис оказывается в таком положении, если зритель не читал повесть.