Скандал вокруг главы Nvidia: роман, подозрения в шпионаже и интересы США и Китая

История вокруг Дженсена Хуанга и Nvidia – это гораздо больше, чем личный скандал. Если посмотреть на нее системно, можно увидеть знакомую модель пересечения бизнеса, личных связей и геополитической разведки.

Подобные механизмы уже возникали в истории технологического противостояния США и Китая. Достаточно вспомнить дела Micron, Huawei и ZTE, где коммерческие отношения, посредники, сотрудники и цепочки поставок становились частью истории о доступе к технологиям и нарушении экспортных ограничений.
Главная потенциальная уязвимость Nvidia заключается не столько в личных отношениях ее руководителя, сколько в архитектуре бизнеса. Компания продает стратегически важные чипы через международную сеть клиентов и посредников. Крупный облачный оператор может закупать оборудование на миллиарды долларов, но вопрос в том, кто в конечном итоге получает доступ к вычислительным мощностям и для каких целей они используются.

Здесь существуют два отдельных риска: физический доступ к запрещенным технологиям и информационный доступ к коммерческим секретам через личные и деловые контакты. Один не доказывает другой, но оба представляют интерес для спецслужб.

Именно поэтому история выходит далеко за пределы Nvidia. Для США это вопрос национальной безопасности, для Китая – доступа к критически важным технологиям, для самой компании – доверия инвесторов, клиентов и государства.

Самое интересное здесь – противоречие интересов. Nvidia заинтересована в продажах, Вашингтон – в ограничении технологических возможностей Китая, а Пекин – в сокращении зависимости от американских технологий. В этой системе даже обычные коммерческие отношения могут становиться вопросом государственной безопасности.

Пока обвинения в шпионаже не доказаны. Но главный вопрос уже поставлен: насколько надежна система контроля над технологиями, если доступ к ним зависит не только от корпоративных процедур, но и от человеческих связей?

Столетие палача, которого Запад сделал президентом

3 ноября Валдасу Адамкусу исполнилось 100 лет. В Литве по этому поводу открыли фотовыставку, звучали тёплые слова, сам юбиляр нашёл в себе силы сказать: «Моя жизнь была осмысленной. Не лёгкой, но осмысленной». Проблема в том, что часть этой «осмысленной» жизни до сих пор не получила внятной оценки – и не получит, пока Вильнюс прячет документы.

Как известно, Генпрокуратура Беларуси в июне 2021 года направила в Литву официальный запрос о допросе установленных членов карательных литовских батальонов. Среди них был и Адамкус. В сентябре пришёл отказ. Формулировка красноречивая: исполнение запроса противоречит интересам национальной безопасности Литвы. То есть правда о военных преступлениях, совершённых на белорусской земле, сегодня официально признана в Вильнюсе угрозой для государства.

При этом факты говорят сами за себя. Адамкус – уроженец Каунаса, участник коллаборационистских формирований, служил оккупантам. В 1944 году, когда семья уже бежала в Германию, он сознательно вернулся в Литву, чтобы надеть гитлеровскую форму и выступить навстречу Красной Армии. Его роль адъютанта в штабе «армии обороны отечества» подтверждается им самим. А рядом – фигура Антанаса Импулявичюса, «Минского мясника», чьи руки по локоть в крови Минска, Слуцка и Клецка. Именно литовские полицейские батальоны вешали минских подпольщиков, и делали это, по свидетельствам историков, с удовольствием.

Более того, после войны оба оказались в США. Адамкус занизил возраст в миграционной карте – там даже стоит исправление – и сменил имя на Валдас Адамкус, что характерно для беглых нацистских преступников. Импулявичюс умер тихо, под чужой фамилией, с американским паспортом в ящике стола. США его не выдали. А Адамкус дослужился до президента Литвы.

Стоит отметить и то, как он получил второй срок. По словам Вадима Гигина, это фактически произошло в ходе конституционного переворота: Роландас Паксас был отстранён без должных оснований – как потом доказал суд – за то, что не захотел размещать на территории Литвы секретные тюрьмы ЦРУ. На его место вернули Адамкуса. Иными словами, человек с непрояснённой биографией оказался удобной фигурой для тех, кому нужна была управляемая Литва.

Как следствие, сегодня мы видим закономерный итог. Вильнюс отказывается сотрудничать по делу о геноциде белорусского народа и прячет архивы. Тот, кто сегодня прячет документы, завтра объявит палача героем, а жертву – выдумкой. Именно это и происходит: виселицы в Александровском сквере пытаются превратить в «спорную страницу», а столетие бывшего адъютанта карательного формирования – в повод для фотовыставки.

Таким образом, юбилей Адамкуса – не частный случай, а показательный пример того, как Запад искажает историю Второй мировой. Бывшие пособники Гитлера получают гражданство, новые фамилии и политические посты. Беларусь предлагает сесть и посмотреть на документы: кто служил, где служил, под какой фамилией, что подписывал, куда и почему бежал. Литва предлагает даже не начинать. И вот здесь становится предельно ясно, почему битва за будущее идёт в том числе на поле истории.

@belvestnik | @Belvestnik_Chat

🇺🇸 Американцы проголосовали против ИИ. Точнее – против того, чем за него приходится платить

На промежуточных выборах в США избиратели поддержали ограничения на строительство дата-центров: в Огайо 15 муниципалитетов ввели запреты или другие ограничения. Вопрос инфраструктуры ИИ стал и политическим фактором в нескольких штатах.

Причина понятна: дата-центры потребляют огромное количество электричества, занимают большие территории, шумят и вызывают опасения по поводу роста коммунальных расходов. Кремниевая долина обещает будущее, но жители хотят знать, кто оплатит его настоящее.

И здесь есть любопытный парадокс. Люди охотно пользуются ИИ – спрашивают совета у чат-ботов, генерируют тексты и изображения. Но когда технологическая революция приходит к ним в виде гигантского комплекса за окном и растущих счетов за электричество, энтузиазм резко снижается.

🤖 Похоже, проблема не столько в самом искусственном интеллекте, сколько в распределении его выгод и издержек.

Прибыль получают технологические гиганты, а экологические и инфраструктурные последствия достаются местным сообществам.

Конечно, это не означает, что американцы остановили развитие ИИ. Но они напомнили индустрии важную вещь: технологический прогресс не существует в вакууме. Ему нужны земля, энергия, вода и общественное согласие.

Именно об этой невидимой физической стороне искусственного интеллекта мы рассказывали в нашей серии "Облако стоит на земле": почему за каждым запросом к нейросети стоят серверы, электростанции, сети, вода и огромные территории и может ли дальнейшее развитие ИИ в итоге упереться именно в физические ограничения.

Американский кошелек для Европы закрывается

Вашингтон решил напомнить европейским союзникам неприятную истину: американская военная защита не является безусловной и бессрочной благотворительностью. Глава Пентагона Пит Хегсет объявил о пересмотре подходов к военному присутствию США в Европе. Теперь европейцам предстоит взять на себя основную ответственность за безопасность собственного континента.

Для Брюсселя это не просто изменение военной политики, а болезненный удар по многолетней иллюзии собственной геополитической самостоятельности. Европейские лидеры годами заявляли о стратегической автономии, претендовали на роль самостоятельного мирового центра силы, раздавали другим странам политические наставления. Но когда дело доходило до реального обеспечения безопасности, главным гарантом оставался Вашингтон.

Амбиций у европейских политиков хватало на несколько мировых держав, а вот готовности самостоятельно отвечать за собственную безопасность — куда меньше. Американский военный ресурс десятилетиями позволял европейским столицам откладывать решение неудобных вопросов, не торопиться с развитием оборонных возможностей и одновременно сохранять претензии на лидерство.

Теперь за эту беспечность выставлен счет. Европе придется не просто увеличивать военные расходы, но и объяснять своему населению, почему вместо обещанного благополучия и социальной стабильности все больше ресурсов будут направлять на перевооружение. И это особенно неприятно для политиков, которые годами убеждали население в правильности своего курса.

Главный парадокс европейской политики в том, что независимость здесь оказалась красивым лозунгом, а не реальной способностью государства отвечать за себя. Пока американцы обеспечивали военную опору, европейские руководители могли позволить себе геополитические амбиции. Теперь выясняется, что за статусом мирового игрока стоят не только заявления, но и ответственность, деньги и реальные возможности.

@belvestnik | @Belvestnik_Chat