7 июня 1927 г. на варшавском вокзале, юноша Борис Коверда (1907—1987) тяжело ранил посла Советской России Войкова. За этот поступок польский суд приговорил его к пожизненной каторге, впоследствии замененной на 15-ти летнюю. В том же 1927 г. в Варшаве «Союзом Юристов с Восточных Окраин Польши» на польском языке была издана книга, переведенная сразу и на русский язык: «Дело Б. Коверды».
От переводчика: в основу настоящего издания мною положена изданная в Варшаве на польском языке Союзом Юристов с Восточных Окраин Польши брошюра о процессе Бориса Коверды в варшавском чрезвычайном суде. С любезного согласия издателей этой брошюры, я перевел ее полностью на русский язык. Однако, для русского читателя, интересующегося подробностями убийства Войкова и дела Коверды, её содержание не может быть признано достаточным. Поэтому я дополнил его некоторыми подробностями, относящимися как с самому ходу процесса, показаниям свидетелей, заявлениям самого Бориса Коверды в суде, так, особенно, к той обстановке, в которой этот процесс протекал и в которой произошло убийство Войкова. С этой целью я пользовался собственными записями, сделанными во время процесса в зале суда, и личными впечатлениями, вынесенными в день убийства Войкова и в день процесса Коверды. Необходимость считаться с размером настоящего издания помешала мне дополнить его рядом других подробностей, относящихся, главным образом, к тем политическим событиям, которые были вызваны убийством Войкова.
https://rev-lib.com/ubijstvo-vojkova-i-delo-borisa-koverdy/
От переводчика: в основу настоящего издания мною положена изданная в Варшаве на польском языке Союзом Юристов с Восточных Окраин Польши брошюра о процессе Бориса Коверды в варшавском чрезвычайном суде. С любезного согласия издателей этой брошюры, я перевел ее полностью на русский язык. Однако, для русского читателя, интересующегося подробностями убийства Войкова и дела Коверды, её содержание не может быть признано достаточным. Поэтому я дополнил его некоторыми подробностями, относящимися как с самому ходу процесса, показаниям свидетелей, заявлениям самого Бориса Коверды в суде, так, особенно, к той обстановке, в которой этот процесс протекал и в которой произошло убийство Войкова. С этой целью я пользовался собственными записями, сделанными во время процесса в зале суда, и личными впечатлениями, вынесенными в день убийства Войкова и в день процесса Коверды. Необходимость считаться с размером настоящего издания помешала мне дополнить его рядом других подробностей, относящихся, главным образом, к тем политическим событиям, которые были вызваны убийством Войкова.
https://rev-lib.com/ubijstvo-vojkova-i-delo-borisa-koverdy/
Rev-Lib
Библиотека русской революции и гражданской войны || Убийство Войкова и дело Бориса Коверды
С. В. Убийство Войкова и дело Бориса Коверды Париж: Книгоиздательство «Возрождение» — «La Renaissance», 1927. — 118 с.<br /> 7 июня 1927 г. на варшавском вокзале, юноша Борис Коверда (1907—1987) тяжело ранил посла Советской России Войкова. За этот поступок…
Вениамин Валерианович Завадский (литературный псевдоним — Корсак) участвовал в первой мировой войне в рядах 171-го пехотного Кобринского полка, поручик, в ноябре 1914 г. был ранен и попал в плен, до февраля 1918 г. находился в Мюнденском лагере. Летом 1918 г. вернулся на родину, был признан негодным к военной службе и устроился служить в советский военный комиссариат в Могилевской губернии. Был отправлен в командировку летом 1919 года в Киев, где намеренно остался при вступлении белых и добровольно вступил в Вооруженные Силы Юга России, служил в Киевском офицерском полку. В феврале 1920 г. вместе с остатками войск Киевской и Новороссийской областей эвакуировался из Одессы. Жил в Париже, занимался литературным трудом. Автор серии автобиографических романов о первой мировой и гражданской войнах и жизни русской эмиграции в Европе: «Плен» (Париж, 1927), «Забытые» (Париж, 1928), «У красных» (Париж, 1930), «У белых» (Париж, 1931), «Великий исход» (Париж, 1931) и др.
Трилогию «Плен», «У красных», «У белых» мы и предлагаем к прочтению.
https://rev-lib.com/plen/
https://rev-lib.com/u-krasnyh/
https://rev-lib.com/u-belyh/
Трилогию «Плен», «У красных», «У белых» мы и предлагаем к прочтению.
https://rev-lib.com/plen/
https://rev-lib.com/u-krasnyh/
https://rev-lib.com/u-belyh/
Сергея Васильевича Зубатова можно с чистой совестью назвать создателем политического сыска в России (в том виде, в котором этот сыск наконец стал работоспособен) и корифеем агентурной работы. Об агентурной работе Сергей Васильевич Зубатов имел самое полное представление - давайте вспомним его молодые годы, когда еще в гимназии, будучи очарован идеями модного нигилизма, он создал кружок нигилистов - лягушек по примеру Базарова там вряд ил резали, а вот Чернышевского, Спенсера, Маркса и прочих прилежно изучали и штудировали. Не оставили его прогрессивные идеи и позже - он поддерживал тесные связи с народовольцами, был вхож в их кружки. В это время и началось, пожалуй, его расхождение с народниками - по словам самого Зубатова, причины были в том, что народовольцы были последователями Лаврова и Михайловского, а он «культурником» — последователем Писарева. Наверное, тогда же состоялись и его первые контакты с охранным отделением — Зубатов стал секретным сотрудником Департамента полиции.
Эта книга представляет собой первую публикацию документов из личного архива С. В. Зубатова. В основном это переписка с коллегами по работе – С.Э. Зволянским, А. А. Лопухиным, Е.К. Климовичем, В. В. Ратко, А. И. Войлошниковым, рабочим Ф. А. Слеповым. По характеристике автора, «все они очень видные фигуры в политическом розыске, вписавшие своей деятельностью немало гнусных страниц в черную книгу злодейств и преступлений старого режима». Б.П. Козьмин уделяет пристальное внимание переписке С. В. Зубатова с редактором журнала «Былое» В. Л. Бурцевым, подвергая анализу их взгляды; комментирует публицистические статьи первого на страницах журнала «Гражданин» в 1906–1907 гг.
Эта книга представляет собой первую публикацию документов из личного архива С. В. Зубатова. В основном это переписка с коллегами по работе – С.Э. Зволянским, А. А. Лопухиным, Е.К. Климовичем, В. В. Ратко, А. И. Войлошниковым, рабочим Ф. А. Слеповым. По характеристике автора, «все они очень видные фигуры в политическом розыске, вписавшие своей деятельностью немало гнусных страниц в черную книгу злодейств и преступлений старого режима». Б.П. Козьмин уделяет пристальное внимание переписке С. В. Зубатова с редактором журнала «Былое» В. Л. Бурцевым, подвергая анализу их взгляды; комментирует публицистические статьи первого на страницах журнала «Гражданин» в 1906–1907 гг.
Пожалуй, с этих речей начиналось Корниловское выступление, или Корниловский мятеж. На Государственном совещании, проходившем в Москве 12-15 (25-28) августа, Корнилов ярко проявил свои политические претензии, вступив этим в конфликт с Керенским. Керенский, пытавшийся отстранить Корнилова от политической деятельности, с большой неохотой согласился на его участие в совещании, поставив условием, чтобы Корнилов говорил о чисто военных вопросах. Воспользовавшись своим положением Верховного Главнокомандующего, генерал Корнилов предъявил Временному Правительству ультиматум, известный как «Корниловская военная программа».
В своем обширном докладе Корнилов указал на катастрофическое положение на фронте, на губительное действие на солдатские массы законодательных мер, предпринимаемых Временным Правительством, на продолжающуюся разрушительную пропаганду, сеющую в Армии анархию. Он ясно показал, что Русская Армия, всегда исполнявшая без колебаний свой долг перед родиной, превращена в обезумевшую толпу людей, потерявших всякий образ воина.
В своем обширном докладе Корнилов указал на катастрофическое положение на фронте, на губительное действие на солдатские массы законодательных мер, предпринимаемых Временным Правительством, на продолжающуюся разрушительную пропаганду, сеющую в Армии анархию. Он ясно показал, что Русская Армия, всегда исполнявшая без колебаний свой долг перед родиной, превращена в обезумевшую толпу людей, потерявших всякий образ воина.
От автора: настоящее описание деятельности в годы революции и гражданской войны Лейб Гвардии казачьего полка издается в исполнение постановления общего собрания гг. офицеров полка, в воз таяние должного памяти жертвенно, с оружием в руках почивших в борьбе однополчан, а равно и для сохранения нужных для будущего материалов. Предлагаемая книга отнюдь не претендует дать историю гражданской войны в её целом, как не претендует на изображение полной картины Участия в борьбе всего казачества. Однако изложение работы полка вне связи с общим ходом событий было бы непонятным, ибо, в условиях гражданской войны, именно факторы быстро менявшейся общей обстановки в значительной степени обуславливали форму и направление полковой деятельности. Поэтому параллельно подробному изложению деятельности полка кратко излагается и общий ход событий, оцениваемых исключительно с точек зрения строевого офицера фронта.
Вынужденная объемом книги краткость обрисовки обшей обстановки побудила составителя подкрепить свое изложение ссылками на капитальные труды авторитетных авторов, где интересующиеся и могут найти полное описание той или иной фазы событий. Деятельность полка изложена строго на основании показаний участников-однополчан путем согласования и тщательной сверки как с архивными данными, так и с сохранившимися полковым и некоторых сотен дневниками боевых действий.
#персоналии_revlib
Вынужденная объемом книги краткость обрисовки обшей обстановки побудила составителя подкрепить свое изложение ссылками на капитальные труды авторитетных авторов, где интересующиеся и могут найти полное описание той или иной фазы событий. Деятельность полка изложена строго на основании показаний участников-однополчан путем согласования и тщательной сверки как с архивными данными, так и с сохранившимися полковым и некоторых сотен дневниками боевых действий.
#персоналии_revlib
А у нас большое обновление раздела, посвященного советско-польской войне. Добавлена книга "Волковыское сражение" виднейшего военного историка Н. Е. Какурина, военно-исторический очерк Г. Д. Гая "На Варшаву! Действия 3 конного корпуса на Западном фронте. Июль-август 1920 г.", книга командира Юго-Западного фронта А. И. Егорова "Львов—Варшава. 1920 год. Взаимодействие фронтов", и не только...
ПЕРСОНАЛИИ
Константин Михайлович ОБЕРУЧЕВ – представитель той небольшой части корпуса Русской императорской армии, которая связала свою жизнь с революционным движением, искренне веря, что освобождение народа от отживших институтов самодержавного строя является той целью, которой должен посвятить свою жизнь каждый честный человек.
Генерал-майор Константин Михайлович Оберучев ещё в бытность свою в Артиллерийской Академии, где он проходил курс высших военных наук, принадлежал к военно-революционной организации «Народная Воля». Арестованный впоследствии по делу этой организации, он был выслан в Туркестан, с оставлением на службе. Служа во время революции 1905 года в Киеве, Оберучев имел столкновение с командовавшим тогда войсками Киевского военного округа ген. Сухомлиновым (впоследствии военным министром, уличенным в измене), уехал обратно в Туркестан, где и вышел в отставку. В 1909 году привлекался по делу военной организации социалистов-революционеров и был судим военным судом, но оправдан. В 1913 году он был вновь арестован и сослан в Олонецкую губернию на три года, но ссылка была заменена ему высылкой заграницу. После этого Оберучев жил в Швейцарии и Америке, где проявил много энергии и труда в деле оказания помощи русским военнопленным. Незадолго до Великой Революции, срок его высылки окончился. Он вернулся в Россию, где немедленно по приезде в Киев был арестован и затем освобожден революционным народом. После этого он был избран в Исполнительный Комитет и назначен Военным Комиссаром. В мае месяце, по представлению ген. Брусилова и но выбору Совета Военных Депутатов, К. М. был избран на ответственный и высокий пост Командующего Войсками Киевского Военного Округа. В конце сентября, вследствие разногласия с украинцами в вопросе о национальной армии, Оберучев добился увольнения от должности и уехал в Петроград. Здесь он был избран Советом Крестьянских Депутатов представителем России на международную конференцию об обмене пленными и уехал в Скандинавию, где его и застал большевистский переворот. Живя в Скандинавии, он написал свои весьма обстоятельные и ценные воспоминания о революции.
Его записки – обстоятельные и ценные воспоминания, в которых автор дал яркую оценку событиям, происходившим на его глазах, только того, свидетелем или участником чего он был сам.
От автора: автору настоящих беглых воспоминаний пришлось пережить всю красоту революционного периода, видеть тот порыв, который объял всех в момент переворота, принимать участие в попытках строительства новой России и наблюдать, вместе с тем, то разложение демократических сил, которое началось в России, под влиянием целого ряда причин, и привело, наконец, к временному торжеству анархического большевизма, захватившего в последнее время власть. Когда я пишу настоящие воспоминания в тихом и уютном уголке безмятежной и незатронутой войной Швеции, там на моей родине восстал брат на брата, и в потоках крови грозит захлебнуться свобода, только что родившаяся в стране и не успевшая ещё окрепнуть.
#персоналии_revlib
Константин Михайлович ОБЕРУЧЕВ – представитель той небольшой части корпуса Русской императорской армии, которая связала свою жизнь с революционным движением, искренне веря, что освобождение народа от отживших институтов самодержавного строя является той целью, которой должен посвятить свою жизнь каждый честный человек.
Генерал-майор Константин Михайлович Оберучев ещё в бытность свою в Артиллерийской Академии, где он проходил курс высших военных наук, принадлежал к военно-революционной организации «Народная Воля». Арестованный впоследствии по делу этой организации, он был выслан в Туркестан, с оставлением на службе. Служа во время революции 1905 года в Киеве, Оберучев имел столкновение с командовавшим тогда войсками Киевского военного округа ген. Сухомлиновым (впоследствии военным министром, уличенным в измене), уехал обратно в Туркестан, где и вышел в отставку. В 1909 году привлекался по делу военной организации социалистов-революционеров и был судим военным судом, но оправдан. В 1913 году он был вновь арестован и сослан в Олонецкую губернию на три года, но ссылка была заменена ему высылкой заграницу. После этого Оберучев жил в Швейцарии и Америке, где проявил много энергии и труда в деле оказания помощи русским военнопленным. Незадолго до Великой Революции, срок его высылки окончился. Он вернулся в Россию, где немедленно по приезде в Киев был арестован и затем освобожден революционным народом. После этого он был избран в Исполнительный Комитет и назначен Военным Комиссаром. В мае месяце, по представлению ген. Брусилова и но выбору Совета Военных Депутатов, К. М. был избран на ответственный и высокий пост Командующего Войсками Киевского Военного Округа. В конце сентября, вследствие разногласия с украинцами в вопросе о национальной армии, Оберучев добился увольнения от должности и уехал в Петроград. Здесь он был избран Советом Крестьянских Депутатов представителем России на международную конференцию об обмене пленными и уехал в Скандинавию, где его и застал большевистский переворот. Живя в Скандинавии, он написал свои весьма обстоятельные и ценные воспоминания о революции.
Его записки – обстоятельные и ценные воспоминания, в которых автор дал яркую оценку событиям, происходившим на его глазах, только того, свидетелем или участником чего он был сам.
От автора: автору настоящих беглых воспоминаний пришлось пережить всю красоту революционного периода, видеть тот порыв, который объял всех в момент переворота, принимать участие в попытках строительства новой России и наблюдать, вместе с тем, то разложение демократических сил, которое началось в России, под влиянием целого ряда причин, и привело, наконец, к временному торжеству анархического большевизма, захватившего в последнее время власть. Когда я пишу настоящие воспоминания в тихом и уютном уголке безмятежной и незатронутой войной Швеции, там на моей родине восстал брат на брата, и в потоках крови грозит захлебнуться свобода, только что родившаяся в стране и не успевшая ещё окрепнуть.
#персоналии_revlib
ПЕРСОНАЛИИ
Князь Григорий Николаевич ТРУБЕЦКОЙ. Русский дипломат, с 1901 по 1906 годы служил первым секретарем русского посольства в Константинополе. С началом Первой мировой назначен посланником в Сербию. Во время отступления сербской армии эвакуировался с нею и правительством на Корфу. Через Италию, Францию, Великобританию и Швецию вернулся в Россию в конце марта 1916 года. После Февральской революции 1917 г. занимался дипломатической работой в канцелярии Верховного главнокомандующего. Был участником Поместного Собора РПЦ. После Октябрьской революции — в рядах Правого центра.в конце декабря 1917 г. он по заданию Правого центра отправляется в Новочеркасск, где входит в состав Донского гражданского совета, сформированного при генерале Алексееве. В начале марта 1918 возвращается в Москву, откуда — также по заданию Правого центра — уезжает в занятый Добровольческой армией Екатеринодар.
В конце июля 1919 года Г. Н. Трубецкой возглавляет Временное управление по делам исповеданий, а 21 января 1920 года А. И. Деникин назначает Трубецкого на должность Главноуполномоченного по устройству российских беженцев в Королевстве СХС. В 1920 г. Григорий Николаевич вошел в состав правительства генерала Врангеля, возглавив Отдел внешних сношений.
Книга "Годы смуты и надежд" писалась по горячим следам (это в основном дневники) и писалась человеком достаточно беспристрастным. Книга показывает Белое движение на Юге изнутри, таким каким оно, возможно, было в реальности, в то время как другие историки описывали его так как оно виделось им со стороны, спустя годы или же рассматривали события через призму своих убеждений. Конфликт между генералами Алексеевым и Корниловым, двумя первыми белыми вождями, приводится во всей красе и, собственно, во многом становится известен благодаря именно этим дневникам.
Записки Трубецкого им лично к публикации не предназначались, чем и обясняется отсутствие самоцензуры в обрисовке ставших легендарными генералов: Корнилова, Алексеева, Каледина, Краснова, Деникина и др., а также донского казачества.
Автор обладает очень точным, красочным и простым понятным языком, отчего вся книга легко читается. Перед нами раскрывается ясная картина этой трагической эпохи начала Русской Революции и первой попытки организованная сопротивления большевикам на юге России, в донской области.
Из документов, которые вошли в книгу, большой интерес представляет «Очерк взаимоотношений Вооруженных Сил Юга России и представителей французского командования» — брошюра изданная в мае 1919 для членов Особого совещания, в которое входил и князь Трубецкой.
#персоналии_revlib
Князь Григорий Николаевич ТРУБЕЦКОЙ. Русский дипломат, с 1901 по 1906 годы служил первым секретарем русского посольства в Константинополе. С началом Первой мировой назначен посланником в Сербию. Во время отступления сербской армии эвакуировался с нею и правительством на Корфу. Через Италию, Францию, Великобританию и Швецию вернулся в Россию в конце марта 1916 года. После Февральской революции 1917 г. занимался дипломатической работой в канцелярии Верховного главнокомандующего. Был участником Поместного Собора РПЦ. После Октябрьской революции — в рядах Правого центра.в конце декабря 1917 г. он по заданию Правого центра отправляется в Новочеркасск, где входит в состав Донского гражданского совета, сформированного при генерале Алексееве. В начале марта 1918 возвращается в Москву, откуда — также по заданию Правого центра — уезжает в занятый Добровольческой армией Екатеринодар.
В конце июля 1919 года Г. Н. Трубецкой возглавляет Временное управление по делам исповеданий, а 21 января 1920 года А. И. Деникин назначает Трубецкого на должность Главноуполномоченного по устройству российских беженцев в Королевстве СХС. В 1920 г. Григорий Николаевич вошел в состав правительства генерала Врангеля, возглавив Отдел внешних сношений.
Книга "Годы смуты и надежд" писалась по горячим следам (это в основном дневники) и писалась человеком достаточно беспристрастным. Книга показывает Белое движение на Юге изнутри, таким каким оно, возможно, было в реальности, в то время как другие историки описывали его так как оно виделось им со стороны, спустя годы или же рассматривали события через призму своих убеждений. Конфликт между генералами Алексеевым и Корниловым, двумя первыми белыми вождями, приводится во всей красе и, собственно, во многом становится известен благодаря именно этим дневникам.
Записки Трубецкого им лично к публикации не предназначались, чем и обясняется отсутствие самоцензуры в обрисовке ставших легендарными генералов: Корнилова, Алексеева, Каледина, Краснова, Деникина и др., а также донского казачества.
Автор обладает очень точным, красочным и простым понятным языком, отчего вся книга легко читается. Перед нами раскрывается ясная картина этой трагической эпохи начала Русской Революции и первой попытки организованная сопротивления большевикам на юге России, в донской области.
Из документов, которые вошли в книгу, большой интерес представляет «Очерк взаимоотношений Вооруженных Сил Юга России и представителей французского командования» — брошюра изданная в мае 1919 для членов Особого совещания, в которое входил и князь Трубецкой.
#персоналии_revlib
Белая Оренбургская армия погибла в конце 1919 года. Этот поход начался одновременно с Великим сибирским ледяным походом Колчака. Изначальным планам Дутова и Бакича было не суждено сбыться — одновременно с выходом красных частей наперерез казакам в Семипалатинске взбунтовался 2-й Степной корпус. Единственным путем отступления осталось направление на Сергиополь — Семиречье, занятое анненковцами.
Поход через безлюдную, лишенную воды и еды Голодную степь продолжался до конца декабря 1919 года и составил 550 верст Данные о численности и потерях армии Дутова в ходе Голодного похода сильно отличаются. Вышло в поход от 20 до 40 тыс. человек. В Сергиополь дошла половина.
Поход через безлюдную, лишенную воды и еды Голодную степь продолжался до конца декабря 1919 года и составил 550 верст Данные о численности и потерях армии Дутова в ходе Голодного похода сильно отличаются. Вышло в поход от 20 до 40 тыс. человек. В Сергиополь дошла половина.
Для учебных курсов подготовки офицеров к службе в органах политического сыска был написан ряд учебных пособий по истории революционного движения, в том числе учебник подполковника Ф.С. Рожанова, содержащий обзор истории революционного движения с конца XVIII в. по 1913 г. Ф. С. Рожанов не был ученым-историком, не имел университетского образования, но он был опытным практиком, служил в нескольких губернских жандармских управлениях, затем в Петербурге. Его книга представляет интерес как отражение взгляда изнутри Департамента полиции. При всей компилятивности чисто исторической части текста Рожанова анализ того, как он оценивал начальные фазы революционного движения в России, прежде всего движение декабристов, позволяет сделать некоторые наблюдения о том, какие мировоззренческие позиции рекомендовались жандармским офицерам предреволюционных лет.
Основная цель книги была проста и понятна: всякий строевой офицер, подготовляясь к войне с «внешним врагом», должен изучить будущий «театр военных действий» и «будущего противника», следуя афоризму: «если хочешь мира — готовься к войне»... Так же точно и жандармский офицер, для успешной борьбы с «внутренним врагом», должен изучить территорию, где оперирует «внутренний враг» и самого «врага», т. е. его организацию и историю постепенного развития революционных партий и групп...необходимо разобрать следующее: какие бывают организации, партии, или группы, когда и где таковые зародились, как они развивались и чего добивается каждая из них. Чтобы ответить на эти вопросы и необходимо изучить «Историю революционного движения в России».
Основная цель книги была проста и понятна: всякий строевой офицер, подготовляясь к войне с «внешним врагом», должен изучить будущий «театр военных действий» и «будущего противника», следуя афоризму: «если хочешь мира — готовься к войне»... Так же точно и жандармский офицер, для успешной борьбы с «внутренним врагом», должен изучить территорию, где оперирует «внутренний враг» и самого «врага», т. е. его организацию и историю постепенного развития революционных партий и групп...необходимо разобрать следующее: какие бывают организации, партии, или группы, когда и где таковые зародились, как они развивались и чего добивается каждая из них. Чтобы ответить на эти вопросы и необходимо изучить «Историю революционного движения в России».
Владимир Львович Бурцев приобрел наибольшую известность разоблачением провокаторов царской охранки, действовавших в России и за границей, в частности Е.Ф.Азефа и Р.В.Малиновского. Книга содержит воспоминания автора о революции, создании «Национального комитета» и других неоднозначных вопросах этого переломного исторического периода. Эти уникальные материалы помогут взглянуть на историю революции глазами одного из непосредственных участников и существенно обогатить представления о революционном движении.
После долгого затишья мы возвращаемся. Нет, конечно же мы не забросили работу над библиотекой — за это время в ней появилось более ста книг. А помимо этого мы улучшили функционал (снаружи вы этого не увидите, но все стало быстрее и стабильнее), а еще сделали наконец-то отдельный список всех книг, выложенных в библиотеке. Вы много раз просили об этом в личных сообщениях, и вот он наконец:
https://rev-lib.com/catalogue/
https://rev-lib.com/catalogue/
Rev-Lib
Список книг || Библиотека русской революции и гражданской войны
Все книги «Библиотеки русской революции и Гражданской войны», представленные в сортировке по авторам.
Собрали в библиотеке основные работы Александра Гавриловича Шляпникова — старого большевика, члена РСДРП с 1901 года, проявившего себя как талантливый историк, издавшего обширные документальные воспоминания о революционной деятельности, партийном подполье в предреволюционной России. Первая его книга вышла в 1920 году, шестая, последняя,—в 1931-м. Это был поистине гражданский подвиг рабочего-большевика, создавшего основанное на огромном фактическом материале научное повествование о политической жизни России начала XX века.
Работы Шляпникова почти сразу же стали использоваться в качестве учебных пособий для вузов и школ. Колоссальное количество документальных источников было введено в научный оборот именно благодаря его публикациям. Среди них текст проекта устава рабочей гвардии, листовки, сообщения с мест, фрагменты протоколов и т. д.
Нескольким поколениям советских людей Шляпников был известен как «враг народа», лидер так называемой московской контрреволюционной организации - группы «рабочей оппозиции» — труды Шляпникова были отнесены к «вредным» и изъяты из научного оборота, сам же автор был расстрелян 2 сентября 1937 года.
Работы Шляпникова почти сразу же стали использоваться в качестве учебных пособий для вузов и школ. Колоссальное количество документальных источников было введено в научный оборот именно благодаря его публикациям. Среди них текст проекта устава рабочей гвардии, листовки, сообщения с мест, фрагменты протоколов и т. д.
Нескольким поколениям советских людей Шляпников был известен как «враг народа», лидер так называемой московской контрреволюционной организации - группы «рабочей оппозиции» — труды Шляпникова были отнесены к «вредным» и изъяты из научного оборота, сам же автор был расстрелян 2 сентября 1937 года.
Сборник «Общественное движение» — издание социал-демократов, преимущественно меньшевиков, которые с его помощью полемизировали с большевиками. Его авторами были крупнейшие общественно-политические деятели умеренно-социалистического лагеря: П.Б. Аксельрод, Ф.И. Дан, А. Коллонтай, Л. Мартов, А.С.Мартынов, П.П. Маслов, Г.В. Плеханов, А.Н. Потресов. Из-за начавшейся Первой мировой войны из задуманных пяти томов было издано только четыре. Издание имело научно-исследовательский характер и выходило легально. В нем детально исследуются предпосылки революции 1905-1907 г.г. и ее ход, расстановка социальных сил, их борьба, проявившаяся в деятельности партий, и ее результаты. Авторы постарались по возможности объективно подойти к освещению темы, руководствуясь научными принципами исследования.
Сборник «Общественное движение в России» является важным примером историко-философского осмысления событий первой русской революции и источником по истории и идеологии социал-демократии. Статья «Эволюция общественно-политической мысли в предреволюционную эпоху», написанная А. Потресовым, привела к полному разрыву меньшевиков с Г.В. Плехановым. По сей день книга остается самым полным и исчерпывающим трудом в своей области. Издание сразу же стало общественным событием; так, герои романа «Жизнь Клима Самгина», который М. Горький написал как раз в то время, обсуждают содержание отдельных томов настоящей книги.
Сборник «Общественное движение в России» является важным примером историко-философского осмысления событий первой русской революции и источником по истории и идеологии социал-демократии. Статья «Эволюция общественно-политической мысли в предреволюционную эпоху», написанная А. Потресовым, привела к полному разрыву меньшевиков с Г.В. Плехановым. По сей день книга остается самым полным и исчерпывающим трудом в своей области. Издание сразу же стало общественным событием; так, герои романа «Жизнь Клима Самгина», который М. Горький написал как раз в то время, обсуждают содержание отдельных томов настоящей книги.
Мы тут внезапно спохватились, что сравнительно мало уделяем внимания революции 1905 года. Исправляем этот недосмотр и помимо прочих источников выкладываем серию сборников "1905. Материалы и документы", документально представляющие развитие первой русской революции. Сборники выходили под общей редакцией М.Н. Покровского, под эгидой Комиссии ЦИК СССР по организации празднования 20-летия революции 1905 г. и Истпарта ЦК РКП(б).
В основу всех этих сборников легли, прежде всего, свежие архивные материалы, ставшие доступными лишь после Октябрьской революции 1917 года, которые либо совсем не были еще напечатаны, либо использованы частично.
Серия (пока что) не совсем полна — не хватает двух сборников "Движение железнодорожников и октябрьская забастовка" и "Правовое и экономическое положение пролетариата в 1905 году", но мы работаем над этим.
В основу всех этих сборников легли, прежде всего, свежие архивные материалы, ставшие доступными лишь после Октябрьской революции 1917 года, которые либо совсем не были еще напечатаны, либо использованы частично.
Серия (пока что) не совсем полна — не хватает двух сборников "Движение железнодорожников и октябрьская забастовка" и "Правовое и экономическое положение пролетариата в 1905 году", но мы работаем над этим.
«Записки партизана» касаются одной из страниц гражданской войны в Сибири. Автор — сам бывший партизан, живой свидетель и активнейший участник описываемых событий. «Записки партизана» впервые были изданы в 1925 году в Москве отделом ЦК РКП (б) по изучению истории Октябрьской революции и РКП(б). Первый рецензент «Записок партизана» отмечая, что они дадут огромный материал не только для историков, но и для массового читателя, заявлял: «Книжке т. Яковенко в Сибири массовый читатель обеспечен». И он не ошибся. Изданные пятитысячным тиражом «Записки партизана» разошлись с молниеносной быстротой и уже в 30-е годы превратились в библиографическую редкость.
Александр Иванович Спиридович — яркая личность в жандармской элите имперской России. Умный, амбициозный профессионал, мастер агентурной работы и отличный писатель. Еще до революции он начал писать большие истории российских партий социалистов-революционеров и социал-демократов. Основанные на секретных жандармских документах, эти книги предназначались для служебного пользования. Уже в эмиграции Спиридович дополнил исследование о эсдеках открытыми данными про период между Февральской и Октябрьской революциями. Спиридович так стремился сохранить объективность в своем труде, основанном исключительно на документальных данных, что, помимо его воли, читатель приходит к неутешительному выводу: выросшие из маленькой группы левых социал-демократов большевики и, в частности, «твердокаменный Ульянов-Ленин», были единственной силой, желающей и способной взять власть в свои руки. На фоне их непоколебимости, фантастической (и фанатичной) способности продавливать свою точку зрения, использовать все средства и преодолевать любое сопротивление бледно и немощно выглядят абсолютно все — от царского правительства до кадетов и эсеров. Это был не вопрос целесообразности, а вопрос энергии: такой поток сметет на своем пути всё, и автор это будущее ясно предвидел.
Баев Константин Тимофеевич (1901-1979) — адыг, уроженец Майкопа, окончил Майкопское техническое училище (1919). В Вооруженных силах Юга России с осени 1919 г. Участник боев под Ставрополем, затем юнкер Кубанского Алексеевского училища. Взят в плен в марте 1920 г., затем в партизанских отрядах полковника Крыжановского на Кубани и в Русской Армии до эвакуации Крыма. В эмиграции жил во Франции. Воспоминания непосредственного участника описываемых событий, малоизвестный эпизод из истории Гражданской войны на юге России.
Воспоминания Александра Ефимовича Котомкина — русского военного деятеля, поэта, фольклориста познакомят читателя с событиями Гражданской войны в Сибири, непосредственным участником которых являлся автор, будучи полковником в армии Колчака и принимая участие в боях.
Скандальная «константинопольская брошюра», созданная, по утверждению самого Слащева, генералом Килениным, отказавшимся под давлением от авторства, и доделанная самим Слащевым. Книга написана по горячим следам зимой 1920-21 г. после эвакуации Крыма против «произвола» Врангеля в отношении автора. И открывающая, по мнению автора, истинную причину и истинных виновников сдачи Крыма. Произведение насыщено различного рода документами, которыми автор доказывает свою точку зрения.
Оставшийся анонимным один из публичных ответов на книгу Я. А. Слащева «Требую суда общества и гласности. Оборона и сдача Крыма». Автор — «поручик В-ов П.» — пишет: «Я не суд и не общество – я только бывший рядовой офицер Русской армии, но хочу сказать и Слащову, и обществу то, что я думаю о его книге, о той правде, которая в ней, и о том моменте, когда она была выпущена… Ударяя по личности Врангеля, она бьет по самой идее вооруженной борьбы с большевизмом, дискредитируя генеральство вообще«. И он же отмечает: «За кем идти? Ведь кроме Врангеля и Слащова, Армия никого не знает. Других имен, могущих объединить и спаять изверившихся во всех и всем солдат, — нет».
