Вчера ходила на презентацию книги «Письма тёмных людей». Говорили о конфронтации и перемирии, бездомности и потерях. Было круто
#asya_in_warszawa #бумажныенаркотики

Прочитаю я её хз когда, но немного про прочитанное расскажу. Со спойлерами, поэтому пролистывайте, если вам важно

Джеффри Евгенидис "Девственницы-самоубийцы"

В каком-то интервью Джеффри Евгенидис говорил, что из-за его фамилии люди начинают искать в "Девственницах-самоубийцах" греческую трагедию. А это просто история, городская легенда, которую он когда-то слышал, и решил её "записать". На свой лад. Поместив в богатый детройтсткий пригород 1970х, чтоб общие угасание города и экономическая депрессия сыграли роль фона.

Тут вообще очень много фона. Начало воспринималось мной, как расстановка персонажей по сцене с обязательным, подробным, очень важным описанием декораций. На сцене — дом Лисбонов, где с родителями живут пять дочерей. Их судьба и вынесена в заголовок. Все спойлеры сразу. И чтоб читатель не забыл, как только повествование уходит в мирную сторону, рассказчики тут же напоминают, о чём эта история — девочки себя убьют.
Но и сцена, и герои на сцене — фон. Главные тут именно зрители из зала, мальчики, ровесники сестёр, рассказчики. Мир, сюжет подан их глазами, их словами, воспоминаниями о том годе, ведь они уже выросли, обрюзгли и полысели, сёстры Лисбон, впрочем, нет, навсегда сохранили юность. И читатель смотрит на них, а через них на девочек. И рассказчик(и) тут мало того, что ненадёжный, так ещё и коллективный — мы. У мы нет конкретных имён, некоторые из мальчиков иногда отходят от группки, чтоб подойти к дому или одной из сёстер, попасть внутрь, поговорить, потанцевать, и только наблюдают — с газона напротив, с чердака, с домика на дереве, — они всегда вместе. В этом наблюдении, запоминании деталей, обожествлении и сексуализизации девочек, собирание осколков жизней(экспонатов) есть что-то нездоровое. Такое же как и то, что девочки себя убьют.

С точки зрения неумолимости рока и катастрофы — это греческая трагедия. Пафос увядания дома в физическом смысле: всё ломается, осыпается, покрывается патиной, пылью и плесенью. И в моральном: родители ничего не могут противопоставить полученной заразе. Мать запирает сестёр, но непохоже, что это делает лучше или хуже. Вообще конфликт, заставивший девочек сделать это, неясен. Но и не важен. Автор не хочет, не собирается его объяснять. Этот вопрос навсегда останется с читателем (со мной), чтоб вспоминать про книгу. Это интерес, который надо унести с собой, как унесли его мальчики сквозь жизнь, так и не найдя ответов ни тогда, ни сейчас.

Мальчиков приводит в шок, что не только они разглядывали сестёр, те разглядывали их в ответ. И хотели поговорить. Но слишком увлёкшись ролью зрителей, они не дают девочкам сломать четвёртую стену, не слышат, не понимают. Приписывают в конце их самоубийства чуть ли не борьбе за экологию, при этом честно признаваясь ещё в середине, что ни черта не поняли, не узнали. Все их догадки могут быть ложными, все факты — не имеющими значения.

“Вполне вероятно, мы могли наткнуться не на рану, а на рот: он столь же влажен и горяч. Обнаруженный нами шрам может оказаться как в области сердца, так и на коленке. Нам это неведомо. Слепцы, мы можем лишь на ощупь подняться — по ногам и рукам, по мягкой двояковыпуклой плоти — к воображаемому лицу. Оно говорит с нами. Но мы не слышим ни слова.”

В книге очень классный, тягучий язык. И хороший, не самый добрый юмор.
После самоубийства самой младшей сестры

“Что же до страдающих, с трудом возвращающихся к жизни девушек, то их статус в школе даже повысился, как это было с родственниками Кеннеди”

“Преподобный Пайк говорил о христианском понимании смерти и возрождения, основывая свои философствования на зыбкой почве душераздирающей утраты, постигшей его в колледже, когда бейсбольная команда, в которой он играл, не сумела пробиться в дивизион”

Неожиданно понравилось, потому что фильм я когда-то совсем не поняла. #бумажныенаркотики

Энди Вейер "Проект Аве-Мария"

Энди Вейер написал новый роман, где с человеком в космосе постоянно что-то случается, только он решит один вопрос -- так новая напасть. После успеха "Марсианина" что же могло пойти не так?

Мне не понравилась книга, хотя к тому же Марсианину 10 лет назад я отнеслась очень позитивно. Но сначала о хорошем. Предполагается, что миссия космонавтов будет в один конец, и прикольно, что тут поднята тема добровольного ухода из жизни (ну не сидеть же им в корабле, пока еда не кончится): у команды спрашивают, как они хотят это сделать. Ответы, которые они дают (азот, героин и пистолет), добавляют героям настоящести и выпуклости, и, мне кажется, хорошо подобраны под их характеры. Второе, что понравилось -- описание взаимодействия Грейса и Рокки, в их дружбу, рождённую из вынужденности и одиночетсва, но одновременно и любопытства и "преданности науке", я поверила.

Книга в первую очередь скучновата. Читатель очень быстро понимает, что Грейс умный, он разбирается в естественных науках, да он вообще доктор. Было достаточно того, что он понял (и назвал) в астрофагов, но автор постоянно вкладывает в его речь какие-то научные определения, формулы, суперподробно описанные опыты и подсчёты. Как будто кивок в сторону таких же как Грейс учёных, но они-то как раз написали, что там часто полная чушь. И этих моментов очень много на протяжении всей книги, прям дофига. Но какими бы увлекательными не были учебники по физике и биологии (я вот некоторые параграфы по химии несколько раз перечитывала), эти книги -- не литература. В "Марсианине" такое конечно тоже было, но помещено в сюжет как будто более умело, а тут сбивает с ритма и делает книгу душной.

Второй момент -- очень сильна похожесть эридианцев на землян. Абсолютно во всём на самом деле. Да Рокки не видит в привычном нам смысле, но у него эхолокаторы, которые работают чуть иначе, чем у летучих мышей, например, он не испускает волн, а только получает, но у него есть понятие "света". И времени, и чисел, и математики, и т.д., и т.п. Их тела по большому счёту устроены так же. У них там на 40 Эридиана всё так же, но с чуть отличиями. Это такое явное упрощение, как будто слабость автора, что он не могу придумать нормальных инопланетян, чтоб они были инопланетными, отличающимися, чтобы взаимодействие с ними было интересным, что в "осьминогов" из "Прибытия", у которых время — это что-то совсем иное, и то больше веришь, чем в эридианцев, "камешки" эти как из сказки.

То, что Грейс не возвращается на Землю, -- вот уж точно художественная недоработка, потому что автор поленился/не захотел/не смог придумать, как земляне справились с кризисом. Потому что надо работать не только с химией-физикой-биологией, но и политикой-антропологией. Устами Стратт Вейер наобещал нам ужасов, но разбираться сам с ними не захотел, упростил и показал эридианскую школу и Грейса под куполом.

Недоработанным и очень уж противоречивым вышел и сам Роланд Грейс. И его противоречия не от какой-то многогранности, а от того, что автор выстроил части произведения на кусках личности, а собрать из этого конструктора фигурку без швов и дырок не смог. Он одновременно и душа компании, со всеми учёными и космонавтами легко сходится, а с кем не сразу, то потом растопит сердце, становится правой рукой Стратт, в то же время он такой одиноко одинокий одиночка — ни партнёра, ни семьи, ни близких друзей, только дети в классе. Его обвиняют по сюжету трусости из-за того, что он бросил учёное сообщество при проблемах и отказывается лететь умирать за Землю, но тут я не согласна и трусостью не считаю. Но по сюжету книги выходит, что Грейс сначала отказывается умирать за Землю, но сам вызывается лететь умирать за 40 Эридиана. Эти две точки, разнесённые по времени повествования, совсем близко в книге из-за параллельного построения сюжетов, может быть, должны показать какой-то рост Грейса, но так как сам рост не показан, не очевиден, выходит, что Землю он отказался спасать, потому что ему не ради кого, а 40 Эридиана есть из-за кого — из-за Рокки. Автор так наверное не задумывал, но именно так и получилось. И это рвёт ткань повествования. Очередной не продуманный момент...

Этот роман очень слаб, тем более от автора, от которого я читала уже более сильную вещь. То, какими клишированными (пьют водку стаканами) показаны русские, как будто уже и вспоминать стыдно для 2021 года. Фильм вышел не таким душным, но всё равно meh
#бумажныенаркотики

на Земле, пока Грейс в космосе, будет "Дорога" Кормака МакКарти #бумажныенаркотики

Вчера умер Дэвид Хокни.
Эпоха, в каком-то смысле. В прошлом году у него была большая ретроспективная сольная выставка в фонде Луи Виттон в Париже. Получилось, последняя прижизненная.

Я с его работой встретилась лишь однажды, в Tate Modern, на удивительно прекрасной выставке Capturing the Moment

«Портрет художника (две фигуры в бассейне)»