-Саня, ты со мной в следующую пиздячку едешь?
-Та ну нахуй! И ты тоже не едешь.
-В смысле?
-Мне тогда не будет с кем шляться
😁

Посадки (День 5 из 8)

Все уже были сильно уставшие, хотели отдыха, в душ и курить. С последнии были проблемы, так как магазинов рядом не было. Вот почему магазины поставить на границе придумали, а на фронте нет? Сделал бы кто-то такое себе фронтовое дютифри, где можно купить сигарет. А пока их был острый дефицит. Хорошо, что я курю только трубку и запасы табака у меня были.

Утром к нам пришел Дава, который должен был быть командиром одного из отделений первого взвода, но по факту появлялся редко. Он не немного с нами посидел, потом наобещал золотые горы, точнее что съездит в магазин и купит сигарет, энергетиков и шо то покушать. Стоит ли говорить, что он ничего не привез, да и вообще я его увидел аж только когда вышли с позиций в тыл.

По моей позиции перестало сильно прилетать, но вот по левой посадке прилетало много и часто. Так что очередной раненый, был только делом времени. В этот раз легкий в руку. На запрос о эвакуации КСП роты гордо и невозмутимо ответил, что машин нет. Тут снова нас выручила 128-я, которая эвакуировала нашего раненого.

Что бы позвонить приходилось лезть на дерево, где-то между обстрелами. Уже не помню кто тогда полез на дерево, но на фоне далекой стрельбы и работы артелирии, он сказал в телефон такую фразу: «Блять, не могу говорить, я на дереве сижу. У меня все хорошо. Пока»

Шли третьи сутки, как мехвод Бензин, просил баллоны для БМП и только сейчас их привезли. Только забрать «бэху» все равно было нельзя, 128-я бригада установила рядом с ней секрет, а БМП использовали как приманку и никого к ней не подпускали. И правильно делали.

Экипаж БМП переехал жить к нам в блиндаж, нас стало еще больше и спать стало еще теснее.

Посадки (День 6 из 8)

Утром мы узнали, что в полдень должны забрать первый взвод с позиций на отдых. Заберут или нет мы не знали, поэтому просто сидели и болтали. Бензин выразил интересное мнение:
-Если поймаю золотую рыбку, то пожелаю, что бы все кацапы одновременно застрелились. А остальные два желания пусть себе оставит.
-А как же богатство и настоящая любовь?
-Та нахуй оно надо.

Шел уже шестой день, а наше командование до сих пор не наладило связь из другими подразделениями и запрашивали информацию от них через нас. Зачем вообще нужно такое командование, которое ничего не может сделать, для нас до сих пор загадка. Видимо пять лет их учили только фразам: «В укриття», «Постлити пильність», «Спостерігайте» и «Протитанкові засоби до бою». В общем, тому, что мы и без их умных «советов» делали.

В начала левой посадки снова сильно прилетело и оттуда доносились крики. Пока мы передавали информацию КСП, а они дальше, то 128-я уже приехала забирать раненых. Не прошло даже десять минут, как раненых забрали.

Дело шло к вечеру, точнее было уже шесть часов и только сейчас первый взвод вывезли с позиций. Видимо буква «П» в аббревиатуре «ВСУ» означает «пунктуальность». В связи с отъездом первого взвода, мы должны были переехать к парням на 50 метров вперед. Первого к ним отправили Андрея и он со всеми вещами пошел туда. Довольно быстро, с этими же вещами, он вернулся обратно, так как там решили, что им людей хватает. Так что нас осталось на позиции 6 человек. Жить в блиндаже стало проще.

В этот же вечер 128-й бригаде привезли нормальную горячую пищу, которой они с нами поделились. Много места в блиндаже и горячая еда были хорошим окончанием дня.

Посадки (День 7 из 8)

У нас разрядился теплак и все наши павербанки, так что надо было идти к КСП заряжать их. Поэтому в десят часов утра туда пошли Митяй с Пашей. В двенадцать часов по КСП были сильные приходы, по рации мы узнали, что там один убитый и один раненый. Кто именно мы не знали, а по рации спрашивать не стали. Поэтому нам оставалось ждать известий и переживать за парней.

Позже мы узнали, что обстрел КСП был с миномета и под приход миномета стрелял танчик. Сам КСП они обнаружили при помощи «Орлана» и наличии кучи машин, небрежно стоявших рядом. Раненых было больше, чем сказали по радейке. Двое тяжелых, одним из которых был Паша. Осколок прилетел ему в голову. Сейчас Паша лежит в госпитале с открытой черепно-мозговой травмой.

В обед командира роты забрали в госпиталь, потому что он заболел. Вместо него назначили командиром роты Техника, командира моего взвода и единственного оставшегося адекватного офицера. Новым взводным назначили Иваныча, командира моего отделения, так что он переехал чуть вперед и нас осталось четверо.

Позже вечером у нас забрали еще и Андрея, увезли в отпуск по семейным. Нас осталось трое на позиции.

Переезд командира взвода на КСП, не обошлось без проблем. Появилось четверо паникеров, которые подняли кипишь и решили уйти с позиций. В общем их удалось угомонить, сказав что бы потерпели еще сутки, а там поменяют. Вообще паника это очень плохо и худшее, что может быть в стрессовой ситуации.

Назначение хорошего офицера командиром роты дало хороший результат в тот же день. Нам начали привозить хорошую еду, а именно мясо, колбасы, сыры и т.п. Также была налажена эвакуация раненых.

Вечером между моей и левой посадкой снова начала ехать на нас вражеская техника, два танка и БМП. Когда на тебя едит несколько танков и БМП, то даже становиться немножко страшно. Я занял позицию с NLAW и стал ждать удобного момента, танк не было видно. Но было видно выстрел. Танк стоял где-то за кустами и мне пришлось бороться с азартом, что бы не влупить ракету куда-то туда, куда направит ее Аллах. NLAW был один, так что надо было стрелять наверняка.

С передних позиций ко мне прибежал джавелинщик из 128 бригады. Некоторое время я ждал танки с NLAW на готове, пока джавелин готовили. А потом помог зарядить джавелин. Сначала пытались поймать танк из СПэшки, но его все равно не было видно. Танковые снаряды ложились где-то за нашими спинами. Не увидя танка из СПэшки, джавелинщик вылез на дорогу. Пытаясь найти танк оттуда, сначала сидя, потом стоя, а потом и вовсе побежал с джавелином вперед по дороге. К сожалению танк все равно засечь не удалось и он уехал обратно.

Посадки (День 8 из 8)

На утро нам привезли очень много воды. Было заметно что обеспечение начало работать нормально. К тому же под вечер должны были привезти горячую пищу.

В обед, к нам в блиндаж отправили еще троих человек. Которые решили лучше окопаться и до самого вечера углубляли окопы.

На левом фланге были очень сильные обстрелы весь день и стрелковый бой. Снова не обошлось без раненых. Убитых и раненых в нашей роте уже было больше 25 человек.

Мои запасы табака закончились, я стал очень много курить за последние пол года. А раньше мог покурить трубку только раз в пол года или реже.

Вражеские танки и БМП начали целенаправлено простреливать левую от нас посадку, начиная от передней части в конец. Осколки сильно долетали аж к нам. Но к нам танки не выехали.

На вечер мы сварили себе картошку, которую раньше нашли возле нашего блиндажа. После ужина, я улегся спать. Но уснуть не мог, точнее мне казалось, что не мог. Так как в 11 ночи я услышал разговор начало которого я прослушал. Все обсуждали как мы будем уходить, при чем в довольно паническом ключе, будто нам надо уносить ноги и все плохо. Это настораживало, но так как начало я прослушал, то не стал поддаваться плохим мыслям.

Прослушал я как раз ту часть, где нам дали приказ собираться и выходить в 3 часа ночи. Все вещи у меня и так были собраны, поэтому до того времени я решил отдохнуть сколько получиться.

Начали выходить с позиций мы небольшими группами по восемь человек. Каждый нес на себе что-то противотанковое. Я шел в первой группе и тащил свой NLAW. А так как идти нужно было 1.5-2 км. то по пути, я думал, что мой позвоночник пошлет меня и убежит. Часть пути шла через траншеи, которое были узкими и местами глубокими, поэтому NLAW пришлось подымать над головой, что бы протиснуться.

Дойдя до КСП роты, мы сели в капонире и стали ждать машину. Приехал пикап, в который мы загрузили БК, вещи и наверх всего этого вселись сами. Я сидел на краю по левому борту и чуть не вываливался из кузова, особенно на кочках и поворотах. Меня придерживал рукой Саня, что бы я не улетел.

Уезжали мы под мягким лунным светом и звездами. Я лежал на рюкзаках и всматривался в ночное небо и удаляющиеся от нас позиции. Стараясь при этом не выпасть за борт

Посадки:

День 1. Часть 1/2 https://t.me/reservists_notes/970
День 1. Часть 2/2 https://t.me/reservists_notes/971

День 2. Часть 1/2 https://t.me/reservists_notes/972
День 2. Часть 2/2 https://t.me/reservists_notes/973

День 3 https://t.me/reservists_notes/979

День 4 https://t.me/reservists_notes/988

День 5 https://t.me/reservists_notes/1000

День 6 https://t.me/reservists_notes/1001

День 7 https://t.me/reservists_notes/1002

День 8 https://t.me/reservists_notes/1003

Мы едем. И уже очень скоро. Такие дела. Но я все таки успел быстренько написать всю историю в посадках. Так шо приятного чтения

Сейчас уже более трехсот человек на канале, а не тридцать, когда я публиковал тут свои попытки в рифму. Поэтому держите одну из этих попыток:


Мои руки лишь стали верны
Закаленные средь пустоты
Они созданы для войны
Разрушать чьи-то мечты

У них нет иного пути
Лишь долину смерти пройти
Не оставив совсем теплоты
А только трупы и льды

Но где я, а где ты?

Твои руки настолько нежны
Будто созданы из чистоты
Они стали образом красоты
И даже могли бы лечить умы

Так много в них доброты
Что могут избавить от тьмы
Залечить все раны войны
И не дать мне долиной пойти

Но разве где-то можем быть мы?

V.2022

«Упоение сражением часто превращается в сильную и неизлечимую зависимость, потому, что Война - это наркотик»

С таких слов начинаеть фильм «Повелитель бури». И в них есть доля правды. Люди, но далеко не все, привыкают к войне. Помню в далеком 14-м году, когда мне было 19 лет, во время первых своих учебных стрельб, я нервничал и когда заряжал магазин патронами, у меня тряслись руки. А сейчас, высунувшись по пояс с окопа с NLAW жду когда поедет танчик и грущу когда он не едет. А что бы заставить меня надеть броник, нужно что бы прилетало рядом, метрах в стах, а то и ближе. Когда по нам долго ничего не прилятало, становилось даже как-то скучно.
Страх атрофируется со временем, иногда до такой степени, что это становиться опасным.
Но бывают случаи, очень часто, когда люди ломаются от постоянного стресс. И это может случиться с любым.