30 декабря 2023 года, суббота, самые читаемые статьи Русской Википедии.

Голубой огонек, который я решил посмотреть, надеясь зафиксировать изменения в стране, в деятельности Министерства культуры, разочаровал. Кроме некоторых прекрасных номеров (прежде всего Акима Апачева с Плыве кача) остальное жуть. В конце 80-х на моих глазах поднималась в русской музыке многообещающая волна. Позднесоветский трэш отступал, прорывались новые темы, интонации, вопросы, ритмы. Уже тогда Пугачева была воплощением старооо отжившего хлама, воющей скабрезной неандерталкой. Казалось, время таких прошло, пришло время каких-то других. Николай Коперник, Гражданская Оборона, Поп-механика, Вежливый отказ с Гором Чахалом. И все двинулось в правильном и многообещающем направлении. Но тут же все остановилось в 1991. И снова появилась Пугачева с выводком своих бесовских дегенератов. И этот пещерный сгнивший поздний советизм продлился еще на 33 года. И до сих пор разлагается и разлагает все вокруг. Это заговор Вия.

У Великой Зимы 2024 уже появился свой стиль. Хардкорный, страшный, бескомпромиссный, но всё же стиль. Ледяное безумие хищником обрушивается на крыши городов. Слова и звуки падают в снег промороженными пулями. Синее сердце вечности тонко звенит в воздухе.

Ледяное безумие пульсирует снаружи. Оно изменит мир. Оно превратит бесчисленное количество мудаков в великолепные статуи. Северный мрамор твёрд и крепок — недаром подножие Кадата сложено из него. Диктат тишины, диктат звона. Ныне любое слово будет убито на месте.

Минус тридцать. Человечество укрывается в пещерах и достаёт прошлогодние салаты. Громом ледяной пустоте отвечают пушки пробок, потерянными часовыми встают в ряд допитые бутылки. Жизнь смеётся. Жизнь отвергает немыслимую стужу.

И всё-таки погода воистину сумасшедшая.