Истинная любовь доступна только людям с гомосексуальными наклонностями и нарциссическим «расстройством», всё остальное – ярмо анцестральных императивов да жалкая созависимость.

Для начала отметим, что, конечно же, так называемые расстройства личности есть лишь отклонения от модального устройства психики; обладатели их при наличии неплохого интеллекта и воли к жизни за десятки лет расцветают в личности, сообразные своим предпосылкам, наблюдающие сообразный же мир-выброс на грани мыслимого для норми. Чем дальше забросило, тем больше необходимы эти компенсаторные благодати – но и тем необычнее и гармоничнее найденная Вселенная. И тем сложнее разделить с кем-либо её красоту. Шизоидов их отстранённость и холодность нередко ставит на колени; они находят успокоение, уходя всё глубже внутрь себя, солнечные паруса, покидающие базовую реальность. Но даже шизоидам хотелось бы захватить в глубокий космос Другого. Ведь мне хочется. Но, пожалуй, проще провести верблюда через угольное ушко.
Нарциссам повезло больше.
Нарцисс прекрасен в своей бесхитростной симметрии, обоюдоострый клинок, Пигмалион, прижавший губы к зеркалу и жаждущий ответного тепла. «Люби Меня, как я люблю Себя» – говорит он, и говорит это с искренней щедростью. Он не предлагает тебе то, от чего бы сам отказался; он охотно принял бы руку второго такого же. Не для того, чтобы заткнуть дыру в душе чужой полнотой, не обслуживая голод по комплементарности – нет, он не видит в себе значимых недостатков, и если это подлинный нарцисс, далёкий аутлайер, всё ещё пригодный для выживания в нашем мире, то ему хватает сил их преодолевать. Просто любовь – это когда вы отдаёте друг другу самое ценное. Если то, что ты можешь отдать, ты сам, не кажется тебе самым ценным – то зачем партнёру опускаться до этого? Если же оно в твоих глазах ровно настолько ценно – то как ты можешь его не любить? Как ты можешь не желать владеть такой ценностью?

Психика, полноценно способная воспринимать все измерения в этом желанном закоулке фазовой диаграммы, именуемом любовью, с необходимостью содержит не просто симпатию и принятие, а безусловно тёплое интимное отношение к своему «Я». Глубокую благодарность души телу, Её вмещающему; восхищённую готовность тела помочь в осуществлении желаний души; веру души в Свою высокую природу; влечение тела к собственным признакам; и заговорщицкое единство в желании соединиться с ещё одним таким дуэтом, отдать должное субъективному совершенству со всех возможных сторон. С юнгианской точки зрения это, думаю, психика, пребывающая в гармонии с Анимой, или полностью инкорпорировавшая её в конструкт Эго.

И отсюда следует парадоксальный факт, что максимально пригодные к любви люди не могут быть максимально одиноки, максимально зависимы и максимально нуждаться в Другом. У них уже есть почти всё, что необходимо. Не хватает только волшебного зеркала. В пределе они даже могут стать совершенно самодостаточны; и такие выбывают из нашего рассмотрения, оставляя место более экзотическим и хрупким конфигурациям, чья точка отсчёта самую малость смещена от внутреннего центра.

Подумав об этом, я (вернее, Я) понял, что охотно бы жил с другим Собой. Если, конечно, получилось бы Ему это объяснить. Сколько циклов закалки и отжига понадобилось Мне? Но пока хватит и этого понимания.

Tl;DR: сам себя не полюбишь никто не полюбит.