На всякий случай интродакшн. Меня зовут Аня Кондратьева, я занимаюсь музейными проектами. Этот канал я завела как дневник своих исследований.

Про что он: в этом году я вместе с Фондом Памяти выиграла грант Фонда Потанина на проект «Музейное дело». Он про репрессированных сотрудников музеев. В грантовой части проекта мне интересно разобраться в том, как процессы против краеведения и краеведов начала 1930х повлекли за собой репрессии в отношении сотрудников музеев, как Первый музейный съезд изменил подходы к экспонированию и музейной работе в целом, как об этом говорить и показывать в музейных экспозициях.

Помимо грантового проекта я собираю любые истории про репрессированных сотрудников музеев, «репрессированные» музеи и коллекции, не только краеведческие. Стремимся к базе данных/книге памяти. Если у вас есть такие истории, пожалуйста делитесь. И подключайтесь к проекту! Для связи: @anyakondratyeva

Собираю материалы по Первому музейному съезду. После него все музеи постепенно (или резко) становились плоскостными, коллекции прятались, изымались и переформатировались. Появилолось конечно интересное и много здравого предлагалось, но в целом музеи стали служить пропаганде пятилеток. Но всегда были и смелые люди, которые занимались исследованиями и спасали коллекции.

Интересный сюжет, меня почему-то всегда шокируют такие исторические пересечения. Иван Луппол, который активно выступал на съезде и топил за диалектический материализм, одним из автором и амбассадоров которого он являлся, был после репрессирован! Пока знаю об этом на уровне википедии, но ужасно интересно, что с ним происходило между съездом, диалектическим материализмом, редактурой "Советского музея" и арестом.

#первыймузейныйсъезд

Собственно, из википедии:

По некоторым указаниям, собирался жениться на бывшей невестке Максима Горького «Тимоше». С ним она познакомилась, когда устраивала Музей Горького в Москве, которым он тоже занимался. Луппол пригласил её в Тбилиси, на торжества по случаю юбилея Шота Руставели, после чего они поехали отдохнуть в дом писателей под Тбилиси — Сагурава, где его и арестовали, по ложному обвинению.

Как рассказывает исследователь Михаил Шейнкер, получивший выписку из следственного дела, хранящегося в архиве ФСБ, академик Луппол был арестован 20 сентября 1940 года НКВД Грузинской ССР. Приговором Военной Коллегии Верховного суда СССР от 8 июля 1941 года на основании статей 17-58-8, 58-10 ч. 1, 58-11 УК РСФСР приговорён к расстрелу. С 29 октября 1941 года он содержался в камере смертников Саратовской тюрьмы вместе с академиком Н. И. Вавиловым. Постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 23 июня 1942 года высшая мера наказания была заменена заключением в исправительно-трудовой лагерь НКВД сроком на 20 лет. Иван Капитонович Луппол умер 26 мая 1943 года в Темниковском ИТЛ (посёлок Явас Зубово-Полянского района Мордовской АССР).

#иванлуппол

Ну и вот

Ну что, самое время для огромного текста) 29 и 30 октября одни из самых важных дней в году, наконец появилось время и силы переваривать накопленные за два месяца проекта обрывки историй

Уже вчера день ежегодного большого события – Возвращение имен. Каждый год тысячи людей произносят имена тех, кто был репрессирован в годы массового террора. В этот раз я пришла к Соловецкому камню одна, и это самое сильное переживание 29-го октября. Мое сегодняшнее имя – в каком-то смысле мой коллега, музейный сотрудник.

Петр Михайлович Покровский. Первый директор Дальневосточного краевого художественного музея. Туда его пригласили из Каргополья, где он был директором краеведческого музея.

Какой-то Леонардо да Винчи. Организовал картинную галерею, которая стала отделом краевого музея. Сделал множество художественных выставок. Пишут, что именно благодаря его безумной активности на Дальнем Востоке появлялись сообщества – художников, краеведов, музейщиков.

Если вам еще не надоело перечисление всего крутого, что он сделал, то я продолжу.

Помимо искусства Покровский занимался этнографией и краеведением. И музейным делом. Настоящий директор музея: жил на работе, реально жил – квартира его семьи была на втором этаже музея. После Первого музейного съезда, чтобы обойтись без "социалистического строительства", избегал политического и старался выбирать мирные темы для музейной работы.

Был членом Дальневосточного общества краеведения. Занимался и этнографией: изучал быт и искусство народов Дальнего востока. В 1920-е нанайцев и другие народы называли "туземцами". Кажется, Покровский был не "колонизатором", а вдумчивым антропологом и искусствоведом: бережно относился к найденному в экспедициях, изучал, искал "документальные подтверждения".

Теперь сухие формулировки о гибели. Арестован 18 февраля 1938 года УНКВД по Дальневосточному краю, обвинен в "проведении антисоветской агитации, направленной против Советского государства". "Организовал шпионскую организацию в музее". Конечно, в пользу Японии, ведь какие еще иностранные связи могли быть в Хабаровске. Признан виновным по статье 58-10 УК РСФСР. Расстрелян 11 октября 1938 года. В 1957-м реабилитирован.

Это нам сообщили в ответе на запрос в архиве ФСБ по Хабаровскому краю. Копии дел не прислали. Длинные формулировки сотрудников ведомственных архивов это, конечно, отдельный жанр. Хотя в конце биографии Покровского в авторе ответа на запрос проглядывает человеческое, сообщает нам о могиле и памятном месте: "Захоронен на Хабаровском городском кладбище в одной из общих могил. На месте массовых захоронений в память о жертвах репрессий 20 ноября 1990 г. построена и в настоящее время действует часовня".

#хабаровск #петрпокровский