Как я развешиваю картины, это очень смешная правда про меня.
У меня картины по всему дому. Все висят на гвоздях. При этом стены в доме местами каменные, местами бетонные. В такие надо шурупы специальным приспособлением, а я не умею. Понятно, что легко научиться, ничего сложного в этом нет. Но мне веселей и проще ловить моменты, когда я могу забивать молотком обычные гвозди в бетон. Такие моменты довольно часто случаются. У меня все стены в картинах, как в небогатой коммерческой галерее, где надо окупить каждый квадратный сантиметр :)
Мне вообще казалось, это нормально, все так примерно и делают, но сегодня в ходе развески очередных нескольких картинок внезапно дошло - во-первых, что стены каменные-бетонные, и во-вторых, что я даже в обыденной бытовой жизни так делаю примерно всё. Только машину вожу нормально, и это (наверное) хорошо.

Труднее всего понять (и принять) моей протестантской (не религиозно, а культурной традицией сформированной в детстве) башкой - что от меня здесь (в the Городе) уже давно никому ничего не надо. Всё, начиная с языческих жертвочек реченькам и прочих плясок с бубнами, и заканчивая написанными историями, нужно просто для моего удовольствия. Ну и как опоры, чтобы быть максимально собой, насколько это в принципе здесь возможно. Вот это и есть задача: ты только будь.
Но и она не задача на 24 часа в сутки, как кажется человеку с маленькой твёрдой сформированной протестантством башкой. Типа напрягись! Соберись! Будь! С усилием! Шаг в сторону - вах, расстрел-расстрел!
Не задача, блин, а просто возможность. Ты же хочешь быть - ну и будь, мы чем можем, поможем.
На этом месте я реально зависаю и начинаю гудеть, как старый компьютер. Быть собой - не задача, а просто возможность. Непостижимый господь, через что бы ни проявлялся, не суровый заказчик, а... ну, что ли, получается, друг?

Время линейно только для человека и других таких же примитивных существ; вообразить нелинейное время человеческой головой вряд ли возможно (время это восприятие времени, а не мысли о нём). Но даже человеческой головой можно сообразить, что нелинейность времени на практике даёт доступ ко всем моментам персональной вечности. И вот прямо сейчас можно какой-то специальной несуществующей, но возможной рукой нашарить в этой недоступной сияющей каше один из моментов, где/когда твоя человеческая жизнь станет одним из незначительных эпизодов, как одна из прочитанных в детстве интересных, но не особо запомнившихся книг.
Вполне возможно, это просто иллюзия, нет на самом деле таких моментов, или (что вероятнее) доступа к ним пока нет. Но судя по тому, сколько эта иллюзия даёт - даже не столько дополнительных сил, сколько уверенности и устойчивости, похоже, как говорят необразованные агностики, «чота такое там всё-таки есть».

Магазины с кошачьей едой были сегодня закрыты по причине воспаления нац.праздника, зато работали бухлопродавцы, и у них внезапно обнаружился джин голубого цвета, не бутылка, как у Bombay Sapphire, а сам напиток, причём не известный мне barrister blue, a the London N1, судя по цене, классом выше барристера; короче, неважно. Важно, что теперь я могу наконец смешать в домашних условиях коктейль Зелёный Вигвам.

P.S. Карочи, я гений. Во-первых, тархун изумительно сочетается с джином и тоником (сюрприз вообще). Во-вторых, лонгдринк с закрытыми глазами - это не алкоголь, а какой-то бесстыдный оккультный пиздец.

Из переписки с другом: «Так называемое "зло" из ужасных-кошмаров — просто неправильно интерпретированное чел.умом добро».

Смысл жертвы, - в очередной раз понимаю я, привязывая нитки к хвостикам керамических рыб, которых реально жалко терять (отдавать) навсегда, - в наглядной расстановке приоритетов. Когда отдаёшь своё драгоценное материальное (и эмоциональное драгоценное) ради непостижимого и неопределённого неизвестно чего, от которого ничего конкретного взамен не получишь, только абстрактное, ты - ну, делом подтвержаешь, что абстрактное превыше всего.
(Когда за жертву просишь/хочешь конкретного, это, понятно, фуфло.)

довольно страшный ответ на вопрос, что я делаю в милом the Городе. Ну это мы ещё поглядим.

Просто люди - ну, как не крути, кровь города. Город человеческое поселение, построенное человеческими руками, а не природный объект. Города разные, им разного надо. Некоторым сейчас очень ок. Точно не знаю, но предполагаю, что самые крупные туристические города сейчас просто счастливы и отдыхают от запаршивленности; на самом деле, наверное, по-разному, кто как.
Но the Город у нас всегда хотел быть про радость - вопреки унылой исторической судьбе. И даже наконец-то почти стал. А теперь - ну, можно сказать, умирает. Белокровие у него, или что-то похожее. Он конечно держится, но.

Я почти в одиночку стою сейчас против полумиллиона покорных унылых тварей, которые не хотят быть хорошей кровью. Я у нас огого, только этого мало. Нормальная кровь нужна в венах, а не один великий супер-эритроцит. Любви таки да недостаточно. Факин пророк майор Бриггс.

/Но это мы ещё поглядим./

Это мы ещё поглядим, - говорю я не потому что на меня в бардо рождения опрокинули ведро с упрямством для стада ослов (хотя и поэтому тоже). А потому что когда я хотя бы часов шесть (лучше больше) мотаюсь по городу с рваным сердцем и одновременно в счастливой высокой октаве, всё у нас хорошо, лучше прежнего. Ну типа как летом в нормальный, не зомби-год.
И мне это даже нравится, просто я слабак, физически не выдерживаю. Мне бы напарника. Раз в два дня было бы ок.

Небесная канцелярия в приступе безудержного веселья подложила мне прямо на лавку у дома книжку. В этой книжке прекрасно всё, начиная с названия и заканчивая именем автора.

Открылась же книжка вот на каком месте:

— Пой с душой, — потребовал Сорокин. — Не тяни Лазаря!
— Ванечка, устала я. Давай лучше у твоих ножек прикорну, мой котик…
— «Ко-о-тик»! — презрительно фыркнул Сорокин. — Это мне не подходяще. Это говори ты буржуйчикам.

С душой, значит, надо. Не тянуть, значит, Лазаря. Котик, значит, не подходяще. А в глаз?

Привокзальная галереечка

Сейчас здесь будет сериал про картины. История как мной написана. Но не мной, я тут персонаж.

Часть первая. В самом начале улицы Пилимо, где желтый великан и выход к привокзальной улице, у нас то ли прошлой весной, то ли раньше (сомневаюсь, потому что реальность у нас пластична, а не по причине дырявой памяти) появилась «Привокзальная галерея», на самом деле, просто стена, покрашенная чёрной краской, на которой развешены явно любительские картинки и табличка - см. выше. Миленько, очень в духе the Города, за это я их люблю.

Среди картинок там висит (хаха, прошедшее время, ВИСЕЛА) вот эта картинка. Которую мне с первого дня хотелось спиздить. Потому что она, при всей неумелости, дикой силы. И место я это знаю. Ну, или очень похожее. Плохое место. Мы с родителями попали в это место в Берлине, когда они поехали покупать мебельный гарнитур и заблудились. Потом нашлись, конечно. Но это место сработало примерно как песня плакальщицы и коробочка у Линча в «Малхоланд драйв». То есть, наш с родителями мир сдвинулся. Изменился. Закончилась хорошая жизнь. Я это помню, и главное с первого мига знаю, как всё поломалось. Пока мы ещё жили в Берлине, можно было туда вернуться и выйти нормально. Но такие вещи даже будучи взрослым, условно уважаемым человеком, мало кому объяснишь.
И вот, короче, оно на картинке. И два чувака, которые умеют правильно выходить (я это вижу; объяснить не могу).

Часть вторая.
Спиздить картинку с плохим местом и хорошими чуваками мне хотелось с весны. Технически это просто - взял да и спиздил. Ну если очень неловко, можно ночью прийти.
Но я так не могу. Не потому что воровать нехорошо. Я, если честно, у любого буржуя могу без зазрения совести отобрать миллион (пока не умею, но моральных препятствий нет). Однако спиздить картинку из уличной галереечки в любимом the Городе - это совсем другое. Такое я позволить себе не могу.

Но за зиму уличная галереечка оскудела. Куда-то пропали (надеюсь, прохожие спёрли в хорошие руки и дома повесили) три четверти, если не больше картин. И мусорные баки рядом вплотную к стене поставили, что совсем ни в какие ворота. Короче, три дня назад мне стало ясно, что картинку надо забирать.
А два дня назад до меня дошло, как уладить этот вопрос с совестью. Картинку надо не спиздить, а обменять.
На что именно обменять, тоже как-то сразу стало понятно. У меня есть картинка Сигуте Ах, которая (не картинка, художница) в каком-то смысле визитная карточка города. Сейчас уже нет, пожалуй, но долго была. Открытки-закладки-блокноты с её ангельчиками и прочими мимимишностями только ленивый брутальный мужык на сувениры не покупал.
Мне эту картинку привезла в подарок Л., ещё когда мы жили в Москве. И картинка стала чудовищной силы магическим... даже не знаю - талисманом? капканом? оружием? Короче притащила меня в Вильнюс, буквально за полгода - не просто в гости, а с концами. Здесь жить.

Мне эта история нравится, но не очень. То есть, круто, конечно, но когда ты демончик в пентаграммочке, довольно обидно, что это тебя околдовали, а не наоборот.

Короче, в голове (теперь это так называется, ггг) у меня что-то щелкнуло, и всё наконец сошлось. Если отнести в привокзальную галерею мою пентаграммочку, можно забрать оттуда картину про страшное место с чуваками, которые знают выход. Честный обмен!

Короче, кто меня знает лично, не удивится, что гвозди из стены я, если надо, могу вытащить и руками. Но это не счастливый финал истории про картинки, а можно сказать, начало. Продолжение напишу.

Часть третья

Со спизженной картинкой в торбе логично идти домой. Таков и был мой план. Но сопутствующий грабежам и разбою восторг повлёк меня сперва в Италалу - отметить стаканом кенийского криминальный успех, потом со стаканом - под любимую йолку в условно потаённом дворе, оттуда - за булкой Анархией (облом - негодяйские хипстеры перестали их печь), оттуда - во двор с Головой проверить подснежники, которые проклюнулись до Хельских морозов (живы всему назло); короче, как-то так получилось, что вместо дома меня унесло в противоположном направлении, причём довольно далеко. На улице Тоторю (не путать с Тоторо) это стало как-то совсем очевидно. Оттуда домой с воровской добычей пилить как минимум полчаса.
Но вместо того, чтобы сворачивать к дому, ноги понесли меня дальше, в сторону Гедимино. Приятно по центральному проспекту среди бела дня с награбленным пройтись!
Короче. На улице Тоторю есть смешной маленький чёрный домик, в котором находится кафе под названием Chaika, то есть «чайка» латиницей; я не знаю, зачем. И возле этой «Чайки» меня шандарахнуло. Не знаю, как ещё описать этот феномен, когда энергетически уже воспринимаешь искусство, а глазами ещё пока нет. У меня так когда-то в Цюрихском худ.музее было - шандарахнуло из-за приоткрытой двери, а там в зале камень Бойса стоял.
И вот так же меня шандарахнуло напротив кафе «Чайка». А потом уже стало ясно, что по обе стороны от входа стоят картины. Одна неплохая абстракция, а вторая - трындец.

Это которая трындец. Фото, конечно, не передаёт.

Часть четвёртая.
Сначала мне показалось, сам факт, что такие картины стоят на улице - это мне лично подарок. Можно полюбоваться, удивиться, что их на улицу выставили, сфотографировать и дальше идти.
Но буквально метров через тридцать до меня - не то чтобы начало доходить, ещё не начало! Просто меня развернуло и потащило обратно к кафе. Надо зайти и спросить, они что, на продажу картины выставили? Ну, мало ли. Или просто для привлечения внимания? И если первое, то сколько стоит картина? Вдруг недорого? И я смогу её, страшно сказать, купить?!

Ребята из кафе «Чайка» не поняли, о чём речь.
- Какие картины? Мы вообще не знали, что у нас возле входа что-то стоит.
- Так что, их можно забрать?
- Не знаем! Наверное можно, если их на улице бросили. Это не наше! - повторили работники кафе.

С того момента и до сих пор я нахожусь в обмороке, но таком, активном. То есть, если минутную потерю сознания равномерно растянуть на много часов. Потому что это было такое внятное - так тебе картины нужны? Аж воруешь их, сиротинушка? Так щас обеспечим! На, держи!

И одновременно как бы добавка к картине, спизженной с привокзальной стены. Типа за ангела-зайца одной любительской поделки мало. На ещё, не хотим быть должны.

И одновременно - это ты чего, контракт расторгнуть пытаешься, что выносишь из дома пентаграмму-магнит? Имеешь право. Но всё равно не имеешь! Эй, стой, ты куда? Хочешь подарков? Щас сделаем, подожди!

И одновременно я вот прямо сейчас пишу тот кусок текста (книги), где из ниоткуда появились картины, которые художник когда-то сжёг. Правда, в тексте четыре, а тут только две, и подрамники дымом не пахнут, но лиха беда начало, может запахнут ещё.

И одновременно - ну, я же вижу, ЧТО на этой картине (которая шандарахнула, вторая пока просто так). Ну, тут не объяснить, конечно. Плюс, не исключаю, что это видение актуально вообще только для меня.
(Ну и чайка есть чайка. Знаковая для нас с городом птица, как ни крути.)

И одновременно ещё что-то такое, что вообще по ту сторону слов. По эту сторону, туда, где слова можно вытянуть, разве что, ощущение необыкновенно красивого сложного хода в ещё более сложной (я её пока точно целиком не вижу) игре.
Не вижу-то я не вижу, но как же отлично, оказывается, был сделан мой ход!

Картину, которая меня шандарахнула, пришлось везти домой на троллейбусе. Здоровенная потому что. А дома сразу стало понятно, что надо идти за второй.
Кафе «Чайка» уже было закрыто. Но картина стояла у входа. Дождалась.
Теперь придётся нести их перетягивать, подрамники никуда не годятся. Хоть бы, что ли, мастер Ромас работал назло локдаунам. Завтра проверю; не работает, так дождусь (и заодно послушаю, что он скажет, мастер Ромас - чувак непростой).