[ #stardew_valley; #sebastian; фем!фермер; ]

Белые цветы в ладонях

О глупых чувствах, умных кошках и красивых рыжих фермерах. // или Себастьян решает сам сделать первый шаг с букетом.

фб
ао3 (зеркало)

внезапный дэп. писала эту работу год назад, но загрузила только сейчас на платформы, потому что опять упала в фандом и хочу комфортить себастьяна сто часов. даже если вы не шарите – мне будет приятно, если вы прочтëте и поставите лайк 👀

прикиньте, я ещё и гет пишу 🙏
джейвик нация не бойтесь, я всë ещё с вами, это просто моя слабость к эмо брюнетам 😢

доброе утро 🌾

вчера разгоняли ворониных сугироков и меня подтащило за ними

адреналин плюс пьяные сугироки равно то, что получилось, всем приятного чтения, а потом сходите на каналы вороны и ди и отреактите им

больше сугироков в массы, БОЛЬШЕ 🙂

https://graph.org/adrenaline-04-05-8

ворона подключилась к фэнтези аушкам, так что всем срочно читать, потому что завтра вас ждут мохнатожопые уже от меня 🙂

вспоминаем как каша дома пахнет по просьбе крамич и восполняем жизненную энергию в понедельник каветамами 🤗

#kavetham; a/o/b, нестандартная динамика o/b, mpreg 1/2

Рабочий день заканчивается ровно в шестнадцать часов и ни секундой больше. Найти главного писца Академии хотя бы через пять минут в своём кабинете уже нереально. Это правило, это особенность, это общеизвестный факт. Шансов встретить Аль-Хайтама в Академии после четырех часов крайне мало, а в выходной день этот процент стремится к отрицательному значению.

Поэтому нет ничего удивительного в шепотках и переглядываниях студентов, которые лицезрели настоящее Чудо Света, сидящее в углу, посвященного филологическим разделам языков. Сидящее, читающее и замершее словно высеченная из камня статуя, изредка двигающаяся для перелистывания страниц.

Нет ничего удивительного в том, что слухи побежали быстрее человеческих ног по стенам, когда ситуация повторилась.

Нет ничего удивительного, что Хайтаму всё равно. Лишь бы заговорить с ним не пытались.

— Родной дом не мил? — интересуется как-то госпожа Фарузан, зашедшая лично поглазеть на распространившийся слух и приятно удивленная.

— Не понимаю о чём Вы, — Хайтам не поднимает глаз от какого-то сборника сказок и мифов. Фарузан находит его выбор в литературе крайне занимательным.

— В твоём положении я бы не вылезала из постели сутками, — замечает она и Хайтам впервые отрывается от страниц, чтобы посмотреть на неё проницательным долгим взглядом. Бета, а такая пронырливая.

— Но Вы не в моём положении, — он слегка щурится, выдавая зудящее нарастающее раздражение. Фарузан хмыкает и пожимает плечами, складывая свои документы на стол, чтобы сесть рядом, к недовольству Хайтама.

— Да, ты прав, — легко соглашается она и на этом их разговор заканчивается. Госпожа Фарузан что-то бормочет себе под нос, разбирая работы студентов, Аль-Хайтам молча читает дальше.

Загадочное явление появляющегося секретаря Академии поле рабочего дня в стенах библиотеки становится самой настоящей легендой и обсуждаемой темой среди студентов. Нерешаемой загадкой, над которой ломают головы юные и не очень дарования и которую сам Аль-Хайтам считает пустой тратой времени.

В этом нет ничего удивительного и если бы люди умели складывать два плюс два, то легко бы всё поняли. Но люди не умеют, потому что у них нет второй двойки, а Аль-Хайтам не заинтересован в том, чтобы давать ее им самому.

Однажды его находит там даже Тигнари. Точнее, целенаправленно идёт к нему через огромные холлы и залы, ныряя между людьми и оставляя желающих пообщаться глотать песок с его хвоста. Зачем? Просто поговорить. Обсудить планы на ближайшие выходные и согласовать время встречи. Спросить как он себя чувствует. По-лисьи улыбнуться, заметив книгу со сказками в руках Хайтама и вызвать закатывание глаз.

Обычная встреча, которая заканчивается расходом по домам. Тигнари уходит с генералом в сторону телепорта, Аль-Хайтам неторопливо идёт на базар.

Вокруг него проносятся десятки людей ежедневно, беты и омеги, альфы и другие существа без вторичного пола, и все поголовно обходят его стороной. Нет таких, которые хотят подойти и поболтать, а если и есть, то благоразумно этого не делают. Но всё равно это люди, бесконечно много людей, но не тот, кто ему нужен.

Осталось немного.

Аль-Хайтам подписывает заявление на отпуск. Хочется, конечно, написать по собственному, но мора с неба не падает и это действительно начинает раздражать. И пусть его накоплений хватит на несколько лет беззаботной жизни, но этого всё равно будет недостаточно на дальнейшее содержание их семьи.

В последний день он снова остаётся в библиотеке. Один, с книгой в руках и наушниками на шее. С людьми, снующими туда-сюда. С безымянными студентами, грызущими гранит наук. С какофонией смешивающихся запахов без нужного и желанного. С тянущей спиной и распространяющейся усталостью по всему телу.