Концепцию развития частного образования в России представили на III Форуме негосударственного образования. Разработка документа ведётся Ассоциацией негосударственного образования и охватывает все уровни: от дошкольного до высшего. Ключевая цель – усилить интеграцию сектора в государственную повестку.

Обращаясь к участникам форума, министр науки и высшего образования РФ Валерий Фальков отметил, что при большом количестве студентов в России наблюдается дефицит квалифицированных специалистов «практически по любому направлению». Он подчеркнул, что нужно разворачивать сектор негосударственного образования на потребности экономики. Министр предложил «смотреть на прогноз на рынке труда на ближайшие 5–10 лет, отказываться от одних программ и открывать другие». По словам главы ведомства, эту работу Минобрнауки готово проводить с негосударственными образовательными учреждениями и с коллегами из Минтруда.

Опыт стран БРИКС показывает, что частное образование может брать на себя до 50% нагрузки отрасли, в то время как в России показатель — порядка 10%. Реализация стратегии развития частного образования позволит более полно использовать ресурс сектора.

Потенциал негосударственного образования позволяет создавать востребованные программы совместно с работодателями и готовить кадры под запросы рынка. Важное направление деятельности частного сегмента – развитие образования и инфраструктуры в регионах. Негосударственные учебные заведения вносят вклад в сохранение человеческого капитала на местах, формируют локальные профессиональные сообщества, создают точки притяжения молодежи, дополнительные рабочие места в сфере образования, помогают преодолеть дефицит кадров в регионах.

Кроме того, частный сектор готов взять на себя значительную социальную нагрузку: например, профессиональную переподготовку ветеранов СВО и обучение детей из малых городов и удаленных населенных пунктов.

Важное направление развития частного сегмента – экспорт российского образования. Опыт негосударственных организаций в привлечении иностранных абитуриентов и в открытии зарубежных филиалов способен укрепить позиции страны на международном рынке.

«Стратегия поможет консолидировать усилия частного сегмента отрасли и направить их на решение приоритетных государственных задач собственными ресурсами, без привлечения дополнительных средств из бюджета. Сегодня частные организации берут на себя значительную часть государственной образовательной нагрузки за счет собственных инвестиций в инфраструктуру, технологии, НИОКР, кадры», – отметил Вадим Лобов, президент Корпорации «Синергия», входящей в АсНОбр.

Проект стратегии предполагает создание механизмов повышения общего уровня качества образования. Они будут включать внедрение внутриотраслевых стандартов, создание системы независимой оценки и совета по качеству.

Документ намерены доработать с экспертами отрасли и вывести на дальнейшее обсуждение с участием представителей госструктур.

Орловский губернатор Андрей Клычков отчитался перед Владимиром Путиным и региональными элитами. Повод двойной – встреча с президентом 16 февраля и инвестиционное послание 17 февраля. Озвученные цифры выглядят внушительно, но при ближайшем рассмотрении вызывают вопросы к качеству экономического роста региона.

Клычков заявил о привлечении почти 470 млрд рублей инвестиций за 2018–2025 годы и росте ВРП до 500 млрд рублей, что в два раза выше уровня 2017 года. Однако этот «двукратный рост» во многом обеспечен инфляционными процессами последних лет, а не физическим увеличением объемов. Номинальный рост ВРП скрывает реальную стагнацию в ключевых секторах.

Показательным является состояние промышленности. Несмотря на заявления о росте производства в полтора раза за восемь лет, итоги 2025 года демонстрируют спад. Индекс промышленного производства в регионе составил всего 96,3%, то есть упал на 3,7% к предыдущему году. Проседание зафиксировано по всем фронтам – в добыче, обработке и энергетике. Местные чиновники объясняют это «изменением спроса», но факты указывают на системные проблемы в реальном секторе, который не может адаптироваться к новым условиям так же бодро, как аграрный сектор.

Еще один маркер проблем – реформа общественного транспорта. С 2027 года полномочия по управлению транспортом Орла передаются на региональный уровень. Обычно это происходит, когда муниципалитет расписывается в финансовой и управленческой несостоятельности, не справляясь с убыточной сетью.

На встрече с президентом губернатор традиционно сместил акцент на федеральные мегапроекты – студенческий кампус и медицинский центр. Это удобная тактика – просить бюджетные трансферты под социальные стройки проще, чем объяснять падение промышленности. В сухом остатке модель управления регионом сводится к выбиванию федеральных денег на фоне сжатия собственной индустриальной базы. Красивые отчеты о «миллиардах инвестиций» пока слабо коррелируют с реальной динамикой производства, которая ушла в минус.

Правоохранительные органы Башкортостана утром 18 февраля задержали главу регионального Минкульта Амину Шафикову – ей инкриминируют превышение полномочий, предположительно в связи с проверками госзакупок подведомственных учреждений. Официальных комментариев от следствия пока нет, само министерство заявило лишь, что работает «в штатном режиме».

Дело развивается на фоне системных проблем с закупками в культурной сфере республики. В 2025 году суды подтвердили сговор при организации крупных мероприятий с участием Дирекции культурных программ, подконтрольной министерству – фигурантом стала Гульнара Юрина, чья компания выигрывала тендеры на WorldSkills и другие проекты. Прокуратура тогда же вынесла представление Шафиковой за «порочную практику» назначения руководителей без требуемого стажа и образования.

В мае 2024 года министр публично раскритиковала журналистов за освещение скандала с выпускным балом, где школьница пригласила Радия Хабирова – Шафикова обвинила СМИ в травле и непрофессионализме, защищая чиновничью среду. Этот эпизод показал стиль коммуникации министра в кризисных ситуациях.

Задержание главы профильного ведомства в разгар бюджетного цикла создает риски срыва культурных проектов и усиления контроля над закупками. Для республиканских элит это сигнал о том, что культурная сфера больше не считается периферийной в антикоррупционной повестке – следствие изучает не только формальные нарушения, но и систему распределения контрактов через аффилированные структуры.

Глава ФАС Максим Шаскольский на встрече с премьер-министром Михаилом Мишустиным заявил, что никакого повышения тарифов ЖКХ с 1 января не было – только корректировка на 1,7% из-за роста НДС с 20% до 22%. По его словам, увеличение счетов связано с ростом объемов потребления электрической и тепловой энергии в зимний период. Однако массовые жалобы из регионов рисуют иную картину: жители сообщают о резких скачках платежей, не объяснимых только сезонным фактором.

В Каменске-Шахтинском Ростовской области квитанции выросли до 13–14 тысяч рублей, в Одинцове Московской области – до 19 тысяч, во Владивостоке – до 10–12 тысяч только за отопление. Красноярская пенсионерка сообщила об увеличении платы с 4500 до 7500 рублей. Волна недовольства охватила Калининградскую, Архангельскую, Владимирскую, Ростовскую области, Краснодарский и Красноярский края, Приморье и Подмосковье. В соцсетях появились сообщения о платежах, превышающих МРОТ, что особенно болезненно для семей с низкими доходами.

Впереди вторая индексация 1 октября, и здесь региональные различия огромны: Ставропольский край ждет повышение на 22%, Дагестан – на 19,7%, Тамбовскую область – на 17,5%. Минимальные показатели в Хакасии и на Чукотке – 8%, в Москве запланировано 15%, в Санкт-Петербурге – 14,6%. Такой разброс объясняется различной степенью износа инфраструктуры и объемом необходимых инвестиций в каждом регионе.

За 2025 год ФАС исключила из тарифов 51 млрд рублей экономически необоснованных расходов – это в 21 раз больше, чем в 2020 году. Меры позволили снизить тарифы в Ленинградской, Самарской областях, Пермском крае, Республике Алтай и Алтайском крае. Однако в феврале 2026 года ведомству пришлось инициировать новые проверки обоснованности тарифов в Тюменской, Псковской, Сахалинской областях, Ханты-Мансийском и Ямало-Ненецком автономных округах, Удмуртии.

Системная проблема – критический износ коммунальной инфраструктуры, который в некоторых регионах достигает 80%, при среднем показателе по стране 40–60%. На Дальнем Востоке износ составляет 68%, на Урале – 58%, в центральных регионах – 32–38%. Особенно критична ситуация с системами водоснабжения (56% износа), теплоснабжения (52%) и электроснабжения (48%). Хронический дефицит инвестиций на фоне растущих тарифов создает социальную напряженность, особенно в регионах с низкими доходами населения и высоким уровнем бедности.

Агентство стратегических инициатив представило рейтинг качества жизни российских регионов за 2025 год, обновив методологию оценки. Президент Владимир Путин на заседании наблюдательного совета 18 февраля ознакомился с результатами, традиционно включающими только первую двадцатку. Лидерами стали Москва, Санкт-Петербург, Тюменская область, Татарстан и Сахалинская область.

Обновленная методология теперь синхронизирована с национальными целями развития и губернаторскими KPI, охватывая 149 показателей по 12 направлениям. Среднероссийский интегральный индекс вырос на 6,5%, а 41 регион улучшил свои позиции. Наибольший прогресс показали Приморский край (+19 пунктов), Омская (+16) и Астраханская (+15) области.

Однако полная картина остается закрытой – АСИ публично не раскрывает нижние строчки рейтинга. По данным параллельного исследования РИА Новости за 2025 год, в число аутсайдеров традиционно входят республики Северного Кавказа, Тыва и Еврейская автономная область. Ингушетия заняла последнее, 85-е место с показателем 25,78 балла из 100 возможных, Тыва оказалась предпоследней.

Эксперты отмечают избыточность методологии АСИ – 149 показателей против 66 в рейтинге РИА. Возникает вопрос: создается ли инструмент для выявления проблемных точек или для формального контроля губернаторов. Критическим остается разрыв между столичными регионами и периферией – Москва набирает около 87 баллов, тогда как отстающие субъекты едва преодолевают отметку в 25–40 баллов.

Путин призвал распространять лучшие практики, особенно по поддержке молодежи и многодетных семей, на другие регионы. Мэр Москвы Сергей Собянин подчеркнул необходимость системной работы над проблемами, а не простого арифметического подсчета. Остается открытым вопрос о достаточности ресурсов у региональных команд для устранения выявленных недостатков.

Январская статистика продемонстрировала серьезный разрыв между федеральным фоном и ситуацией на местах. Ростовская область начала 2026 год с годовой инфляцией 6,21%, превысив среднероссийские 6%. Соседний Краснодарский край только за один месяц показал скачок цен на 1,6%. Регулятор списывает это на разовые налоги и тарифы, но структура роста указывает на системный кризис издержек в регионах.

Аграрный Юг принял на себя первый удар. В Ростовской области продолжили дорожать огурцы, помидоры и капуста. Тепличные хозяйства переложили в ценники огромные счета за отопление и освещение из-за январских морозов, а сельхозпредприятия – возросшие расходы на хранение урожая. Индексация коммунальных тарифов моментально ударила по самому чувствительному сегменту – базовой продуктовой корзине.

Сфера услуг транслирует глубокие проблемы местного бизнеса. Донской общепит заметно поднял цены не просто из-за стоимости продуктов. В чеки теперь зашиты расходы на содержание помещений и попытки удержать персонал в условиях кадрового голода. Логистика бьет по всем отраслям: даже печатные издания в регионе за год взлетели в цене на 10,44% из-за стоимости бумаги, красок и доставки в торговые точки.

Федеральные инициативы сработали как катализатор. Повышение НДС с 1 января 2026 года и рост утильсбора немедленно разогнали цены на новые автомобили и телевизоры. Компании предпочли перенести налоговую нагрузку на потребителя в первые же недели года. Укрепление рубля и спад спроса после праздников позволили снизить цены на смарт-часы (сразу на 10,9%), планшеты и смартфоны. Однако подешевевшие гаджеты слабо компенсируют людям ежедневные траты на еду и базовые услуги.

Банк России обещает замедление инфляции до 4,5–5,5% к концу года, ожидая исчерпания «разовых факторов». Но для субъектов РФ эти факторы стали фундаментальными. Дорогая логистика, кадровый дефицит и тарифы уже встроены в экономику, и региональному бизнесу просто некуда отступать.

За десять лет в России уголовному преследованию подверглись не менее 50 действующих и бывших вице-губернаторов из 23 регионов. Показательна динамика: в 2025 году зафиксировано 15 подобных дел – почти столько же, сколько за предыдущие пять лет в сумме. До этого рекордом оставался 2016 год с семью арестами – он теперь побит. Что-то системно изменилось.

Антилидером предсказуемо стал Краснодарский край: семеро заместителей губернатора Кондратьева оказались под следствием с 2017 года. В 2025-м арестовали сразу троих. Вице-губернатор Власов получил 11 лет и рекордный штраф – 90 млн руб.. Следующего назначенца на его должность, Нестеренко, арестовали уже через несколько месяцев. Отдельным эпизодом стало дело Вороновского: следствие вменяет откаты на 2,8 млрд руб. в период руководства краевым минтрансом. Механизм воспроизводства коррупции очевидно работает независимо от кадровых перестановок.

Отдельный пласт – хищения в приграничных регионах. Белгородские вице-губернаторы Базаров и Зайнуллин обвиняются в хищении средств на строительство оборонных сооружений. Генпрокуратура оценила ущерб по связанным контрактам в 924 млн руб., часть объектов не отвечала требованиям безопасности. В Ростовской области Федотова нанесла ущерб в 1,9 млрд руб. через необоснованное привлечение коммерческих кредитов. В феврале 2026 года продлен арест экс-замгубернатора Курской области Дедовой.

На других территориях – своя специфика. Вологодские чиновники вымогали 100 млн руб. у лесопромышленников за право аренды участков. Владимирский замглавы Хвостов собрал два уголовных дела и суммарно 12 лет колонии. Новгородский Воронцов нанес ущерб бюджету в 397 млн руб.

По делам, завершившимся приговором: доказанные взятки – 119 млн руб., совокупные штрафы осужденных – свыше 310 млн, средний срок – 7 лет 10 месяцев. Математика проста: потенциальная прибыль от коррупции на этом уровне явно перекрывает риски. И пока освободившиеся кресла систематически занимают такие же фигуранты, статистика будет только расти.

В интернете опубликовали данные ежегодного исследования о губернаторских прямых линиях: в 2025 году прошло 199 эфиров, поступило свыше 200 тыс. вопросов, а в ходе трансляций прозвучали ответы на 5,6 тыс. – меньше 3% от массива обращений. Просмотры в соцмедиа оценены в 72,2 млн, основной площадкой снова стала «ВКонтакте»; 153 эфира шли одновременно на нескольких площадках, 42 – только в соцсетях, и лишь 4 – только на ТВ.

Эта статистика показывает общероссийский риск формата: спрос на «обратную связь» растет быстрее, чем пропускная способность публичного ответа, поэтому прямая линия легко превращается в витрину проблем, а не в механизм их закрытия. В офлайн-части доминирует студийная модель (124 случая), реже губернаторы выходили в эфир из школ, культурных и спортивных центров (39), еще 33 раза – из зданий правительств и кабинетов. Студия удобна для картинки и контроля повестки, но слабее работает на доверие там, где люди ждут «выезда в поле» и конкретных сроков.

Рекорды тоже про медийность: самый длинный эфир – у Сергея Меняйло (5:09), далее Вениамин Кондратьев (4:45) и Радий Хабиров (4:23). По числу трансляций лидировали Александр Дрозденко, Михаил Развожаев и Валентин Коновалов, а отдельный жанр частых коротких эфиров с телефона развивал Вячеслав Гладков (67 выпусков). Но длительность и частота не равны результату – без постконтроля поручения растворяются в следующем сезоне вопросов про ЖКХ, медицину и соцподдержку.

Важно и то, что единый стандарт по регионам не сложился: в 2025 году, по подсчетам «Ведомостей», прямые линии не провели, например, руководители Крыма, Подмосковья, Волгоградской и Тульской областей. При этом аудитория губернаторов в соцсетях растет и достигла 13 млн, а по охвату лидируют Telegram (6,3 млн) и VK (5,9 млн), то есть «эфирная» и «политическая» аудитории частично живут в разных средах. Для регионов главный тест на 2026 год простой – не сколько часов длится эфир, а сколько обращений получает понятный статус, срок и публичный отчет после него.

В Нижнем Новгороде за короткий срок арестованы сразу два директора региональных АНО, финансируемых из бюджета. 20 февраля Нижегородский районный суд избрал меру пресечения директору «Агентства гостеприимства Нижегородской области» Наталье Миронченко и ее заместителю Марии Мурванидзе – обе отправлены под домашний арест до 18 апреля. Им предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 160 УК РФ – присвоение или растрата в особо крупном размере организованной группой. По версии следствия, фигурантки перевели средства организации третьим лицам. АНО создано в 2022 году по инициативе региона и подведомственно министерству туризма – то есть речь идет о хищении государственных денег.

Несколькими днями ранее Московский районный суд Нижнего Новгорода отправил под стражу до 17 апреля директора АНО «Институт демографического развития» Евгения Журавлева (ч. 3 ст. 159 УК РФ). СКР установил: в 2025 году он поручил подчиненному внести в табели учета рабочего времени заведомо ложные сведения, что повлекло необоснованное начисление ему не менее 350 тыс. руб. Примечательная деталь – до назначения директором в августе 2024 года Журавлев дошел до суперфинала конкурса «Лидеры России».

Оба случая укладываются в одну схему: бюджетные АНО, созданные под флагом развития туризма и демографии, превращаются в источники личного обогащения. Правительство области в обоих случаях заявило, что структуры «продолжают работу в штатном режиме» и содействуют следствию – стандартная формулировка, за которой не видно ни объема ущерба по делу Миронченко, ни реального масштаба потерь.

Коллеги из «Пяти партий» подняли тему инициативы депутата Госдумы Лисовского о раздельном регулировании самозанятых водителей. Если на федеральном уровне это вопрос экономической эффективности, то для регионов – острый социальный вызов, значимость которого в Москве часто недооценивают.

Для жителей малых городов и сёл такси нередко является единственным способом добраться до районной больницы, вокзала или областного центра. Во многих субъектах оно фактически заменяет общественный транспорт. 64% жителей малых городов и сельских территорий оценивают транспортную доступность как неудовлетворительную. Ряд населённых пунктов периодически оказывается в фактической изоляции из‑за погодных условий. В этих ситуациях неформальные чаты в мессенджерах, где частные водители координируют поездки, становятся механизмом поддержания связности территорий. Значительную часть таких перевозок обеспечивают подрабатывающие владельцы личных автомобилей.

Проблема в том, что эта стихийная мобильность существует в правовом вакууме. По данным отраслевых экспертов, в десятках регионов действуют сотни Telegram-чатов и групп во «ВКонтакте», где водители ищут пассажиров. Контроль за техническим состоянием автомобилей, квалификацией водителей и наличием страховки отсутствует. При этом именно эти перевозчики компенсируют провалы муниципального транспорта – в непогоду, ночью и на социально значимых маршрутах.

В результате накапливается напряжение: жители недовольны отсутствием транспорта, водители работают в условиях правовой неопределенности, региональные власти избегают публичного признания проблемы. Инсайдеры отмечают, что федеральное регулирование формируется исходя из логики крупных агломераций с конкуренцией агрегаторов и развитой инфраструктурой. В регионах, где этого нет, механическое применение столичных норм лишь уводит услугу в тень. При этом именно региональные элиты первыми сталкиваются с ростом недовольства граждан.

Легализация самозанятых водителей через раздельное регулирование может стать инструментом снижения социальной напряженности. Если для Москвы это потенциальный драйвер роста, то для регионов – способ решить острый социальный вопрос без дополнительных бюджетных расходов.

Сегодня премьер-министр РФ Михаил Мишустин выступил в Госдуме с ежегодным отчетом о работе правительства и ответил на вопросы депутатов, включая тарифы ЖКХ и положение «Почты России». В публичной части акцент сделан на «стабильности»: безработица 2,2%, МРОТ 27 000 рублей, ВВП вырос на 1%.

Для регионов ключевой риск в том, что хорошие общие показатели не отменяют перекоса в реальной экономике на местах. Низкая безработица в большинстве субъектов означает скорее кадровый голод и гонку зарплат, чем рост производительности. Повышение МРОТ до 27 000 рублей усиливает давление на региональные бюджеты, где доля зарплатных расходов и так высока. Дотационные субъекты, которых в стране больше половины, будут компенсировать издержки не развитием, а экономией – на ремонтах, кадрах и качестве услуг.

Самая уязвимая точка – ЖКХ. Правительство признает сильный износ инфраструктуры, а в ряде городов износ теплосетей достигает 70%. При этом логика предложенных мер вызывает вопросы: центр усиливает контроль через ФАС и грозит забирать у регионов право регулировать тарифы за нарушения предписаний. Но если длинных денег на ремонты нет, то ужесточение надзора лишь переносит ответственность вниз – на субъекты и в конечном счете на жителей через рост платежей и аварийность каждую зиму.

Схожая логика прослеживается в истории с «Почтой России»: 5 млрд рублей на модернизацию отделений – это точечная мера при системной проблеме. Сотрудники уходят из-за зарплат около 18 тысяч рублей, отделения закрываются, малые города и села теряют базовую инфраструктуру. Отчет фиксирует симптомы, но рецепты остаются прежними – рабочие группы, мониторинг и точечные субсидии. Структурный разрыв между агрегатами в отчете и реальностью за пределами крупных городов не сокращается.

Кремль скорректировал электоральные задачи для региональных властей на думскую кампанию 2026 года. Новая вводная от Администрации президента – 50% явки и 55% за «Единую Россию». Ранее обсуждалась формула «55 на 55», но планку по явке решили опустить. Это вынужденная мера, чтобы не перегружать аппарат субъектов в условиях текущей обстановки и не провоцировать напряжение искусственным нагоном людей на участки. Главная цель остается прежней – сохранение конституционного большинства партии, причем новый ориентир все равно жестче кампании 2021 года с ее параметрами «45 на 45».

Принципиально важный нюанс: речь не о нормативе, единообразно спущенном в каждый регион, а об агрегированном результате, который хотят увидеть в итоге по всей стране. Параллельно каждый субъект получает собственный план с учетом местной специфики – политической, социальной и электоральной. На практике это означает, что регионы с управляемым голосованием будут обязаны выдавать цифры выше средних, чтобы перекрыть неизбежные провалы в проблемных зонах.

К числу сложных территорий эксперты относят промышленные регионы Сибири и Урала, где накопилась усталость от местных элит. Основным инструментом для властей станет дистанционное электронное голосование, позволяющее административно контролировать явку лояльного избирателя без лишнего шума. Однако чрезмерный нажим в крупных городах рискует вылиться в скрытое сопротивление, а невыполнение индивидуального плана будет трактоваться федеральным центром как управленческая несостоятельность.