Напомним, что в начале января в роддоме №1 Новокузнецка умерли девять младенцев. В отделении реанимации находились 32 ребенка, 17 из них – в крайне тяжелом состоянии. Все погибшие дети имели диагноз внутриутробной инфекции. Следственный комитет возбудил уголовное дело по статьям о халатности. Главврача отстранили, позже задержали. 19 января суд приостановил работу роддома на 90 дней. Роспотребнадзор выявил системные нарушения – за три года выдано 150 замечаний, в операционных найдена плесень, не работала вентиляция, персонал работал больным без масок.

21 января губернатор Кемеровской области Илья Середюк выходит в прямой эфир и полностью переворачивает нарратив. Вместо обсуждения плесени в операционных, вместо разговора о недостатке персонала, вместо анализа санитарного состояния роддома, он говорит о матерях. Середюк утверждает, что некоторые женщины не наблюдались во время беременности, приезжали в асоциальном состоянии, не следили за своим здоровьем. Он подчеркивает, что часть детей была из неблагополучных семей – как будто это объясняет их смерть в роддоме с плесенью в операционных. При этом он рекомендует не торопиться с поиском виновных, не склоняясь к версии о внутрибольничной инфекции.

Речь идет о классическом переложении ответственности. Система не виновата, система работает. Виноваты пациентки, которые не ухаживают за собой. Система, в которой три года подряд выявляются одни и те же проблемы, но ничего не меняется – эта система становится фоном. Главным становится асоциальное поведение матерей.

По мнению экспертов, выступление Середюка было скорее всего сочинено в региональном минздраве. Однако в министерстве должны были лично озвучить свою позицию, не подставляя под удар главу региона. Более того, информационная политика аппарата губернатора продемонстрировала полное отсутствие понимания рисков. Они не разъяснили руководителю все опасности озвучивания подобных тезисов и выложили это в соцсети. На следующий день эфир удалили, а в Telegram губернатор написал, что его слова могли быть восприняты неправильно, проблема была в формулировках, а не в сути позиции.

Давать оценку произошедшему должны органы следствия, а не губернатор. Однако потеря уважения уже произошла. Кемеровская область демонстрирует, как региональная власть защищает свою систему управления, когда случается трагедия. И как аппарат при этом просчитывается.

Впереди избирательная кампания 2026 года. Одновременно в 39 российских регионах пройдут выборы в заксобрания. Власти готовят серьезные перемены в избирательном процессе перед началом голосования. Главный инструмент – урезание партсписков, особенно в «красных» регионах.

Если оставить только районные подгруппы кандидатов без общеобластной части, каждый избиратель будет голосовать только за депутата своего муниципалитета. Это кажется справедливо. Однако результат получается противоположный: максимальное преимущество получает партия, у которой больше известных людей в каждом районе. Голоса оппозиции «растаскиваются» по округам, их влияние размывается, даже если в целом регионе её поддерживают. Вологодская область попыталась скрыть закон в малозаметном разделе сайта заксобрания. Когда это обнаружилось, обсуждение якобы продлили, но портал заблокировал подачу обращений «по техническим причинам». Костромская, Тульская, Курганская, Липецкая области, Марий Эл и ЯНАО уже применили эту технологию.

Не менее трети субъектов РФ внедрили подобные изменения. Ещё половина регионов использует альтернативный подход: раздвигает границы мажоритарных округов и сужает партийную часть. За пять лет в семидесяти процентах российских субъектов менялись правила игры в интересах правящей партии. Характерно, что это происходит исключительно на региональных выборах. Федеральные выборы в Госдуму остаются без таких изменений. На федеральном уровне рейтинг ЕР стабилен, а вот в регионах ситуация сложнее. Критична обстановка в шести областях, которые сама «Единая Россия» назвала зонами особого внимания: Вологодской, Свердловской, Томской, Орловской, Самарской и Чувашии.

Все они – регионы с активной КПРФ и повышенными протестными настроениями. В Алтайском крае коммунисты держат восемнадцать мест в областном парламенте, девять из них получены по одномандатным округам. Это свидетельствует об их реальной поддержке избирателями. Именно такие активные отделения оппозиции и пугают власть. В регионах с высокими протестными настроениями срабатывают и другие механизмы давления: уголовные дела против активистов, исключение из избирательных комиссий, манипуляция границами округов.

Риск для региональной оппозиции очевидно растет. Местная повестка становится инструментом власти. Оппозиция может критиковать губернаторов, но действует в условиях, когда правила выборов написаны против нее. Аналитики видят 2026 год переломным: либо оппозиция остановит манипуляции, либо избирательное законодательство окончательно превратится в механизм монополии правящей партии на региональном уровне.

Системная проблема российского регионального управления вылезла наружу через День студенчества. Новгородские политики массово использовали нейросети для поздравлений – от губернатора Дронова до спикера Сомова и депутатов Безверхова, Нисанова, Борисовой и Павлюка. Детектор Сбера GigaChek показал вероятность генеративного происхождения близкой к 100 процентам. Все тексты оказались шаблонными, а у «единороссов» – буквально скопированными с одинаковыми картинками.

Региональные власти копируют друг у друга не только идеи, но и буквально слово в слово – одинаковые картинки и формулировки у депутатов из «Единой России» и ЛДПР. Похожая картина и в других регионах: в Волгоградской области глава района публично признал, что его пресс-секретарь генерировала поздравления к Пасхе через китайскую нейросеть DeepSeek, в результате в официальном тексте появились английские слова.

Системная проблема проявляется и в социологии: 49 процентов россиян относятся к ИИ‑поздравлениям негативно, 72 процента замечали такие тексты в рабочих чатах, но только 20 процентов сами используют нейросети для поздравлений. Основная причина критики – шаблонность и неискренность. При этом 80 процентов граждан никогда не прибегали к такой практике, считая ее недостойной.

В правовом поле возникают серьезные риски. Федеральный закон о персональных данных, ужесточенный в 2025 году, не учитывает специфику генеративных моделей. Российские разработчики предупреждают: региональные ИИ‑системы крайне уязвимы для кибератак, особенно в медицине и управлении транспортом. Правительство планирует ввести обязательную сертификацию систем с высоким уровнем риска, но пока отрасль саморегулируется.

Этический аспект выходит на первый план. Исследования РАН показывают, что массовое использование ИИ чиновниками формирует когнитивную деградацию – политики теряют навыки коммуникации, делегируя мышление алгоритмам. Эксперты фиксируют эффект «троянского коня» при использовании зарубежных нейросетей в госуправлении, что угрожает технологическому суверенитету.

Итог – не просто технологическая лень, а симптом глубокого кризиса института: когда представители власти массово передают функцию человеческого общения машинам, это подрывает доверие граждан и демонстрирует профдеформацию политического класса. Вопрос не в запрете ИИ, а в ответственности за слово, которое теперь генерируется алгоритмически.

Задержана экс-замгубернатора Краснодарского края Анна Минькова по подозрению в коррупционных схемах, связанных с бюджетными средствами на социальные проекты. Пять месяцев назад чиновница, курировавшая здравоохранение в регионе на протяжении десяти лет, объявила об отставке по личным убеждениям, но буквально на следующий день губернатор Кондратьев назначил её гендиректором телеканала «Кубань 24». Операция правоохранителей началась в январе 2026-го, спустя три месяца после этого назначения.

По версии следствия, семья Миньковой владела зданием, которое городская поликлиника № 16 арендовала из краевого бюджета в течение четырёх лет, выплатив более 20 миллионов рублей. Проверка Генпрокуратуры обнаружила, что у её родственников на счетах имущество стоимостью около миллиарда рублей. Расследование охватило строительство социальных объектов, которые координировала Минькова – в Приморско-Ахтарском районе дом инвалидов обойдётся краю в два миллиарда, но построили его на заболоченной земле с поддельными документами, а в Горячем Ключе школу за 1,2 миллиарда сдали в эксплуатацию с протекающей крышей и неработающим отоплением.

Волна задержаний на Кубани указывает на системное обогащение номенклатуры через распределение бюджетных потоков. Правоохранители начали разбирать не отдельные коррупционные факты, а архитектуру финансовых схем, где доступ к госконтрактам зависел от лояльности, а деньги циклировались через подставные фирмы и родственников. Задержание Миньковой, занимавшей влиятельную должность и пользовавшейся доверием губернатора, символизирует, что государство перешло от задокументирования нарушений к конфискации экономической базы коррупции.

Блэкаут в Мурманске обнажил системную проблему энергетической инфраструктуры России. Обрушение пяти опор ЛЭП 23 января оставило без электричества, отопления и воды две стратегические территории – областной центр и базу Северного флота. Причина внешне банальна – непогода. Но на деле это следствие хронического износа: две опоры функционировали с 1966 года, две с 1982-го. Их ресурс закончился давно, а периодические переосвидетельствования не проводились надлежащим образом. СКР возбудил дело о халатности.

Проблема не локальна. По данным Минэнергетики, более половины ЛЭП страны эксплуатируются более 35 лет. Это создает ежегодный прирост аварий на 15–20% в изношенных сетях. Аналогичные отключения недавно произошли в Адыгее и Майкопе. В Красноярском крае износ оборудования превышает 80%, в Хакасии – 76%, в Бурятии и Забайкалье – свыше 80%. Системный оператор к 2031 году определил энергодефицитными регионы Сибири, юга и Дальнего Востока.

Мурманская область на фоне аварии требует расширения инвестиций в сетевую инфраструктуру. Властям удалось восстановить 80% электроснабжения за трое суток благодаря привлечению инженерных войск, Северного флота и доставке опор вертолетами. Полное восстановление займет неделю. Проезд в общественном транспорте сделали бесплатным, жилые дома обеспечивают теплом за счет ротационных подключений.

Это показатель того, что местные власти способны действовать оперативно, но системный ответ требует федеральной поддержки и перестройки подхода к содержанию инфраструктуры. Актуальный вопрос: хватит ли ресурсов на модернизацию энергосетей в регионах, где у власти и бизнеса иные приоритеты. Мурманск – просто первый в цепи потенциальных проблем.

Кадровая ротация в аппарате ямальского губернатора раскрывает механизм отбора людей в региональной вертикали. Ирина Пермякова, 15 лет проработавшая в департаменте внешних связей и последние шесть лет работавшая помощником губернатора Артюхова, назначена руководителем аппарата. Светлана Твердовская, 23 года работавшая в аппарате губернатора, переходит в департамент внутренней политики. Сергей Климентьев остаётся замгубернатора, но освобождается от управления департаментом внутренней политики. Все трое проходили внутреннюю проверку в разных ролях.

Пермякова получает самую закрытую должность региона: глава аппарата контролирует информационные потоки, формирует повестку дня главы и становится его альтер-эго. Артюхов доверяет только тем, кто знает, как он думает и как он реагирует на ошибки. Шесть лет она была помощником – знала календарь встреч, видела ошибки и достижения. Это переход в ближний круг власти.

Твердовская выходит из аппарата, но не из ближнего круга. Пока она организовывала визиты одного человека, её влияние было локально. Теперь в департаменте внутренней политики она будет отвечать за то, как идеология Артюхова распространяется на весь управленческий класс: какие кадры продвигать, как работать с муниципалитетами, кто должен идеологически соответствовать курсу. Это не расширение власти в смысле должностей, а расширение масштаба применения её компетенций.

Климентьев освобождается от должности директора департамента, чтобы сосредоточиться на стратегических задачах. В ЯНАО так развиваются управленцы: когда человек доказал, что он может руководить ведомством, его переводят на горизонтальные функции, где влияние шире.

Такие перемещения в регионе происходят регулярно. Артюхов требователен – неэффективные управленцы вытесняются из системы, те, кто показывает результаты, получают больше полномочий. Все это происходит молча, без публичных объяснений. В ЯНАО кадровая политика построена просто: компетентность или выход. Личные связи не помогут, если ты не даёшь результаты. Губернатор – единственный критерий оценки.

Когда на 19 января суд закрыл роддом Новокузнецка на 90 дней, Кемеровская область получила первый явный сигнал о том, что проблемы в региональном здравоохранении – не разовые ошибки врачей. Плесень в операционных, нерабочая вентиляция, 150 замечаний Роспотребнадзора за три года, девять мертвых младенцев. Губернатор сначала обвинил матерей в пьянстве, потом удалил видео и извинился в Telegram. Главный пиарщик его администрации Евгений Романов ушел на следующий день – официально на «другое место работы», фактически спасаясь от последствий эфира. Романов был всего пять месяцев на посту.

Ровно в момент, когда власть пыталась уложить первую трагедию, выявили вторую. В конце января в психоневрологическом интернате Прокопьевска произошла вспышка гриппа А. За январь в этом учреждении умерли девять пациентов – такое же число, что и младенцев в роддоме две недели назад. Официально заражены гриппом 46 человек. На деле картина куда скромнее: повторные анализы подтвердили вирус только у 17 пациентов. Остальные либо уже выздоравливали, либо были контактами без симптомов. Один пациент в критическом состоянии. Причинами смертей названы декомпенсация сердечной недостаточности, тромбоэмболия, хронические болезни легких. Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье о нарушении санитарно–эпидемиологических правил, повлекшем смерть двух и более лиц.

Два сотрудника интерната уволились еще 12 января, до объявления о вспышке. Здание содержалось в холодных помещениях, Роспотребнадзор многие годы требовал исправлений в санитарных условиях и душевых.

Федеральный центр уже в Кузбассе. Глава Росздравнадзора Алла Самойлова возглавляет комиссию, которая проверяет все 12 роддомов и два перинатальных центра области. Проверка продлится минимум до 9 февраля. Министр здравоохранения Кузбасса Андрей Тарасов, назначенный на должность летом 2025 года, оказался на линии огня – в его подчинении вся система, которая три года пропускала замечания и не исправляла нарушения. Его предшественник Дмитрий Беглов в июне 2025 года был задержан по обвинению в получении взяток и экспортирован в СИЗО. Теперь Тарасов рискует повторить судьбу Беглова, особенно если второе происшествие выйдет на федеральный уровень.

Министром финансов Липецкой области официально назначена Светлана Володина – решение поддержали депутаты облсовета единогласно на сессии 29 января. С апреля прошлого года она возглавляла ведомство исполняющей обязанности, ранее работала его заместителем. Назначение символизирует новую логику финансового управления губернатора Игоря Артамонова: вертикальное укрепление власти через разделение функций.

Решение связано с кадровой реорганизацией апреля 2025-го года. Предшественник Володиной – Вячеслав Щеглеватых, который сочетал должности министра и вице-губернатора по финансам, покинул пост по собственному желанию. Артамонов тогда подписал указ об упразднении поста заместителя губернатора по финансам, оставив только профильное министерское кресло. Такой маневр усилил роль главы региона как единственного координатора экономической стратегии и создал новую иерархию в бюджетной системе региона.

Смена произошла в контексте более широких кадровых изменений в регионе – в 2025 году произошли назначения на ключевые посты управления и министерства. Одновременно областной совет утвердил сокращение своего состава с 42 до 36 депутатов с приоритетом одномандатников. Власти как будто ориентируются на более прямую связь с избирателями, хотя такое сокращение может быть интерпретировано и как укрепление контроля над законодательным корпусом.

Структурные преобразования в правительстве Артамонова отражают стандартный паттерн современной региональной политики – централизацию рычагов контроля через реконструкцию должностной системы. Вопрос в том, способствует ли разделение функций (министр без статуса вице-губернатора) большей ответственности на конкретного человека или это просто перераспределение зон влияния. Официально речь идёт о профессионализации, но результаты такой политики обычно видны через год-два.

Татьяна Ким анонсировала запуск масштабной программы поддержки отечественных производителей обуви. Глава РВБ (объединенной компании Wildberries & Russ) Татьяна Ким официально объявила о старте совместной с Минпромторгом России комплексной программы поддержки легкой промышленности. Проект, старт которого запланирован на февраль 2026 года, на первом этапе будет направлен на помощь российским производителям обуви.

«Считаю, что наша роль не только в предоставлении площадки для продаж, но и в системном участии в развитии отрасли, чтобы сильные российские бренды могли расти и развиваться. Программа станет шагом к созданию устойчивой и конкурентоспособной легкой промышленности, где производители получают доступ к покупателям, реальные инструменты для роста и дополнительные меры поддержки», – отметила основатель Wildberries в своем телеграм-канале.

Программа, реализуемая РВБ при поддержке Минпромторога, предусматривает конкретные меры поддержки: сниженные комиссии на маркетплейсе Wildberries, уменьшение расходов на хранение продукции, а также дополнительные инструменты для развития бизнеса. Инициатива коснется именно производителей, а не перепродавцов.

Как отметила Татьяна Ким, в выигрыше окажутся все стороны: покупатели получат больший доступ к качественным российским товарам, а производители обретут уверенность и возможность масштабироваться. Позитивный эффект от такого партнерства отметил и статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли Роман Чекушов, назвав его примером эффективного сотрудничества государства и цифровой платформы для развития отечественного производителя.

Главы регионов выстраивают системный подход к включению участников спецоперации в органы государственной и муниципальной власти. Башкирия демонстрирует масштабы инициативы – 70 человек проходят специальное обучение и стажировки в органах власти, 95 уже получили мандаты в муниципальных органах, из них трое возглавляют сельские поселения, и трое работают в парламенте республики. Президент России поручил активнее привлекать участников спецоперации к работе в муниципалитетах.

Федеральное направление поддержано по стране. В Челябинской области, Кировской, Костромской областях созданы специализированные программы переподготовки ветеранов для госуправления. Они изучают управленческие дисциплины, проходят стажировки в органах власти. Артем Жога, командир батальона и председатель Совета ДНР, в октябре 2024 года назначен полномочным представителем президента в Уральском федеральном округе.

На муниципальном уровне ветераны демонстрируют активность. Они не только баллотируются в депутаты, но и участвуют в общественном наблюдении за выборами в регионах. В сентябре 2025 года на выборах разных уровней победу одержали как минимум 870 участников спецоперации из 1397 выдвинутых кандидатов – успешность примерно 62%.

По данным ВЦИОМ, 59% россиян считают, что опыт ветеранов может быть полезен в гражданской сфере – в государственной службе, образовании и силовых структурах. Почти две трети граждан готовы участвовать в проектах адаптации ветеранов к мирной жизни. Однако молодежь относится к этому холоднее – 43% россиян в возрасте до 26 лет полагают, что боевой опыт может быть бесполезен в гражданском секторе.

Вызовы в масштабировании программ значительны. На предварительном голосовании «Единой России» в май 2024 года из 96 участников спецоперации в 11 регионах в проходные позиции прошли только 19 человек. В май 2025 года участников спецоперации было 1116, из которых обеспечили места 827 – рост эффективности, но вопрос остается: требуется ли системная подготовка для политического успеха ветеранов.

Главный вызов – преобразование героев войны в эффективных управленцев. Это требует не просто курсов, но адаптации психики, переоценки ценностей, обучения компромиссам. Регионы, подходящие к этому системно, добиваются результатов. Остальные сталкиваются с отсевом.

Сентябрьский избирательный цикл 2026 года объединит переизбрание парламентов 39 субъектов федерации с выборами в Госдуму, ротируя одновременно 1691 мандат на региональном уровне. «Единая Россия» установила целевой показатель в 55% голосов при явке не менее 55 процентов, однако совмещение усиливает контроль над электоратом и создает системный риск каскадного обрушения результатов. «Единая Россия» выделила шесть зон повышенного внимания: Чувашию, Свердловскую, Томскую, Орловскую, Самарскую и Вологодскую области. Свердловская область демонстрирует протестный потенциал из-за конфликтов вокруг застройки и полигонов твердых отходов, Красноярский край охвачен недовольством реформой местного самоуправления.

КПРФ рассчитывает на повторение результатов пятилетней давности, когда присутствовала мандатами практически во всех регионах. Совмещение выборов упрощает для партии сопряжение тем и лозунгов, однако перенарезка одномандатных округов традиционно ликвидирует округа, где коммунисты сильны. «Справедливая Россия» в 2021 году прошла во все 39 региональных парламентов и заняла второе место в Дагестане и Кировской области – этот результат партия планирует закрепить через акцент на социальную справедливость и проблемы жизни людей. ЛДПР и «Новые люди» остаются менее артикулированными в региональных стратегиях.

Северо-Западный федеральный округ представляет историческую сложность: Санкт-Петербург, Карелия, Мурманская и Новгородская области демонстрируют устойчивые признаки независимого избирательного поведения. На последних выборах в столице Северо-Запада документально зафиксировано множество нарушений избирательного процесса. Восточные регионы – Камчатка и Мурманская область – несут отпечатки специфических кризисов: природные катастрофы совпали с обострением жилищно-коммунальных проблем на фоне устойчивого оттока населения. За тридцать лет Мурманская область потеряла половину населения, что свидетельствует об осознанном избегании региона из-за стоимости жилья и качества медицины.

Администрация опасается электоральной перегрузки – когда давление на избирателей превышает допустимый порог и вызывает обратную реакцию. История выборов 2011 года показала, что массированная мобилизация обернулась протестным взрывом. Совмещение региональных и федеральных кампаний усложняет калибровку давления, создавая конфликты между плановыми заданиями. Локальные недовольства вокруг жилья, дорог и экологии становятся осязаемыми для избирателей, однако оппозиционные партии остаются фрагментированы и не координируют выдвижение кандидатов, что лишает их возможности консолидировать протестный электорат.

Сентябрь 2026 станет проверкой прочности вертикали в субъектах, накапливавших социальное напряжение вокруг качества жизни и отсутствия механизмов влияния на решения, принимаемые выше.