Маловероятно, что руководство «Единой России» могло принять решение об исключении из партии главы Чувашии Игнатьева без согласования с Кремлем. Ведь это казалось бы «дисциплинарное» решение имеет далеко идущие политические последствия. Очевидно, что партия не будет выдвигать на выборах этого года исключенного кандидата.

Теоретически Игнатьев мог бы настоять на правке регионального законодательства, чтобы пойти на выборы самовыдвиженцем, но и здесь без согласия Кремля он ничего не сделает. А идти от оппозиционной партии – это слишком несерьезно для действующего главы и чревато поражением.

Поэтому исключение из партии – это фактически прелюдия к отставке, которая уже является прерогативой Кремля.
В худшем для «Единой России» случае Кремль мог бы еще и передать регион другой партии, а именно – «Справедливой России», которая жаждет получить ещё хоть один регион во владение. На пост главы Чувашии способен претендовать думский «тяжеловес», глава комитета по финансовому рынку Аксаков, но это еще больше изменит баланс сил в парламенте, тем более что его уже покинул глава другого комитета от данной партии Левин (что обернулось продолжающимся возвышением Хинштейна). Близкий к Аксакову думский депутат Николаев занял второе место на прошлых выборах главы региона, но его как раз интересным Кремлю тяжеловесом назвать никак нельзя.

Не исключено, впрочем, что изменение баланса сил в Госдуме уже при действующем созыве тоже входит в планы Кремля, и оно на самом деле продолжается. Если же не идти по этому пути, то можно назначить нового врио, может быть даже и «варяга» и выдвинуть его от «Единой России».

Урок Игнатьева будет тогда в том, что неадекватное публичное поведение в период принятия Кремлем решения о судьбе главы региона – это не только следствие неизбежной нервозности во время ожидания, но и одна из причин его замены, а также кейс для учебника «как не надо продлевать свои полномочия».

Как мы и предвидели, показательная отставка Игнатьева состоялась, а его место занял представитель «Справедливой России» Николаев. Тем самым «эсеры» получили, наконец, ещё один губернаторский пост, что является для них важным достижением. Все-таки относящийся к этой же партии омский губернатор Бурков от нее несколько дистанцировался, к окружению Миронова отнести его нельзя, да и на выборы Бурков шел в качестве самовыдвиженца. А Николаев явно будет баллотироваться в качестве кандидата от своей партии и считаться более аутентичным ее представителем во власти.

То что Николаев буквально несколько дней назад возглавил думский комитет по делам национальностей – показатель его политического роста (и кстати, показатель того, что он не был единственным и «готовым» кандидатом на пост главы региона, раз ему нашлась было иная работа). Впрочем, теперь главу комитета опять придется искать, равно как и думать о восстановлении баланса в связи с очередным уходом «эсера» (после Левина) с поста главы комитета в исполнительную власть.

Николаев не первый раз борется за пост главы региона и успел проиграть выборы в 2015 году Игнатьеву. Но поскольку «Единая Россия» своего кандидата явно выдвигать не будет, конкуренция возможна только со стороны КПРФ.
Однако позиции коммунистов в Чувашии ослаблены – когда-то их лидер Шурчанов едва не стал главой региона, но это осталось в далеком прошлом. На последних выборах Шурчанов, который в республике давно не живет, хотя и остается думским депутатом, уступил Николаеву (новый врио набрал 14,7% голосов против 12,8% у старого коммуниста), что говорит само за себя.

В целом ситуация для Николаева неплохая. Ему будет непросто договориться с местными элитами, но на волне общественных ожиданий и с имиджем своего, местного и умеренно-левого политика привлечь симпатии граждан он способен. Риск на выборах для него может создать только выдвижение коммунистами сильного и нового кандидата. А элиты после президентского решения и, вероятно, все-таки успешных для Николаева выборов уже никогда не денутся, хотя интриговать против него, скорее всего, будут, как интриговали прежде и против Игнатьева.

Недавнее возвращение двуглавой модели местного самоуправления в Элисте – это попытка снизить напряженность вокруг «донецкого» и.о. сити-менеджера Трапезникова, вызывающего недовольство местных элит и протестные акции, острие которых уже направлено против главы республики Хасикова. Формально город теперь возглавляет председатель горсобрания Орзаев, представитель калмыцкой элиты, не только лояльный Хасикову, но и приходящийся ему дальним родственником. Но ресурсами все равно распоряжается администрация.

Смена власти в городе с прошлого года идет по жесткому сценарию. Бывший глава администрации Нохашкиев, представлявший прежнюю правящую группу, попал под уголовное дело. Трапезникова ждет конкурсная комиссия, по итогам работы которой и будет утвержден глава администрации города.

Остается вопрос, нужно ли самому Трапезникову работать в незнакомой ему Элисте? Ведь его федеральные кураторы могут подобрать ему непыльную работу в более интересном месте. Найдется ли другая, менее спорная кандидатура или власти региона (либо те, кто в центре затеял историю с Трапезниковым) будут настаивать на своем до конца в силу тех или иных обязательств, покажет время. В конце концов, на изменение решения по Трапезникову может повлиять ряд факторов - протестные акции, кулуарные договоренности элит в республике, «отбой» Хасикову из Кремля или управленческие ошибки городской администрации.

Пока ситуация остается подвешенной. Элисту ждет позиционная борьба элит, как публичная, так и теневая. Не исключено, что Хасиков пойдет на альянс с «местными», а Трапезников столь же внезапно появится в какой-либо федеральной структуре.

Отставка недавно сформированного правительства Ингушетии свидетельствует о проблемах, с которыми сталкивается глава региона Калиматов. С одной стороны, он не может не опираться на ингушские элиты, прежде всего, - близкие к позапрошлому главе республики Зязикову, с которым к тому же находится в родственных отношениях. Кстати, именно при Зязикове Калиматов работал прокурором Ингушетии. С другой стороны, Калиматов способен привлечь кадры из Самары, с которой связана основная часть его биографии. А поскольку эти кадры – русские, то это и шанс понравиться федеральному центру, который позитивно относится к приходу русских на премьерские должности в республиках Северного Кавказа, поскольку больше им доверяет и не ассоциирует с местной коррупцией.

Есть ощущение, что Калиматову стало сложно соблюдать этот баланс, что обернулось отставкой «самарского» премьера Сурикова и всего правительства на фоне разговоров о возникших между ними разногласиях и о слишком активном продвижении местных ингушских кадров на определенные министерские посты.

Впрочем, пока позицию и.о. премьера занял другой «самарец» - Сластенин, который, как и его предшественник, трудился в Самаре в банковской сфере. Также он успел поработать в команде неудачливого мэра Самары Фурсова в роли его первого заместителя, а Фурсов в свое время слишком сблизился с бывшим и тоже неудачливым губернатором Меркушкиным, в связи с чем лишился поста после прихода нынешнего губернатора Азарова (хотя был им пристроен в свое правительство). Впрочем, проблемы бывших начальников никак не характеризуют самого Сластенина, который является опытным банкиром и чиновником.

Назначение Калиматова главой Ингушетии тоже имеет отношение к крайне турбулентной самарской политике, но это уже другая история. Сейчас от него требуется стабилизировать кадровый и этнический баланс, а также произвести хорошее впечатление на другого бывшего прокурора – Юрия Чайку, который не случайно назвал главными проблемами Северного Кавказа клановость и коррупцию.

В Кирове возник управленческий кризис. Глава администрации Илья Шульгин сложил с себя полномочия главы администрации города. Уход Шульгина можно назвать ожидаемым - в городе накопилось множество проблем, часть которых досталась Шульгину еще от его предшественника Перескокова. Немалое влияние на обстановку в городе оказал и арест бывшего мэра Кирова Быкова, уличенного во взятке.

Шульгин запомнился прежде всего своей кадровой политикой, ориентированной на варягов и личных знакомых. Так, сам будучи первым варягом в истории этой должности в Кирове, он привлекал к работе в администрации и городских службах кадры из разных регионов страны. Варягами были и замы Шульгина, и руководители наиболее турбулентной сферы дорожного хозяйства, а под некоторых была даже создана отдельная должность. Например, для бывшего работника сочинской администрации Карпинского учредили должность заместителя по инвестициям. Выходцем из той же сочинской мэрии был и первый зам Шульгина Ященко.

Стоит отметить, что за время работы Шульгина в администрации наблюдалась активная ротация кадров, практически никто из варягов не проработал на своем посту больше года.

Предположительно, вместе с уходом Шульгина начнутся обновления в руководстве муниципальных предприятий. Так, глава автотранспортного предприятия Волков и три его заместителя уже подали заявления об увольнении по собственному желанию. Скорее всего, город ждут и другие увольнения.

Что касается перспектив для должности главы кировской администрации, то здесь мы предполагаем несколько вариантов развития событий. Местные СМИ и эксперты прочат эту должность Осипову, руководителю Вятавтодора, близкому к председателю правительства региона Чурину. В таком случае есть вероятность сглаживания потенциального конфликта между губернатором и руководством города. Перспектива есть и у нынешнего заместителя Шульгина Плехова, который в отличие от Ященко является местным и имеет большой опыт работы в городской администрации.

Если предыдущий глава региона ушел с должности с позором, как в Чувашии, то новому руководителю, тем более перед выборами необходимо строить свой имидж, максимально дистанцируясь от предшественника. Пока Николаев с этой точки зрения себя не проявил. Проведенные им кадровые замены носят точечный характер. Что характерно, они касаются внутриполитического блока и хорошо знакомого Николаеву в силу его профессиональной подготовки финансового блока. Отсюда отставки министра финансов региона Енилиной, пресс-секретаря Сидорова и руководителя администрации главы республики Васильева.

Однако к резким решениям Николаев не готов. Об этом свидетельствует вполне эволюционная ротация в его администрации, исполнять обязанности руководителя которой стал первый заместитель Каргинов. Кроме того, Николаев демонстрирует зависимость от своего политического патрона Аксакова, который возглавит специально под него созданный Общественный совет по экономическим вопросам.

Тем самым у Николаева быстро возникают вполне ожидаемые проблемы – ему необходим более внятный имидж в глазах избирателей, следует решительнее порвать с наследием предшественника, продемонстрировать политическую самостоятельность и решить вопрос с качественным обновлением правящей команды. Без этого на выборах ему будет непросто.

Распространение слухов о якобы предстоящем объединении Хабаровского края и Еврейской АО – это удар сразу по двум губернаторам.

Очевидно, что Кремль не устраивает выигравший на конкурентных выборах хабаровский губернатор из ЛДПР Фургал. Объединение регионов было бы удобным поводом для того, чтобы провести смену власти в Хабаровском крае, используя для этого формальные основания, - ликвидацию старых субъектов федерации и появление нового. И понятно, что Кремль не стал бы назначать Фургала врио губернатора, равно как и не позволил бы ему выиграть на выборах второй раз.

Но в нынешней политической конъюнктуре это еще и удар по едва назначенному главе Еврейской АО Гольдштейну. В сентябре ему предстоит избираться, и люди не поймут и не оценят, если их новый губернатор будет восприниматься в роли «могильщика» субъекта федерации. Еще недавно в интересах Еврейской АО и Гольдштейна центр принимал решения о выделении отсталому региону значительных средств, и все выглядело вполне позитивно. Можно сколько угодно рассуждать о бессмысленности и отсталости Еврейской АО. Но только в качестве субъекта федерации она сможет получать внимание и финансирование центра.

Сейчас в интересах Гольдштейна дистанцироваться от идеи объединения и идти на выборы в роли полноценного губернатора полноценного субъекта федерации, а не будущего «Биробиджанского округа» в составе Хабаровского края.

Вопрос о возможной отставке главы Северной Осетии Битарова стал еще активнее обсуждаться после назначения в СКФО нового полпреда Чайки. Если проводить какую-либо крупную замену, то Северная Осетия была бы самым удобным вариантом, поскольку в других регионах по разным причинам этот вопрос не актуален, а в Карачаево-Черкесии лоббистский ресурс Темрезова гораздо сильнее, чем у Битарова.

Центр может быть недоволен отсутствием каких-либо успехов в развитии региона и превращением пивоваренной компании Битарова «Бавария» в кузницу кадров и привилегированную структуру. Примечательным событием стало недавнее возбуждение уголовного дела в отношении врио начальника управления капитального строительства Северной Осетии, а также федерального чиновника – заместителя начальника регионального управления ФСИН.

Прежние региональные элиты не случайно активизировались, свидетельством чему стало недавнее выступление бывшего главы республики Мамсурова за создание нового федерального ведомства на месте упраздненного Минкавказа. Появились сведения о том, что скоро покинет свой пост главный федеральный инспектор Келехсаев. Но сложным является вопрос о том, кто мог бы прийти на смену Битарову. Если не считать давно мечтающего о должности главы региона сенатора и борца Фадзаева, то претендовать на этот пост могли бы многие – еще один титулованный борец и политик Хадарцев, депутат Госдумы Макиев, различные ставленники осетинских групп влияния в Москве и Санкт-Петербурге и др. Судя по всему, как только Кремль примет ясное решение о том, на кого сделать ставку, Битаров все-таки лишится своего поста.

Кому выгодно объединение Санкт-Петербурга и Ленинградской области? Полноценное объединение этих субъектов потребует нового решения вопроса о губернаторе, которым должен стать очень влиятельный представитель элиты питерского происхождения. Кремлю всегда было проще и выгоднее удовлетворять интересы различных питерских групп, давая им должности в том или другом субъекте. Консолидировать cтоль мощную элиту с конфликтующими интересами в рамках единого субъекта просто нереально, если только в результате «транзита» власти губернатором не станет сам нынешний президент страны (что, конечно, за гранью возможного).

В этом году предстоят выборы губернатора Ленинградской области, и ее властям необходимо аккуратно отнестись к этой идее, чтобы не растерять поддержку электората. Все выборы последних лет в Ленобласти свидетельствовали о высоком рейтинге власти, прочности позиций Дрозденко и отсутствии у него реальных соперников. Отношения города и области – тема сложная и болезненная. Поднимать ее перед выборами – это риск.

Пока власти двух регионов осторожно говорят об интеграции, что означает отсутствие планов их слияния. Но настораживает слух о возможной передаче Санкт-Петербургу части территории Ленинградской области во Всеволожском районе. Будет ли это конкретное событие (если оно случится) правильно объяснено избирателям Ленобласти под аккомпанемент громких рассуждений о «взаимовыгодной интеграции», - пока неясно. В свое время Московская область отдавала земли Москве, находясь в политически крайне ослабленном состоянии. Вряд ли губернатору Ленинградской области Дрозденко нужно перед выборами продемонстрировать аналогичное состояние. И вряд ли ему нужно, чтоб эксперты и конспирологи рассуждали о том, что передача земель «северной столице» и была условием продления его полномочий. Чем скорее разрешится интрига с «интеграцией» и чем более внятной и продуманной будет публичная позиция губернатора Ленобласти по этому вопросу, тем меньше проблем возникнет у него в отношениях с избирателями.

Скандальный инцидент, произошедший в Керчи, имеет прямое отношение не только к «странному» поведению представительниц горсовета, но и к внутриэлитной ситуации, возникшей в Крыму после 2014 года. Фактически в регионе действуют два центра силы, глава исполнительной власти Аксенов и спикер парламента Константинов. В Керчи в свое время Аксенов провел зачистку «старых элит», в результате которой ушел «по собственному желанию» мэр Осадчий. За отставкой сразу же последовало уголовное дело о превышении полномочий и обвинительный приговор.
Осадчий был мэром Керчи с 1998 года, его уход пошатнул позиции Константинова.

После отставки мэра-долгожителя создать новую и устойчивую элиту в Керчи не удалось, ни один из глав города не задерживался надолго, а нынешний мэр Бороздин не проработал пока и года. Стиль Константинова состоит в том, чтобы прагматично продвигать во власть своих коллег по строительному бизнесу. Практически все члены правления компании «Консоль», директором которой являлся Константинов, заняли высокие посты в органах власти. Именно так оказалась в горсовете Керчи Лариса Щербула, едва ли не ключевой игрок в городе, ушедшая в отставку из-за недавнего скандала.

Кстати, с именем Щербулы связан другой скандал, разгоревшийся в мэрии в 2017 году. Она была в свое время председателем горсовета и проходила свидетелем по делу экс-мэра Писарева, обвиненного во взятке в крупном размере. Тогда Аксенов давал разгромные комментарии в прессе, хотя в 2014 году сам способствовал приходу Писарева в мэрию.

Что касается Щербулы, то у нее были свои покровители, что позволило ей вернуться в горсовет, в котором она заняла пост заместителя главы. Главой же стала Хужина, давняя подруга Щербулы, заместитель главного врача местной больницы. Впервые в общественном поле Хужина возникла после трагедии в Керченском политехническом колледже, когда отчитывалась перед журналистами.

Неудивительно, что решение об отставке Хужиной и Щербулы далось так тяжело. Конечно, они подставились сами, но их уход мог повлиять на сложный баланс сил и в Крыму в целом, и в Керчи. Поэтому мы наблюдали колебания и противоречивые заявления. Теперь отставка свершилась, но вопрос о внутриэлитных отношениях в Крыму проще не стал.

Объявление о создании коалиции из представителей либеральной и несистемной оппозиции на предстоящих выборах городского совета Новосибирска – это любопытная заявка на участие в электоральной игре. Лидеру местных сторонников Навального Сергею Бойко важно подкрепить свой относительный успех на недавних выборах мэра Новосибирска, где он занял второе место. Его личный интерес понятен – желание стать депутатом. Других раскрученных фигур в коалиции просто нет. Разумеется, декларируемое намерение потеснить «альянс» «Единой России» и КПРФ и выйти на первые позиции ничем не подкреплено.

Реальная роль «несистемной» коалиции может оказаться иной, учитывая предполагаемый перевод городских выборов на полностью мажоритарную систему. Очевидно, что основными участниками выборов будут единороссы и коммунисты, которые где-то договорятся между собой, а где-то не смогут и не станут этого делать. В одних округах «несистемщики» выступят в роли спойлеров КПРФ, что будет на руку единороссам, не заинтересованным в усилении позиций как «красного» мэра Локтя, так и лояльных ему партийных депутатов. В других они могут развернуть агрессивную кампанию против единороссов.

В сущности, желая того или нет, новосибирская «несистемная» коалиция будет играть в чужую игру. Скорее всего, это окажется на руку городским бизнес-элитам, объединенным в «Единой России», которым, несмотря на тактический альянс с мэром, надо постепенно от него избавиться. Заведомо слабая, но декларативно «настоящая» несистемная оппозиция вполне пригодится для роли тарана.

Предположения о назначении депутата Госдумы Ольги Савастьяновой врио главы Республики Коми свидетельствуют о возвращении влияния на процесс формирования губернаторского корпуса со стороны Вячеслава Володина. Савастьянова – протеже Володина, активист ОНФ и одна из опорных фигур в Госдуме, где она руководит комитетом по контролю и регламенту.

Недавно врио главы Чувашии стал другой думский депутат и глава комитета (пусть и на одну неделю) Олег Николаев, который близок к более влиятельному главе комитета по финансовому рынку Аксакову и был поддержан экс-главой региона Федоровым. В свою очередь, Аксаков тоже поддерживает хорошие отношения с Володиным, как и Федоров.

Тем самым получается, что Кремль, вопреки различным информационным «сигналам», понимает и учитывает интересы недавнего именинника - председателя Госдумы. Об этом, кстати, свидетельствует и формат конституционной реформы, о возможности которой не раз говорил Володин.

Хотя, конечно, надо еще дождаться решения по Республике Коми. Да и находить адекватные замены для глав комитетов, чтобы избежать разбалансировки работы парламента – дело непростое.

Вряд ли стоит приписывать пермскому врио Махонину связь с Сечиным только на том основании, что он работал в ФАС под начальством Артемьева, который, как принято считать, прислушивается к интересам «Роснефти». Да и ситуация в ФАС была противоречивой. В свое время компроматные ресурсы даже приписывали Махонину и его непосредственному начальнику Голомолзину «заговор» против Артемьева. С другой стороны, понятно, что Махонин участвовал в думских выборах от «Яблока» с подачи Артемьева. И при этом для «Яблока» его назначение - это никакой не сигнал о значимости этой партии. Махонин к партии отношения не имеет, он или пойдет на выборы от «Единой России», или настоит на изменении законодательства, чтобы пойти самовыдвиженцем.

В связи с назначением Махонина важно другое. Во-первых, найти сильную федеральную фигуру на крупный и богатый регион не удалось. Тот же экс-министр Котюков явно не горел желанием становиться губернатором, да еще и не в Красноярском крае, а в незнакомом регионе. Это плохой сигнал и для престижности Перми, и для статуса современного губернатора. Ведь на губернаторские посты идут уже даже не заместители министров, а люди рангом еще ниже.

Во-вторых, когда-то много рассуждали о губернаторах-силовиках. Теперь начинается интересный эксперимент, который позволит понять, что представляют собой губернаторы-антимонопольщики. Все-таки Махонин по роду службы занимался очень узкими и специфическими вопросами, да еще и в сфере ТЭК, которая в Пермском крае является далеко не единственной.

В-третьих, если уж говорить о внутриэлитных отношениях, то Махонин ближе к ЛУКОЙЛу, имеющему сильные позиции в Пермском крае. И в качестве руководителя регионального управления ФАС интересы этой компании он понимал и учитывал. «Роснефть» же никаких серьезных интересов в Пермском крае не имеет.

В-четвертых, в Пермском крае Махонин вряд ли будет продвигать интересы какой-либо группы влияния. Скорее его можно назвать нейтральной фигурой. Он, конечно, будет учитывать интересы и того же ЛУКОЙЛа, и группы бывшего губернатора Трутнева, но скорее сделает ставку на равноудаленность. В регионе, который достоин лучшей судьбы, накопилось множество проблем, и кто-то должен придать динамику его развитию.

В портовом сахалинском городе Холмске опять сорвалось голосование за мэра. Сложившаяся ситуация демонстрирует не только обострившийся конфликт в самом городе, но и очередную неудачу внутренней политики региона в целом.

Недовольство населения кадровой политикой в Холмске нарастало еще с приходом к власти в регионе Олега Кожемяко. Мэр Холмска Назаров был ставленником арестованного экс-губернатора Хорошавина, а потому Кожемяко не устраивал. В связи с этим на посту вице-мэра Холмска появился человек Кожемяко – бывший глава Зейского района Амурской области Андрей Сухомесов, который позднее стал новым мэром после «внезапного» ухода Назарова по собственному желанию. Стоит ли говорить, что спустя два года Назаров был обвинен в финансовых махинациях за незаконное присвоение средств из фонда «Сахалин-XXI век», созданного Хорошавиным.

Сухомесов занимал пост главы Холмска почти два года. Но после того, как в сентябре 2018 года прошли выборы в городское собрание, он не был переизбран. Собрание проголосовало за Андрея Летечина, жителя Холмска, главу местного предприятия теплоснабжения. Летечин не устраивал Кожемяко на посту мэра, потому его заместителем (по уже привычной схеме) с подачи губернатора стала Ольга Манжара. Именно она после «внезапного» ухода Летечина с поста стала исполняющей обязанности мэра.

Уход же Летечина был напрямую связан с назначением в регион нынешнего губернатора – Валерия Лимаренко. Желая заручиться поддержкой в Холмске, он продвигал на пост действующего заместителя мэра Елизавету Андрееву. Андреева выгодна новому руководству именно своим отсутствием опыта: ставка на свежие кадры без сомнительного прошлого, а также простота контроля.

Но именно такое очевидное лоббирование кандидатуры, поддержанной губернатором, и сформировало ситуацию, которую мы имеем на сегодняшний день. Городское собрание, а именно депутаты от КПРФ в полном составе, а также (что интересно) несколько депутатов от «Единой России» не поддержали Андрееву.

Ситуация также вновь обостряет наболевший вопрос о прямых выборах мэра, который поднимался множество раз. Возможно, ситуация с выборами главы города сподвигнет руководство региона, которому не подконтрольно городское собрание, решиться на введение прямых выборов, чтобы лоббировать своих кандидатов другими способами.

Задержанный за взятку министр по дорожному хозяйству, транспорту и связи Карелии Алексей Кайдалов – человек совсем не случайный. Во-первых, его арест – это плохой знак для главы республики Парфенчикова, который и привел в регион Кайдалова.
Во-вторых, проблемы Парфенчикова одновременно свидетельствуют об ослаблении Дмитрия Медведева, к ближайшему окружению которого относится глава Карелии.
В-третьих, карельский скандал косвенно задевает бывшего губернатора Ненецкого АО Кошина, у которого Кайдалов работал заместителем. Кошин же остался не у дел в связи с упразднением Минкавказа (где он был заместителем министра). Буквально сейчас его стали прочить на пост губернатора Архангельской области на место «проблемного» Орлова. Причем Кошин известен также своими хорошими отношениями с Валентиной Матвиенко.
В-четвертых, у Кайдалова есть еще и опыт работы в структурах «Росатома». Но там он как раз не задержался, поскольку ему пришлось уйти после аварии на Ленинградской АЭС-2, строительство которой он курировал.

Тем самым «кейс» Кайдалова – это яркий пример того, как арест казалось бы безвестного регионального министра бросает множество «теней» на самых разных высокопоставленных политиков. Но, конечно, главные проблемы возникают у Парфенчикова, поскольку арест Кайдалова вполне может оказаться «артподготовкой» к его отставке и замене. Не случайно начались и разговоры о намерениях группы Патрушева, самого влиятельного выходца из Карелии укрепить свои позиции в родном регионе.

Может ли бывший мэр маленького города, расположенного на севере Свердловской области, внезапно стать главой такого крупного регионального центра, как Оренбург? Оказывается, может, если за ним стоят губернатор Паслер, бывший глава правительства Свердловской области, и бизнес-интересы группы «Ренова», с которой исторически связаны эти игроки. Как и ожидалось, бывший мэр Североуральска – родного города Паслера - Ильиных был утвержден главой Оренбурга, что стало сенсацией, - до сих пор городом управляли, хотя и с разной степенью успешности, опытные представители местной элиты.

Перемены в городских элитах начались с переходом старого градоначальника Мищерякова в Госдуму и продолжились уже со скандальными событиями – арестом главы города Арапова. Фактически силовые структуры еще при бывшем губернаторе Берге создали основу для разгрома старых городских элит, чем и воспользовался Паслер. Правда, на недолгое время в кресле мэра оказался влиятельнейший представитель местной элиты Кулагин. Но Паслер предпочел забрать его в свое правительство, чтобы провести на пост мэра своего стопроцентного ставленника Ильиных.

Тем самым Паслер прочно взял под контроль областной центр и его ресурсы. Это новый удар по городским элитам, предвещающий передел сфер влияния. Учитывая связи Паслера и Ильиных с «Реновой» и «Т Плюс» (где Паслер занимал руководящий пост), возможен повышенный интерес к сфере энергетики, которую в Оренбургской области уже контролирует «Ренова» (через «Т Плюс» и «ЭнергосбыТ Плюс»). Не исключен приход «Реновы» в девелоперский бизнес Оренбурга. Возможна передача аэропорта Оренбурга, имеющего статус ГУП, подконтрольного властям региона, холдингу «Аэропорты регионов», т.е. той же «Ренове». Создается ощущение, что после формирования тандема губернатора и мэра бизнес-подход будет играть определяющую роль в их политике.

Уход Чайки с поста генпрокурора влечет за собой все большее количество отставок его сотрудников. С одной стороны, это неудивительно, поскольку за долгие годы работы Чайка сформировал в прокуратуре мощную клиентелу. С другой стороны, целая череда добровольных отставок все равно настораживает, поскольку прокуроры уходят сами, словно не желая работать с новым начальником или же будучи слишком привязанными к своему бывшему шефу.

Интересной с этой точки зрения выглядит недавняя отставка прокурора Красноярского края Михаила Савчина. Послужной список Савчина не ограничивается Красноярским краем: окончив Свердловский юридический институт (именно этот институт когда-то заканчивал Чайка), он работал в следственных органах Омска, а затем был назначен заместителем прокурора Свердловской области. Но особенно интересен тот факт, что с 2008 по 2012 годы Савчин являлся прокурором Чеченской Республики, наработав в тот период связи с чеченскими элитами.

Именно в Чечне Савчин познакомился с Хаваж-Бауди Гутаевым, бывшим уже прокурором Норильска, отстраненным от работы за взятку в конце декабря. Коррупционному скандалу предшествовали многочисленные жалобы сотрудников норильской прокуратуры, которые обвиняли Гутаева в превышении полномочий, коррупции и халатности. Весьма любопытна и укрепившаяся связь между Чечней и Красноярским краем. Отец Гутаева Ахмед Гутаев ранее работал главой Шалинского района Чечни, а сейчас занимает пост заместителя главы Берёзовского района Красноярского края. В регион Гутаева пригласил прокурор Березовского района Бекхан Аслаханов.

Что касается Савчина, то его отставка предвещает дальнейшую череду замен региональных прокуроров, тем более что и порядок формирования их корпуса скоро будет изменен в связи с поправками в конституцию. Возможно, добровольные отставки прокуроров – это способ оградить себя от попыток разбирательств со стороны нового руководства. Савчин же, с его опытом работы в Чечне, вероятно, может перейти на новое место работы Чайки в северо-кавказское полпредство.

В апреле истекают полномочия мэра Иркутска Бердникова, что привело политические силы в городе в боевую готовность. Главная интрига – удастся ли врио главы региона Кобзеву сохранить баланс между сотрудничеством с местными элитами и удовлетворением запроса граждан на политические перемены.

В последние годы остро стоит вопрос введения прямых выборов мэра в Иркутске. О данной необходимости заявлял еще Левченко, и даже вносил законопроект в Заксобрание, но его инициатива не нашла поддержки. В свое время Левченко были выгодны именно прямые выборы, так как он находился в конфликте как с областным ЗакСом, так и с мэром, и ему трудно было совладать с местными элитами. У Кобзева с этой точки зрения выбор обстоит несколько иначе.

Ассоциация муниципалитетов Иркутской области предложила утверждать мэра путем тайного голосования из представленных ассоциацией кандидатур. Стоит отметить, что поддержать такую инициативу для Кобзева не совсем выгодное предвыборное решение, ведь в ассоциацию входят представители всех городов и населенных пунктов региона, а решается судьба именно Иркутска. С другой стороны, тайное голосование депутатов городской думы по кандидатуре главы города и его администрации может облегчить проведение согласованного элитами решения, и для него уже созданы все предпосылки.

Одной из главных задач Кобзева на данный момент является формирование линии взаимодействия с иркутским строительным лобби, которое имеет мощное влияние на принятие политических решений в городе. В связи с этим довольно вероятным кандидатом на пост мэра представляется глава иркутского областного правительства Руслан Болотов. Как выходец из команды Битарова, он обеспечит формирование политического альянса между врио главы региона и «строителями». При этом, оставив другого потенциального кандидата в мэры - Дмитрия Ружникова и дальше возглавлять городскую думу, Битаров обеспечит себе устойчивые позиции и гарантированную поддержку кандидатуры Болотова.

Что касается позиции Кобзева, то он уже проявил стремление сотрудничать с командой Битарова, переназначив Болотова главой своего правительства, а также оставив в нем Светлану Свиркину, бывшую заместительницу Битарова на посту главы компании «Новый город».

Перевод Болотова в иркутскую мэрию, однако, развяжет Кобзеву руки для привлечения других политически выгодных партнеров в свое правительство. Ведь демонстрировать слишком явную связь с группой Битарова Кобзеву тоже довольно опасно, равно как и отдавать ей всю власть в городе, где нужны свои сдержки и противовесы.

Димитровград давно уже превратился в поле боя между ульяновским губернатором Морозовым и КПРФ. Коммунистам удалось получить большинство на прошлых выборах городской думы, и теперь губернатор и его сторонники пытаются взять реванш. С этой целью, во-первых, предполагается изменить избирательную систему, увеличив число мандатов, разыгрываемых в мажоритарных округах, - там «Единая Россия» надеется задавить коммунистов своим финансовым и административным ресурсом. Во-вторых, используется уже типичный для многих городов прием, когда часть депутатов пытаются лишить должностей на основании мелких нарушений различного содержания - ошибки в декларации о доходах, использование нелицензионного ПО на рабочем месте, допущение некорректных или одиозных заявлений и др. Причем речь идет только о депутатах от КПРФ. Интересно, что подобные претензии выдвигаются сейчас для зачисток муниципального депутатского корпуса довольно часто – так было в Иркутске, Южно-Сахалинске, Свердловской области, ХМАО и др.

Для Морозова реванш в Димитровграде – дело чести, поскольку в этом городе он сделал свою политическую карьеру, став в свое время его мэром. За его попытками внимательно наблюдает Кремль, не принявший решения, стоит ли продлевать полномочия Морозова, истекающие в 2021 г. К тому же Димитровград – это город, входящий в сферу влияния «Росатома». Со своей стороны коммунисты в Ульяновской области – очень активные и эффективные, а их лидер, депутат Госдумы Куренной имеет свои связи на федеральном уровне. Попытки Морозова ослабить опасных конкурентов всеми способами закономерны, но исход битвы далеко не очевиден.

На фоне слухов о болезни Рамзана Кадырова и назревающих перемен в кавказской политике федерального центра глава Чеченской Республики все больше опирается на свое личное окружение. Подтверждением тому стало назначение руководителем администрации главы и правительства Чечни Ибрагима Закриева, который приходится Кадырову племянником. Перед этим Закриев успел поработать семь с небольшим месяцев на другом ответственном посту – мэра Грозного. Фактически Кадыров, который когда-то был самым молодым руководителем российского региона, формирует еще более молодое поколение чеченской элиты.

Более опытный Иса Хаджимуратов, являвшийся первым заместителем Закриева, стал пока что исполнять обязанности мэра Грозного. Предшественник же Закриева на позиции главы администрации Кадырова – Галас Таймасханов переходит на пост министра экономического, территориального развития и торговли республики. Семья Таймасхановых тоже очень близка Кадырову – это его односельчане из села Центорой, все три брата занимают государственные посты.

Кадровые ротации идут сейчас почти во всех регионах Северного Кавказа. Направленность у них примерно одна – главы регионов, мало кому доверяя и пытаясь при этом угодить федеральному центру (и не вполне уже понимая, чего от них хочет центр), начинают перетасовывать кадры. Однако каких-либо качественных сдвигов при этом не происходит, и пример Чечни также не демонстрирует каких-либо новых тенденций. Напротив, возникает ощущение, что региональная власть все больше замыкается в себе.

С назначением Краснова на пост генерального прокурора в регионах начал формироваться тренд на ротацию в прокурорском корпусе. Это подтверждает и недавно описанный нами кейс Красноярского края, где близкий к Чайке глава региональной прокуратуры Савчин ушел в отставку по собственному желанию.
Теперь же близок к отставке прокурор Чувашии Василий Пословский, но там сценарий совершенно иной.

Во-первых, начались инициативы снизу, когда местные сотрудники прокуратуры подталкивают центр к решению о замене своего начальника. Так, пять сотрудников прокуратуры Чувашии написали заявления «по собственному желанию» и обвинили своего начальника в несоблюдении трудового законодательства, отсутствии рабочей этики, а также в превышении должностных полномочий и отмывании денег, что сопровождалось требованиями возбуждения уголовного дела. Столь смелое поведение свидетельствует о слабости позиций Пословского.

Во-вторых, Пословский не был близок к Чайке и, судя по всему, уже мало кому нужен и интересен. В декабре Чайка отправил в регион комиссию и объявил Пословскому строгий выговор в связи с жалобами сотрудников на его некорректное поведение. Позже стали утверждать, что после смены генпрокурора Пословский принуждал сотрудников дать письменные показания, по которым можно было бы опровергнуть выводы московской комиссии. Для региональных элит Пословский тоже «чужак» - ранее он работал в Туле и возглавлял прокуратуру Адыгеи.

Тем самым из регионов постепенно уходят как «сильные» прокуроры, не вписывающиеся в новую команду, так и «слабые», просто не сумевшие организовать работу.