☦🔤🔡🔤🔤🔤🔤☦
Когда первые тени еще не уступили место рассвету, Каролина неподвижно встала перед алтарем. Волосы ее были скрыты вуалью, отгораживающей от мира и одновременно служащей символом исповеди и вечной расплаты, а тело неуловимо дрожало, отражая беспокойные тени на стенах.

Она склонилась на коленях, погруженная в молитву. В этом молчании проскакивал едва уловимый шепот губ и мягкое мерцание свечей. Их тусклый огонь выражался последней надеждой в ночной бездне. Каждый ее шепот запечатлялся клятвой перед страшным судом вселенной, да перед теми тенями прошлого, что все еще шепчут ей из темных уголков памяти. Она сама становилась частью этого вечного ритуала, частью страдания и непоколебимой преданности своего греха.