Художники/авторы делятся на три типа:

1) работающие для современников

2) работающие для истории искусства

3) работающие для предшественников (этот третий тип добавил Дмитрий Хворостов)

Фотография: акция Александра Бренера «свидание», 1994 года

Добавляем свои типы в комментариях!

скоро админ такое дропнет — ждите💋💋💋

В связи со скорым выходом печатного каталога моей первой персональной выставки «Коллажики», прошедшей в галерее «Корней» в мае этого года, публикую полностью наш диалог с Пашей Пепперштейном о моих работах, о перспективах нынешней репрезентации концептуализма в московском изводе и о прочих обаятельных маргиналиях новейшей истории отечественного искусства.

https://teletype.in/@stephanieknowswho/0WmMBwutQLi

Павел Пепперштейн (старший инспектор МГ), Юлия Кисина, Александр Мареев (младший инспектор МГ и признанный гений всего круга МГ) в одеяле, Николай Шептулин (издатель, галерист и младший инспектор МГ) — в его цековской квартире в доме Черненко на Патриарших прудах. Первая половина 1990-х годов.

Фотография из архива Юлии Кисиной.

#архив

Обитатели Боровска: ослик Моня и его друзья.

С композитором и философом Владимиром Ивановичем Мартыновым встретились в рамках съемок документального фильма про Александра Мареева (Лима).

Снимаю документальный фильм о признанном гении сообщества младших концептуалистов (круг Медгерменевтики) — Александре Марееве. (О нём я писал курсовую работу в МГУ: «Мифология "романтического гения" в младшей линии московского концептуализма на примере творчества Александра Мареева»).

Ждите фильм в следующем году, а пока сохраните ручкой, карандашом, в заметках или в своём календаре на телефоне: 18 декабря состоится открытие выставки, посвящённой памяти младших коллег художника А (тот, кто понял отсылку, понял, кого я имею в виду), Бренера, Мавроматти по акционисткой группе «Нецезюдик» — Александра Ревизорова и Алексея Зубаржука.

Анонс скоро

Павел Пепперштейн о фигуре Александра Мареева в рамках сообщества младших концептуалистов (из текста про Круг «Эстония»):

«Каждый художественный круг должен, по всей видимости, обладать своим художником-гением, и таким в кругу "Эстония" является Александр Мареев. В более тяжеловесные времена гений, наверное, был бы живописцем или скульптором или работал бы с какими-то другими весомыми материалами, но в наше время неземной легкости гением становится график, работающий в жанре почеркушек, виньеток, обрывков и "случайных" набросков, сделанных как бы на полях невидимой "рукописи хаоса". Мареев сочетает в себе самые различные коды гениальности - от пушкинского или моцартианского светского веселья до ван-гоговского безумства и затворничества.
В своем тексте "Кулак змеи во рту у обезьяны" он сам, впрочем, описывает себя скорее как старо-китайского мастера, уделяя внимание лишь типам кистей, сортам бумаги и красок, с которыми он работает, хотя всем, знающим его, известно, что он работает с любыми материалами.
Как и положено гению, он склонен беспощадно уничтожать свои произведения. Можно сказать, что Мареев добровольно стал тем местом, где пульсируют невыработанные до конца остатки когда-то могущественных кодов гениальности - причем, кажется, всех, когда-либо существовавших в культуре.
Виртуозные рисунки Мареева, разбросанные по квартирам Москвы, через некоторое время, я полагаю, станут предметы страстной охоты собирателей».

Александр Мареев повторяет рисунок Павла Пепперштейна, посвящённый одной из версий этимологии слова «Мурзилка» как «жмур», «труп».

Слева: Павел Пепперштейн (линеры, бумага 300 грамм).
Справа: Александр Мареев (тушь, бумага 300 грамм).

#архив
#коллекция