В 2022 году Варуфакис активно поддерживал Украину.

В 2025 заявил, что в обеих сторонах конфликта есть фашисты.

В 2026 году приехал в Москву и станцевал танец имени себя.

СДВГ — забавная вещь. Я могу не помнить, что мне сказали позавчера, но когда кто-то кроет говном мою страну, я помню очень хорошо. И долго.

#вызовы
Рост подростковой преступности в России в последнее время перестал быть локальным отклонением и превратился в заметную системную проблему. По имеющимся данным, более 22 тысяч несовершеннолетних совершили преступления, причем свыше 40% из них относятся к категории тяжких и особо тяжких. География также говорит о масштабности явления: в числе лидеров Свердловская, Челябинская и Иркутская области, а в Бурятии фиксируется почти трехкратный рост по сравнению с предыдущим годом.

Особое внимание привлекает ситуация в крупных городах. Так, в Москве по итогам 2025 года подростковая преступность выросла на 150%. Правоохранительные органы фиксируют новые тревожные тенденции: несовершеннолетние все чаще вовлекаются в противоправную деятельность через интернет. Уже в начале 2026 года были возбуждены уголовные дела, связанные с попытками поджогов и даже покушениями на убийство, в которых фигурируют подростки. Во многих случаях речь идет о длительном воздействии внешних подстрекателей в цифровой среде, в том числе со стороны украинского ЦИПСО.

Однако объяснять происходящее исключительно внешними факторами было бы упрощением. Экспертные оценки сходятся в том, что ключевую роль играет внутренняя социальная среда. Подростки воспроизводят модели поведения, которые наблюдают вокруг: рост тревожности, ощущение социальной несправедливости, размытые границы допустимого. При отсутствии устойчивых ориентиров и навыков саморегуляции это нередко приводит к агрессивным и девиантным формам поведения.

Дополнительным фактором становится так называемое «скрытое неблагополучие». Даже в формально благополучных семьях подростки могут испытывать дефицит внимания, поддержки и понятных жизненных стратегий. В сочетании с агрессивной информационной средой это создает благоприятную почву для криминализации. Важно понимать, что несовершеннолетний правонарушитель, как правило, не первопричина, а результат накопленных социальных и психологических проблем.

В этих условиях очевидно, что ставка исключительно на силовые методы или ужесточение наказаний не способна переломить тенденцию. Законодательная база предусматривает акцент на профилактике, однако на практике она часто остается формальной. Между тем эффективная модель требует координации усилий семьи, образовательных учреждений, правоохранительных органов, IT-сектора и общественных организаций.

Ключевым направлением становится ранняя и непрерывная профилактика. Она должна быть не декларативной, а адаптированной к современным условиям с учетом цифровой среды, в которой живут подростки. Не менее важно создание альтернативных возможностей для самореализации: доступных форм занятости, образования и социального лифта.

Таким образом, рост подростковой преступности является не только криминальным, но и социально-политическим вызовом. Без системной работы по устранению причин, от семейной не адаптации до влияния деструктивного контента, ситуация будет развиваться инерционно. Только комплексная политика, ориентированная на профилактику и поддержку молодежи, способна остановить нарастающую криминализацию подростковой среды и снизить долгосрочные риски для общества и государства.

Искусственный интеллект делает людей глупее и отражается на их когнитивных способностях. Это подтвердило исследование, в котором участвовали 1222 человека, в том числе представители Карнеги-Меллона, Оксфорда, Массачусетского технологического института и Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе.

10 минут использования ChatGPT оказалось достаточно для снижения способности участников к самостоятельному мышлению. После отключения искусственного интеллекта зафиксировали следующие изменения:

– процент успешно решаемых задач снизился с 73% до 57%;
– количество пропущенных задач почти удвоилось;
– участники продемонстрировали нежелание решать проблемы, которые ранее были им по силам.

61% респондентов использовали ChatGPT для получения готовых ответов. Эта группа понесла наибольшие убытки: их когнитивные способности опустились ниже исходного уровня. Через 10 минут участники оказались менее эффективны, чем в начале эксперимента. Наиболее тревожным фактом является то, что участники не осознавали этого снижения. Они испытывали субъективное ощущение повышенной скорости, интеллекта и продуктивности. Но данные свидетельствовали об обратном.

Исследователи характеризуют этот феномен как «когнитивный долг». Можно утверждать, что пользователи приучают себя к зависимости от внешних источников. Когнитивные способности атрофируются в реальном времени. Лица, склонные к пассивному получению ответов, быстро теряют навыки.

Рекомендуется воздержаться от делегирования интеллектуальных задач искусственному интеллекту. Сначала следует попытаться решить проблему самостоятельно, и лишь затем обращаться за помощью. В противном случае существует риск формирования модели поведения, при которой человек склонен сдаваться при первой же трудности.