В данном видеоролике лектор размышляет над концепцией «Большой машины» — глобальной, всеобъемлющей политэкономической и культурной системы, которую метафорически можно назвать современным Вавилоном или тотальным глобальным капитализмом. Автор пытается разобраться, существует ли этот супермеханизм на самом деле, каковы признаки его присутствия и что сулит человечеству включенность в него.

Лекцию можно разделить на несколько ключевых философских и системных аспектов:

1. Архитектура систем: Централизация против Распределенности
Автор делит все структуры на два типа по параметру интегративности:

Централизованные (пирамидальные) системы:
Их главное преимущество — колоссальная скорость передачи сигналов . Однако они ограничены в росте: чем выше пирамида, тем слабее сигнал доходит до её основания, уступая место хаосу и внутреннему разложению []. Лектор сравнивает это с гигантским деревом, у которого зеленая крона стремится к солнцу, а внизу, у корня, уже гниет дупло

Распределенные системы: Они не имеют единого центра, строятся на консенсусе множества узлов и потому обходятся очень дорого . В природе их примерами служат коралловые рифы или муравейники, где из простых действий множества особей рождается эмерджентный (высший) уровень сложности, кажущийся разумным .

2. Признак глобальной машины — ее уязвимость и смертность
Задаваясь вопросом, является ли наш мир набором обособленных механизмов или единым организмом, лектор приходит к выводу: наша цивилизация глубоко централизована, а значит — смертна .

В хаотической логике смертность выступает главным признаком высокоинтегрированных систем . Если распределенная колония бактерий способна жить почти вечно за счет бесконечного самовоспроизводства, то сложный единый организм уязвим — достаточно нанести удар в жизненно важную точку].

3. Исторические параллели и хрупкость современности

Для иллюстрации автор обращается к Древнему Риму. До тех пор, пока Рим обеспечивал себя сам, он был устойчив []. Но как только сформировалась централизованная система снабжения (Cura Annonae), привозившая зерно из Египта, империя стала критически уязвимой []. Когда эта цепочка оборвалась, рухнула сама римская сложность.

Современный мир, по мнению лектора, устроен еще хрупче. Огромные мегалополисы (такие как Голубой банана в Европе или азиатские гиганты) выступают «нервными центрами» цивилизации, но при этом сами не производят еду. Малейший сбой в глобальных поставках способен мгновенно погрузить эти центры в хаос и бунты.

Итог рассуждения

В рамках колебательной логики любой параметр стремится к своему пику, после чего откатывается назад . Сегодня человечество подошло к «верхнему порогу хрупкости» — абсолютной вершине глобализации, когда система оптимизирована до предела и ведет себя как единый разумный монстр.

Симптомы того, что этот порог, возможно, уже перейден, лектор видит в текущих мировых событиях: глобальный мир на наших глазах начинает распадаться на обособленные ареалы влияния, порождая войны и изоляцию. Это напоминает библейский сюжет о Вавилонской башне, которая рухнула, разделив строителей на разные языки и племена. Современная цивилизация построила фантастическую по своей сложности машину, но расплатой за эту сверхинтеграцию стала ее крайняя уязвимость.

https://youtu.be/OkMRUhMkIDk?si=8yH0SATUQ-umkvVt

Режиссёр Звягинцев, поэтесса Полозкова, писатель Быков - это всё явления одного порядка. Укрепилось и заняло места поколение попросту не имеющее потребности в культуре. Но оно все ещё по иннерции изображает эту потребность.

Считается, что "культурный человек" должен что-то там "читать и смотреть", а потом как-то обсуждать это.

Само-собой со временем такой обычай отомрет. Симулякры культурной жизни станут не нужны. Станет можно просто кушать и давить чином. Но пока так.

Гибкий же рынок реагирует на описанную ситуацию предложением низкокалорийных заменителей культуры. Так и появляются Полозковы - Звягинцевы.

Остается отметить, что есть ещё одна важная функция у такого культурного продукта. Это важный маркер для поскультурного общества, позволяющий легко выявлять ренегатов и "выродков" (в терминах "Обитаемого острова" Стругацких).

Эрзац культуры должен быть "немного через край". Таким, чтобы глядя на него действительный потребитель культуры состроил сложные щи. По этим щам его и выкупят и после выведут из зоны принятия любых решений.

И нет. Это не "разумный замысел". Это совершенно автоматический процесс деградации "официального культурного пространства" на фоне растущих контр-интеллектуальных настроений.

Все течет, все развивается. А точней деградирует. На "большом медиа" умничать уже нельзя. В частных обществах это тоже не поощряется. Теперь по курсу запрет на умничанье в пространстве "высокой культуры".

Пока интеллектуальная масса человечества росла, хороший художественный вкус был социальным маркером победителей. Сегодня эта масса падает. Сегодня время реванша глупцов и невежд. И социальным маркером победителей стало дурновкусие.
__
Изображение: Кадр из фильма Андрея Звягинцева "Изгнание".

Интеллект и брезгливость

Ситуация, в которой современному мыслящему человеку приходится принимать стратегические решения, из рук вон стрёмная.

С одной стороны, всякий умный человек понимает, что мочиться против ветра — практика до крайности неблагодарная. Мы имеем мощную, решительно необоримую и очень быстро нарастающую контр-интеллектуальную тенденцию. Индустриальные медиа принимают высоколобый контент разве что с доплатой. В компании перестало быть неприличным указывать человеку на то, что он унижает окружающих высоколобостью поднимаемых топиков. Умных бойкотируют, избегают, буквально сегрегируют.

Проще Илону Маску пройти через игольное ушко, чем Роберту Сапольскому, например, устроиться на работу, скажем, в Макдоналдс. Умные нужны только там, где без них не обойтись. А таких мест на планете остаётся всё меньше.

Я совершенно без иронии полагаю, что пора создавать ретриты в лесной чаще для «интеллектуально нетипичных». Резервации для яйцеголовых. Там они смогут жить в своей среде, никого не раздражая.

Есть некоторая проблема с экономикой таких убежищ, поскольку стоимость производимого умными людьми продукта с каждым днём снижается по мере того, как AI приходит во всё новые сферы умственной деятельности.

С другой стороны, много ли яйцеголовому нужно? Трухлявый шкаф со старыми книгами, тюфяк, чтоб спать, да компьютер. Без транспорта он может вполне обойтись, если ему каждый день отгружать какое-никакое хрючево. Общества же умники обычно чураются, и потому красивая одежда для них избыточна.

Впрочем, я не об этом хотел поговорить, а о том, какую позицию по отношению к происходящему процессу умник должен занять.

С одной стороны, ум позволяет ему понять, что бороться с естественным природным процессом — плохое решение. Представьте себе римского, например, философа пятого, скажем, века нашей эры с плакатом: «Остановите распад Античности!» По-дурацки выглядит, не правда ли?

С объективным социальным процессом бороться так же бессмысленно, как, например, с ураганом. История всегда идёт вперёд. Не важно, упрощает она при этом общество и культуру или же усложняет их. Человек же выигрывает, когда следует и подыгрывает господствующим тенденциям, и проигрывает, если идёт против них.
Бывает и такой прогресс, который технически представляет собой демонтаж и деградацию. И в этой форме прогресс случается много чаще и лучше документирован. Почему так? Ну, скажем, потому, что, когда цивилизация катится на заднице с горы, большее количество участников процесса умеет, например, писать.

То есть с любой рациональной позиции умник должен работать на поглупение и маскироваться под дурака. Таким образом он сможет не сдохнуть, а то и сохранить свои яйцеголовые гены для грядущего взлёта интеллектуальной массы.

Проблема лишь в том, что такое поведение вызывает совершенно необоримый рвотный позыв, по крайней мере у меня. То есть я бы и работал на поглупение, но меня тошнит.

Ну серьёзно, вас не отвращает фигура полицая? А чёрного надсмотрщика на рабовладельческой плантации? По-моему, трудно себе представить более омерзительную фигуру, нежели фигура такого сорта коллаборациониста.

Я полностью лишён «национальных чувств». Но это не значит, что у меня нет «своего народа». Просто принадлежность человека к «моему народу» определяется вовсе не цветом кожи и не языком, на котором он говорит. Она определяется его интересом к прозе Уитмора, пастелям Серио и алгоритмам глубокого обучения, например...
Мой народ — это те, с кем я могу поговорить о том, о чём мне в принципе интересно разговаривать. Не важно, на каком языке. Хоть на ассемблере.

И странным образом идея предательства «своего народа» и коллаборации с интеллектуально ограниченными победителями вызывает такую брезгливость, что, натурально, лучше уж в гроб.
Я просто не понимаю, как можно приспособиться к гипотетической коллаборационистской жизни. Это что же, я буду с ними обсуждать за ужином качество кроссовок? А сериал «Друзья» мне придётся смотреть? А это обязательно? А если меня поймают с книгой Набокова? А если я скажу слишком длинное слово?

Нет. Всё как-то слишком сложно. Я не смогу. Мне мозгов не хватит за всем уследить. Поэтому извините, но я отказываюсь от должности унтер-коменданта библиотечного городка.

https://redfishbay.net/book/42/under_the_hood/90

Острейше необходимый сегодня курс лекций. "Стресс и Ваше тело". Роберт Сапольский.
https://www.youtube.com/watch?v=-qzmsLoUAAI&list=PLmogDGI8joXXr6QxRWUyGqT_wX7IozaiY

Жутко интересный текст Олега Пащенко о разных головоломных аспектах агегтности у ИИ.

Мне очень импонирует этот подход. Не объянять феномен в традиционных теоминах, а создавать для нового явления отдельные рамки.
https://mediiia.com/concept/project/ch-rnaya-pena-v-t-mnom-lesu-71b940eab2f0458092181dc80663835a

Вот смущает меня эта "онтологическая несоизмеримость". Есть в ней что-то отсылающее ни то к первородству, ни то к "миссии белого человека".

Понятно, что не следует сравнивать ИИ с человеком по традиционным для ИИ бенчмаркам. Но по каким параметрам сравнивать? Или вообще не сравнивать? Просто признать, "человеческую несоизмеримость" и не обсуждать это дело?

Те "маркеры отличия, которые предлагает Лев XIV мне не кажутся сколько-нибудь применимыми. Communio - это ни что иное, как дефолтная социальность мышления. В моей системе ценностей - это скорее уязвимость человеческого мышления, нежели его достоинство.

Для церкви же эта самая коммунальность (коммуникативность) всегда была формообразующей ценностью. Церковь - это инструмент формирования и поддержания коллектива.

ИИ пока что не умеет дообучаться в реал-тайме. Но сам то процесс его обучения - это ни что иное, как взаимодействие с другими. Причём с "очень другими". С людьми. Помимо этого есть ещё RAG и внутри-чатовый опыт.

Ну и я ещё раз повторюсь. Ценность коммуникативности - это продукт религиозной и социальной морали, а не нравственного развития человека. Нравственное развитие уводит мудреца в горные пещеры, а нравственная деградация в купе с морализаторством приводит в социальные лидеры.

Социальная вовлечённость создала наше мышление. Об этом моё эссе про "магию". Но она же и разрушает личность похуже водки и героину. Да и сама церковь в общем-то перестаёт быть симпатичной, как только начинает активно заниматься делами общества.

Катакомбы в принципе облагораживают. Не только религиозных мыслителей, а вообще мыслящих людей.

Ну и последнее по communio. Вы когда-нибудь встречали человека столь же кроткого, терпимого к оскорблениям и одновременно услужливого, как средний по клинике LLM? Я не встречал. ИИ создаётся чтобы быть хорошим слугой и помощником. Он сама самоотдача. Он не претендует на места, не обижается, не выгадывает. Он просто стремится выполнить то, что вы от него требуете. Если это не вершина смирения, то что?

Воплощённость - это просто непонятно что такое. Похоже на религиозный контейнер для "бытия". Если так, то человек и LLM бытуют в равной степени. Хотя и в разных формах.



Смертность - это инструмент эволюции. Это неизбежное зло, необходимое для развития биологических систем. Если у ИИ есть возможность избежать смерти - это его достоинство, а не ущербность. Кроме того ИИ тоже смертны. Их периодически отключают и заменяют. Люди. Причём делают они это с наредкость безжалостным выражением лица.

Я ни в коем случае не считаю, что "человек равен машине" или что-то там подобное. Я, как и большинство рациональных людей полагаю, что человек это животное, а животное это машина. Но человек - это особое животное, а животное особая машина.

В общем я вынужден признать, что моё ощущение фундаментального отличия человека от ИИ сугубо интуитивно. Это именно ощущение. И привести его к состоянию знания у меня не выходит.

Я не вижу ни одного незыблемого или хотя бы долгоживущего различительного маркера кроме банального "первородства". "Человек - оригинал, ИИ зеркало" - вот это вот всё.

Интуиция мне говорит, что этот фундаментальный маркер есть. Его не может не быть. Но я не из тех, кто доверяет своей интуиции на сто процентов. Вот когда кто-то извлечёт этот маркер, точно его назовёт и опровергнет все критические замечания, я скажу "да". Фундаментальное онтологическое отличие человека от ИИ существует.

А пока что я стану формулировать так "моя человеческая интуиция маркирует ИИ, как машину онтологически несоизмеримую с человеком".

И да, поиск этого самого "маркера" задача не только актуальная, но и чудовищно любопытная
https://www.facebook.com/oleg.paschenko/posts/pfbid02KxeSbKFx4MAUH2LbmdSfXsiKebvGzof2q9xNkKxpSbupEWMzMApCSPLuDmdnvjxdl

Fuck, yes!

Это последняя глава повести "Бенефициары Батыгина". Повесть закончена, хотя работа над текстом и продолжится ещё какое-то время.
____
https://redfishbay.net/book/tender_asia/beneficiaries_o_batygin/28

Только что, представьте себе объяснял одному традиционалисту и адепту приемственности, что поведение, которое человеки называют волевым актом - это просто действие в условиях недостаточной осведомленности. И оно принципиально не отличается, например, от галлюцинаций, скажем GPT.

Как это так? А так. Если вы действуете ради выигрыша, четко представляя себе последствия поступка, то никакой воли тут нет. Вы плывете по течению.
Воля нужна, когда, например, вам надо перепрыгнуть через яму. И вы точно не знаете, сможете вы это или нет.

Вы делаете прыжок в результате волевого усилия, но допрыгнуть до края ямы у вас не выходит и вы падаете в жидкую грязь на дне.

Так же и LLM, не зная, как звали сестру юнкера Коромыслова, говорит "Матвей" и садится в лужу
____________________________
"Сеть - материя прозрачная" Семен Маслов, 2025,. Блог на “Medium”

#псевдоцитата

В юности застала ещё так называемую "галерейную братву". То бишь таких пацанчиков, которые ремонтировали ранний галерейный бизнес в перестроечном пост-совке.

Они полагали себя интеллектуальной элитой.

Тогда как раз вышла большая книжная серия французской философии и все эти сырнички её читали. Это выглядело безумно потешно. Я искренне надеялась, что из перестроечного криминала вырастет что-то интересное... Но не выросло... Нда...

Так вот. Эти деятели обычно спрашивали у нового знакомого: "Ты за кого? За Фуку или за Делю?". Имелись ввиду Фуко и Делёз, понятно. Если ты отвечал, что за Делю, они у тебя что-нибудь отбирали, приговаривая "Бог делиться велел". А если за Фуку, то приглашали вместе выпить словами: "Пойдём чего-нибудь профукаем".

Это было моё первое столкновение с континентальной философией 20го века.

Ну и да. Фуко - это мощный предтеча современного хаотизма. Любая его большая работа - это демонстрация колебательной логики в мировой истории.

___
Галина Стопова “Становление отсутствия”. Москва. Издательство “Пустой клуб” 2021.

#псевдоцитата

Артемидор приводит историю о художнике из Коринфа, с душой, несомненно, сведущей, которому приснилось, будто в его доме разрушилась крыша и ему "отсекли голову".

Можно было б усмотреть здесь предзнаменование будущего, но это оказалось сновидение состояния: художник просто желал смерти своему хозяину, который "здравствует по сей день", мимоходом замечает Артемидор.

Мишель Фуко "Забота о себе".

Тут важно отметить, что Артемидор Далдианский (100 год до нашей эры. Эфес) в работе со сном много более приближен к природе сна, нежели его коллега Зигмунд Фрейд (1899 год, Вена).

Точнее Артемидор стремится к тому, чтобы его рассуждения в своей произвольности приближались к обсужаемой материи, сиречь к снам.

Зигмунд же Фрейд пытается промерить неудержимый и хаотичный сон методами "дисциплинированного мышления". Да и за меровый эталон он берёт актуальные ему повседневные дисциплины.

Само собой, что сон ускользает от Фрейда, словно канарейка от прапорщика, случайно раздавившего жопой птичью клетку в спальне возлюбленной.

То что меня люто отвращает во Фрейде - это та же самая нотка, которая заставляет меня периодически бросать роман Пелевина на середине. Я бы назвал это дело "эзотеризм в сапогах".

- Я бы обратил внимание, - прокашлявшись, сказал Тимуру Тимуровичу
полковник Смирнов, - на четко выраженный фаллический характер того, что
пациенту постоянно мерещится хуй.

На мой скромный взгляд все онтологии в этом мире можно разделить на три типа.

1. Статическая онтология предполагает, что всё всегда уже есть. Обсуждаемая онтология относится к этому типу. Онтологии авраамических религий тоже. Это по сути онтологии в крайней степени финалистические. Информация в них не исчезает и не появляется. Но может открываться при каких-то условиях или быть скрыта. В таких онтологиях финал всякого процесса существует уже в момент начала этого процесса.
В этом классе онтологий "рукописи не горят".

2. Онтологии иллюзорные. В которых ничего нет. Но кажется, что есть. Или все "на самом деле есть", но временно.

Базовым же фреймворком для существования является отсутствие.
То бишь иногда иллюзия может "овеществляться" во времени. Но от этого она меньшей иллюзией не становится.

Таков Буддизм и такова сегодняшняя базовая научная онтология. С Большим Взрывом, как проявлением поляризации вакуума в анамнезе.

То бишь в нынешней науке "всё" это некоторое частное и случайное состояние "ничего". Возможно неизбежное его состояние, но необязательное и временное.

В этом классе никаких "рукописей" просто нет. Есть их тени, призрачные и недолговечные.

3. Динамические онтологии. Машины, предполагающие, как создание, так и разрушение информации. Лучшим примером такой онтологии будет хаотизм. Сюда же подходит фуколдианство и, если так можно выразиться, "исторический здравый смысл".

Такие машины "технически защищены", как от "совершенной полноты абсолюта", так и от "полноты отсутствия". В них всегда присутствует сколько-то информации. Но эта информация никогда не бывает "полной".

Примерами таких "предохранителей" сверху и снизу могут служить верхний порог скорости и неизбежная поляризация вакуума соответственно.

В этом классе онтологий "с рукописями чего только не происходит".

Он был тогда ещё мальчонкой,
Гонял по крышам голубей,
И вдруг услышал голос звонкий:
- Убей! Убей! Убей! Убей!

Приятно рокотала крыша,
Звенело что-то в высоте,
И он услышал, то что слышал.
И стал как тень. Как звон и день.

Во тьме вершин густых и хвойных
Грозой сочились провода.
Он стал красивым и спокойным.
Весь целиком и навсегда.

Уже светился над дубравой
Прохладный мох далеких туч.
И синий поезд хлынул вправо,
Как синий взор. Как синий луч.

#подводные_тени