Александр Зарубин, помощник тренера — #Евро2016

В целом команда собралась нормальная. Думаю, она была слабее состава чемпионата 2014, но зато играло больше наших, кто за два года набрал неплохой опыт и навыков. Плюс добавились по-своему интересные игроки. Я бы сказал, что на ЧМ у нас было слабое нападение и очень хорошая защита. Это если судить по именам и опыту. А на ЧЕ произошёл перекос в сторону нападения: теперь защита проседала; кстати, она как раз из наших состояла. Универсальным игроком был Роберт Грув, собственно, он это доказал тем, что позже стал тренером университетской команды Dominican Penguins в Калифорнии, но его одного на защиту не хватало.

Главными тренерами были Майк Тумим и Дэн Уилсон — они прилетели за своё счёт и сделали большую работу для сборной, за что им огромная благодарность. Это люди с большим открытым сердцем, замечательные люди, которые сделали многое для российского лакросса. Они показали пример бескорыстной любви к спорту, любви к игре и вообще к людям, к миру, к чему-то новому.

Я старался перенимать их опыт, учился в каждом эпизоде, постоянно что-то спрашивал и уточнял. Мы уже были знакомы с чемпионата мира, а с Дэном даже с 2013 года в Турции. За годы сложилась нормальная человеческая симпатия, получался классный рабочий тандем. Ну и был у нас общий вайб, юмор, подколы — я это всё передавал игрокам, которые не знали английский, работал на атмосферу.

Против Польши был самый запоминающийся и драматический матч, наверное, вообще во всей истории нашей сборной. Мы проигрывали 4-5 мячей, и в четвёртой четверти совершили камбэк. Никита Сорокин не должен был бросать, но бросил и получилось слабо, поляки начали ответную атаку, забили гол. И мы выигрываем вбрасывание, до конца 30 секунд, Дима Макаров на последних секундах броском справа попадает в штангу.

Вместо овертайма и реальных шансов на победу проиграли. Это был такой эмоционально сильный, запоминающийся момент. С поляками ощущалось особое соперничество и было бы приятно их обыграть. Мне кажется, я даже плакал после свистка, хотя мне был 31 год, вроде взрослый дядька. Казалось, что вот-вот сбудется сказка, она рядом, но моментально испарилась.

Николай Красильников, № 23 — #Евро2016

Это был мой первый опыт участия на международном уровне. Летел в Будапешт я один, без особых происшествий, так что когда попал к своим, среди которых было много новых ребят и американцев, сразу немножко растерялся.

Нас расселили в каких-то общажных комнатах-каютах. Все попали в совершенно новую, необычную, конкурентную среди. Тут были американцы с российским паспортом, американские тренеры. Понадобилась определённая адаптация.

Матчи были против сильных игроков. Международный уровень сразу же показал мне, какой мой реальный уровень — а именно минус нулевой. Я даже смеялся над собой, потому что как защитник с лонгстиком мог удерживать мяч полсекунды — с такой скоростью нападающие успевали отобрать его у меня.

Мы почти всё проиграли. Но это была очень хорошая, мощная закалка. Опыт позволил совершить гигантский скачок в качестве игры на российском уровне. Для всех чемпионат оказался полезным. А ещё много важного происходило за пределами поля.

Майк и Бобби давали очень классные, интересные, ценные и необычные упражнения. Мы хорошо на этом прокачались, многое узнали, забрали с собой, внедрили в домашние тренировки.

Насыщенной получилась культурная часть. Было много обмена мнениями и менталитетом с нашими американскими согражданами. Это была коллаборация на всех уровнях. Успели пообщаться, узнать много фактов, погулять и потусить. Даже тренера нарушали спортивный режим по вечерам, потому что всем вместе было очень интересно.

Будапешт — красивое и интересное место. Очень рад, что удалось там побывать. Сейчас это сложнее, мягко говоря. Зато остались очень яркие и положительные впечатления. Ярче был только чемпионат мира 2018 года в Израиле.

Дэн Бойер, историк Зала славы и музея лакросса Онтарио, показал маленькую часть своей домашней коллекции. Тут и ленты, и медали, и мячи с автографами чемпионов. А чего стоит святилище с клюшками. У него ещё есть перстни, бляхи для ремня, табачные карточки и бог знает что ещё. Всё это нигде не публикуется, чтобы не привлекать воришек. Музеи лакросса уже страдали от ограблений, частные коллекции защитить сложнее. Но мы не канадцы, нам можно.