Вчера 82 года исполнилось одному из моих любимых фотографов – Марте Купер. Большую часть жизни она бегает со стрит-художниками на ночные покрасы, снимает расписанные составы и фотографирует городские трущобы. А вообще, в семидесятых она начинала карьеру репортера в The New York Post – успешно, но очень скоро ей стало скучно – смертельно скучно, и она выбрала жизнь по сердцу. Вместе с товарищем они собрали фотокнигу Subway Art – которая без преувеличения передавалась из рук в руки и впервые показала, что стрит-арт – не только про вандализм. «Это история о том, как ты делаешь город своим».

Меня совершенно поразила легкость и смелость, с которыми Марта пятьдесят лет назад отказалась от всех привычных обществу статусов и благ, чтобы каждый день гулять по городу с камерой, снимать бедные кварталы и новые граффити. Пять лет назад Beat Film привозили документалку Martha: A Picture Story. Идеально, когда нужно вспомнить: по-настоящему живешь только когда делаешь, что любишь и впускаешь в жизнь легкость и приключения.

«Я не ищу красоты. Я ищу людей, которые делают лучшее из того, что у них есть».

📖 ost Алла Горбунова «Нет никакой Москвы»

когда до очередного огромного отъезда из города меньше недели

Уже неделю топчу португальскую калсаду (брусчатку) и до сих пор периодически в это не верю. А вот, каким Лиссабон видел Картье-Брессон.

Черная ласточка, расправившая крылья – главный символ очень классного португальского проекта A Vida Portuguesa. Здесь собраны самые необычные, старейшие и эстетичные бренды – от сардин, упаковки которых – пособие по графическому дизайну, до сумок, сплетенных вручную португальскими художниками, живущими в Берлине.

Почему ласточка? Потому что она всегда улетает на очень большие расстояния от дома, но всегда возвращается в свое гнездо. Говорят, это очень по-португальски – исторически и сейчас. Раньше уплывали покорять моря и новые земли, теперь – учиться и работать. Но домой всегда возвращались и возвращаются. Как всегда думаю, что это очень по мне.

Saudade – красивое и довольно известное португальское слово, которое означает светлую тоску по чему-то утраченному или тому, чего, возможно, никогда и не было.

Некоторые из героев, с которыми мы встречаемся каждый день, говорят, что это чувство связано с большим океаном – мол, ногами ты на земле, но перед глазами всегда бескрайняя даль. Возможно, там лучшая жизнь, а возможно – ничего. Ты не знаешь, но все равно тоскуешь.

Некоторые из моих друзей говорят, что слово переоценено, и вообще, это обычная тоска, сплин или, если хотите, японское нагори.
А местные повторяют, что быть португальцем – значит терять.

В этой стране не очень хорошо с маркетингом, но со словом saudade он сработал на ура, это бренд. Чувство утраченного былого величия свойственно многим местам на земле, и даже моему любимому Стамбулу, – но все же я предпочитаю верить, что в Португалии есть какая-то совершенно особенная тоска. Близость к океану, портовые города, бродяжная жизнь, одиночество в ожидании возвращения и грустные затяжные песни под гитару – все это делает свое дело.

Каждому путешествию – своя книга.

В самолете Измир – Лиссабон начинаю читать Жозе Сарамаго. Пять лет назад я не осилила у него и десяти страниц, но ехать в Португалию без запаса какого-либо португальского чтива (зануда Пессоа – не в счет) как-то не по моим правилам. Выбираю ту, что с самым скучным названием – «Воспоминание о монастыре», и вот уже хочется открыть форточку. Но это очень Lisbon thing, и именно за эту вещь писатель получил нобелевскую премию. Всемирное признание для португальце явление не частое. Беру.

Иронично, ехидно и хлестко Сарамаго пишет о средневековых королях, попытке зачать наследника престола, клопах, что жрут королевские тела по ночам и «грязной свинарне, имя которой Лиссабон». Ну обожаю.

Склейка. В один из дней путешествия попадаем во дворец Мафра – неистово огромный, холодный, величественный и красивый. Уже в первом зале до моего тугого ума доходит – я же читаю целый роман о том, как создавался этот монастырь, который потом расширили до дворца, больницы, библиотеки и церкви.

Все эти далекие истории, своды, холод замка, пробирающий до костей даже в +22 за его пределами – все это со страниц книги превратились в далекую от меня, но все же реальность. Практически случайно попалась под ноги. Те самые долгожданные приключения.