💌 Каждый понедельник вы получаете письмо от одной из нас. Сегодня пишет шеф-редактор Маша Губиева, о странствиях и внутренней Одиссее.

«Типично греческое проклятие — незнание, где человек находится и чего ищет». Эти строчки Сильвена Тессона я читала на острове Тинос — по забавной случайности, именно там, где он и написал свой томик «Лето с Гомером».

Для человека, который пару лет в университете прожил в мире античной литературы и мечтал, чтобы ему посвятили стихотворение, написанное гекзаметром — это была как будто нужная поездка. С нашего острова было видно с десяток других, и я постоянно представляла, как уживаются тут современная жизнь и истории из мифов. Греки-островитяне занимались своими обычными делами, а я придумывала всякое — например, что скала напротив бухты — на самом деле корабль феаков, который Посейдон превратил в камень, желая отомстить Одиссею за то, что он покалечил его сына Циклопа. Хотя, скорее всего, это была просто скала.

Строчки о «типично греческом» проклятии — конечно, об Одиссее. Он возвращался домой с Троянской войны десять лет — а я пытаюсь прийти в себя после отпуска уже больше недели. Он скитался по морям, попадал в бури, его отвлекали женщины и ему мстили боги — а я уже дома, воюю с разбором гардероба и режимом тренировок. И хоть перелет из Европы в Москву чувствуется как десять лет скитаний по морям, я все чаще думаю о том, что Одиссея — понятие внутреннее. Хотелось бы спихнуть все на коварных сирен, но, очевидно, я сама задаю себе вопросы, ответов на которые у меня нет (а у кого-то есть?). Ногами тут, а голова проверяет на прочность: куда идем? А идем ли вообще? Точно хочешь быть здесь? Мы не очень расслабились? А когда начнется другая жизнь?

Может быть, Одиссея не будет закончена и через десять лет — может, она не заканчивается никогда? На самом деле, это не так важно. Сильвен Тессон, с которым мы встретились в пространстве, но не во времени, писал, что главная задача Одиссеи — «не забыть про свою цель, не отказаться от самого себя и продолжать жить своей жизнью». Этим и займемся.

Хорошей вам недели, Маша

#seasons_письма_редакции

«Как вы это придумали?» – вопрос, который меня, и всю редакцию, часто ставит в ступор. Нет какого-то одного четкого момента, когда загорается лампочка над головой и ты кричишь: эврика! Есть время, которое мы выделяем на общие встречи или поездки загород. Есть обед, который собирает нас за одним столом, и бутылка кавы, которая помогает развязать языки. Еще есть наболевшее, есть мысли в голове, которыми хочется делиться. А дальше это все смешивается в одном котле, и сквозь разговоры о материнстве, искусственном интеллекте и о том, почему мечтать стало так сложно, проступают первые очертания будущих большим тем.

Так мы придумывали вчера большую тему 2026 года, пока за окном показывали красиво кино про осень 🍂🩶

«Лолита» – это прекрасное далеко где-то между Таганкой и Китай городом. Вчера провела там без малого шесть часов: пила нежный утренний кофе с коллегами, обсуждали дела, сделали съемку, вкусно обедали, потом я осталась наедине с книгой. А вокруг – детали: вышивки на занавесках, меню с надписями от руки, в тон креслам и плитке в главном зале подобраны томики хорошей литературы. Не перечислила и половины того, в чем утопает глаз.

Много представляла, какая радость создания царит в сердце у основательницы кафе, сколько труда и видения команды вложено в каждый угол. Чувствуется🩵

Несправедливо недооцененный (не вижу его ни в одной осенней подборке) и очень нежный фильм – «Фрэнки и Джонни», 1991 год.

Аль Пачино, Мишель Пфайфер, прохладный и грязноватый Нью-Йорк, закусочная, где все всё знают друг о друге, разлитое в воздухе одиночество и минуты, которые помогают с ними справляться. Закутаться в эту историю, как в плед.