💌 Каждый понедельник вы получаете письмо от одной из нас. Сегодня пишет шеф-редактор Маша Губиева о тихих идеальных днях.

Perfect week — так я решила назвать неделю, на которую осталась одна в нашем доме в горах. В середине января семья разъехалась по делам, и я решила, что это отличная возможность устроить себе соло-резиденцию. Придумала сама себе «идеальные дни», как у Вима Вендерса.

Никакой особенной цели у меня не было, кроме идеально-киношной картинки в голове. Мне хотелось пожить, как Оливия Лэнг в своем саду, как Туве Янссон на острове. Мне, человеку-хаосу, которого легко кружат бесконечные предложения и блага большого города, хотелось понять: что значит быть предоставленным самому себе, когда вокруг только горы и море в 15 минутах? Чем я буду заниматься, когда не будет походов в кино и театры, отдыха с братом и мамой, любимых друзей вокруг, которые сделают особенным любой вечер?

Расписание такое. Утром — подъем, завтрак, чай на террасе, работа у большого окна. Потом перерыв на часовую прогулку до лавандовых полей, заварить кофе, снова работать. Приготовить еду, покормить кошек, которые забрели к нам из села, включить последний альбом Ника Кейва на весь дом. Вечером горячая ванна и, наконец, любимое — в ноутбуке или блокноте (по настроению) писать несколько часов.

Готовить себе еду и писать не по работе — то, что я практически никогда не делаю в Москве. Этому находится миллион отговорок, город бесконечно манит меня из дома, голова забита планами, идеями и разговорами — как тут найти время и силы?

Так что заниматься этим целую неделю — хороший подарок от меня — самой себе. Выбирать свежие продукты на рынке, изучать, как лучше запекать минтай, придумывать несколько видов зеленого салата. По вечерам рассказывать в тексте давно затаившиеся внутри истории, смелее выговаривать накопившееся, а главное — возвращаться потом к этим текстам, выкраивая и доводя до ума.

Не буду лукавить, под конец мне стало сложновато выдерживать такой распорядок. Захотелось в город, пить хороший кофе в красивом месте и даже какой-то суеты. Моя личная писательская резиденция закончилась пару дней назад. Я встречаюсь с друзьями, рассказываю им об этом времени, как какую-то байку: «И вот я одна, лежу в ванне, читаю Ницше, меня мучает бессонница, на третий день начинает казаться, что я схожу с ума…».

Они спрашивают: «Что ты вынесла из этого времени?» А я не знаю. Думаю просто: как хорошо, что были эти «идеальные дни», которые я сама себе придумала и сама для себя воплотила. Чувствую себя немного сказочником, немного сумасшедшей и точно знаю, что смыслы и подарки этого времени буду распаковывать еще долго.

Желаю вам пространства для сумасшествия на этой неделе!

Маша

#seasons_письма_редакции

Доблестные хулиганы, что расклеивают на улицах Владикавказа листовки с хорошими и честными фразами – это проект Edinstvo (ищите в запрещенной сети). Точнее, хотелось бы мне назвать их бунтарями, но здесь это выглядит очень нативно, нужно и к месту. Для меня это как голос города – кажется, будто Владик стал молодым парнем, который останавливает тебя на набережной и проспекте, чтобы сказать что-то важное. Город живой, говорит с тобой и дышит – и это ❤️‍🔥

Когда французский поэт Луи Арагон в 1947 году готовил Всемирный конгресс сторонников мира, придя в мастерскую Пикассо, он увидел рисунок миланского голубя – одного из четырех, что когда-то подарил художнику Анри Матисс. Голубь в качестве символа мира казался Пикассо странным выбором – драчливые городские птицы, в конце концов. Но Арагон разглядел в картине какое-то спокойствие и призыв к миру, и уже к вечеру того же дня расклеил улицы Парижа плакатами с этой картиной.

Когда у Пикассо родилась дочь, он назвал ее Палома – в переводе с испанского «голубка». А сам он пересмотрел свое отношение к птицам, и нарисовал еще десятки парящих на бумаги. Под его кистью они прошли путь максимального упрощения, став, в конце концов, элегантной линией в форме птицы с подписью в правом нижнем углу.

Есть одна маленькая вещь, которой я горжусь за прошедший февраль – несмотря на супер насыщенную рабочую жизнь, я каждый день открывала блокнот или экран ноутбука (первое гораздо чаще, что не может не радовать) и делала личные записи. Помните, я рассказывала про свою писательскую соло-резиденцию в январе? Смею надеяться, что она заложила во мне устойчивую привычку писать регулярно.

Уже к середине февраля я поняла, что когда мне хотелось полениться и ничего не писать «всего разочек», у меня будто бы пропадал сон. Может, психосоматика, но казалось, голова уже привыкла освобождать мысли на бумагу или в заметки, и без этой привычки тяжело.

Для человека, который много лет пишет для медиа, проектов и брендов, но в какой-то момент потерял этот навык как терапию и творческое проявление, такая привычка – большая опора и подарок самой себе.

Размышляя, как же сложилось, что именно сейчас у меня получается не откладывать в дальний ящик свое письмо, как всегда, я пришла к ребячески простым и игривым ответам.

💡Не иметь никаких ожиданий от своего текста.
💡Понять, что ты не должен писать шедевр.
💡И вообще, тест не должен быть выверенным, логичным или стройным. Мое правило: чем хуже пишешь сейчас, тем приятнее потом редактировать :)
💡Когда сильно устал, брать блокнот с намерением написать только две строки или меньше. Помнить, что главная задача – документирование дня и состояния.
💡Не заканчивать предложение, если не хочется. Не бояться несогласованности в предложении или повторов слов.
💡Иметь очччень красивый блокнот.


Следующий шаг – регулярно возвращаться к написанному. Перечитывать, обдумывать, доводить до ума, складывать большие куски в емкие хорошие формы.
#колонка

Во всем водовороте событий, встреч, разговоров и идей, что крутили меня сегодня весь день, я ловко выхватываю и присваиваю себе эти хорошие слова: «Ты очень красиво мыслишь».

вчера я читала много слов о том, как девочкам удается совмещать в себе самые разные, порой противоречивые друг другу, качества. душа ликовала – два прошлых года я прожила с огромным вопросом: как/стоит ли/не странно ли совмещать в себе несовместимое.

я восточный человек с абсолютно европейским представлением о жизни. я выросла в хулиганском городе у моря, моими друзьями были скейтеры и граффити художники, и это навсегда важная часть моего культурного кода. но по пятницам я надеваю жемчуг и кружевные колготки, иду в театр пить просекко и обсуждать, какой же цельный режиссер антон федоров.

сколько себя помню, мне казалось, что эта полярность – ошибка в системе. что мне нужно стать цельной, покончить с этой двойной жизнью. не покидало чувство, будто я кого-то обманываю или притворяюсь, причем с равным успехом и в компании скейтеров из ялты и в компании московских интеллигентов.

понимание того, что выбирать здесь не из чего, нужно лишь ширить душу и совмещать все – приходило долго и не то чтобы просто, но исключительно благодаря девочкам вокруг меня.
поддержка подруг и разговоры с теми, кого с гордостью можно назвать старшими сестрами – без этого путь не был бы пройден.

я поняла, что вопрос, как уместить в себе миллион агрегатных состояний – кажется, ключевой для девочек. ведь с тем же успехом и разрывающим голову когнитивным диссонансом приходится женить в себе миллион сфер жизни и ролей, работу и любовь, увлечения и общение с родителями – и это я еще не жена и не мама.

и это не потому, что кто-то нам так приказал, а мы слепо следуем. просто внутри есть столько всего, чему нужно – необходимо – давать выход и проявление, взращивать и обращать на это внимание. это все какая-то очень большая и совсем непростая работа души. но, кажется, у женского пола вокруг меня получается это делать с блеском.

#колонка

Вчера 82 года исполнилось одному из моих любимых фотографов – Марте Купер. Большую часть жизни она бегает со стрит-художниками на ночные покрасы, снимает расписанные составы и фотографирует городские трущобы. А вообще, в семидесятых она начинала карьеру репортера в The New York Post – успешно, но очень скоро ей стало скучно – смертельно скучно, и она выбрала жизнь по сердцу. Вместе с товарищем они собрали фотокнигу Subway Art – которая без преувеличения передавалась из рук в руки и впервые показала, что стрит-арт – не только про вандализм. «Это история о том, как ты делаешь город своим».

Меня совершенно поразила легкость и смелость, с которыми Марта пятьдесят лет назад отказалась от всех привычных обществу статусов и благ, чтобы каждый день гулять по городу с камерой, снимать бедные кварталы и новые граффити. Пять лет назад Beat Film привозили документалку Martha: A Picture Story. Идеально, когда нужно вспомнить: по-настоящему живешь только когда делаешь, что любишь и впускаешь в жизнь легкость и приключения.

«Я не ищу красоты. Я ищу людей, которые делают лучшее из того, что у них есть».