Человечий разброс чувств в рамках пятидесяти часов вещь настолько же для меня удивительная, как и прибывающий день в феврале. Вот в пятницу я не могу собрать себя по кускам, теряю все смыслы и силы. Вот мои плечи весят тонну, а с соседями вечером сидя на кухне с пиццей и джин тоником мы просто молчим. Молчим и в субботу при свечах.

А потом вдруг случается воскресение, само по себе надежда на лучшее. Поход в театр, после которого выходишь на улицу и улыбаешься воришкам, что каждый день крадут у холодов и зимы по несколько минут — и вот в шесть вечера еще светло. Двухчасовая одиссея по все еще не до конца изведанной Покровке. С камерой в руках, дело другое, задание на вечер — ловить цвет. В кофейню не с ноутбуком и созвоном, а согреться какао и перечитать Памука перед долгожданной поездкой. Завернуть в новый магазин с винилом, полистать старый sight and sound, а еще я снова слушаю музыку в старых проводных наушниках – и вот ты сам себе персонаж кино.

Сравнивать себя с фениксом полнейший отстой, так что просто закончим тут.

#безответственное_кино

Приглушенными мягкими цветами, осторожными взглядами и касаниями, смешными детскими фразами и мечтами фильм «Кэнди» / «Candy», 2006 рассказывает историю двух джанкиз, что спускаются из рая нескончаемой эйфории на землю, а затем прямиком в ад – фильм построен дантовскими тремя частями. Увидеть нежность среди отбросов и морального разложения, рассказать историю о любви посреди ежедневной войны против самого себя. Клубничным джемом и надписями на стенах лаком для ногтей нарисовать хрупкость и уязвимость жизни. Грустно и очень красиво 🤍

#безответственное_кино

Легко могу себе представить, как недовольный зритель среднего возраста встает со своего места в театре «Маска» вечером в субботу и уходит, плюя под ноги и возмущаясь, что ничего святого у режиссера Антона Федорова нет совершенно. Как только он посмел посягнуть на Флобера и так переиначить классику! Представляю такую реакцию – но не понимаю.

Так тонко и продуманно вплести жесть, иногда лютую, в спектакль по «Мадам Бовари» может только абсолютно гениальный хулиган (мой любимый человеческий вид). Здесь много мата, но он проскальзывает лишь в местах, где вырвался бы у меня самой или, давайте честно, у многих сидящих в зале. Очень много свободы, которой не хватает хотя бы на сцене. Пластичные, шустрые, раскрепощенные артисты, которые летают по сцене и играют с французским и русским языком, как с мячиком.

Спектакль, который вновь доказывает – будешь открытым и внимательным, не будешь закупориваться при каждом неудобном тебе слове или движении – и откроется тебе новое и красивое до невозможности. Я не очень помню текст Флобера, читала его последний раз в университете и наспех, но мне кажется, что несмотря на свободу интерпретации (а может, и благодаря ей) тут сконцентрирована вся боль, жалость и смех романа.

#безответственный_театр

На прошлое занятие по стрит фотографии я готовила доклад про Анри Картье-Брессона. Раньше он казался мне очень далеким персонажем и, вообще, – снобом. А потом я провела с ним несколько дней, и оказалось, что за громоздким историческим именем скрывается профессиональный гуляка по улицам и свободный художник, который жил простыми понятными правилами и очень любил то, что делал.

Самое важное для меня из его манифестов о фотографии – что никаких готовых схем и концепций, как стать хорошим фотографом, быть не может. Смысл в том, чтобы развивать себя как человека, свою интуицию, вкус и чувство прекрасного. Гулять по улицам, смотреть по сторонам, много и подолгу путешествовать, радоваться самому процессу съемки – ради фотографии как цели жить ни в коем случае нельзя. Быть внимательным к миру и всегда готовым следовать за сюжетом. Конечно, помнить о правилах композиции.

Звучит как завет, а применимо не только к фотографии. Прикладываю, кстати, свои любимые.

Дни напролет я с легким сердцем бродил по городским улочкам, стремясь снимать с натуры, так сказать «на месте преступления». Мне всегда хотелось передать в одном-единственном снимке суть внезапно развернувшейся сцены.

#безответственная_фотография