В этой оранжевой тетрадке со слоном и мальчиком на обложке американский актер Хит Леджер записывал идеи и мысли о том, каким должен быть его Джокер. Узнав, что ему досталась роль в новом фильме Нолана, он заперся на месяц в лондонской гостинице и перед зеркалом с нуля создавал своего персонажа. Задача была не из легких – до этого последний раз Джокера играл Джек Николсон в фильме Тима Бертона.

Хит придумал, каким голосом должен говорить его Джокер (если смотреть фильмы в оригинале, понимаешь, что голос актера и созданного им персонажа – совершенно разные), как должен дышать, как будет нервно вскидывать голову, дергать руками и исподлобья смотреть на врагов. Каждое подергивание плечами, смех как у гиены, движение рук и интонация, с которой Джокер Хита произносит еще долго звенящую в ушах фразу Why so serious? – все собрано по кусочкам, придумано и продумано до вздоха, подкреплено отсылками к прошлым кинокартинам, произведениям искусства и великим злодеям. Все, что с первого взгляда может показаться экспромтом и вызывающей свободой – на деле выверенное проживание героя благодаря системе Станиславского. (Как иначе – у человека «Работа актера над собой» была настольной книгой).

Хочется ввести рубрику – #безответственные_дневники великих и любимых. Сейчас хранится у его родителей в Австралии.

Мое первое интервью, которое началось с чтения мантры на санскрите. Аня Масловская когда-то была шеф-редактором Афиши, до этого запускала The Village. Ее ювелирному бренду, где практически все – услада для глаз, в этом году исполняется 10 лет. Говорит, уходить с престижной, почти легендарной должности было страшно, но, как однажды сказал мой умный учитель и друг, «антоним страха – не бесстрашие, антоним страха – любовь».

Coming soon в весеннем номере @seasons, в специальном большом материале – о людях, что последовали зову сердца.

#безответственное_кино

В спектакле «Хиросима» в Пространстве «Внутри» режиссера Александра Плотникова сухие хлесткие фразы любимого документального романа переплетаются с хокку, и еще чаще — с игрой света и теней. Ньюйоркеровская точность до минуты — те самые роковые «8:14 утра, Бог решил ненадолго прикрыть глаза». Сцена — черная коробка, шесть актрис, гуляющих по воде, их голоса-речитативы, которые периодически все же мешаются между собой в панике и боли.

Это все — еще один способ проникнуть в великий текст, прожить его и уложить внутри себя. Четыре статьи для рубрики «Репортер на свободе» еженедельника The New Yorker, опубликованные в летнем номере 1946 года и занявшие весь журнал. Истории шести простых японцев, хибакуся, пострадавших от атомной бомбы.

На обороте программки — инструкция, как выполнить из бумаги цуру, журавлика, символа мира. По-честному говорить о настоящем получается пока только текстами прошлого.

#безответственный_театр

По своим театральным приключениям в Москве я скучала жутко! Но решила, что казаться персонажем, который всегда ходит на идеальные спектакли, мне не хочется вообще. Так вот, на самом деле, первый спектакль этого месяца случился на прошлой неделе. Но это было таааак плохо, тоскливо и бессмысленно для меня, что не то что писать не хотелось об этом — я еще долго не могла отделаться от дурацкого послевкусия.

Меня спас только вечер с сестрой после и тарелка борща в кафе «Чайковский». Вот кафе просто супер – особенно, если любите фильм «Перед рассветом». Он мне вспомнился из-за красных кресел, деревянных оконных рам и полуночных разговоров.

Такая вот жизнь! В ней тарелка хорошего борща всегда лучше плохого спектакля.

#безответственный_театр

Человечий разброс чувств в рамках пятидесяти часов вещь настолько же для меня удивительная, как и прибывающий день в феврале. Вот в пятницу я не могу собрать себя по кускам, теряю все смыслы и силы. Вот мои плечи весят тонну, а с соседями вечером сидя на кухне с пиццей и джин тоником мы просто молчим. Молчим и в субботу при свечах.

А потом вдруг случается воскресение, само по себе надежда на лучшее. Поход в театр, после которого выходишь на улицу и улыбаешься воришкам, что каждый день крадут у холодов и зимы по несколько минут — и вот в шесть вечера еще светло. Двухчасовая одиссея по все еще не до конца изведанной Покровке. С камерой в руках, дело другое, задание на вечер — ловить цвет. В кофейню не с ноутбуком и созвоном, а согреться какао и перечитать Памука перед долгожданной поездкой. Завернуть в новый магазин с винилом, полистать старый sight and sound, а еще я снова слушаю музыку в старых проводных наушниках – и вот ты сам себе персонаж кино.

Сравнивать себя с фениксом полнейший отстой, так что просто закончим тут.

#безответственное_кино

Приглушенными мягкими цветами, осторожными взглядами и касаниями, смешными детскими фразами и мечтами фильм «Кэнди» / «Candy», 2006 рассказывает историю двух джанкиз, что спускаются из рая нескончаемой эйфории на землю, а затем прямиком в ад – фильм построен дантовскими тремя частями. Увидеть нежность среди отбросов и морального разложения, рассказать историю о любви посреди ежедневной войны против самого себя. Клубничным джемом и надписями на стенах лаком для ногтей нарисовать хрупкость и уязвимость жизни. Грустно и очень красиво 🤍

#безответственное_кино