«Костяной томагавк» одна из самых романтичных и в то же время поучительных киноисторий последнего времени – до конца непонятый и недооцененный публикой нео-вестерн о том, почему варвары обречены проигрывать в битве с цивилизацией всем испытаниям, крови, боли и ужасу вопреки. Всегда.

Небольшой городок на фронтире Дикого Запада, покой в нем охраняют пожилой шериф(Курт Рассел, великий) и его еще более дряхлый помощник. Покой мирных колонистов нарушает странный чужак, что-то прячущий на окраине местного кладбища. Вместе с ним в город приходит тьма.

Уже утром он исчезнет вместе с горожанином и молодой женщиной – женой перегонщика скота недавно повредившего ногу(Патрик Уилсон). Они явно похищены: убит один человек, остались следы крови и сломанного костяного оружия. Живущий в городе индеец безошибочно определяет: это не его родичи, но таинственное племя троглодитов испокон веков живущее в запретной горной долине.

Собирается posse. Дикозападный сленг плохо переводится на русский и те же аутло сейчас не переводят, потому что это и не бандиты и не разбойники, а нечто близкое и все же крайне далекое к русскому «урки». Также и posse это не совсем отряд или группа, но скорее ополчение. Добровольцы приграничья, собираемые чтобы отправиться в погоню(в горячей крови!) за особо наглой бандой грабителей или индейскими налетчиками.

В антитроглодитское поссе входят всего четыре человека: шериф с помощником, муж похищенной и скучающий вольный стрелок, случайно оказавшийся в городском салуне. Надежды одолеть многократно превосходящее их племя каннибалов, которое пожирает своих жертв, у них практически нет, что прекрасно отражено в заглавной музыкальной теме.

С одной стороны, это классическая история про "индейцев и ковбоев", с другой — здесь намеренно искажены и смешаны основные приметы жанры. Индейцы здесь не настоящие, да и герои вовсе не герои, а случайный сброд.

Шериф и помощник уставшие от жизни старики, перегонщик скота мучится от изувеченной ноги, стрелок кажется не понимает как попал в компанию лузеров и старых пердунов. В обреченном походе они сначала теряют лошадей, потом большую часть снаряжения, потом вынуждены оставить позади своего инвалида.

Все это показано с легкой, почти коэновской иронией: хоть и буднично, но почти нежно по отношению к героям, которые, как мы начинаем подозревать очень скоро, скоро умрут. Особенно когда появляются троглодиты – покрытые белой известью, полулюди-полузвери рыком рыкающие и рубящие врагов топорами и клинками из кости.

Победить это древнее племя, вторгнувшееся на территорию цивилизации из-за реального или мнимого осквернения своих святынь, кажется невозможным. И тем интенсивнее и неожиданней концовка, вбивающая свинцовые гвозди в гроб культа грубой силы.

Внезапно оказывается, что слабые, рефлексирующие и даже больные люди способны одолеть самую невероятную, дикую и агрессивную мощь. В чем сила, брат? Дурацкий, брат, вопрос – разум важнее любой силы.

Очень советую этот местами безжалостный, но легкий фильм, записанный в пугала-хорроры, всем, кто хочет поднять настроение этим пятничным вечером.

PS. Друзья! Бот для связи около месяца не работал — уж простите кому не ответил. Сейчас все работает, так что спокойно пишите(если надо заново).

Вспомнил, что наша дружба с Йесодом @rebyesod началась с того, что он сравнил меня и чайный гриб ❤️🖤

Хорошее было время! Поискали с Лешей посты, где мы переругивались: https://t.me/rufuturism/17525 я когда входил в раж находил необычные образы: например, чайный гриб читающий телеграм.

Вообще хорошее было время — спокойное, веселое. Ругал тогда миллениалов за мельтешение, отсутствие внятности, широкой эрудиции — когда человек не только прочел 100 книжек, а понял что в написано — и прочие грешки избалованного, сытого поколения.

Тогда ещё произнёс фразу, которую даже выдвигали на какой-то постмодернистский конкурс: миллениалы тужатся разорвать анус собственной бессмысленности.

Кто же знал, что им помогут, да так, под грандиозный треск ткани бытия закончится эпоха — наш, русский, интербеллум.

Putinbunker

В 2020 году русский архитектор Алекс Неровня придумал киберхаус – футуристический компаунд для эксплуатации в условиях постапокалипсиса.

«CyberHouse является своего рода автономным многоуровневым бункером. Проектом предусмотрена его эксплуатация в экстремальных условиях: начиная с зомбиапокалипсиса, заканчивая ядерной угрозой», – описал его архитектор.

Кто знает, может он похож на часто обсуждаемый в пресс бункер российского президента? На вид киберхаус новомодный и хипстерский, зато посреди пустыни или степи его наклонный дизайн позволяет остаться практически незаметным – во всяком случае специального оборудования не найти,

Стены из монолитного железобетона и сверхпрочной стали способны выдержать любой опасность: вакуумные бомбы, взрывную волну атомного и водородного удара, электронное облучение. Попасть внутрь киберхауса можно только через шлюз, вглубь стен утоплены окна, но и они защищены многослойными металлическими ставнями и бронированным стеклом.

В обычное время — это роскошная дача с большим открытым балконом, на котором можно принимать гостей и устраивать коктейльные вечеринки. Но если на горизонте появится постоянно растущий гриб с всполохами пламени — одно нажатие кнопки приведет здание в защитный режим. Полностью изолированный форт со входом в подземное убежище.

Внутри — самая настоящая автаркия и суверенность: выстроенная система очистки воздуха, автономные электрогенераторы, такие же геотермальные насосы для обеспечения тепла. Есть склады с сотнями видов консервированной еды, лекарствами, запчастями, лаборатории, комнаты отдыха.

Одна проблема: при всех своих запасах и удобствах, компаунд рассчитан на 6-10 человек. Так что случае часа Икс спасутся совсем уж избранные. Вернее те, кого Избранный увезет в новый Ковчег человечества на своем тесла-джипе. Именно его дизайн вдохновил Неровню.

Он, кстати, сейчас грустит – его архитектурное бюро хоть и базируется в Питере, но работало на англоязычный мир. В России Неровню с его экстремальным дизайном практически не замечают и упоминают в новостях крайне редко – высмеивая его предложение сделать крышу обновленного Нотр-Дама стеклянной и прозрачной.

«В нашем бюро, мы привыкли считать границы практически атавизмом, недавние события доказали что наши взгляды находятся в меньшинстве», – пишет Неровня в своих соцсетях. И наверное жалеет, что рисовал тридэ-модельки, а не набросал уже серьезный чертеж и не построил свой киберхаус как сделал бы искренний выживальщик. Остановить его мог разве что бюджет — около 865 тысяч долларов.

Черное солнце Средиземья(часть1)

Самый известный писатель в мире всегда вдохновлял правых фанатиков. Я сейчас про нашего любезного Джон Рональда Роуэла Толкина. Это не плохо и не хорошо – факт. От того наверное именно вокруг переделки его произведений на современный мультикультурный лад идут самые ожесточенные баталии не только в рунете, но и в англоязычной его части.

Сам Толкин определенно был верующим католиком и консерватором, человеком мягким, однако с искренним интересом исследовавшим свои корни. В противовес британским имперцам, он предлагал своим читателям отказаться от «зонтичной» британской идентичности в пользу английской.

Всю жизнь он искал идеальную «английскость», в том числе, выводя в алхимических колбах своего дарования мир в котором христианские идеалы причудливо сочетались с эстетикой кельтских, германских, даже славянских мифов и сказок. Вот вам карта, где показано как вселенная Средиземья отражена в старой Европе – там и правда нет места другим регионам ни в географическом, ни в культурном смысле.

Конечно, Толкин не был примитивным расистом и попытки привязать его орков, урук-хаев и другие темные силы к японцам, русским или неграм – довольно неуклюжи. Но в своих письмах и личном общении он говорил о главном качестве, делающим его реакционером: тоске по прошлому.

Зеленая Англия его детства – не England а именно Anglia – рожденная из римских походов, саксонских королевств и туманных холмов, населенных эльфами, была его навязчивой мечтой, полузабытым детским идеалом, пережившим поглощение урбанистическим ландшафтом родных мест и окопы Первом мировой.

Будучи убежденным регионалистом, Толкин мечтал о распаде Британской империи свободной Англии – небольшой уютной стране в которой нет огромных заводов, густой сети автодорог, толп автомобилей и людей.

Его утопичный Шир самая добрая либертарианская утопия в истории, показывающая свободное общество фермеров:обеспеченных, закопавшихся в хорошо защищенные и комфортные подземные убежища, владеющих большими наделами земли, но сохраняющих добрососедские отношения и приветливых с чужаками.

Образ на самом деле крайне далекий от идеалов хиппи и прочей публики ошибочно увидевший в нем зеленое общество будущего. Шир, конечно, экологичен, но главное основан на на всех ключевых принципах современного консерватизма: неслучайно, именно правые автономисты-хоббиты оказываются единственными, кто не поддается чарам местных глобалистов – пытающихся покорить мир с помощью орд орков и высокоточного оружия типа «Назгул», имперцев из Мордора.

«Добро и зло отделены(в книгах Толкина) как вода и масло. Орки лишь приманка для героев, безжалостно истребляемые, складываемые в кучи и сжигаемые. В местной вселенной они ниже крыс», – критиковал коллегу Роберт Весталл, другой выдающийся английский писатель.

Неудивительно, что черно-белый мир «Властелина колец» в какой-то момент стал точкой сбора настоящих радикалов. В в конце 70х годов, молодые итальянские националисты и фашисты, разочарованные слабостью и разобщенностью своих партий, увидели во Фродо и его друзьях символ борьбы против современного мира.

В 1977 году в Абруццо впервые был организован летний лагерь «Хоббит» – загадочная лаборатория реакционной мысли породившая на свет ультраправый шансон, феминизм, десятки проливших реки крови боевиков, и целый спектр традиционализма их которого вышли альт-райты и «правые диссиденты» новой волны.

(Продолжение следует)

Черное солнце Средиземья(часть 2)

Друзья, неважно себя чувствую и пишу с задержками, извините.

Итак, Абруццо, 1977 год. Заброшенная деревня окружена лесом. За деревней зеленые луга: на них пьют, веселятся и болтают люди. Камера отъезжает и мы видим, что они сидят вроде бы в обычном круге, но часть образовала две линии в форме креста.

Наш воображаемый дрон показывает сверху гигантский кельтский крест – древний знак друидов и католических монахов. Он вернулся в мир символом молодых радикалов белым на черном. Два базовых цвета дают лучшее описание любой ультраправой идеологии: ксть только ты и враг, которого должно уничтожить. Зачем такому видению мира какие-то иные цвета?

Как лагерь толкинистов в идиллической итальянской провинции превратился в инкубатор реакции и боевиков, многие из которых вскоре были убиты или сами убили десятки людей? Наверное, на этот вопрос лучше всего ответили бы мертвецы.

Например, Юлиус Эвола — ускользающий от четкой системы взглядов итальянский Дугин, который умело отвертелся от полноценной поддержки фашистского режима и несмотря на почти магическое преклонение перед «рыцарями СС» предпочитал уводить своих читателей в дремучее прошлое или в ничем не отличающее, в его представлении, будущее.

Эвола умер еще в 1974 году, другой наш мертвец Элемир Дзолла скончался в 2002 году. Это малоизвестный в наших краях философ тем не менее был крайне авторитетным критиком, редактором, издателем заграничной литературы. В этом качестве он написал десятки предисловий к Джойсу, Кафке, де Саду, Фицджеральду...Толкину. Точнее, к первому итальянскому изданию его «Властелина колец».

Дзолла был знатоком эзотерики, западного и восточного мистицизма, но вроде бы совершенно аполитичным человеком. И все же именно он вложил меч в руки правой молодежи Италии. Уважаемый философ интерпретировал и без того консервативный мир Толкина как противоположность нашему.

Суть любой реакции – антимодернизм, заранее обреченная на провал(что делает ее особо человечной) попытка построить машину времени и вернуться к истоку времен: когда реки были чисты, земли плодородны, а зло таилось где-то далеко за высокими горами.

Вселенная Толкина архаична, как и населяющие ее герои, но это ни в коем случае не романтичная сказка, писал Дзолла. Это гимн триумфу добра над злом – тяжелому и кровавому, выигранному в жестокой войне. Этот финал может быть только выстраданным, но дарит надежду всем, кто чувствует себя чужим в своей стране и обществе, полагал он.

Думаю, Дзолла писал вполне искренне. И также искренне его взгляд на образы ВК приняли итальянские неофашисты, проклявшие нерешительность старшего поколения. Им надоела нерешительность, компромиссы, недоговоренность – все, что свойственно современной политике.

Они собрались в лагере «Хоббит», чтобы ковать новый мир – такой же звонкий как песни первых правых рок-групп. Гимном лагеря стала кавер на песню «Будущее принадлежит нам» — это один из самых устойчивых хитов ультраправого андеграунда, в свое время, написанный для Бродвея двумя геями-евреями.

Песня красивая, эмоциональная, энергичная –- впрочем, многие ее слушатели уже скоро умрут во время «Свинцовых семидесятых». Период «черно-красного» террора в Италии иногда называют гражданской войной: боевики взрывали партийные штаб-квартиры, редакции, поезда и вокзалы. В большинстве своем, они были истреблены тайной полицией. Такое будущее напополам досталось юным радикалам.

Смотрел архивную запись концерта бывших посетителей «Хоббита» состоявщегося уже в нулевые. Облысевшие, потертые 50-60 летние мужички в кургузых пиджаках плачут и молча зигуют музыкантам в декорациях похожих на заброшенный советский ДК. Мечта умерла в ожесточенных столкновениях с реальностью, хоть и породила импульс чье эхо звучит до сих пор.

Снятый в совсем другом месте и времени LOTR Джексона внезапно оказался вполне сочетаем с версией Дзолла. Голливудская мифология легко ложится на толкинизм и порождает мир без полутонов. В этом нет ничего дурного, если читатель или зритель способен отличить миф от реальности в которой полутона всегда будут.

Один из пяти

Вот и наступил праздник труда и мира — желаю всем нам встретить его достойно. Нынешняя ситуация не располагает к празднованиям: жизнь подчас ставит выбор или даже цепь решений, последствия которых иначе как судьбоносными не назовешь.

Что делать в точности не скажет никто, можно только найти подсказку в истории еврейского Песаха, который завершился на прошлой пасхальной неделе. Она знакома всем читавшим Библию: бывшие рабы с большими трудностями выходят из Египта, обретают Б-га в пустыне и становятся его избранным народом.

В отличии от христианской Пасхи, построенной на фундаменте победы жизни над смертью, здесь акцент на обретении свободы и плате за неё. Вроде бы проще некуда, но есть у праздника одна тщательно оберегаемая от иноверцев тайна.

Древний язык Торы гласит, что израэлиты покинули Египет и ушли в пустыню «хамушим». Слово можно перевести как «вооружёнными». А можно увидеть в его корне цифру пять, как это сделал сионский мудрец Раши.

Лишь каждый пятый раб решился броситься в пасть неизвестности. Предать принявшую их землю, воды Нила и пики великих пирамид ради миража свободы. Уйти вслед за пророком(или горлопаном?) в изнурительный сорокалетний поход, — писал Раши в своём комментарии.

Песах, если верить мудрецу, был хуже Холокоста — 80% еврейского народа бесследно поглотили зыбучие пески истории. Причём буквально — Раши верил, что все оставшиеся евреи жестоко умерли под покровом накрывшей страну тьмы египетской.

Сделанный выбор навечно отсек оставанцев от народного тела. И лишь бродяги, ушедшие от рукотворных гор фараонов к основанию Синая, оказались перекованы в горниле судьбы в свирепую нацию воинов, обрушивших святую ярость на земли Ханаана.

Неважно миф это или правда. Важно, что самые главные границы в этом мире проходят не между чёрными и белыми, левыми или правыми, геями и не геями, русскими и украинцами, язычниками и христианами. Самый важный раскол — между аутсайдерами и винтиками системы.

Плыть по течению, принимать ценности своего круга, быть в числе миллионов строителей современных пирамид(соборов) или уйти от мира сего? Обойти этот выбор нельзя, его делает каждый.

Перестать быть рабом комфорта куда труднее, чем кажется. Да и свобода не всегда выглядит так, как думаешь — древние евреи в итоге истребили всех жителей цветущего края подменив своё рабство чужим геноцидом(пусть скорее всего выдуманным).

И все же: интереснее оказаться «снаружи», среди людей у которых подчас нет ничего общего, даже идеи. Зато есть желание жить и думать как хочешь, а не как этого требуют другие.

Друзья! Стал писать сюда слишком редко и это надо исправлять: вот почему отправляюсь на все майские в distant lands в надежде вскоре вернуться с новыми силами. Ведь историй, которые хочется рассказать, мириад и нужен лишь подходящий настрой да мирное небо над головой — последнего желаю всем.

Белые каски реакции

В мае 1970 года США были охвачены антивоенными волнениями. Штатовские войска воевали во Вьетнаме уже пять лет, но 30 апреля президент Ричард Никсон в эфире национального телевидения объявил о начале наземной операции в Камбодже, а 1 мая по всей стране начались забастовки и протесты.

Уже скоро пролилась первая кровь: 4 мая студенты Кентского университета сожгли здание подготовки офицеров запаса и против них были брошены подразделения нацгвардии. Когда штыков и слезоточивого газа для разгона не хватило, они открыли по толпе огонь из ружей и пистолетов. В итоге, четверо человек погибло. В ответ, массовые демонстрации начались в крупнейших городах страны.

Далеко не все американцы разделяли антивоенную повестку. Пока на Вашингтон шли сто тысяч демонстрантов, в Нью-Йорке члены профсоюза строителей охотились на «ублюдков-коммунистов» избивая их в кровь. В городе также прошла 150-тысячная демонстрация сторонников президента Ричарда Никсона и войны во Вьетнаме. Ее ядром опять стали строители, прозванные «касочниками» — за строительные каски ставшие символом движения.

За две недели весь город превратился в в поле борьбы между интеллигенций и правым пролетариатом. Местами это напоминало битву за Иводзиму: на Уолл-стрит касочники пробились сквозь противников войны, избивая их кулаками и касками, чтобы поднять на ступенях Федерал-холла реющие звездно-полосатые флаги и спеть «Б-же, храни Америку». Отдельные горожане плакали от восторга, словно бы наблюдали освобождение своего города от оккупантов.

Большинство из касочников были рабочими, ветеранами Вьетнама и членами профсоюза с консервативными взглядами — их лидер Бреннан был принят в Белом дома, где подарил Никсону белую каску. Свирепый патриотизм касочников через полвека возродится в движении «Прауд бойс» и других участниках штурма Капитолия 6/21.

Есть и другие аллюзии на современность: Никсон как и Трамп опирался на «молчаливое большинство», жителей провинции и белый рабочий класс. Как и Трамп, он потерпел политическое поражение(пусть и не на выборах), став первым главой США покинувшим свой пост раньше срока(живым). Наконец, Никсон также был одновременно ястребом и сторонником возвращения армии домой.

Именно при нем в Париже был заключён мир и полностью выведены войска из Вьетнама. Долгая и кровопролитная война закончилась только для американцев — южане ещё два года слабо сопротивлялись красному дракону севера, а камбоджийский режим шатался под ударами раззадоренных напалмом кхмеров.

Азиатская весна 1975 года закончилась торжеством коммунистов во Вьетнаме, Камбодже и даже Лаосе. На юго-востоке континента теперь зиял кроваво-алый треугольник. И лишь в самих Штатах «красная угроза» была задавлена реакционерами, вышедшими из народной толщи.

Посмотрел «Северянина» Эггерса – не мог не посмотреть.

Хотя бы потому что и сам северянин, закаленный тысячелетней стужей стылых германских, польских, белорусских зим. Ашкеназы похожи на викингов в поисках своей Исландии, они уплыли от песчаных берегов к берегам каменным, ушли в через чащобы вглубь Европы чье сердце началось биться во время Ледникового периода и с тех пор так и состоит из льда и мороза.

«Северянин» лишь название, у нас его вообще назвали «Варяг» – можете возразить вы. Но оригинальное название куда точнее: варяги это наемники на службе правителей далеких стран. Эггерс показывает посконных викингов: псов войны служащих только себе, хаосу и разрушению.

О провале картины пишут многие, но забывают упомянуть, что это провал имени Эггерса. Режиссера снявшего всего три фильма, каждый из которых словно филигранно сделанная музыкальная шкатулка. «Лучше проиграть с Эггерсом, чем выиграть с Цекало», – блестяще сформулировал мой друг-писатель.

Это ведь наверное главный режиссер нашего поколения – ксениалов у которых нет ни Бунюэля, ни Бергмана, ни Тарковского. У поколения Икс есть хотя бы мудаковатый Спилберг и талантливый извращенец Полански. А у нас: немножко Триера и бесконечно прекрасная «Ведьма» о силе веры, женском начале и природе зла. А также «Маяк» – примерно о том же самом.

Хороший режиссер всю жизнь снимает один фильм. И «Северянин» тоже имеет характерный почерк: женщины здесь либо ведуньи и колдуньи, либо даже хуже – они убивают все светлое и доброе одним прикосновением, отравленным словом. Я неслучайно упомянул Триера – Эггерса тоже можно считать как женоненавистника, а заодно и нациста. Нордическая эстетика с валькириями, обилием длинноволосых блондинок и мускулистых воинов опасна близка понятно к чему.

Но показанный на экране традиционализм лишен идейного окраса. Для автора исторического произведения крайне тяжело отказаться от своего «я» и не превращать рассказ о былых временах в притчу в которой эхом отзываются события нынешнего дня. А уж читателю и подавно почти невозможно отбросить свой набор ценностей во время чтения классики: сюжеты Пушкина и Шекспира мы все равно будем мерять своим аршином.

Эггерс же стремится отбросить все предрассудки: что левые, что правые. Его прошлые герои были выброшены из мира людей в нетронутый лес, на необитаемый остров. Там они сталкиваются с первобытными страхами отделенными от любой морали созданной человеком. В третий раз он пошел еще дальше и создал целый мир погруженный в дохристианский мрак. Мир рабства, жестокости, диких ритуалов, вспоротых животов, освещенных лишь огнем мщения, безлунных ночей. Мир, где люди куда ближе к зверям, чем к ангелам, да и ангелы здесь закованы в броню и приходят только к умершим от меча.

Это мир Традиции, но не реконструкторской, а реалистичной: вместо мудрости предков, мы видим во всей красе их тупость, подлость, жестокость. Вот почему разочарованы фанаты «Викингов»: «Северянин» жесток не ради эффекта, его грубость неподдельная как шероховатая сталь топора викинга. Неудача режиссера не в этом.

«Ведьма» и «Маяк» тоже были напоены магией, ощущением сверхъестественного, которое поджидает тебя стоит погаснуть дневному свету. Но не было такого настойчивого желания перекладывать миф в визуальные отбросы с использованием спецэффектов. Скандинавские легенды перерисованные на компьютере теряют половину своей силы, превращаются из рассказанного сиплым шепотом ужаса в мультик.

Артхаусный триллер – назвал новую итерацию легенды о датском принце(главный герой фильма – сын убитого конунга Амлет) друг-писатель и был абсолютно прав. Свой невиданный сплав магического мышления и реализма Эггерс в это раз смонтировал слишком по-фестивальному, слишком хипстерски. И высокий слог героев, и их видения, и кульминация в багровых тонах – все это добавляет фальши в изначально эпичное повествование.

В итоге получилось местами пошло, местами гениально. Но смотреть все равно надо – не пичкать же себя очередным «человеком-тараканом».

7/10

Самый "арийский" фетиш

Продолжу темой которая перекликается с сюжетом «Северянина» – любой образованный человек хоть немного увлекается историей, черпает сюжеты и пищу для размышлений в прошлом. Часто, это ведет к его идеализации, бронзовению, превращению в сакральный культ.

Вспомним маньяка Соколова упоенно игравшего в генерала наполеоновской армии, скачущего на белом коне впереди бравых гвардейцев и вальсирующего на балах расфуфыренными дамами. А потом снимавшего китель и уныло плетущегося в свою «ячейку общества» и потихоньку сходящего с ума в ее тесных стенах.

Одержимость прошлым свойственна радикальным традиционалистам – у нас они вполне активны и даже пытаются буквально на коленке придумать идеологию которая логично и непротиворечиво увяжет все свободные концы в один тугой узел.

Но традиция самая неуловимая вещь на свете. Многие хотели бы поймать ее в клетку, заковать в оковы скреп и уложений – не дается. Перенести наследие предков в настоящее пытаются сто лет кряду и каждый раз невидимая рука то ли рептилоидных масонов то ли самого времени смешивает карты.

Недавно обсуждали с вами Толкина: как ныне реакционное прочтение ныне попсового «Властелина колец» вдохновило поколение безжалостных неофашистов, считавших себя полуросликами и певших жалобные песни о недостижимом Валиноре-Италии. Сам Толкин мечтал воссоздать древние мифы еще не покоренной норманнами Англии и все его труды – это, в концов, поиск «особого английского пути». Но традиция словно вода – вечно находит свой путь.

Взять хотя бы секс-фетиши. С ними борются поборники морали от Франко до Мизулиной, а суровые неоязычники обязательно объяснят их чужеродным влиянием: мол, европейские племена жили-не тужили, потом пришли церковники, раввины, левые профессора и начали совращать честных людей своей фрейдистской поеботой.

Из всех фетишей наиболее оскорбляемым и гонимым выглядит фурри-фэндом: неформальный союз любителей антропоморфных животных. Помимо мультфильмов и видеоигр, фэндом существует в реальности: переодетые в меховые костюмы ростовых кукл-зверюшек, фурри общаются, обнимаются и создают пары.

Любой поборник традиционных ценностей вздрогнет от отвращения – вот вам пожалуйста пример экстремального меньшинства, которого вместе с другими «элгэбэте» впаривают большинству с целью его деградации и разрушения ткани общества. Однако, непредвзятый и начитанный человек вам скажет, что фурри – это возвращение к истокам дохристианской Европы.

Обещал вам отсылку к «Северянину»: показанные в фильме ритуалы викингов по «превращению» в волков и медведей не какой-то экзотический ритуал, но общеевропейская языческая практика. Воины, жрецы, охотники племен покрытого бесконечными лесами и мрачными горами Севера с незапамятных времен искали пути к перевоплощению в окружающих их зверей – еще дикари неолита образовывали «волчьи братства»: неформальные союзы убийц, считавших себя волками.

Сложно придумать более «нордическую» традицию, чем синхронизация со звериным духом: через танцы, дурман, одевание шкур, клыков и рогов. Это вам подтвердят археологи и историки – традиция перенимания аспектов животного начала и даже слияния с ним оставила куда более серьезный след, чем гомосексуализм.

Напомню, что Локи родил могучего коня Одина Слейпнира, забеременев от жеребца. В сагах подробно описаны и другие его похождения: соития с великаншей Ангрбодой породили волка Фенрира и змея Ермунгарда. Тех самых, с которых начнется финальная битва – Рагнарек.

С «арийским фетишем» я покликбейтил, животные как аватары людей и даже божеств были известны всем древним народам: Зевс бесконечно перевоплощался то в быка, то гуся, то орла; Кетцалькоатль нередко изображался двуногим антропоморфным змеем и тд.

Но большинство этих традиций мертвы или превратились в масскультурный гумус. Индоевропейцы пролезли через ДНК отдаленных потомков в сериалы, картины, музыку, эстетику и новые формы религии.

Сыны неолита возрождаются словно фениксы из плавящегося льда, порождая новые итерации подлинной традиции — порой такие необычные как фурри-фэндом.

Магия нуля и единицы

Почти месяц ничего не писал – каюсь, слишком строго подхожу к личному каналу. Сюда хочется размещать только сливки со сливок. Но для их сбивание требуется вдохновение. Когда его нет – ищу его в книгах и фильмах. Вот и сейчас посмотрел сериал, может и не самый выдающийся, но хотя бы дающий пищу для размышлений.

«Киберсталкер»(Stalk) на первый взгляд очередная попытка сделать нечто модно-молодежное: история студента-хакера, познающего свою человечность через взломы чужих смартфонов и соцсетей. Но любая история, самая сложная или незамысловатая, привлекает прежде всего манерой и способом, которыми она рассказывается.

Невидимые бои хакеров тут поставили под бойкую электронную музыку и сделали их фонов интуитивно понятных сюжетов о подростках-изгоях, несчастной любви и первой юношеской ненависти к более сильным и успешным – она порой ярче любой сердечной страсти.

Сериал сняли французы и это спасает его от выученных почти назубок шаблонов американской киношколы. Здесь меньше морали, больше полутонов и грязи. Положительных героев толком нет: все обманывают, предают, интригуют и устраивают махинации за спиной лучших друзей/подруг.

Помните «Проклятые короли»? Казалось бы невозможно связать монументальную историческую сагу и зумерский триллер – но если отбросить декорации, внутреннее устройство у них одинаковое. Зрителя опутывают паутиной интриг, сбивают с толку калейдоскопом сложно переплетенных между собой персонажей: кто-то влюблен, кто-то мстит, кто-то занят и тем и другим.

К технической стороне у меня претензий нет – наконец, кодирование на компьютере показано и не скучно, и реалистично, а все объекты жанра от превратившихся в продолжение человека смартфонов до хакерских устройств выглядят убедительно для не слишком погруженного в мир IT человека.

Тут вспоминается кейс «Апокалипто» – эпичного полотна Мела Гибсона об индейцах майя. Сам посмотрел его взахлеб, а потом прочел разгромную рецензию на сайте посвященном истории Мезоамерики. Он оказался набором анахронизмов: не те ритуалы, одежда, оружие, мельчайшие детали быта – историки с невиданной злобой разорвали творение Гибсона словно жертву на вершине пирамиды Кукулькана.

Так и «Сталкеры» наверняка полны ляпов, которые доведут до синего экрана знающего айтишника, но зайдут тем, кто не совсем валенок. Это, если хотите, тик-ток в формате сериала: быстрый, эффектный, не слишком глубокий. Однако, не тупой – европейское все же кино. Здесь есть отсылки и к Эллису, и к Боуи, и другой контркультуре полувековой давности; есть хомажи, гиперлинки и пасхальные яйца. И главная для меня сцена: два главных хакера дерутся на древнеримских гладиусах на фоне картин старинных мастеров.

Думал потом: что зацепило в этом довольно таки примитивном сериальчике? Понял: даже не живые актеры, а живо показанный мир информационных технологий —киберреализм взамен киберпанка. Киберреализм в смысле, что никаких спецэффектов или роялей в кустах, которые любой из зрителей не может в ту же секунду скачать на телефон. Но все же этот киберреализм еще и магический.

Взломать автоматическую дверь и открыть ее легким нажатием на клавиатуру смартфона – так просто и так волшебно. Хакеры словно волшебники из той единственной книги, которое читало нынешнее поколение – ученики Хогвартса: местами по-детски наивные, но обладающие доступом к могущественным силам.

Это хороший образ новой эпохи: виртуальная реальность стала долгожданным воплощением мечты человечества о пространстве магии и колдовства, где можно нарушать законы физики, летать, ходить сквозь стены, умирать и возрождаться бессчетное количество раз. Эта мечта в какой-то момент подменила мечту о космосе. От чего горько — магии в отличии от космоса не существует. Зато у этой горечи сладкий привкус: побеждая в комп. играх мы все равно испытываем настоящую эйфорию, пусть эта победа одних байтов над другими.

В этом и заключается суть магии – подчинять человека одной только силой иллюзий.

Бесконечный обман

Есть истина вроде как очевидная и в то же время скандальная: никакой истины нет. Во всяком случае, с нашей, человеческой, точки зрения.

Я уже писал об особенностях наших чувств осязания – мы ограничены в познании мира своими физическими качествами и, в первую голову, изъянами. Цвета, звуки, запахи – это все фичи, а может и баги гаджетов массово наштампованных эволюцией(или той силой, что ее запустила). Но даже если лезть в бутылку и поискать правду на доступном нам уровне – в науках гуманитарных она будет практически всегда ускользать.

Модное слово «фейк» прочно вошло в современные языки, но что за ним стоит? Вера, что есть некий эталон, золотой факт из палаты мер и весов. Поищем его на модном примере: в США прямые эфиры с заседаний Специального комитета по событиям 6 января собирают миллионы просмотров – американцы с наслаждением смотрят свой любимый политический театр. Который вполне может закончится арестом бывшего президента.

Все началось 6 января 2021 года, когда толпа сторонников тогдашнего президента Трампа вломилась в святилище демократии, чуть покрушила-потроллила персонал и сенаторов, ничего особенного не добилась и расползалась по домам. Круги по воде идут до сих пор: от сотен сроков для трампистов до попыток демократов замазать участием в штурме всех влиятельных республиканцев, особенно самого Трампа.

Но даже в стране высоких стандартов прессы, где есть издания на любой вкус и цвет – корпоративные, независимые, левые, правые – и уж подавно блогеры самых разных взглядов, где у каждого давно в кармане свое маленькое медиа(телефон) все равно не сложилось единого нарратива касательно 6/1. Вернее, у каждого американца есть цельная картина случившегося – только своя, с четкой корреляцией от его взглядов.

Даже я написал вроде бы максимально нейтрально, но трампист уточнит: не вломились, а воспользовались законным правом каждого жителя республики на посещение «центра принятия решений». Речь идет о самом настоящем мятеже – толпа бунтовщиков пыталась совершить переворот в пользу проигравшего участника президентской гонки, перебьет его демократ. А политолог заявит: говорить о толпе трампистов некорректно. Среди напавших на Капитолий и правда преобладали участники прошедшего перед этим массового митинга в поддержку Трампа, организованного, в том числе, известным конспирологом Алексом Джонсом. Однако, ядро составили ультраправые радикалы самого разного толка – члены американского ополчения(минитмены), альт-райты, участники антикоммунистического движения Proud Boys...

Собрав еще пару мнений, совсем уже утонем в чужой для нас проблематике. А ведь когда-нибудь рассыпятся сервера, где хранятся миллионы посвященных этому событию твитов и постов, обанкротятся или уйдут с рынка современные клауд-сервисы, на которых залиты терабайты связанных с ним видео. И тогда авторы учебников вслед за средневековыми хроникерами будут ориентироваться на рассказы оставшихся в живых очевидцев событий, их детей и внуков.

Тут стоит вспомнить о Фоменко безжалостно разгромившим мир древних летописей и унизившим мириады бездельников-«историков». С помощью математических моделей он играючи доказал, что они состоят более чем на 88% из ложных сведений, ляпов, ошибок, неточностей.

Академик доказал, что истины не существует и тут ему стоило бы остановиться. Но гордыня – смертный грех – губит самых лучших. Сейчас «фоменковщина» проклята и высмеяна, а историки вздохнули с облегчением – за дело, ведь затем он вместе со своими коллегами попытался описать «истинную историю» с русскими Иисусом и Чингисханом.

А ведь всего лишь надо было остановится и признать – правду о прошлом узнать почти невозможно. Впрочем, пытаться все равно стоит. Только идти надо кропотливым тяжелым путем археологии, генетики и археогенетики, а также других дисциплин, превращающих истории в разновидность криминологии. Жертвы в ней наши предки, а преступление – сама история.

Заглянуть в бездну прошлого можно – но только используя технологии будущего. Если пожелаете — напишу об этом подробнее.

Тирания воды

Вычитал, что древнейшие центры цивилизации находятся в засушливых областях. Более того – возможно благодаря жаре и суши таковыми и стали. Очень вдохновляющая мысль в конце этого августа, когда снаружи выжигающее всю органическую жизнь солнечное марево.

Смотрите: Египет, Пакистан, Сирия, Ирак, Израиль, отдельные регионы Турции и Греции, Ирак – все эти места жаркие и с довольно редкими, либо непостоянными дождями. В отдельных местах вроде египетского Люксора фиксируются нулевые осадки(!) за год, в других реперных точках 15-20 см – куда меньше, чем нужно для натурального развития сельского хозяйства.

Поэтому одним из первых открытий на «древе технологий» развившихся на Ближнем Востоке цивилизаций стала ирригация. Знаменитые кяризы – сеть колодцев и подземных водоносных каналов – до сих пор орошают многих стран стран Кавказа и Средней Азии. Это не просто продолбленная в земле канава, но полноценное гидротехническое сооружение, пусть и выполненное довольно примитивными методами.

Перепрыгнем в совершенно другую часть света – Латинская Америка нам кажется изумрудно-зеленым царством буйных джунглей и проливных ливней. Однако на засушливом побережье Перц осадки бывают порой нулевыми. Это не помешало возникнуть здесь развитой цивилизации также активно развивавшей гидротехническую отрасли на доступной ей уровне.

Казалось бы нет ничего проще, чем выкопать колодец или продолбить в глине канавку. Одну – может быть. Но создать полноценную водоносную систему невозможно без солидарного труда большой группы людей. Связь между жарким сухим климатом, необходимостью построить стабильную систему выращивания еды, и возникновением основ государственности описана в теории «гидравлической деспотии». Первым ее описал немецкий историк Карл Виттфогель.

По его мнению самые могущественные цивилизации возникли потому, что массовый организованный труд невозможен без класса управленческой элиты(аристократы и жрецы), который в свою очередь порождает класс бюрократии, упрощающий управление народными массами. Из этого вытекает деспотическая форма государства в дальнейшем переходящая в «менеджерскую».

Виттфогель утверждал, что вскоре после своего создания «тирании воды» покорили практически весь мир, разрушая и обращая в рабство племена и менее организованные царства. К «водным» историк относил, к примеру, королевства Майя, древний Египет, Византийскую империю. А к более развитой форме развития, где аристократы заменены функционерами, – Советский Союз и красный Китай.

Надо сказать, что «гидравлическую деспотию» много критиковали за то, что она выделяет частный случай центрального механизма для всех империй и колониальных держав. Механизм заключается в ступенчатом устройстве обществе как социально, так и географически – с концентрацией элит в рамках одного большого (мега)города. Метрополии, вбирающей в себя львиную часть ресурсов окрестных и покоренных земель и использующей ее для создания комфортного просвещенного общества в пределах своих границ.

Такие империи довольно устойчивы и главное могут сохранять свой культурный и цивилизационный багаж в «облаке», чтобы позже на основе этой копии создать новую метрополию. Так, постепенное умирание Рима не привело к гибели римской культуры – она сменила название и стала византийской, создав второй Рим на перепутье Мраморного моря и Золотого Рога.

Правда, перенос такой сенситивной информации на новый носитель куда сложнее чем банальное цифровое копирование. В итоге, Рим третий оказался крайне далек от исходника, а четвертому, как известно, не бывать – лимит аналогового копирования крайне ограничен.

Война света и постмодерна

Будучи убежденным антирасистом и противником шовинизма и ксенофобии, я выступал и буду выступать против перекрашивания произведений прошлого в цвета модной на сегодня «толерантности». На то есть причины фундаментального характера, такие же нерушимые как эльфийская магия и то, что только что вышедшие «Кольца власти» будут прокляты и забыты.

Творчество Толкина интегральная часть современной европейской культуры не потому, что он якобы гениальный писатель, не потому его книги написаны лучших других произведений жанра или их сюжет уникален. Просто они связующее звено между современными европейцами и мифами их предков.

Я написал небольшую серию постов о том как «Властелин колец» вдохновлял поколения итальянских праворадикалов и традиционалистов. Сам Толкин безусловно был человеком умеренных взглядов – тихим английским католиком, а не сумасшедшим расистом как Лавкрафт или адептом культа грубой силы как Говард. Но читавшие его тексты должны знать насколько тесно они связаны с хрониками, легендами и языками ранней Европы — отраженной эхом в камнях Стоунхенджа и Эксерштейна.

Взять хотя бы Белерианд, лежавший на северо-западе Средиземья и затопленный в конце Первой эпохи. Достоверно известно, что он был вдохновлен «Атлантидой» северных морей. Так археологи иногда называют Доггерленд – участок суши, который соединял Британию и материк во время последнего Ледникового периода и был плотно заселен.

В этом умении обернуть седую древность в мягкую плоть фольклорности кроется особенность дара Толкина. Он поэт ушедших племен, жителей холмов, лощин и низин чьи срубы еле проступают сквозь набегающий от свинцовых речных вод утренний туман, который струйками ползет сквозь дырявящие низкое небо колонны вековечного леса.

Поэтому так смешно звучат главные аргументы фанатов попсы от Безоса(владельца канала вбухавшего 750 млн баксов в новую экранизацию): «все ваши претензии не к тому оттенку кожи у хоббитов. Ха-ха, они считают что сказочные существа должны быть поголовно белыми!». Речь не об этом, друзья. Неужто Толкин зря столько лет изучал исторические памятники вроде «Беовульфа»? Для него не было ничего важнее вопросов наследия, родословных и генеалогических древ – и того, как они отражаются в именах мест, людей, созданных ими артефактов.

Труд его жизни – попытка создать вымышленное прошлое людей чья письменная история практически полностью растворилась во тьме веков и существует лишь в виде отдельных многократно переписанных монахами отрывков. Это все не мои выдумки: легендариум Толкина изучался десятками ученых самого разного толка. Одна из самых известных книг на тему – «Дорога в Средиземье» Тома Шиппи – даже издавалась на русском в 2003 году(попробуйте найти и почитать).

«Властелин колец» – массовое искусство, но с глубокими корнями в культуре первых людей Европы. Дело ведь не в чернокожих эльфах или карликовой девахе, но в циничном постмодернистском и ревизионистском подходе к миру Средиземья, который даже в советской постановке выглядел более аутентично, чем в телеопере на которую потрачен годовой бюджет небольшого островного государства.

Всего в коротком посте не напишешь, но мой вывод очень прост: созданный Толкином мир вовсе не произвольная страна фантазий, куда можно запросто добавлять новых героев, придумывать актуальные современному миру сюжеты и вольно импровизировать. Это эпос созданный в память о народах давно стертых с лица земли неумолимой поступью цивилизации. Что-то менять в нем равносильно переписыванию «Песни о Роланде» с сарацинами в образе главных положительных героев.

Вы знаете я крайне редко что-то советую и только в том случае если уверен, что моему тщательно подобранному и неслучайно здесь собравшемуся кругу читателей это будет нужно, полезно, интересно. Вот почему хочу порекомендовать вам кошерный подкаст «Справа Налево».

Многие из читающих меня интересуются евреями и еврейской культурой, а я в последнее время все больше от этой темой увиливаю(буду исправляться!). Тем более многие аспекты еврейства для пройденный этап – часто ныряю вглубь упуская из вида, что иудаизм самая малочисленная и самая плохо освещенная мировая религия.

Банальный вопрос: можно евреем не быть, а стать? А вот другой: почему в субботу(шабат), единственный на иудейской неделе день покоя и отдыха, так много запретов – нельзя, к примеру разводить огонь? В чем феномен «Стены плача»? Зачем делать обрезание? Почему еврейские ортодоксы не едят свинину?

Радиоведущий Влад Аганов из «Справа Налево» на все эти вопросы старается ответить и за это ему большое спасибо – просветительский формат, как мне кажется, сейчас самый востребованный. Что в формате телеграм-каналов, что подкастов: в мутных потоках современного контента нет ничего важнее островков просвещения, за которые можно вцепиться, отдышаться, узнать что-то новое.

Так что если в принципе слушаете подкасты, а также интересуетесь образом жизни, корнями, нравом и бытом современных евреев, обратите внимание
«Справа налево». Это, можно сказать, звуковой букварь еврейской жизни.

Раз уж заговорили на еврейскую тему – в «Толкователе» на днях был замечательный пост про утерянную Ашкеназию. В 17-19 века огромные области нынешней России, Литвы, Украины, Белоруссии и ряда других восточноевропейских стран населяли евреи. В некоторых городах они были если не большинством, то определяющий характер и культуру города долей населения.

...В сухих цифрах на примере Брод дана вся трагедия еврейства Центральной и Восточной Европы. Славянские, прибалтийские, румынские, венгерские крестьяне после Второй мировой войны вошли в трофейные еврейские города. Ашкеназский мир, мир идиша в одночасье исчез, словно после применения нейтронной бомбы.

И еще верно пишется, что сейчас населения Идишланда(суммы еврейских регионов Восточной Европы) достигала бы 30-40 млн человек. Вдумайтесь, какая прорва: в Румынии живет около 20 млн, в Болгарии меньше семи, в Польше – около 38 млн. Легко представить, что люди одной культурной идентичности и языка(идиша) могли бы образоваться новое государство – зажатое между польскими, белорусскими и украинскими границами или тонкой полосой тянущееся от Литвы в глубь этих исконных ашкеназских земель.

Говорю «исконные» с легкой иронией – на протяжении всей истории одно племя мигрировало на земли другого племени и на чужих черепах возводило фундамент своей родины. Однако, степи Идишландв были действительно мирно заселены светловолосыми и рыжими потомками германских евреев, сначала обустроивших «фронтир» в виде местечек-штетлов, а затем принесших свои знания и умения в мирные города.

Взгляните на этот странный форт – нет, это не голландская фактория в индонезийских джунглях, не китайская пагода или же русский терем. Но причем элементы всех трех типов можно различить в мощных стенах, ярусной крыше, покатом навершии литовской деревянной синагоги.

Нигде в мире не было столько «иудейских фортов» сколько во владении магнатов Речи Посполитой отданных в аренду ашкеназам. Все они сгорели в огне самой страшной войны – и правда словно нейтронная бомба сдула их вместе с обитателями и архитекторами, вместе с которыми канул в ничто и сам самобытный стиль на стыке балтийской и западнорусских культур.

Могло быть иначе? Вот вам крайне малоизвестный факт: сто лет назад, во время Гражданской войны, на западе Украине могло возникнуть первое в истории еврейское государство – раньше Израиля, раньше социалистических проектов в Крыму и Биробиджане. Оно, впрочем, существовало бы на правах автономии как и ЕАО.

Речь об Еврейской Народной Республике(ЕНР) с центром во Львове – ее хотели создать правители Западно-Украинской Народной Республики и часть местной интеллигенции. Место было выбрано именно потому, что еврейское население ряда галицийских областей на тот момент было сопоставим с польским – а поляки как раз воевали с украинцами.

Именно успехи польской армии не позволили появиться на карте бело-голубому пятну ЕНР(в оригинале ЖНР). Кстати, первый жестокий погром во Львове(еще до немцев) был устроен поляками после вывода украинских войск – возможно, с целью уничтожить любые ростки «анти-польской» еврейской государственности.

Мне хватает фантазии представить, что ЕНР все-таки возникла и смогла защитить себя с помощью ударных частей еврейской милиции. В армии УНР, например, воевали первые военные прозванные «музыкантами». Конно-пулеметная сотня Салько Ротенберга была врага на двуколках с пулеметами и скрипками – во время марша, их музыка грозно звенела на степью. Ротенберг позже погибнет в боях с красными, пулей ему снесет поллица.

Бессмысленная смерть – а мог быть стать вторым Маннергеймом, отцом ашкеназской нации. Державы, которая могла бы впитать ученых, инженеров и художников просвещенных общин Вены, Парижа, Лондона и молодую искрящуюся силу литовских, украинских, белорусских местечек. Ах, какая удивительная могла быть страна! О чем-то похоже израильский художник Ронен Эйдельман, придумавший «Мединат Веймар» – проект второго Израиля на немецких землях.

Увы, история не знает сослагательного наклонения.

Тени нерожденных королей

Если любите играть, наверняка сталкивались с Assassin's Creed. Сейчас эта серия игр поскучнела и превратилась в обычную action-RPG, но раньше умела привнести в игровой мир нотку французской оригинальности сюжетами о тайных обществах и криптоистории. Чего стоит «Тирания короля Вашингтона» – одно из дополнений(DLC) к третьей части игры.

Альтернативная реальность DLC описывает превращение республиканской нации поселенцев в имперскую под лозунгом: «одна корона, один правитель». Британский король Георг III изгнан, но отнятая у него корона возложена на голову другого Георга – свирепого генерала мятежников, трансформирующего вчерашнее ополчение в части жестоких карателей, под чью железную пяту попадает весь континент.

То, что вождю армии повстанцев Джорджу Вашингтону предлагали корону будущей североамериканской державы – миф довольно известный. Куда менее известны обстоятельства его возникновения. Сама легенда гласит, что группа недовольных республиканской властью офицеров Континентальной армии собиралась свергнуть Конгресс и сделать единственным правителем США своего главного военачальника. Это не так.

Вернее, нет никаких следов такого заговора или монархического движения внутри ополчения. А вот разочарованных Конгрессом было и правда много – период перед принятием конституции(1789г.) неслучайно назывался Конфедеративным. Первым уложением молодой республики были «статьи Конфедерации» – документ дававшей огромные свободы колониям(штатам), включая сбор налогов и ополчения.

В итоге, хотя Конгресс формально управлял единой армией, деньги солдаты получали только, когда отдельные штаты выплачивали свою долю в общую казну. В итоге, платили рисковавшим своей жизнью и здоровьем воинам крайне плохо и с большими перебоями, причем на фоне дикой инфляции – за золотой доллар в 1781 году давали 167 бумажных.

Фракция националистов боролась за усиление прав федерального правительства – в итоге они победят, но были сторонники и других подходов. Полковник Льюис Никола до войны был философом и интеллектуалом – создателем первой публичной библиотеки Филадельфии местного философского общества.

В самом конце войны за независимость Штатов он написал Вашингтону знаменитое письмо. В нем он осуждал республиканских фанатиков, желающих создать строй во всем противоположный британскому. Сам он считал, что его надо не уничтожать, а скопировать, «очистив от дефектов». Также, полковник предлагал решить проблему выплаты военных долгов раздачей земель. Они должны были стать основой нового королевства, а ветераны – земельной аристократии, которая сплотится вокруг короля.

Вопреки припеву известной песни, полковник получил ответ в котором будущий первый президент США разнес его идеи в пух и прах и грубо посоветовал не приставать к нему с прожектерством.

Никола даже формально не называл имя будущего короля, не предлагал Вашингтону корону и тем более не имел на то никаких полномочий – нет никаких данных, что у философа с богатой фантазией были хоть какие-то единомышленники. Так что дело скорее не в благородстве отца нации, а в нежелании связываться с «городским сумасшедшим» – полковник, кстати, командовал отрядом инвалидов, которых использовали только для грязной работы.

Тем не менее, недовольные офицеры еще долго замышляли и бунтовали против Конгресса – легко представить, что 1781 год мог стать годом, когда история пошла бы по совсем другому пути и Штаты действительно стали бы монархией.

Есть даже генеалогическое исследование потомков «Георга I», которое выделило линию из девяти возможных королей Северной Америки. Это его наиболее прямые потомки по линии старшего брата, у самого В. детей не было – он был «женат» на Революции. Впрочем, у короля дети родиться вполне могли – наследники для монарха святая обязанность.

Хотя верю, что был реален и третий путь: бунтовщики против Конгресса могли победить и построить вольную, почти анархическую Конфедерацию полунезависимых штатов — тем самым избежав самой кровавой войны в истории США.

Всем хорошего, сладкого, светлого Нового года — по иудейскому календарю, но раньше в начале осени его праздновали славяне, кельты и многие другие народы.

Любой отрезок времени отмеренный людьми — формальность. Но в то же время реальный шанс начать все с чистого листа. Учесть старые ошибки и сделать все так, как представлялось правильным.

Думаю, очень многим из нас сейчас хотелось бы именно этого. Получится это или нет — другой вопрос. Но давайте хотя бы попробуем.

Прошёл самую кошмарную дорогу в своей жизни. Чем невероятно рад и горд, хотя сто раз жалел, что вообще отправился в путь.

Не бывает приключений без жертв, боли, крови, предательства, бездны человеческого падения и человеческого же умения в один шаг преодолеть расстояние между зверем и ангелом.

Жанр «роуд муви» даже не переводится на русский, но все мы прекрасно понимаем о чем с нами говорят герои историй от «Дон Кихота» до «Безумного Макса» и знаем наизусть похождения старика Бильбо в волшебной стране.

Туда и обратно…какая прекрасная и простая формула путешествий! Но бывает и просто — туда. Сквозь мрак, лес теней, степь мертвецов, горы и долы, обставляя позади скрюченные тела врагов, обретая друзей и новые шрамы.

Шрамы каждый из которых словно чертовка иероглифа, а все вместе — тайнопись тела, рассказывающая его самые сокровенные и стыдные секреты. Эх, оставить бы их тоже позади или вовсе вымести из памяти: как мусор, как грязь, как злобу горных и ненависть слабых.

Верхний Ларс, Озинки, Маштаково — когда-нибудь названия этих неприметных кпп станут главами в новеньком учебнике истории. За сухими строчками о гуманитарной катастрофе и фатальных ошибках власти школьники не прочтут главного.

Каждое из этих слов словно пароль к вратам персонального ада, бесконечной медной трубы идущей сквозь лёд и пламя. Каждое из этих слов отныне пропитано слезами и болью всех шедших этим путем, но также частичкой их доброты, терпеливости, мужества.

Ведь мужество заключается не в умении сеять смерть — для этого достаточно быть бездушным, похожим на Голлума монстром и служащим ему оловянноглазым убийцам. Мужество в том, чтобы не превратиться в пешку, игрушечного солдатика, игральную кость в когтистых руках монстра.

Такое мужество и приводит людей на дорогу, служит искрой их ревущих двигателей и сердец, ведёт в запредельную даль свободы — еле видную там, где кончается небо.

Посвящается Руслану, Али, Антону, Диме и Диме

Мир чистогана и обмана

Сложно представить более традиционный институт общества чем семья. Но семьи бывают разные — порой, крайне опасные.

Жители Монтеграно поступают так, как если бы следовали правилу:

Добивайся максимальной краткосрочной материальной выгоды для своей семьи, исходя из того, что все остальные поступают так же

Это цитата из классической книги Эдварда Бэнфилда «Моральные основы отсталого общества». Интеллектуал три года прожил на юге Италии, а в 1955 году выпустил книгу на основе своих наблюдений за местным обществом, собрав их воедино в рамках вымышленного городка Монтеграно.

Италия ещё только отходила от страшных ран нанесённых более чем 20-летним правлением фашистов, однако Бэнфилд обнаружил не менее вредную, и в то же время более укоренённую и влиятельную систему взглядов — фамилиализм.

Аморальный фамилиализм, как он его назвал, описан в приведённом мной отрывке — это почти полный отказ от доверия к другим людям если с ними нет близких родственных связей.

В обществе живущим по таким правилам не существует такого понятия как социальный капитал, мало важны объективные качества человека, его образование и талант. И совершено неважно, например, виновен он в чем-то или нет — общество разбито на мелкие ячейки вступающие в отношения друг с другом только ради прямой выгоды.

Фамилиализм пронизывает все общество насквозь — бедняки обманывают друг друга из-за куска хлеба, люди побогаче дерутся за земельные участки, богачи делят ресурс и зоны влияния. Несмотря на внутреннюю вражду, классы едины в защите границ своих интересов — при это более низшие не противостоят поведению «элит», ведь они сами такие же и окружали бы себя своими родственниками, дай им кто-то пост мэра или губернатора.

Такой тип общества породил самую опасную криминальную структуру на земле — мафию. Начав с рэкета и грабежей, итальянские мигранты смогли захватить почти все криминальные отрасли США — принципы Монтеграно были эффективно перенесены на сети из дальних родственников и друзей.

Мафия, в конечном счете чисто коммерческое предприятие, в котором преданность и храбрость отдельных членов никак не коррелирует с ее главной задачей — зарабатывать как можно больше денег эксплуатируя других. Омерта в конечном счете играет ту же роль, что «секретный» рецепт кока-колы.

Общества с низким или отсутствующим уровнем доверия, с малым количеством социальных институтов и механизмов защиты прав человека неизбежно порождают мафии, которые высасывают из них почти все соки, оставляя достаточно, чтобы хозяин паразита оставался жив. Общества вроде Монтеграно не развиваются, стагнируют, становятся почти невыносимыми для жизни и жители не могут с этим ничего сделать — у них отсутсвует опыт объединения и совместной деятельности везде кроме рядов мафии.

При этом костяк мафии обычно образцово-скрепный: бандиты ходят в церковь, заводят большие семьи, презирают «педиков и хиппи», живут по кодексу «настоящего мужика». Интересно, что доны(главы кланов) зачастую куда циничнее своей пехоты — многие из них сдавали в судах проливавших за них кровь людей ради выгодной сделки и госзащиты.

Ведь, в конечном счете аморальный фамилиализм, какими бы красивыми отвлечёнными понятиями он не оперировал, в конечном счете направлен исключительно на заработок денег.

Вы наверняка встречали в жизни места похожие на Монтеграно. Из таких мест люди обычно бегут к лучшей жизни — увы, порой оставаясь такими же испорченными эгоистами.

Но это уже другая история — как и механизм работы более развитых обществ, в которых место мафии занимает более сложно устроенная номенклатура.

Увидел в одном англоязычном паблике про космос фото с десятками тысяч лайков и восторженных комментариев.

«Последний кадр с поверхности Венеры! Сложно поверить, но он был сделан 40 лет назад!», — с восторгом пишет автор поста.

Снимок был сделан космороботом «Венера-14» — это произведение технического искусство выдержало 57 минут в раскалённой до 450 градусов Цельсия атмосферы планеты.

Безжалостный огонь Венеры отступил перед силой разума, забросившего автоматон в самое сердце далекой планеты. Машина не только сделала цветной панорамный снимок венерианской пустыни, но взяла образцы грунта и передала ряд химические спектров.

Обо всем этом автор пишет. Забывает только упомянуть, что несгораемого робота, который последним из созданий человечества увидел красоту далекой планеты, собрали советские инженеры.

Титаны ушли и были прокляты потомками, превратившими землю великих в поле битвы тутси и хуту. Но их достижения будут жить — эхом, отражённым, желтым, рассеянным светом пробиваясь сквозь космос и время.