Костас Тахцис, «Третий брак»
Роман вышел в серии «Греческая библиотека» проекта ОГИ. И, боги-олимпийцы, какие же громкие у него предисловия. «Бестселлер №1 по версии ньюйорктаймских британских ученых» просто нервно курит по ту сторону Атлантики. В издание входит роман «Третий брак» и несколько коротких рассказов со странноватым названием «Бабушки мои Афины».
«Собственно, неординарность этого романа можно оценить, посмотрев, с какими произведениями его сравнивали издатели, когда выпускали переводы «Третьего брака» в разных странах: с «Унесенными ветром» Маргарет Митчелл, «Войной и миром» и «Анной Карениной» Льва Толстого, «Будденброками» Томаса Манна, «Сагой о Форсайтах» Джона Голсуорси, «Леопардом» Джузеппе Томази ди Лампедуза. А еще – с Трифоновым, Сэлинджером, Джойсом и Фаулзом… Разброс примеров поражает, ведь почти невозможно всерьез представить произведение, объединяющее в себе Митчелл, Джойса и Трифонова – и это можно считать еще одним подтверждением уникальности романа Тахцис». Например, так.
Еще в предисловии намекается на автобиографический след и скандальность самого Тахциса, персонажа у нас практически неизвестного. Ну… намекается это мягко сказано, «заявляется» было бы точнее: «Роман с Еврипидом: Жизнь Костаса Тахциса, рассказанная им самим». Драматичные отношения с бабушкой и мамой в детстве привели к…
В общем, предисловия ужасно сбивают и уводят не туда.
Повествование ведется разговорным языком от имени некой Нины, у которой было три брака. Она ненавидит свою дочь Марию и рассказывает про жизнь своей подруги киры Экави.
Роман разделен на три части, каждая из которых косвенно описывает период каждого из трех браков Нины.
Ты ждешь, что дочь Мария родит маленького Костаса в третьей части, и мы поймем, как он дошел до такой жизни.
Так вот - спойлер - не тот ребенок. Не те мама и бабушка.
За счет разговорного языка книга читается действительно тяжело. Плюс все те же предисловия манят нас, как сирены Одиссея, отсылками на древнегреческую литературы и мифы. Я думала, что я разбираюсь в теме хотя бы на уровне обывателя. Но я не считала ни-че-го. Кроме мучительного текста, через который ты мучительно продираешься. Под конец я уже думала, что передо мной откровенная - и переоцененная - графомания. Вот это все про травму, только на фоне Акрополя.
Мне уже хотелось зашвырнуть книгу в стену. Но, во-первых, она электронная. Во-вторых, рассказы - точнее - короткие автобиографические заметки - все же проливают свет на роман и личность автора. А последний «рассказ» «Запись в актовые книги» - просто настоящая поэма в прозе, затрагивающая те же темы, что и роман.
«Все, абсолютно все было тогда огромным. Дороги были огромными. Расстояния. Даже и люди были не просто людьми, но «большими», примерно так же, как простые смертные доисторической эпохи были для грека исторических времен героями и полубогами».
В общем, Тахциса стоит изучить детальнее, но как же нужны хорошие примечания.
4 из 10 ран Медеи (и ее детей)
Роман вышел в серии «Греческая библиотека» проекта ОГИ. И, боги-олимпийцы, какие же громкие у него предисловия. «Бестселлер №1 по версии ньюйорктаймских британских ученых» просто нервно курит по ту сторону Атлантики. В издание входит роман «Третий брак» и несколько коротких рассказов со странноватым названием «Бабушки мои Афины».
«Собственно, неординарность этого романа можно оценить, посмотрев, с какими произведениями его сравнивали издатели, когда выпускали переводы «Третьего брака» в разных странах: с «Унесенными ветром» Маргарет Митчелл, «Войной и миром» и «Анной Карениной» Льва Толстого, «Будденброками» Томаса Манна, «Сагой о Форсайтах» Джона Голсуорси, «Леопардом» Джузеппе Томази ди Лампедуза. А еще – с Трифоновым, Сэлинджером, Джойсом и Фаулзом… Разброс примеров поражает, ведь почти невозможно всерьез представить произведение, объединяющее в себе Митчелл, Джойса и Трифонова – и это можно считать еще одним подтверждением уникальности романа Тахцис». Например, так.
Еще в предисловии намекается на автобиографический след и скандальность самого Тахциса, персонажа у нас практически неизвестного. Ну… намекается это мягко сказано, «заявляется» было бы точнее: «Роман с Еврипидом: Жизнь Костаса Тахциса, рассказанная им самим». Драматичные отношения с бабушкой и мамой в детстве привели к…
В общем, предисловия ужасно сбивают и уводят не туда.
Повествование ведется разговорным языком от имени некой Нины, у которой было три брака. Она ненавидит свою дочь Марию и рассказывает про жизнь своей подруги киры Экави.
Роман разделен на три части, каждая из которых косвенно описывает период каждого из трех браков Нины.
Ты ждешь, что дочь Мария родит маленького Костаса в третьей части, и мы поймем, как он дошел до такой жизни.
Так вот - спойлер - не тот ребенок. Не те мама и бабушка.
За счет разговорного языка книга читается действительно тяжело. Плюс все те же предисловия манят нас, как сирены Одиссея, отсылками на древнегреческую литературы и мифы. Я думала, что я разбираюсь в теме хотя бы на уровне обывателя. Но я не считала ни-че-го. Кроме мучительного текста, через который ты мучительно продираешься. Под конец я уже думала, что передо мной откровенная - и переоцененная - графомания. Вот это все про травму, только на фоне Акрополя.
Мне уже хотелось зашвырнуть книгу в стену. Но, во-первых, она электронная. Во-вторых, рассказы - точнее - короткие автобиографические заметки - все же проливают свет на роман и личность автора. А последний «рассказ» «Запись в актовые книги» - просто настоящая поэма в прозе, затрагивающая те же темы, что и роман.
«Все, абсолютно все было тогда огромным. Дороги были огромными. Расстояния. Даже и люди были не просто людьми, но «большими», примерно так же, как простые смертные доисторической эпохи были для грека исторических времен героями и полубогами».
В общем, Тахциса стоит изучить детальнее, но как же нужны хорошие примечания.
4 из 10 ран Медеи (и ее детей)
Евгения Некрасова, «Калечина-Малечина»
Замечательная повесть, победитель нескольких больших литературных премий. Книга вышла еще в 2018, но я узнала о ней только сейчас, чему очень рада.
«Невыросшая» Катя «катится-колошматится» по жизни: то заплетенная на ночь мамой коса окажется вся колотунах, то учительница на радость одноклассникам начнет высмеивать у доски, то кол по математике, то любимая подруга Лара отсядет за другую парту. В общем, жизнь у Кати сложная, вот такое всеобщее разочарование.
Девочка рассматривает пятна на потолке и в самые сложные моменты повторяет свою приговорку «Катя катится-колошматиться». Пока не встречает Кикимору.
Повесть замечательно написана, ты считываешь и знакомый до боли быт панелек, и проживаешь школьный буллинг и прекрасно понимаешь, что существа из народных преданий очень органично вписываются в современный мир.
В самом начале «Калечины» можно явственно поймать вайбы «Похороните меня за плинтусом» и «Петровых в гриппе», но все же Евгении Некрасовой удается создать свой уютный мир - с эдакими ёкаями а ля рус. И надо сказать, что мир этот куда более светлый, чем у Санаева или Сальникова.
Хотела бы еще раз обратить внимание на язык. Он великолепен. Будучи очень современным, но без кринжовых перегибов, он органично вплетает в себя эдакое мифотворчетво. Ребенок не просто изучает и принимает мир вокруг, он создает его заново - в том числе, посредствам речи. Отсюда все эти повторы и народные интонации. Именно с языка, с рифм, начинается «падение» Кати в начале и именно они помогут ей в конце. Ритмичная стихотворная речь пришедшая от далеких предков, трансформировавшаяся у Пушкина, заново создается маленькой Катей, а с ней и новый мир.
«Калечина» - довольно грустное, но все ж очень теплое и душевное произведение, дарящее лучики надежды.
Ну, и кстати обложка, довольно неудачная - почему, поймете в самом конце.
«Не покличет ли кто Калечину погадат о вечере?» 10 раз из 10
Замечательная повесть, победитель нескольких больших литературных премий. Книга вышла еще в 2018, но я узнала о ней только сейчас, чему очень рада.
«Невыросшая» Катя «катится-колошматится» по жизни: то заплетенная на ночь мамой коса окажется вся колотунах, то учительница на радость одноклассникам начнет высмеивать у доски, то кол по математике, то любимая подруга Лара отсядет за другую парту. В общем, жизнь у Кати сложная, вот такое всеобщее разочарование.
Девочка рассматривает пятна на потолке и в самые сложные моменты повторяет свою приговорку «Катя катится-колошматиться». Пока не встречает Кикимору.
Повесть замечательно написана, ты считываешь и знакомый до боли быт панелек, и проживаешь школьный буллинг и прекрасно понимаешь, что существа из народных преданий очень органично вписываются в современный мир.
В самом начале «Калечины» можно явственно поймать вайбы «Похороните меня за плинтусом» и «Петровых в гриппе», но все же Евгении Некрасовой удается создать свой уютный мир - с эдакими ёкаями а ля рус. И надо сказать, что мир этот куда более светлый, чем у Санаева или Сальникова.
Хотела бы еще раз обратить внимание на язык. Он великолепен. Будучи очень современным, но без кринжовых перегибов, он органично вплетает в себя эдакое мифотворчетво. Ребенок не просто изучает и принимает мир вокруг, он создает его заново - в том числе, посредствам речи. Отсюда все эти повторы и народные интонации. Именно с языка, с рифм, начинается «падение» Кати в начале и именно они помогут ей в конце. Ритмичная стихотворная речь пришедшая от далеких предков, трансформировавшаяся у Пушкина, заново создается маленькой Катей, а с ней и новый мир.
«Калечина» - довольно грустное, но все ж очень теплое и душевное произведение, дарящее лучики надежды.
Ну, и кстати обложка, довольно неудачная - почему, поймете в самом конце.
«Не покличет ли кто Калечину погадат о вечере?» 10 раз из 10
❤3