Пожалуй, начну с плохого, расскажу о «побочке», то есть о моих страданиях. Я опять ощутила себя ребёнком, которого родители привели в магазин «Детский мир» и сказали, что я могу выбрать только одну игрушку, в то время как мне хотелось скупить буквально весь магазин. Это эффект коробки шоколадных конфет ассорти. Невозможно съесть только одну конфетку, обязательно хочется попробовать все остальные, ведь они же разные. Так и я. Мне хотелось увезти с собой буквально половину представленного ассортимента - начиная от поэзии и заканчивая безумно красивыми альбомами.
Других серьёзных минусов я не заметила.
Если коротко, то мне посчастливилось познакомиться ещё с несколькими интересными людьми. Познакомилась с несколькими издателями, которые рассказывали о своих новинках, и мне теперь обязательно хочется их почитать. Пока ещё не знаю, о чём вам расскажу, но надеюсь, таких интересностей будет много.
Прослушано было ещё около пятнадцати выступлений. Хотя несколько из них - только кусочками, потому что надо было успеть захватить хотя бы немного из параллельного выступления. Это, конечно же, огорчало, так как приходилось буквально отрывать себя от интересной беседы, презентации или лекции, чтобы успеть познакомиться со следующим спикером.
Обязательно расскажу об одном потрясающем журнале, о котором я раньше ничего не слышала, но который покорил меня своей начинкой, тем, с каким вниманием к теме он сделан, и масштабом контента. Если бы не «Башня», возможно, я бы о нём даже не узнала.
В общем, прощаюсь с «Башней» с кучей впечатлений и огромным списком того, что теперь нужно прочитать. Уже начала исследовать свои хотелки на предмет электронных копий, потому что увезти всё желаемое в физических экземплярах было просто невозможно. Так что надеюсь, мне будет о чём вам рассказать и чем с вами поделиться.
@praguebooktower

​​Первая книга, о которой мне хочется рассказать после Пражской книжной башни, - «Волшебная страна и её окрестности» Николая Эппле, специалиста по истории английской литературы.
Начать, пожалуй, стоит с самого издания. Книга невероятно красивая, её приятно держать в руках. Богато иллюстрированная, прекрасно оформленная, она сама по себе выглядит как маленький праздник на книжной полке или прикроватном столике. Ее хочется не только читать, но и время от времени просто перелистывать.
Это авторский сборник эссе о тринадцати английских писателях XIX–XXI веков, чьи имена, по мнению Эппле, составляют своеобразный канон Волшебной страны. Жанровые границы здесь достаточно широки - от сказки до фэнтези, а компания подобралась впечатляющая: Джордж Макдональд, Льюис Кэрролл, Кеннет Грэм, Алан Александр Милн, Гилберт Кит Честертон, Чарльз Уильямс, Клайв Стейплз Льюис, Джон Рональд Руэл Толкин, Терри Пратчетт, Филип Пулман, Сюзанна Кларк, Джоан Роулинг и Антония Байетт.
Разумеется, сразу возникает вопрос: почему именно эти тринадцать? Эппле объясняет принципы своего отбора, хотя и признаёт, что провести границу Волшебной страны совсем не просто, а достойных кандидатов на место в ней гораздо больше. Мне особенно интересным показался его взгляд на само понятие детства, на его историческую изменчивость и «подвижность». Автор напоминает: «Детство, как и многое другое, без чего сегодня трудно себе представить мир, «выдумали» Руссо и романтики в самом конце XVIII века…»
Эта мысль многое меняет и в нашем восприятии сказки. То, что сегодня мы привычно отправляем на полку с детской литературой, далеко не всегда создавалось исключительно, а иногда и вообще, для детей. И, как мне кажется, именно такой взгляд во многом объясняет выбор писателей для этой книги. Их объединяет не столько принадлежность к «детской литературе», сколько способность при помощи фантазии создавать собственное «Вторичное творение» из «Первичного творения», то есть окружающей реальности, причём цели этого превращения оказываются вполне взрослыми.
Именно этому в значительной степени посвящены главы книги: зачем каждому из этих писателей понадобилась собственная Волшебная страна и откуда она появилась. Иногда ответ приходится искать в детстве автора, иногда в его гораздо более позднем, взрослом опыте. Поэтому Эппле постоянно движется между биографией и текстом. Одним писателям достаются довольно подробные биографические экскурсы, другим более короткие, но за ними обязательно следует попытка понять, как жизненный опыт превращается в литературный мир и почему этот мир принимает именно такую форму.
Мне лично первая часть книги, до перехода к современным авторам, показалась более объёмной и увлекательной. Возможно, потому, что там особенно хорошо работает соединение биографии, истории литературы и анализа текста: начинаешь видеть за знакомыми с детства книгами совсем другие истории их появления.
А последняя глава, об Антонии Байетт, произвела на меня несколько противоположный эффект: её оказалось слишком мало. Она только успела разыграть аппетит и воображение - и закончилась.
Так что книгу я закрыла с довольно конкретным пожеланием: очень хочется продолжения. И желательно, чтобы оно началось с большой, обстоятельной главы об Антонии Байетт.

Когда доберусь до диска с фотографиями, покажу несколько моих снимков мест, связанных с историями, рассказанными в этой книге. Точно будут Милн, Толкин, Льюис и Роулинг. И Грэм, по-моему, тоже есть.

Ну что, шорт-лист Букера готов. Я собираюсь прочитать третью книгу и две последние.
А вы уже что-нибудь читали из этого списка или, может быть, собираетесь? Если читали, поделитесь впечатлениями, очень интересно, совпадет ли наш выбор.