Именно с этой книги у меня началось знакомство с классикой. И я была приятно удивлена, что классика может быть интересной.

Прочитала довольно быстро и легко, кроме второго тома про войну. Мне прям понравилось, как Толстой показал жизнь того времени: быт, общество, атмосферу императорской России.

Эти балы, разговоры, детали жизни — такое люблю 🫱🏻‍🫲🏼

Уверена, чтоя не поняла и половины того смысла, который хотел донести Булгаков.

Но как это написано! Сам сюжет, атмосфера, странность происходящего — вау. Прочитала за пару дней. И помню это ощущение во время чтения: ничего не понятно, но очень интересно.

Хочу перечитать уже во взрослом возрасте. Желательно с кем-то вместе, чтобы покопаться во всех смыслах.

Это единственное школьное произведение, над которым я плакала. А я в целом кремень.

История девушек на войне, их поступки, самоотверженность — всё это прям отпечаталось внутри.

Очень грустная книга, но сильная. И хорошо показывает, какой ценой людям давалась война. Начала ценить ещё больше настоящее, предков и историю нашей страны.

Пошел, чтобы все съесть, все, что видит, чтобы набить живот до отказа, чтобы наконец-то заглушить судороги, от которых он не раз катался по земле, грызя рукав, чтобы не кричать.

А мать шла, спотыкаясь о трупы, сухими, уже тронутыми безумием глазами вглядываясь в фиолетовый отблеск ракет. И никто ее не окликнул и не остановил, потому что шла она по участку, уже оставленному нашими, уже взорванному немецкими саперами и вздыбленному многодневной бомбежкой. Она миновала трехарочные ворота и взошла на мост – еще скользкий от крови, еще заваленный трупами – и упала здесь, среди своих, в трех местах простреленная случайной очередью. Упала как шла: прямая и строгая, протянув руки к детям, которых давно уже не было в живых.

Каждый миг здесь был последним, и каждое неосторожное движение могло приблизить этот миг.

А подвал шевелился, стонал, выл, полз к воде, протянув из тьмы десятки исхудалых рук, страшных в неживой уже цепкости. И хрипел единым страшным выдохом:
– Воды-ы!..

Тяжелый, густо насыщенный пылью и запахом разложения пороховой дым сползал в подвалы. И дети уже не плакали, потому что в сухих глазах давно не было слез.

Где-то в глубине подвала по-прежнему тихо плакал ребенок, и этот робкий плач был для Плужникова страшнее всякой пытки.

И бойцы, вповалку спавшие рядом и дежурившие у входа, тоже не знали и не могли знать, сколько дней отпущено каждому из них. Они жили единой жизнью, но смерть у каждого была своя.

– Если я останусь в живых, я найду вас, – строго повторил он. – А если нет… Ты расскажешь ему о нас. О всех нас, кто остался тут под камнями.
– Он будет молиться на эти камни.
– Молиться не надо. Надо просто помнить.

©️Борис Васильев
«В списках не значился»

Об этом авторе детективов, мне кажется, слышали все. Вот решила попробовать, чтобы посмотреть правда «вау-вау» или как оно будет 👀