Пол Бенджамин Остер «4 3 2 1»
Всё то время, что прошло с момента моей последней записи (без малого месяц), я читала эту книгу. Не то чтобы я забрасывала её или как-то отлынивала, нет, я честно читала как обычно: в день самый минимум по полчаса, в хорошие дни часа по два-три, а то и больше. Но роман оказался огромным (электронная читалка не позволяет этого сразу определить на глаз и на вес) и довольно сложным, что и вылилось в такой непростительно затянутый срок. Благо я сама себе хозяйка, никаких дедлайнов у меня нет и могу делать всё, что захочу (и, соответственно, не делать тоже).
«4 3 2 1» – роман о юных годах Арчи Фергюсона, еврея из Нью-Йорка, который не очень понимает, что делать со своей жизнью. Но это не обычный роман взросления, здесь показана не одна жизнь Арчи, а целых четыре – четыре альтернативные линии, четыре возможных сценария, четыре дороги, по которым он мог бы пойти, и в этом романе он идёт по ним одновременно. И это очень, очень увлекательно!
Когда я читала роман, мне пришло в голову вот что: я как будто наблюдаю за шахматной партией Бога, причем он играет сам с собой. Точнее – это сеанс параллельной игры на четырёх досках. Вот он расставляет фигуры, ходит определённым образом и смотрит, что из этого получится. А на другой доске те же самые фигуры ходят иначе, и партия становится совсем другой. И за каждой из четырёх историй Арчибальда я наблюдаю не просто как случайный свидетель – меня пускают за кулисы, я слежу не столько за внешними перипетиями его судьбы (потому что это как раз следствие), я вижу именно божественные решения, углы и повороты, на которых жизнь его кардинальным образом меняется. Это совершенно уникальное чувство и опыт, потому что мы, проживая свою единственную жизнь, естественно, этих поворотов не видим, мы можем только догадываться, но сравнить, как бы сложилась наша жизнь, если бы – мы не можем.
Немного про слог романа: по мне, он прекрасен и убийственен одновременно. Огромные предложения в полторы страницы, громоздкие абзацы, почти полное отсутствие диалогов, при этом магия – повествование плавное и журчащее. По поводу слога этого романа у меня тоже родилась аналогия: мне казалось, что я ныряю в реку и позволяю ей себя уносить. И чем больше я погружаюсь в чтение, чем меньше отвлекаюсь, чем дольше не расстаюсь с книгой – тем легче мне плыть, меня подхватывает течение, и мне уже почти не нужно грести. В общем, мой вывод и мой совет: читать эту книгу, когда есть много свободного времени и мало посторонних мыслей, читать её по три-четыре часа в день не отвлекаясь, и тогда это будет истинным удовольствием.
Не могу не привести кусок текста, который, по-моему, отражает всё – и про что этот роман, и как он написан:
Он по-прежнему путешествовал по тем двум дорогам, которые вообразил четырнадцатилетним мальчиком, по-прежнему шел по трем дорогам с Ласло Флютом, и все это время, с начала сознательной жизни, его не покидало неотступное чувство, что по развилкам и параллелям путей выбранных и невыбранных сплошь странствуют одни и те же люди в одно и то же время, люди видимые и люди-тени, а мир, какой он есть, никогда не мог бы стать чем-то более, чем долей мира, поскольку реальное также состоит из того, что могло бы случиться, но не случилось, что одна дорога ничем не лучше и не хуже какой-нибудь другой дороги, но мука жить в одном-единственном теле состоит в том, что в любой данный миг ты вынужден стоять лишь на одной дороге, хоть мог бы оказаться и на другой и двигаться в совершенно иное место.
Всё то время, что прошло с момента моей последней записи (без малого месяц), я читала эту книгу. Не то чтобы я забрасывала её или как-то отлынивала, нет, я честно читала как обычно: в день самый минимум по полчаса, в хорошие дни часа по два-три, а то и больше. Но роман оказался огромным (электронная читалка не позволяет этого сразу определить на глаз и на вес) и довольно сложным, что и вылилось в такой непростительно затянутый срок. Благо я сама себе хозяйка, никаких дедлайнов у меня нет и могу делать всё, что захочу (и, соответственно, не делать тоже).
«4 3 2 1» – роман о юных годах Арчи Фергюсона, еврея из Нью-Йорка, который не очень понимает, что делать со своей жизнью. Но это не обычный роман взросления, здесь показана не одна жизнь Арчи, а целых четыре – четыре альтернативные линии, четыре возможных сценария, четыре дороги, по которым он мог бы пойти, и в этом романе он идёт по ним одновременно. И это очень, очень увлекательно!
Когда я читала роман, мне пришло в голову вот что: я как будто наблюдаю за шахматной партией Бога, причем он играет сам с собой. Точнее – это сеанс параллельной игры на четырёх досках. Вот он расставляет фигуры, ходит определённым образом и смотрит, что из этого получится. А на другой доске те же самые фигуры ходят иначе, и партия становится совсем другой. И за каждой из четырёх историй Арчибальда я наблюдаю не просто как случайный свидетель – меня пускают за кулисы, я слежу не столько за внешними перипетиями его судьбы (потому что это как раз следствие), я вижу именно божественные решения, углы и повороты, на которых жизнь его кардинальным образом меняется. Это совершенно уникальное чувство и опыт, потому что мы, проживая свою единственную жизнь, естественно, этих поворотов не видим, мы можем только догадываться, но сравнить, как бы сложилась наша жизнь, если бы – мы не можем.
Немного про слог романа: по мне, он прекрасен и убийственен одновременно. Огромные предложения в полторы страницы, громоздкие абзацы, почти полное отсутствие диалогов, при этом магия – повествование плавное и журчащее. По поводу слога этого романа у меня тоже родилась аналогия: мне казалось, что я ныряю в реку и позволяю ей себя уносить. И чем больше я погружаюсь в чтение, чем меньше отвлекаюсь, чем дольше не расстаюсь с книгой – тем легче мне плыть, меня подхватывает течение, и мне уже почти не нужно грести. В общем, мой вывод и мой совет: читать эту книгу, когда есть много свободного времени и мало посторонних мыслей, читать её по три-четыре часа в день не отвлекаясь, и тогда это будет истинным удовольствием.
Не могу не привести кусок текста, который, по-моему, отражает всё – и про что этот роман, и как он написан:
Он по-прежнему путешествовал по тем двум дорогам, которые вообразил четырнадцатилетним мальчиком, по-прежнему шел по трем дорогам с Ласло Флютом, и все это время, с начала сознательной жизни, его не покидало неотступное чувство, что по развилкам и параллелям путей выбранных и невыбранных сплошь странствуют одни и те же люди в одно и то же время, люди видимые и люди-тени, а мир, какой он есть, никогда не мог бы стать чем-то более, чем долей мира, поскольку реальное также состоит из того, что могло бы случиться, но не случилось, что одна дорога ничем не лучше и не хуже какой-нибудь другой дороги, но мука жить в одном-единственном теле состоит в том, что в любой данный миг ты вынужден стоять лишь на одной дороге, хоть мог бы оказаться и на другой и двигаться в совершенно иное место.
Ольга Токарчук «Веди свой плуг по костям мертвецов»
Один из самых известных романов современной польской писательницы, которая – на секундочку – два года назад получила Нобелевскую премию по литературе. Правда, не за это произведение, а за роман «Книги Иакова».
Почему «Веди свой плуг…» популярен, мне понятно: он в повестке. Это и политическая сатира, и феминистское высказывание (образ мачо-охотников-чиновников-полицейских, которые ощущают своё превосходство над всем миром), и высказывание экоактивистких взглядов автора – пожалуй, наиболее сильное в этом романе. По книге снят фильм «След зверя», который некоторые польские медиа даже обвинили в экотерроризме.
В центре книги – история немолодой Янины Душейко, живущей в труднодоступном селе, где и летом-то не очень много желающих проводить время, а на зимовку остаются вообще только она и пара её соседей. Пани Янина увлекается астрологией, трепетно относится ко всему живому и не боится транслировать свои воззрения окружающим – отчего часто её принимают за сумасшедшую бабку. В селе вдруг начинает происходить странное: один за другим умирают охотники. Но для главной героини ничего странного в этом нет: она пытается убедить полицию (подкрепляя свои аргументы гороскопами), что это животные мстят людям.
Я не могу сказать, что мне дико понравилось, но в конце всё же удивило – а я такое люблю. Вряд ли я вспомню детали этого романа через год, вряд ли захочу перечитать, но для ознакомления – очень даже приятно было провести время.
Один из самых известных романов современной польской писательницы, которая – на секундочку – два года назад получила Нобелевскую премию по литературе. Правда, не за это произведение, а за роман «Книги Иакова».
Почему «Веди свой плуг…» популярен, мне понятно: он в повестке. Это и политическая сатира, и феминистское высказывание (образ мачо-охотников-чиновников-полицейских, которые ощущают своё превосходство над всем миром), и высказывание экоактивистких взглядов автора – пожалуй, наиболее сильное в этом романе. По книге снят фильм «След зверя», который некоторые польские медиа даже обвинили в экотерроризме.
В центре книги – история немолодой Янины Душейко, живущей в труднодоступном селе, где и летом-то не очень много желающих проводить время, а на зимовку остаются вообще только она и пара её соседей. Пани Янина увлекается астрологией, трепетно относится ко всему живому и не боится транслировать свои воззрения окружающим – отчего часто её принимают за сумасшедшую бабку. В селе вдруг начинает происходить странное: один за другим умирают охотники. Но для главной героини ничего странного в этом нет: она пытается убедить полицию (подкрепляя свои аргументы гороскопами), что это животные мстят людям.
Я не могу сказать, что мне дико понравилось, но в конце всё же удивило – а я такое люблю. Вряд ли я вспомню детали этого романа через год, вряд ли захочу перечитать, но для ознакомления – очень даже приятно было провести время.
Барбара Кингсолвер «Библия ядоносного дерева»
Эта книга заставила меня задыхаться от восторга и удовольствия, поэтому мне сложно подобрать слова, чтобы описать то, что я сейчас чувствую. На ум мне приходит только один эпитет: этот роман – пронзительный.
На обложке написано, что это «история греха, искупления и суровой исторической необходимости» – и вот точнее не скажешь. Вообще роман настолько точен в формулировках, что мне хотелось выписывать на цитаты почти всё, заучивать их наизусть, а в голове постоянно звенело: как, боже мой, ну как можно так точно и ёмко уложить мысль в слова, как можно так душу вывернуть с помощью букв?!
В центре сюжета – семья американских миссионеров, которые в 1959 году едут в Конго, чтобы там спасать людей и нести им Слово Божье. Точнее это планы отца-священнослужителя, а его жена и четыре дочери едут с ним в качестве приложения. Вся книга о том, как Африка изменила жизнь каждого из них и на многие вещи заставила взглянуть под иным углом, как столкновение с другим миром перевернуло их собственный мир. Ещё, на мой взгляд, это очень (а может, и самая!) важная вещь для всех, кто хотя бы немного в фем-повестке: потому что героинь такой силы и такой глубины я встречала нечасто. Однако допускаю, что во мне сейчас говорит абсолютная влюблённость в этот роман, и на глазах моих пелена, которая мешает мне критически всё разглядеть.
Это история о несправедливости и необходимости, о людском высокомерии и самоуверенности, о доброте и любви, о страданиях и боли. Для меня это вообще история обо всём, о жизни во всей её полноте и сложности. О том, как отдельно взятый человек живёт свою собственную жизнь, вшитую в полотно истории, что он может сделать, чтобы изменить до ужаса несправедливый мир (и может ли), чего ему будут стоит эти попытки и как простить себя за всё то, что ты сделал, и – ещё сложнее – чего не смог.
Мне запало в душу одно предложение, в котором, мне кажется, уместилось всё:
Я знала, что Рим горит, но у меня было достаточно воды, чтобы вымыть пол, поэтому я делала, что могла.
Это гениально. И книга – гениальная. Я нечасто рискую советовать, но тут я советую от всей души.
Эта книга заставила меня задыхаться от восторга и удовольствия, поэтому мне сложно подобрать слова, чтобы описать то, что я сейчас чувствую. На ум мне приходит только один эпитет: этот роман – пронзительный.
На обложке написано, что это «история греха, искупления и суровой исторической необходимости» – и вот точнее не скажешь. Вообще роман настолько точен в формулировках, что мне хотелось выписывать на цитаты почти всё, заучивать их наизусть, а в голове постоянно звенело: как, боже мой, ну как можно так точно и ёмко уложить мысль в слова, как можно так душу вывернуть с помощью букв?!
В центре сюжета – семья американских миссионеров, которые в 1959 году едут в Конго, чтобы там спасать людей и нести им Слово Божье. Точнее это планы отца-священнослужителя, а его жена и четыре дочери едут с ним в качестве приложения. Вся книга о том, как Африка изменила жизнь каждого из них и на многие вещи заставила взглянуть под иным углом, как столкновение с другим миром перевернуло их собственный мир. Ещё, на мой взгляд, это очень (а может, и самая!) важная вещь для всех, кто хотя бы немного в фем-повестке: потому что героинь такой силы и такой глубины я встречала нечасто. Однако допускаю, что во мне сейчас говорит абсолютная влюблённость в этот роман, и на глазах моих пелена, которая мешает мне критически всё разглядеть.
Это история о несправедливости и необходимости, о людском высокомерии и самоуверенности, о доброте и любви, о страданиях и боли. Для меня это вообще история обо всём, о жизни во всей её полноте и сложности. О том, как отдельно взятый человек живёт свою собственную жизнь, вшитую в полотно истории, что он может сделать, чтобы изменить до ужаса несправедливый мир (и может ли), чего ему будут стоит эти попытки и как простить себя за всё то, что ты сделал, и – ещё сложнее – чего не смог.
Мне запало в душу одно предложение, в котором, мне кажется, уместилось всё:
Я знала, что Рим горит, но у меня было достаточно воды, чтобы вымыть пол, поэтому я делала, что могла.
Это гениально. И книга – гениальная. Я нечасто рискую советовать, но тут я советую от всей души.
👍3
Гузель Яхина «Эшелон на Самарканд»
Роман о голоде 1920-х: эшелон под командованием молодого и горячего Деева везёт из Казани голодных детей Поволжья в сытый Самарканд. И не просто везёт: каждый день пути – это борьба за жизнь, потому что где-то на просторах голодной страны нужно достать пропитание, лекарства, топливо, и достаётся это всё только благодаря смекалке, смелости, упорству и непробиваемой вере Деева в людей. История утешительная и жизнеутверждающая, но я ей совсем не поверила и не прониклась.
Внутри у меня не ёкнуло, и я поняла почему. Я отношусь к типу читателей (если такой тип вообще есть), который не любит, чтобы его жалели и берегли. Мне нравится, когда нерв оголён и либо любишь до дрожи, либо ненавидишь до потемнения в глазах. И поэтому книга, которая не вызывает во мне ураган, не может претендовать в моём личном рейтинге почти ни на что. И вот, кажется, так и случилось: я прочла и осталась холодна. Подозреваю, потому, что книга слишком бережна по отношению к читателю.
Нам рассказывают страшные вещи: про то, как умирают дети, как у людей отбирают последние крохи хлеба, про жуткий, неотступный голод, от которого нет спасения. Но всё это подаётся под слишком сладким соусом, от которого меня и отворотило. В какой бы безвыходной ситуации Деев ни оказался, он всегда находит помощь – ему помогают даже отпетые негодяи. Я прочла это так: в каждом есть искра человечности, каждый, несмотря на свои предыдущие грехи, увидев детей и возможность им помочь, возрождает в себе эту искру. То есть на самом деле все хорошие, но мне постоянно хотелось спросить: так а что же мир-то такой дерьмовый, если все такие хорошие?!
Второе, что меня слегка покоробило: у Яхиной потрясающее чувство языка, но здесь мне казалось, что не фраза следует за сюжетом, а наоборот. Как будто есть у автора какое-то словечко в запасе, хочется его вставить – и под него придумывается сцена. Это вполне нормально, но если я как читатель это замечаю, и для меня это не выглядит органично – я чувствую фальшь.
Возможно, я просто немного разочарована романом из-за собственных завышенных ожиданий. Хотела бы, но не могу не сравнивать: и если первый роман Яхиной «Зулейха открывает глаза» вышибал почву у меня из-под ног, то «Эшелон» – полный штиль.
Роман о голоде 1920-х: эшелон под командованием молодого и горячего Деева везёт из Казани голодных детей Поволжья в сытый Самарканд. И не просто везёт: каждый день пути – это борьба за жизнь, потому что где-то на просторах голодной страны нужно достать пропитание, лекарства, топливо, и достаётся это всё только благодаря смекалке, смелости, упорству и непробиваемой вере Деева в людей. История утешительная и жизнеутверждающая, но я ей совсем не поверила и не прониклась.
Внутри у меня не ёкнуло, и я поняла почему. Я отношусь к типу читателей (если такой тип вообще есть), который не любит, чтобы его жалели и берегли. Мне нравится, когда нерв оголён и либо любишь до дрожи, либо ненавидишь до потемнения в глазах. И поэтому книга, которая не вызывает во мне ураган, не может претендовать в моём личном рейтинге почти ни на что. И вот, кажется, так и случилось: я прочла и осталась холодна. Подозреваю, потому, что книга слишком бережна по отношению к читателю.
Нам рассказывают страшные вещи: про то, как умирают дети, как у людей отбирают последние крохи хлеба, про жуткий, неотступный голод, от которого нет спасения. Но всё это подаётся под слишком сладким соусом, от которого меня и отворотило. В какой бы безвыходной ситуации Деев ни оказался, он всегда находит помощь – ему помогают даже отпетые негодяи. Я прочла это так: в каждом есть искра человечности, каждый, несмотря на свои предыдущие грехи, увидев детей и возможность им помочь, возрождает в себе эту искру. То есть на самом деле все хорошие, но мне постоянно хотелось спросить: так а что же мир-то такой дерьмовый, если все такие хорошие?!
Второе, что меня слегка покоробило: у Яхиной потрясающее чувство языка, но здесь мне казалось, что не фраза следует за сюжетом, а наоборот. Как будто есть у автора какое-то словечко в запасе, хочется его вставить – и под него придумывается сцена. Это вполне нормально, но если я как читатель это замечаю, и для меня это не выглядит органично – я чувствую фальшь.
Возможно, я просто немного разочарована романом из-за собственных завышенных ожиданий. Хотела бы, но не могу не сравнивать: и если первый роман Яхиной «Зулейха открывает глаза» вышибал почву у меня из-под ног, то «Эшелон» – полный штиль.
Марина Степнова «Безбожный переулок»
Есть такая штука – компьютерное моделирование физических экспериментов. Вместо того чтобы, допустим, тратить дорогостоящее время на ядерном реакторе и проводить настоящий, большой, сложный эксперимент, собирается много данных от измерений попроще и на их основе строится модель, которая предсказывает результаты большого и сложного эксперимента. И вот вам пожалуйста – он как будто и был, а денег и нервов потратили меньше.
Я вчера дочитывала «Безбожный переулок» и поняла, что одна из функций литературы, как мне кажется, – такое же вот моделирование. Сидит там кто-то наверху и удивляется: ну как так, я же дал тебе огромный кусок счастья, а ты его псу под хвост, не то что не ценишь, просто – не видишь даже. Не представляешь, да, каково это – потерять? Ладно, сегодня я добр. Находит этот кто-то избранного (например вот, Степнову), целует в лоб и шепчет на ухо: смоделируй. И она моделирует.
А я читаю – и пропускаю через себя. Читаю и чувствую боль потери, несчастье вот это неизбывное, от которого как будто и можно убежать, но – как, читаю – и проживаю. И думаю: неужели обязательно нужно такую вот цену платить, чтобы увидеть, где оно – счастье и свобода, неужели без этого никак? Видимо, никак, пока петух не клюнет, как говорится. Я читаю и тоже плачу́ эту цену, только не в этой жизни, а в смоделированной. Но есть шанс, что после этого эксперимента у меня и в моей настоящей жизни что-то прояснится – вынырну из рутины, замечу важное, спрятанное под мелочами, найду время маме позвонить.
Роман прекрасен, и я даже не буду пытаться рассказать, о чём он – потому что как рассказать, о чем чья-то жизнь?
Есть такая штука – компьютерное моделирование физических экспериментов. Вместо того чтобы, допустим, тратить дорогостоящее время на ядерном реакторе и проводить настоящий, большой, сложный эксперимент, собирается много данных от измерений попроще и на их основе строится модель, которая предсказывает результаты большого и сложного эксперимента. И вот вам пожалуйста – он как будто и был, а денег и нервов потратили меньше.
Я вчера дочитывала «Безбожный переулок» и поняла, что одна из функций литературы, как мне кажется, – такое же вот моделирование. Сидит там кто-то наверху и удивляется: ну как так, я же дал тебе огромный кусок счастья, а ты его псу под хвост, не то что не ценишь, просто – не видишь даже. Не представляешь, да, каково это – потерять? Ладно, сегодня я добр. Находит этот кто-то избранного (например вот, Степнову), целует в лоб и шепчет на ухо: смоделируй. И она моделирует.
А я читаю – и пропускаю через себя. Читаю и чувствую боль потери, несчастье вот это неизбывное, от которого как будто и можно убежать, но – как, читаю – и проживаю. И думаю: неужели обязательно нужно такую вот цену платить, чтобы увидеть, где оно – счастье и свобода, неужели без этого никак? Видимо, никак, пока петух не клюнет, как говорится. Я читаю и тоже плачу́ эту цену, только не в этой жизни, а в смоделированной. Но есть шанс, что после этого эксперимента у меня и в моей настоящей жизни что-то прояснится – вынырну из рутины, замечу важное, спрятанное под мелочами, найду время маме позвонить.
Роман прекрасен, и я даже не буду пытаться рассказать, о чём он – потому что как рассказать, о чем чья-то жизнь?
Дж Р. Р. Толкин «Братство кольца»
Что ж, вот и я доросла до серьёзной литературы. Первую часть осилила – полёт нормальный, но, если честно, без вау и восторженного визга (как это было с Гарри Поттером).
Я думаю, штука в том, что эпосы это не совсем мой формат. Мне ближе локальные истории, жизнь отдельно взятого человека, ну максимум семьи. А вот когда история начинает разветвляться и уходить корнями куда-то слишком далеко и глубоко – признаюсь, мне тупо тяжело, потому что объём моей памяти не позволяет держать в голове все детали, и я просто теряюсь. Именно поэтому я со скрипом осиливала Илиаду, Одиссею и иже с ними. И никаких почти богов – ни греческих, ни скандинавских, ни каких бы то ни было других я особо не знаю (хотя довольно много читала!), ну не оседает у меня эта информация и всё тут.
Поэтому Властелина колец я решила читать как историю путешествия Фродо, а всё остальное считать декорациями (я осознаю тяжесть греха, да простят меня фанаты). И даже если что-то от меня ускользает – то и пусть, я себя за это прощаю.
Что ж, вот и я доросла до серьёзной литературы. Первую часть осилила – полёт нормальный, но, если честно, без вау и восторженного визга (как это было с Гарри Поттером).
Я думаю, штука в том, что эпосы это не совсем мой формат. Мне ближе локальные истории, жизнь отдельно взятого человека, ну максимум семьи. А вот когда история начинает разветвляться и уходить корнями куда-то слишком далеко и глубоко – признаюсь, мне тупо тяжело, потому что объём моей памяти не позволяет держать в голове все детали, и я просто теряюсь. Именно поэтому я со скрипом осиливала Илиаду, Одиссею и иже с ними. И никаких почти богов – ни греческих, ни скандинавских, ни каких бы то ни было других я особо не знаю (хотя довольно много читала!), ну не оседает у меня эта информация и всё тут.
Поэтому Властелина колец я решила читать как историю путешествия Фродо, а всё остальное считать декорациями (я осознаю тяжесть греха, да простят меня фанаты). И даже если что-то от меня ускользает – то и пусть, я себя за это прощаю.
Дж Р. Р. Толкин «Две крепости»
Вторая часть, по-моему, намного живее и насыщеннее первой. Больше движа, больше переживаний. Только одно немного смущает, но тут уж не в тексте дело: если я читаю книгу после того, как посмотрю фильм, я вижу не свои собственные картинки, а картинки из фильма. А это всегда как-то искажает восприятие что ли, как будто мне эту картинку навязывают, а должна была она в моей голове сама по себе родиться.
Но это ерунда, конечно, в остальном полёт по-прежнему нормальный. Однако безумной любви и со второго взгляда не случилось, должна сказать.
Вторая часть, по-моему, намного живее и насыщеннее первой. Больше движа, больше переживаний. Только одно немного смущает, но тут уж не в тексте дело: если я читаю книгу после того, как посмотрю фильм, я вижу не свои собственные картинки, а картинки из фильма. А это всегда как-то искажает восприятие что ли, как будто мне эту картинку навязывают, а должна была она в моей голове сама по себе родиться.
Но это ерунда, конечно, в остальном полёт по-прежнему нормальный. Однако безумной любви и со второго взгляда не случилось, должна сказать.
Дж. Р. Р. Толкин «Возвращение Короля»
Дочитала третью книгу, хотела сначала сказать «осилила», но всё же нет – хоть и без особых восторгов, но читала я всё-таки с удовольствием. В рядах фанатов «Властелина колец» не прибавилось, но я их понимаю: это очень крутой, проработанный до мелочей мир, в который, скорее всего, если уж влюбляешься, то сразу по уши.
Меня всегда удивляет и восторгает то, как в принципе люди пишут книги: они придумывают истории, вытягивают их из своей головы. Да, можно на что-то опираться, но, по большому счёту (если мы говорим о художественной литературе), того, что я читаю, никогда не было! И это просто сводит меня с ума: как, ну как можно придумать целую историю, да ещё и рассказать её так, чтобы кому-то она была интересна!? А тут я поняла, что фэнтези – это же другой уровень. То есть мало того, что тут придумана история: тут придуман целый мир, в котором эта история разворачивается – и вот это моему уму уже совсем не постижимо. Тут вот просто снимаю шляпу.
Хоть между мной и трилогией не пробежала искра (такие уж у меня с литературой отношения – очень интимные, и мне часто трудно объяснить, почему что-то понравилось, а что-то другое нет), я рада, что ознакомилась, и осознаю, что это – литература мирового масштаба. Мне о таких вещах вообще сложно рассуждать в категориях «нравится-не нравится»: это произведение, которое повлияло не на одно поколение, произведение, о котором знают миллионы людей. Поэтому, я думаю, даже людям, которые противопоставляют фэнтези «большой литературе», с такими вещами нужно как минимум знакомиться. Что я и сделала, гештальт закрыт.
Дочитала третью книгу, хотела сначала сказать «осилила», но всё же нет – хоть и без особых восторгов, но читала я всё-таки с удовольствием. В рядах фанатов «Властелина колец» не прибавилось, но я их понимаю: это очень крутой, проработанный до мелочей мир, в который, скорее всего, если уж влюбляешься, то сразу по уши.
Меня всегда удивляет и восторгает то, как в принципе люди пишут книги: они придумывают истории, вытягивают их из своей головы. Да, можно на что-то опираться, но, по большому счёту (если мы говорим о художественной литературе), того, что я читаю, никогда не было! И это просто сводит меня с ума: как, ну как можно придумать целую историю, да ещё и рассказать её так, чтобы кому-то она была интересна!? А тут я поняла, что фэнтези – это же другой уровень. То есть мало того, что тут придумана история: тут придуман целый мир, в котором эта история разворачивается – и вот это моему уму уже совсем не постижимо. Тут вот просто снимаю шляпу.
Хоть между мной и трилогией не пробежала искра (такие уж у меня с литературой отношения – очень интимные, и мне часто трудно объяснить, почему что-то понравилось, а что-то другое нет), я рада, что ознакомилась, и осознаю, что это – литература мирового масштаба. Мне о таких вещах вообще сложно рассуждать в категориях «нравится-не нравится»: это произведение, которое повлияло не на одно поколение, произведение, о котором знают миллионы людей. Поэтому, я думаю, даже людям, которые противопоставляют фэнтези «большой литературе», с такими вещами нужно как минимум знакомиться. Что я и сделала, гештальт закрыт.
Tim Burton «The Melancholy Death of Oyster Boy and other stories»
Очень неожиданное и приятное открытие! Меня сегодня занесло в Мещерский парк в Москве, там есть Чайный домик, а в нём – много книг. Одна мне с полки подмигнула, и, так как у меня было довольно много свободного времени, я её всю залпом и прочитала. И получила огромное удовольствие!
Это сборник стихов и коротеньких историй, да ещё и с картинками. Тут не только тимбёртоновский чёрный юморок (я смеялась в голос иногда, люди оборачивались), но есть и прям очень трогательные вещи: например, про девочку Вуду, которая не могла найти своего счастья, потому что чем ближе она кого-то к себе подпускала, тем сильнее в неё втыкались иглы. Ну просто 💔
Мне книжка настолько понравилась, что я подошла к администратору зала и спросила, нельзя ли купить. Не разрешили, предложили только на пару недель взять почитать. Так что если кто захочет мне такую подарить – не сдерживайте себя, я напишу адрес, куда высылать!
Ниже несколько фоток самых понравившихся вещиц – по-моему, это очень круто.
Очень неожиданное и приятное открытие! Меня сегодня занесло в Мещерский парк в Москве, там есть Чайный домик, а в нём – много книг. Одна мне с полки подмигнула, и, так как у меня было довольно много свободного времени, я её всю залпом и прочитала. И получила огромное удовольствие!
Это сборник стихов и коротеньких историй, да ещё и с картинками. Тут не только тимбёртоновский чёрный юморок (я смеялась в голос иногда, люди оборачивались), но есть и прям очень трогательные вещи: например, про девочку Вуду, которая не могла найти своего счастья, потому что чем ближе она кого-то к себе подпускала, тем сильнее в неё втыкались иглы. Ну просто 💔
Мне книжка настолько понравилась, что я подошла к администратору зала и спросила, нельзя ли купить. Не разрешили, предложили только на пару недель взять почитать. Так что если кто захочет мне такую подарить – не сдерживайте себя, я напишу адрес, куда высылать!
Ниже несколько фоток самых понравившихся вещиц – по-моему, это очень круто.
Кадзуо Исигуро «Клара и Солнце»
С трепетом бралась за этот роман, потому что предыдущие книги Исигуро, которые я читала («Не отпускай меня», «Погребённый великан»), не сказать что сильно мне понравились. Но эта – эта прекрасная!
Я увидела здесь одну большую метафору на человеческую жизнь. Все мы – Клара, если снять с нас наросшие за годы слои знаний о мире, эмоций и чувств. Все мы – Клара, когда рождаемся и только учимся жить в этом мире, наращивая эти самые слои. На самом деле, пока читала, я поняла вот что: как рассказать историю от лица, максимально наивного и неискушенного, но при этом довольно развитого, чтобы история получилась связной? От лица младенца – хорошо бы, да, всё ещё tabula rasa, но при этом что он может рассказать? И вот в этом смысле Исигуро, конечно, гений: история от лица андроида здесь получилась вот прям как надо. Клара – умна, развита, у неё много разных опций и невероятная способность к обучению, но при этом изначально она мало знает о мире (особенно о мире человеческих чувств и эмоций), и мы видим, как она его шаг за шагом познаёт. Некоторые вещи мне казались очень трогательными: наивно-детские названия, которые она даёт вещам, не вполне ей понятным; её вера в чудо, жертвенность, вот эта странная логическая цепочка, абсолютно нелогичная, когда «дорогой Бог, если ты поможешь мне сейчас, я обещаю сделать (нужное вписать)» – сделать что-то, что ни Богу, ни кому бы то ни было другому абсолютно не нужно. А ты свято веришь в то, что это поможет.
Метафора на нашу жизнь – это первое. Второе, связанное с этим, что я вынесла из романа – вопрос, который Исигуро поднимает не только в этой книге: что делает человека человеком? Здесь – что отличает человека от самого продуманного андроида, можно ли проанализировать в нас всё до малейшей мелочи и воспроизвести это в роботе, или всё же останется какой-то кусок, неуловимый, неподвластный анализу – тот самый кусок, который и делает меня неповторимой? И как я была рада, когда в конце этот ответ был дан! Потому что часто так: спасибо, дорогой автор, за то, что поднял такой сложный и важный вопрос – но что мне с ним делать и как мне теперь с этим жить? Отвечать самой – покорно благодарю, если уж нобелевские лауреаты только задают этот вопрос, но не отвечают на него, – что прикажете делать мне? Так что да, люблю, когда все узлы развязываются, как здесь.
В общем, если коротко: роман интересно читать, держит в напряжении ровно столько, сколько нужно, карты начинают раскрываться до того, как тебе уже надоедает следить за бесконечным количеством загадок и намёков, по мне – трогательно, умно, без наворотов, одним словом – хорошо.
С трепетом бралась за этот роман, потому что предыдущие книги Исигуро, которые я читала («Не отпускай меня», «Погребённый великан»), не сказать что сильно мне понравились. Но эта – эта прекрасная!
Я увидела здесь одну большую метафору на человеческую жизнь. Все мы – Клара, если снять с нас наросшие за годы слои знаний о мире, эмоций и чувств. Все мы – Клара, когда рождаемся и только учимся жить в этом мире, наращивая эти самые слои. На самом деле, пока читала, я поняла вот что: как рассказать историю от лица, максимально наивного и неискушенного, но при этом довольно развитого, чтобы история получилась связной? От лица младенца – хорошо бы, да, всё ещё tabula rasa, но при этом что он может рассказать? И вот в этом смысле Исигуро, конечно, гений: история от лица андроида здесь получилась вот прям как надо. Клара – умна, развита, у неё много разных опций и невероятная способность к обучению, но при этом изначально она мало знает о мире (особенно о мире человеческих чувств и эмоций), и мы видим, как она его шаг за шагом познаёт. Некоторые вещи мне казались очень трогательными: наивно-детские названия, которые она даёт вещам, не вполне ей понятным; её вера в чудо, жертвенность, вот эта странная логическая цепочка, абсолютно нелогичная, когда «дорогой Бог, если ты поможешь мне сейчас, я обещаю сделать (нужное вписать)» – сделать что-то, что ни Богу, ни кому бы то ни было другому абсолютно не нужно. А ты свято веришь в то, что это поможет.
Метафора на нашу жизнь – это первое. Второе, связанное с этим, что я вынесла из романа – вопрос, который Исигуро поднимает не только в этой книге: что делает человека человеком? Здесь – что отличает человека от самого продуманного андроида, можно ли проанализировать в нас всё до малейшей мелочи и воспроизвести это в роботе, или всё же останется какой-то кусок, неуловимый, неподвластный анализу – тот самый кусок, который и делает меня неповторимой? И как я была рада, когда в конце этот ответ был дан! Потому что часто так: спасибо, дорогой автор, за то, что поднял такой сложный и важный вопрос – но что мне с ним делать и как мне теперь с этим жить? Отвечать самой – покорно благодарю, если уж нобелевские лауреаты только задают этот вопрос, но не отвечают на него, – что прикажете делать мне? Так что да, люблю, когда все узлы развязываются, как здесь.
В общем, если коротко: роман интересно читать, держит в напряжении ровно столько, сколько нужно, карты начинают раскрываться до того, как тебе уже надоедает следить за бесконечным количеством загадок и намёков, по мне – трогательно, умно, без наворотов, одним словом – хорошо.
Дмитрий Быков «Истребитель»
Дочитала неделю назад и всё не могла собрать себя в кучу, чтобы написать пост.
Книга – замечательная, у Быкова иначе быть и не может, думаю.
Это роман о Советском Союзе и его героях, о том, как и чем жили люди, как и зачем ставили рекорды и пытались достичь невозможного, построить лучший мир, покорить немыслимые высоты – зачем им вообще это всё было нужно. Особенно в отсутствие личного комфорта, в атмосфере тревоги, что завтра приедут и увезут тебя или твоих близких – зачем? Сначала мне показалось, что это некое оправдание того времени: мысль, что Союз для того только и существовал, чтобы люди в нём могли достичь невозможного, занятна. Точнее так – только в Союзе и можно было достичь невозможного, потому что понятия личного комфорта не было вовсе, 90 процентов людей – просто расходный материал, который позволяет оставшимся десяти процентам – одарённым, способным двигать прогресс – работать и, собственно, его и двигать. Но дочитав до конца, я поняла: нет, это не попытка оправдать. Просто так, наверное, многие и думали, совершенно искренне верили. Опять же, потому что иначе – как вообще жить?
И немного не связанного с сюжетом, так, мыслей попутных. Предыдущую книгу «И-трилогии» Быкова – «Июнь» – я читала в Болгарии, и как-то теперь до сих пор она у меня внутренне ассоциируется с тёплым воздухом, морской гладью, мелким песком, тем, как мне было классно её читать в такой обстановке, в общем – всем вот этим отпускным. «Истребитель» снова пришёлся на отпуск, и снова – на море, тепло, сосны и ошеломительные виды. Такое вот совпадение.
Дочитала неделю назад и всё не могла собрать себя в кучу, чтобы написать пост.
Книга – замечательная, у Быкова иначе быть и не может, думаю.
Это роман о Советском Союзе и его героях, о том, как и чем жили люди, как и зачем ставили рекорды и пытались достичь невозможного, построить лучший мир, покорить немыслимые высоты – зачем им вообще это всё было нужно. Особенно в отсутствие личного комфорта, в атмосфере тревоги, что завтра приедут и увезут тебя или твоих близких – зачем? Сначала мне показалось, что это некое оправдание того времени: мысль, что Союз для того только и существовал, чтобы люди в нём могли достичь невозможного, занятна. Точнее так – только в Союзе и можно было достичь невозможного, потому что понятия личного комфорта не было вовсе, 90 процентов людей – просто расходный материал, который позволяет оставшимся десяти процентам – одарённым, способным двигать прогресс – работать и, собственно, его и двигать. Но дочитав до конца, я поняла: нет, это не попытка оправдать. Просто так, наверное, многие и думали, совершенно искренне верили. Опять же, потому что иначе – как вообще жить?
И немного не связанного с сюжетом, так, мыслей попутных. Предыдущую книгу «И-трилогии» Быкова – «Июнь» – я читала в Болгарии, и как-то теперь до сих пор она у меня внутренне ассоциируется с тёплым воздухом, морской гладью, мелким песком, тем, как мне было классно её читать в такой обстановке, в общем – всем вот этим отпускным. «Истребитель» снова пришёлся на отпуск, и снова – на море, тепло, сосны и ошеломительные виды. Такое вот совпадение.