Алексей Иванов «Пищеблок»
Бодрая история про совершенно заурядную смену в пионерлагере: зарядки, кружки по интересам, каша, дружба и первая любовь, вожатые, пионерский костёр, вампиры – словом, ничего необычного.
Сюр здесь вплетается в реальность довольно чётко: есть границы, есть логическое объяснение всему потустороннему, всё разложено по полочкам, всё понятно, и догадываться, в общем-то, ни о чём не надо. Разве что разгадать метафору, что такое вампиризм – идеология, конструкт или просто глупость (но это уже из разряда разговоров «что автор имел в виду», выхода два: почитать его интервью или найти своё объяснение в книге самому). Язык, как и в «Золоте бунта», яркий и живой, читаешь – и как будто сидишь в палате с мальчишками и участвуешь в их разговоре, не предназначенном для взрослых ушей.
Отчего-то на меня здесь немного повеяло «Июнем» Быкова: когда общеизвестным события придаются совсем другие значения, совсем не те для них находятся причины и следствия, и вообще всё оказывается не так, как мы думали.
А ещё мне как человеку, который всё детство провёл в пионерлагерях, вспомнилась одна игра (которую я сама пропустила, потому что под конец смены заболела и лежала в изоляторе, но влюблённый в меня мальчик приходил меня навещать и всё подробно рассказывал). Игра в дракона: когда весь лагерь весь вечер дружно воюет с драконом, но чтобы его окончательно убить, есть только один вариант – стать им самому. Тут уже почти спойлер, простите. Но кто знает, может, Иванов тоже когда-то в детстве играл в эту игру?
Бодрая история про совершенно заурядную смену в пионерлагере: зарядки, кружки по интересам, каша, дружба и первая любовь, вожатые, пионерский костёр, вампиры – словом, ничего необычного.
Сюр здесь вплетается в реальность довольно чётко: есть границы, есть логическое объяснение всему потустороннему, всё разложено по полочкам, всё понятно, и догадываться, в общем-то, ни о чём не надо. Разве что разгадать метафору, что такое вампиризм – идеология, конструкт или просто глупость (но это уже из разряда разговоров «что автор имел в виду», выхода два: почитать его интервью или найти своё объяснение в книге самому). Язык, как и в «Золоте бунта», яркий и живой, читаешь – и как будто сидишь в палате с мальчишками и участвуешь в их разговоре, не предназначенном для взрослых ушей.
Отчего-то на меня здесь немного повеяло «Июнем» Быкова: когда общеизвестным события придаются совсем другие значения, совсем не те для них находятся причины и следствия, и вообще всё оказывается не так, как мы думали.
А ещё мне как человеку, который всё детство провёл в пионерлагерях, вспомнилась одна игра (которую я сама пропустила, потому что под конец смены заболела и лежала в изоляторе, но влюблённый в меня мальчик приходил меня навещать и всё подробно рассказывал). Игра в дракона: когда весь лагерь весь вечер дружно воюет с драконом, но чтобы его окончательно убить, есть только один вариант – стать им самому. Тут уже почти спойлер, простите. Но кто знает, может, Иванов тоже когда-то в детстве играл в эту игру?
👍4
Пола Хокинс «Тлеющий огонь»
Нормальный детектив на пару вечеров: всё завязывается и развязывается, у всех вполне понятные мотивы. Виновные наказаны, справедливость торжествует (правда, ещё немножко торжествует и безнаказанный самосуд, но кого это волнует).
В фокусе несколько женщин, их истории крутятся вокруг центрального убийства. У первой погиб ребёнок, за которым недосмотрела её родная сестра; вторая и есть та сестра, у которой после этого несчастного случая вся жизнь под откос; третья пережила в 10 лет серьезную аварию, осталась калекой, её не любят родители, и ей сложно справляться с эмоциями; а четвёртая, бабушка-божий одуванчик, отогревает третью заботой и добротой, распутывает всё дело и спасает невиновных. Да, есть ещё одна: неудавшаяся писательница, у которой якобы украли историю и которая пережила в юности похищение, но смогла спастить. Правда, я совсем не поняла, зачем этот герой в принципе нужен.
Ничего необычного, ничего сверхъестественного, особо нечего и сказать. «Девушку в поезде» Хокинс я не читала, наверное, прочту, потому что слог и манера повествования понравились.
Нормальный детектив на пару вечеров: всё завязывается и развязывается, у всех вполне понятные мотивы. Виновные наказаны, справедливость торжествует (правда, ещё немножко торжествует и безнаказанный самосуд, но кого это волнует).
В фокусе несколько женщин, их истории крутятся вокруг центрального убийства. У первой погиб ребёнок, за которым недосмотрела её родная сестра; вторая и есть та сестра, у которой после этого несчастного случая вся жизнь под откос; третья пережила в 10 лет серьезную аварию, осталась калекой, её не любят родители, и ей сложно справляться с эмоциями; а четвёртая, бабушка-божий одуванчик, отогревает третью заботой и добротой, распутывает всё дело и спасает невиновных. Да, есть ещё одна: неудавшаяся писательница, у которой якобы украли историю и которая пережила в юности похищение, но смогла спастить. Правда, я совсем не поняла, зачем этот герой в принципе нужен.
Ничего необычного, ничего сверхъестественного, особо нечего и сказать. «Девушку в поезде» Хокинс я не читала, наверное, прочту, потому что слог и манера повествования понравились.
👍2
Любовь Орелович «Французский след мозаики Нади Леже в Дубне»
Не то чтобы супер-увлекательное чтиво, но прочитать и потом поехать повнимательнее рассмотреть то, о чём только что узнал много интересного, – здорово и может сделать субботу прекрасной.
Раньше ходила мимо этих мозаик и ничего про них не знала, а теперь буду ходить и знать. И ещё очень захотелось во французский город Бьо в музей Фернана Леже.
Не то чтобы супер-увлекательное чтиво, но прочитать и потом поехать повнимательнее рассмотреть то, о чём только что узнал много интересного, – здорово и может сделать субботу прекрасной.
Раньше ходила мимо этих мозаик и ничего про них не знала, а теперь буду ходить и знать. И ещё очень захотелось во французский город Бьо в музей Фернана Леже.
🔥5👍1
Ольга Токарчук «Бегуны»
Тот случай, когда единство формы и содержания; когда то, о чём написано, и то, как написано, прекраснейшим образом друг друга дополняют; когда хочется подчёркивать целые куски и запоминать, впитывать, впечатывать в свою память.
Роман соткан из разных историй, заметок и записок человека, который отринул осёдлость и решил, что его жизнь – это непрерывное движение. Причём движение здесь не выглядит как убегание от проблем или трудностей, это просто движение как самоцель и способ существования, пусть далеко не всем близкий и понятный способ. Истории разные и разрозненные, не у всех есть начало и конец: мы вполне могли бы подслушать их в зале ожидания аэропорта или во время долгого путешествия поездом. Но вместе эти истории складываются в пазл, в картину, которую трудно описать словами: ты просто видишь её, чувствуешь. Так же и мы – мы все, всё сущее – разные, уникальные, непохожие, составляем что-то большое и цельное, что не всегда охватишь взглядом.
Движение здесь в двух направлениях: оно не только вовне, но и внутрь. Здесь много про тело, физиологию и людей, которые пытались постичь человеческое естество, задокументировать, приручить. И это тоже такая игра: мы сквозь малое видим большое и наоборот.
Ещё здесь много того, о чём я не знала или никогда не задумывалась, и все эти факты почему-то приводили меня в полный восторг. Посмертную маску Шопена делал муж дочери Жорж Санд. Филип Верхейен, открывший ахиллово сухожилие, объяснял фантомные боли единством души и тела: потеряв внешнюю часть, вся система целиком продолжает помнить об этой части, поэтому мы и чувствуем её отсутствие (иначе как вообще можно чувствовать отсутствие?). Носители английского языка, для которых он родной и единственный, должно быть, чувствуют себя неуютно и потерянно, потому что у них нет ничего приватного, нет места, куда можно спрятаться от мира, где всё на английском (и правда!).
И образность – какая тут образность! Поэтому и хотелось раздирать и выписывать. Про перелёт Иркутск – Москва, когда вылетаешь в 8 утра и прилетаешь в 8 утра того же дня: время текло внутри самолёта, но не вытекало наружу.
Хорошо как!
Тот случай, когда единство формы и содержания; когда то, о чём написано, и то, как написано, прекраснейшим образом друг друга дополняют; когда хочется подчёркивать целые куски и запоминать, впитывать, впечатывать в свою память.
Роман соткан из разных историй, заметок и записок человека, который отринул осёдлость и решил, что его жизнь – это непрерывное движение. Причём движение здесь не выглядит как убегание от проблем или трудностей, это просто движение как самоцель и способ существования, пусть далеко не всем близкий и понятный способ. Истории разные и разрозненные, не у всех есть начало и конец: мы вполне могли бы подслушать их в зале ожидания аэропорта или во время долгого путешествия поездом. Но вместе эти истории складываются в пазл, в картину, которую трудно описать словами: ты просто видишь её, чувствуешь. Так же и мы – мы все, всё сущее – разные, уникальные, непохожие, составляем что-то большое и цельное, что не всегда охватишь взглядом.
Движение здесь в двух направлениях: оно не только вовне, но и внутрь. Здесь много про тело, физиологию и людей, которые пытались постичь человеческое естество, задокументировать, приручить. И это тоже такая игра: мы сквозь малое видим большое и наоборот.
Ещё здесь много того, о чём я не знала или никогда не задумывалась, и все эти факты почему-то приводили меня в полный восторг. Посмертную маску Шопена делал муж дочери Жорж Санд. Филип Верхейен, открывший ахиллово сухожилие, объяснял фантомные боли единством души и тела: потеряв внешнюю часть, вся система целиком продолжает помнить об этой части, поэтому мы и чувствуем её отсутствие (иначе как вообще можно чувствовать отсутствие?). Носители английского языка, для которых он родной и единственный, должно быть, чувствуют себя неуютно и потерянно, потому что у них нет ничего приватного, нет места, куда можно спрятаться от мира, где всё на английском (и правда!).
И образность – какая тут образность! Поэтому и хотелось раздирать и выписывать. Про перелёт Иркутск – Москва, когда вылетаешь в 8 утра и прилетаешь в 8 утра того же дня: время текло внутри самолёта, но не вытекало наружу.
Хорошо как!
👍5
Амитав Гош «Маковое море»
Первая часть индийской или «Ибисной» трилогии (действие происходит на корабле «Ибис», отсюда и название). Вторая часть – «Дымная река», третья – «Огненный поток», но последнюю книгу, судя по всему, ещё не перевели.
Колониальный роман, хорошее приключенческое чтиво. Много ярких героев, совершенно разных: от индийской крестьянки до образованной француженки, от богатого раджи до беглого китайского каторжника. Всех их объединяют две вещи: во-первых, несправедливость мира и человеческая жестокость, во-вторых, корабль «Ибис» – в рамку путешествия и вписаны все сюжетные линии.
Я не могу сказать, что я в восторге и прямо сейчас побегу читать вторую часть. Но в целом неплохая история, с которой было приятно познакомиться.
Первая часть индийской или «Ибисной» трилогии (действие происходит на корабле «Ибис», отсюда и название). Вторая часть – «Дымная река», третья – «Огненный поток», но последнюю книгу, судя по всему, ещё не перевели.
Колониальный роман, хорошее приключенческое чтиво. Много ярких героев, совершенно разных: от индийской крестьянки до образованной француженки, от богатого раджи до беглого китайского каторжника. Всех их объединяют две вещи: во-первых, несправедливость мира и человеческая жестокость, во-вторых, корабль «Ибис» – в рамку путешествия и вписаны все сюжетные линии.
Я не могу сказать, что я в восторге и прямо сейчас побегу читать вторую часть. Но в целом неплохая история, с которой было приятно познакомиться.
👏3
Тайити Оно «Производственная система Тойоты»
Следующая книга из рубрики не художкой единой.
Признаться, я скептически отношусь к подобному чтению по одной простой причине: я не умею выбирать, я понятия не имею, где хорошее, а где – чушь собачья (а такого много, не будем отрицать). Но тут у меня появился список для чтения, и уже после первой книги из этого списка я поняла, что источнику этому я могу доверять. Это радует, люблю надёжные списки.
Книга впечатлила. Мне кажется, она полезна не только в бизнесе и производстве, но и просто в жизни. Главная идея – полное исключение потерь, то есть всего лишнего: складских запасов, движений, рабочей силы, даже информации. Вместо того, чтобы покрывать издержки из-за потерь за счет массового производства, автор предлагает исключить эти потери вовсе. То есть ты должен делать только то, что тебе нужно делать сейчас (руководствоваться спросом), иметь ровно столько, сколько нужно, и именно тогда, когда нужно (just in time).
Если так подумать, то полезный совет для жизни вообще. Книга очень японская, тут на самом деле идеи бизнеса тесно связаны с какой-то житейской мудростью, преемственностью и традицией.
Следующая книга из рубрики не художкой единой.
Признаться, я скептически отношусь к подобному чтению по одной простой причине: я не умею выбирать, я понятия не имею, где хорошее, а где – чушь собачья (а такого много, не будем отрицать). Но тут у меня появился список для чтения, и уже после первой книги из этого списка я поняла, что источнику этому я могу доверять. Это радует, люблю надёжные списки.
Книга впечатлила. Мне кажется, она полезна не только в бизнесе и производстве, но и просто в жизни. Главная идея – полное исключение потерь, то есть всего лишнего: складских запасов, движений, рабочей силы, даже информации. Вместо того, чтобы покрывать издержки из-за потерь за счет массового производства, автор предлагает исключить эти потери вовсе. То есть ты должен делать только то, что тебе нужно делать сейчас (руководствоваться спросом), иметь ровно столько, сколько нужно, и именно тогда, когда нужно (just in time).
Если так подумать, то полезный совет для жизни вообще. Книга очень японская, тут на самом деле идеи бизнеса тесно связаны с какой-то житейской мудростью, преемственностью и традицией.
🔥1
Итан Расиел «Метод McKinsey. Использование техник ведущих стратегических консультантов для решения личных и деловых задач»
Автор описывает свой опыт работы в консалтинговой компании McKinsey & Company и даёт основанные на этом опыте советы:
- как подходить к решению проблем, даже тех, которые кажутся нерешаемыми;
- как эффективно собирать информацию;
- как презентовать своё решение;
- как выживать при 100-часовой рабочей неделе и полугодичных командировках.
Хорошие, понятные техники, которые можно применять далеко не только в консалтинге; полезные – точно стоит намотать на ус. Но есть момент, который лично меня как-то немного напрягает: у меня было бы намного больше доверия к книге, в которой с таким пиететом рассказывается о методах McKinsey, во многом уникальных и неповторимых, если были эту книгу написал, скажем, один из директоров, партнёров или просто людей, проработавших в компании лет двадцать. Автор же работал консультантом в течение трёх лет. Я ни в коем случае не хочу обесценивать, но вот осадочек, как говорится, остался.
Автор описывает свой опыт работы в консалтинговой компании McKinsey & Company и даёт основанные на этом опыте советы:
- как подходить к решению проблем, даже тех, которые кажутся нерешаемыми;
- как эффективно собирать информацию;
- как презентовать своё решение;
- как выживать при 100-часовой рабочей неделе и полугодичных командировках.
Хорошие, понятные техники, которые можно применять далеко не только в консалтинге; полезные – точно стоит намотать на ус. Но есть момент, который лично меня как-то немного напрягает: у меня было бы намного больше доверия к книге, в которой с таким пиететом рассказывается о методах McKinsey, во многом уникальных и неповторимых, если были эту книгу написал, скажем, один из директоров, партнёров или просто людей, проработавших в компании лет двадцать. Автор же работал консультантом в течение трёх лет. Я ни в коем случае не хочу обесценивать, но вот осадочек, как говорится, остался.
🔥1
Орхан Памук «Чумные ночи»
Тоска, но не сразу. В первой половине сюжет так бодро пошел в гору, что я было подумала: а Памук ли это? Я читала его «Музей невинности» и «Стамбул – город воспоминаний», и они были настолько неторопливыми, размеренными, где-то даже слишком, что мне казалось, я проваливаюсь в дрёму, в сон, в какой-то другой мир, время переставало течь, и сложно было отделить реальность от сюжета.
Если коротко, то «Чумные ночи» про то, как в начале XX во время эпидемии чумы на выдуманном острове Мингер власти вводили карантин, чтобы спасти жизни людей, потом отменяли, а потом снова вводили; как карантин этот никто не держал; как торговали QR-кодами и не носили маски. Как за борьбой с болезнью вскрывается ещё много других проблем самого острова и всей Османской империи, которой этот остров принадлежит. Как борьба с чумой превращается в борьбу за власть.
Концовка – очень интересно, но ничего не понятно. Чтобы немножко разобраться, можно почитать тут.
Тоска, но не сразу. В первой половине сюжет так бодро пошел в гору, что я было подумала: а Памук ли это? Я читала его «Музей невинности» и «Стамбул – город воспоминаний», и они были настолько неторопливыми, размеренными, где-то даже слишком, что мне казалось, я проваливаюсь в дрёму, в сон, в какой-то другой мир, время переставало течь, и сложно было отделить реальность от сюжета.
Если коротко, то «Чумные ночи» про то, как в начале XX во время эпидемии чумы на выдуманном острове Мингер власти вводили карантин, чтобы спасти жизни людей, потом отменяли, а потом снова вводили; как карантин этот никто не держал; как торговали QR-кодами и не носили маски. Как за борьбой с болезнью вскрывается ещё много других проблем самого острова и всей Османской империи, которой этот остров принадлежит. Как борьба с чумой превращается в борьбу за власть.
Концовка – очень интересно, но ничего не понятно. Чтобы немножко разобраться, можно почитать тут.
🔥1
Ханья Янагихара «Люди среди деревьев»
Вот, кстати, непонятно: то ли это действительно гениально, то ли просто настолько хочется сейчас спрятаться, что эта история оказалась идеальным укрытием. Я провалилась в неё на два полных дня, и вылезать вообще не хотелось.
История про учёного, который открыл бессмертие. Открыл он его на маленьком острове, где жило не известное до этого племя. Само по себе пребывание на этом острове переворачивает жизнь (и героя, и читателя) с ног на голову: что казалось нужным, перестаёт таким быть, что казалось абсурдом, становится нормальным. После этого научного открытия жизнь снова переворачивается: в погоне за бессмертием остров вытаптывают, племя губят, разрушают всё, что было там ценного. Очень много этических вопросов, ответы придумай сам.
Мне понравилось даже больше, чем «Маленькая жизнь»: тут как-то поменьше надрыва, но он все равно есть. Я читала, и мне одновременно хотелось и не хотелось доходить до конца, я была почти уверена, каким он будет, это было неизбежно, но где-то в глубине души мне необходимо было верить герою (ну верю я в человечество, что поделать), и я верила ему до последней страницы (буквально). Это тот роман, где заглядывать на последнюю страницу точно не стоит (я этим грешу).
Очень жду новую книгу Янагихары «To Paradise».
Вот, кстати, непонятно: то ли это действительно гениально, то ли просто настолько хочется сейчас спрятаться, что эта история оказалась идеальным укрытием. Я провалилась в неё на два полных дня, и вылезать вообще не хотелось.
История про учёного, который открыл бессмертие. Открыл он его на маленьком острове, где жило не известное до этого племя. Само по себе пребывание на этом острове переворачивает жизнь (и героя, и читателя) с ног на голову: что казалось нужным, перестаёт таким быть, что казалось абсурдом, становится нормальным. После этого научного открытия жизнь снова переворачивается: в погоне за бессмертием остров вытаптывают, племя губят, разрушают всё, что было там ценного. Очень много этических вопросов, ответы придумай сам.
Мне понравилось даже больше, чем «Маленькая жизнь»: тут как-то поменьше надрыва, но он все равно есть. Я читала, и мне одновременно хотелось и не хотелось доходить до конца, я была почти уверена, каким он будет, это было неизбежно, но где-то в глубине души мне необходимо было верить герою (ну верю я в человечество, что поделать), и я верила ему до последней страницы (буквально). Это тот роман, где заглядывать на последнюю страницу точно не стоит (я этим грешу).
Очень жду новую книгу Янагихары «To Paradise».
❤3🔥2
Орхан Памук «Меня зовут Красный»
Нужно много знать об исламе, истории, мифах и легендах стран Востока, чтобы понять и получить удовольствие. В какие-то моменты получала удовольствие и я, но при этом понимала, что мне не хватает эрудиции, чтобы копнуть глубже.
Детектив, но одновременно это просто оболочка, потому что главное здесь, очевидно, не убийство, которое в центре сюжета. Главное – искусство, религия, отношения художника с богом и бога с художником. Классное повествование от лица разных героев (совсем разных, включая собак, лошадей и золотые монеты). Прекрасное имя главной героини, которое звучит как песня, – Шекюре.
В который раз убедилась, что Памук – восхитительный совершенно, но не мой, от меня сильно далёкий.
Нужно много знать об исламе, истории, мифах и легендах стран Востока, чтобы понять и получить удовольствие. В какие-то моменты получала удовольствие и я, но при этом понимала, что мне не хватает эрудиции, чтобы копнуть глубже.
Детектив, но одновременно это просто оболочка, потому что главное здесь, очевидно, не убийство, которое в центре сюжета. Главное – искусство, религия, отношения художника с богом и бога с художником. Классное повествование от лица разных героев (совсем разных, включая собак, лошадей и золотые монеты). Прекрасное имя главной героини, которое звучит как песня, – Шекюре.
В который раз убедилась, что Памук – восхитительный совершенно, но не мой, от меня сильно далёкий.
👎1👏1
Карина Шаинян «С ключом на шее»
Да что вы знаете, дорогой Сэлинджер, про болезненное взросление, сломанную психику, неустойчивые состояния и что-то вечно скребущее внутри?
Это не роман, это какой-то сгусток страхов, мучений, страданий, тайн и постоянной, непрекращающейся напряжённости. Я всю дорогу думала, да что там такое невыразимое, такое громадно-жуткое, такое неисправимое случилось в детстве героев, что всё теперь вот так? И тут небольшая проблемка: я так и не поняла, а что, собственно, это было. Ну, кроме, отвратительных взрослых, которые не понимают, не принимают, недолюбливают и вообще.
Тем не менее страху и напряжения на протяжении 24 часов аудиокниги на меня нагоняли изрядно: так, что слушать больше 20 минут кряду было просто тяжело. Да ещё и интонации чтеца подливали масла в огонь: удивительно подобрали на самом деле чтеца, даже на относительно ровных моментах она читает с таким надрывом, что хоть иди и вешайся.
Я бы не рекомендовала это читать, а особенно слушать аудиоверсию, тем, у кого есть какие-то серьёзные непроработанные детские травмы, тем, кому грустно и тяжело, или просто слишком восприимчивым, потому что – честно – от такого и в депрессию скатиться недолго.
Да что вы знаете, дорогой Сэлинджер, про болезненное взросление, сломанную психику, неустойчивые состояния и что-то вечно скребущее внутри?
Это не роман, это какой-то сгусток страхов, мучений, страданий, тайн и постоянной, непрекращающейся напряжённости. Я всю дорогу думала, да что там такое невыразимое, такое громадно-жуткое, такое неисправимое случилось в детстве героев, что всё теперь вот так? И тут небольшая проблемка: я так и не поняла, а что, собственно, это было. Ну, кроме, отвратительных взрослых, которые не понимают, не принимают, недолюбливают и вообще.
Тем не менее страху и напряжения на протяжении 24 часов аудиокниги на меня нагоняли изрядно: так, что слушать больше 20 минут кряду было просто тяжело. Да ещё и интонации чтеца подливали масла в огонь: удивительно подобрали на самом деле чтеца, даже на относительно ровных моментах она читает с таким надрывом, что хоть иди и вешайся.
Я бы не рекомендовала это читать, а особенно слушать аудиоверсию, тем, у кого есть какие-то серьёзные непроработанные детские травмы, тем, кому грустно и тяжело, или просто слишком восприимчивым, потому что – честно – от такого и в депрессию скатиться недолго.
👏1