The Hypocrite by Jo Hamaya (2024)
Однажды Гамлет решил проучить отчима/дядю и поставил “Мышеловку”.
Однажды София решила проучить своего отца и поставила феминистскую пьесу, в которой он должен был узнать себя.
Причина, которая заставила Софию нести обиду, как светоч, через десять лет, с одной стороны понятная, а с другой – преувеличенная. Отец написал книгу, отец пренебрег ее дочерними чувствами, отец апроприировал ее девичий опыт и растоптал ее эдельвейсы, поэтому самым лучшим способом мести будет старое доброе око за око. Пьеса за книгу. Невроз за невроз.
Роман делится на несколько смысловых частей. В первой читатель следит за тем, как отец Софии приходит на спектакль, как он разглядывает молодежь, как с самого начала узнает себя в фиолетовой рубашке. Эти главы перемежаются с главами, в которых София ужинает с матерью (по совместительству – бывшей женой отца Софии). Их откровенный разговор идет параллельно с откровенностью на сцене. Страсти накаляются в театре, страсти накаляются в ресторане. Снова припоминаются прежние обиды, а София оказывается вновь в положении маленькой девочки, которая ничего не поняла в отношениях отца и матери. Ей кажется, что она взрослая, но, лелея десять лет свою обиду, она так и осталась там, на Сицилии, где произошло то, что нам предстоит узнать.
Вся история ведет к тому, что Софии нужно поговорить с отцом, им нужно разобраться в том, что произошло. София ждет извинений. Отец ждет годами от нее звонка. Двое обиженных друг на друга, двое гордых. Fucking artists, резонно замечает мать Софии, набираясь вином.
Умело выстроенная ритмика романа держится на эмоциональном напряжении между Софией и ее отцом, а кто же из них лицемер на самом деле, остается на усмотрение читателя. Как и у Шекспира, отец Софи вскакивает в самый кульминационный момент и начинает кричать, узнав себя, к нему бросаются, чтобы успокоить, а пьеса проходит с бурным успехом. Софию называют достойной дочерью талантливого отца, ее “Мышеловка” в их отношениях выглядит скорее фарсом, детским капризом.
Это во всех отношениях хороший роман, в котором каждая сцена прекрасна и наполнена смыслом. Ни одного лишнего героя, ни одной лишней реплики. Кстати, все реплики интересно вплетены в повествование, никак не выделенные в тексте, что в очередной раз напоминает нам, что жизнь – театр, а театр – это жизнь.
#анастасия
#английский
Однажды Гамлет решил проучить отчима/дядю и поставил “Мышеловку”.
Однажды София решила проучить своего отца и поставила феминистскую пьесу, в которой он должен был узнать себя.
Причина, которая заставила Софию нести обиду, как светоч, через десять лет, с одной стороны понятная, а с другой – преувеличенная. Отец написал книгу, отец пренебрег ее дочерними чувствами, отец апроприировал ее девичий опыт и растоптал ее эдельвейсы, поэтому самым лучшим способом мести будет старое доброе око за око. Пьеса за книгу. Невроз за невроз.
Роман делится на несколько смысловых частей. В первой читатель следит за тем, как отец Софии приходит на спектакль, как он разглядывает молодежь, как с самого начала узнает себя в фиолетовой рубашке. Эти главы перемежаются с главами, в которых София ужинает с матерью (по совместительству – бывшей женой отца Софии). Их откровенный разговор идет параллельно с откровенностью на сцене. Страсти накаляются в театре, страсти накаляются в ресторане. Снова припоминаются прежние обиды, а София оказывается вновь в положении маленькой девочки, которая ничего не поняла в отношениях отца и матери. Ей кажется, что она взрослая, но, лелея десять лет свою обиду, она так и осталась там, на Сицилии, где произошло то, что нам предстоит узнать.
Вся история ведет к тому, что Софии нужно поговорить с отцом, им нужно разобраться в том, что произошло. София ждет извинений. Отец ждет годами от нее звонка. Двое обиженных друг на друга, двое гордых. Fucking artists, резонно замечает мать Софии, набираясь вином.
Умело выстроенная ритмика романа держится на эмоциональном напряжении между Софией и ее отцом, а кто же из них лицемер на самом деле, остается на усмотрение читателя. Как и у Шекспира, отец Софи вскакивает в самый кульминационный момент и начинает кричать, узнав себя, к нему бросаются, чтобы успокоить, а пьеса проходит с бурным успехом. Софию называют достойной дочерью талантливого отца, ее “Мышеловка” в их отношениях выглядит скорее фарсом, детским капризом.
Это во всех отношениях хороший роман, в котором каждая сцена прекрасна и наполнена смыслом. Ни одного лишнего героя, ни одной лишней реплики. Кстати, все реплики интересно вплетены в повествование, никак не выделенные в тексте, что в очередной раз напоминает нам, что жизнь – театр, а театр – это жизнь.
#анастасия
#английский
🐳31🕊11
A Sunny Place for Shady People by Mariana Enríquez (2024)
Translated into English by Megan McDowell (2024)
Я читала сборник “Опасности курения в постели”, и он меня очень впечатлил. Свежий сборник писательницы понравился мне даже больше, и теперь мне хотелось бы прочитать и другие ее книги.
Двенадцать рассказов о людях, призраках и разных существах, которые как будто балансируют на грани между теми и другими. Мне очень понравились рассказы об отношениях людей и умерших. Где-то они мирно сосуществуют, становятся частью обыденной жизни друг друга, а где-то, напротив, мертвые страдают, и это страдание переносится и на живых. Рассказы об отношениях со своим собственным телом тоже оказались свежими и оригинальными, хотя на эту тему чего только уже не написали.
Где-то рассказы похожи на сказки или легенды, некоторые больше похожи на хоррор или саспенс, но во всех рассказах есть сюжетный драйв, который держит до самого конца, и лирический тон, который удивительно дополняет сюжеты страшных сказок. Все они написаны с трепетным отношением к традициям, мифологическим сюжетам, простым людям и обыденной жизни. Изнанка реальности в рассказах Энрикес находится очень близко к наблюдателю.
Самое интересное для меня – то, как заканчивается практически каждый рассказ. Финал не ставит ни одной жирной точки, мы как бы зависаем в пространстве и времени вместе с героями, перед которыми только будет разворачиваться развязка их сюжета. То есть концовка наступает практически сразу после кульминации. И нет, это не открытый финал: финал очень определенно очерчен, просто не артикулирован дословно. Мне очень понравилось это решение, оно дает сборнику единство композиции и в то же время не превращает его в коллекцию поучительных баек в стиле “жила-была одна девочка, не носила шапку, и злая ведьма откусила ей голову, ходи в шапке”. Наоборот, в прозе Энрикес царит торжество сломанных стереотипов, подогнутых под свои нужды нарративов, отказа прогибаться под изменчивый мир – или безысходность несмотря на все это. Даже принятие неизбежного у ее героев максимально активное, не похожее на пассивное смирение.
#валентина
#английский
Translated into English by Megan McDowell (2024)
Я читала сборник “Опасности курения в постели”, и он меня очень впечатлил. Свежий сборник писательницы понравился мне даже больше, и теперь мне хотелось бы прочитать и другие ее книги.
Двенадцать рассказов о людях, призраках и разных существах, которые как будто балансируют на грани между теми и другими. Мне очень понравились рассказы об отношениях людей и умерших. Где-то они мирно сосуществуют, становятся частью обыденной жизни друг друга, а где-то, напротив, мертвые страдают, и это страдание переносится и на живых. Рассказы об отношениях со своим собственным телом тоже оказались свежими и оригинальными, хотя на эту тему чего только уже не написали.
Где-то рассказы похожи на сказки или легенды, некоторые больше похожи на хоррор или саспенс, но во всех рассказах есть сюжетный драйв, который держит до самого конца, и лирический тон, который удивительно дополняет сюжеты страшных сказок. Все они написаны с трепетным отношением к традициям, мифологическим сюжетам, простым людям и обыденной жизни. Изнанка реальности в рассказах Энрикес находится очень близко к наблюдателю.
Самое интересное для меня – то, как заканчивается практически каждый рассказ. Финал не ставит ни одной жирной точки, мы как бы зависаем в пространстве и времени вместе с героями, перед которыми только будет разворачиваться развязка их сюжета. То есть концовка наступает практически сразу после кульминации. И нет, это не открытый финал: финал очень определенно очерчен, просто не артикулирован дословно. Мне очень понравилось это решение, оно дает сборнику единство композиции и в то же время не превращает его в коллекцию поучительных баек в стиле “жила-была одна девочка, не носила шапку, и злая ведьма откусила ей голову, ходи в шапке”. Наоборот, в прозе Энрикес царит торжество сломанных стереотипов, подогнутых под свои нужды нарративов, отказа прогибаться под изменчивый мир – или безысходность несмотря на все это. Даже принятие неизбежного у ее героев максимально активное, не похожее на пассивное смирение.
#валентина
#английский
Telegram
Books in my hands | Книги в моих руках
Сегодня я приготовила для вас разные #рассказы, которые я прочитала, но не рассказывала еще на своем канале. Они очень разные, но точно подойдут для осеннего настроения!
“The Dangers of Smoking in Bed”, Mariana Enriquez
“Опасности курения в постели”,…
“The Dangers of Smoking in Bed”, Mariana Enriquez
“Опасности курения в постели”,…
🐳31🕊6
Сегодня у нас гостевой пост нашей подруги Насти и ее канала @booksnall - открываем новые горизонты и активно смотрим в сторону немецкой литературы!
#немецкий
@booksnall
#немецкий
@booksnall
🐳13🕊4
Tonio Schachinger - Echtzeitalter (2023)
Австриец Тонио Шахингер получил Немецкую книжную премию за роман «Echtzeitalter».
Тилль Кокорда учится в элитном венском интернате, играет в Age of Empires 2, влюбляется, терпит диктат взрослых над своей жизнью, взрослеет.
Родители Тилля разведены, учителя - более и менее некомпетентные самодуры, друзья - отпрыски австрийской буржуазии, влюблённой в свою историю и в самих себя.
«Echtzeitalter» - это бильдунгсроман о повседневности школьной жизни и социальный роман об австрийском обществе до эпидемии коронавируса.
Лёгкий и слегка ироничный тон Шахингера лентой обвязывает разговоры о дружбе, политике и литературе, и в итоге получается не книжка, а подарочек для души.
p.s. Пока читала Echtzeitalter, отмахивалась от вьетнамских флэшбеков: в 2015 году я участвовала в воркшопе по Ницше, он проходил в интернате, в котором Ницше учился и страдал – Шульпфорте, близ Наумбурга. Коридоры Шульпфорты были украшены чучелами кабанов, а кладбище - учениками и ученицами, которые самоубились, не выдержав стресса от пребывания в этой звенящей элитарности.
Австриец Тонио Шахингер получил Немецкую книжную премию за роман «Echtzeitalter».
Тилль Кокорда учится в элитном венском интернате, играет в Age of Empires 2, влюбляется, терпит диктат взрослых над своей жизнью, взрослеет.
Родители Тилля разведены, учителя - более и менее некомпетентные самодуры, друзья - отпрыски австрийской буржуазии, влюблённой в свою историю и в самих себя.
«Echtzeitalter» - это бильдунгсроман о повседневности школьной жизни и социальный роман об австрийском обществе до эпидемии коронавируса.
Лёгкий и слегка ироничный тон Шахингера лентой обвязывает разговоры о дружбе, политике и литературе, и в итоге получается не книжка, а подарочек для души.
p.s. Пока читала Echtzeitalter, отмахивалась от вьетнамских флэшбеков: в 2015 году я участвовала в воркшопе по Ницше, он проходил в интернате, в котором Ницше учился и страдал – Шульпфорте, близ Наумбурга. Коридоры Шульпфорты были украшены чучелами кабанов, а кладбище - учениками и ученицами, которые самоубились, не выдержав стресса от пребывания в этой звенящей элитарности.
🐳30🕊9
Miss Morton and the Deadly Inheritance by Catherine Lloyd (2024)
Это третий уютный детектив в эдвардианском сеттинге про мисс Мортон и ее работодательницу. Про предыдущие можно почитать здесь и здесь. Для меня это тот случай, когда к кактусу тянет непреодолимая сила, несмотря на всю его повышенную колючесть.
Продолжается лондонский великосветский сезон, который начался еще в первой книге, и мисс Мортон, дочь покойного разорившегося лорда, все так же работает компаньонкой у богатой, но безродной миссис Фрогертон. Внезапно с героиней связывается нотариус ее отца. Как оказалось, было найдено его завещание, о котором никто не подозревал. Конечно, не очень понятно, что можно ожидать от завещания человека, который перед смертью умудрился разбазарить даже приданое своих дочерей, но все, кто держал это завещание в руках, странным образом начинают умирать. Ко всему прочему, младшая сестра мисс Мортон никак не может простить ей, что вместо поместья богатой тетушки ей теперь приходится ютиться в одном из лучших частных пансионов, и подкидывает главной героине новых проблем.
Честно говоря, эта книга серии понравилась мне даже меньше остальных, потому что детективное расследование здесь отошло даже не на второй, а на третий план. Первая треть прошла в светской болтовне и хождении вокруг да около, которые ничего, по-моему, не добавляют к основной истории, а просто занимают эфирное время. Из-за этого расследование самого преступления выглядит как добавленное уже задним числом. Гораздо важнее здесь, кого же из потенциальных претендентов в мужья выберет мисс Мортон: доктора или инспектора? Конечно, кто Гэлбрейта читал, того очередным “will they, won’t they?” в детективе не напугать, но кажется, что у героев Кэтрин Ллойд нет совершенно никакого развития, и они третью книгу подряд топчутся на одном месте. Вот хоть какую бы кость голодным читателям кинула, честное слово!
Все антагонисты здесь по-диккенсовски злые. Если не скажут какую-то мерзость, то страница зря пропала. Вроде бы описываются приличные люди, но редкий аристократ или владелец фабрик-заводов-пароходов может удержаться от плевка ядом при первой же возможности. Кажется, что по злобности и желанию сделать гадость с ними может конкурировать только Квилл из «Лавки древностей». В них как будто нет никаких нюансов, за чем наблюдать не очень интересно.
Были у меня вопросы и к логике. Например, оставить молодую женщину одну в комнате с мужчиной нельзя, но отправить их вместе с поездку – вполне себе классная идея. Из-за всего этого общее впечатление у меня оказалось сильно смазанным. Но значит ли это, что я не буду читать продолжение? Конечно, не значит! Потому что как еще я узнаю, will they or won’t they? 😅
#юля
#английский
Это третий уютный детектив в эдвардианском сеттинге про мисс Мортон и ее работодательницу. Про предыдущие можно почитать здесь и здесь. Для меня это тот случай, когда к кактусу тянет непреодолимая сила, несмотря на всю его повышенную колючесть.
Продолжается лондонский великосветский сезон, который начался еще в первой книге, и мисс Мортон, дочь покойного разорившегося лорда, все так же работает компаньонкой у богатой, но безродной миссис Фрогертон. Внезапно с героиней связывается нотариус ее отца. Как оказалось, было найдено его завещание, о котором никто не подозревал. Конечно, не очень понятно, что можно ожидать от завещания человека, который перед смертью умудрился разбазарить даже приданое своих дочерей, но все, кто держал это завещание в руках, странным образом начинают умирать. Ко всему прочему, младшая сестра мисс Мортон никак не может простить ей, что вместо поместья богатой тетушки ей теперь приходится ютиться в одном из лучших частных пансионов, и подкидывает главной героине новых проблем.
Честно говоря, эта книга серии понравилась мне даже меньше остальных, потому что детективное расследование здесь отошло даже не на второй, а на третий план. Первая треть прошла в светской болтовне и хождении вокруг да около, которые ничего, по-моему, не добавляют к основной истории, а просто занимают эфирное время. Из-за этого расследование самого преступления выглядит как добавленное уже задним числом. Гораздо важнее здесь, кого же из потенциальных претендентов в мужья выберет мисс Мортон: доктора или инспектора? Конечно, кто Гэлбрейта читал, того очередным “will they, won’t they?” в детективе не напугать, но кажется, что у героев Кэтрин Ллойд нет совершенно никакого развития, и они третью книгу подряд топчутся на одном месте. Вот хоть какую бы кость голодным читателям кинула, честное слово!
Все антагонисты здесь по-диккенсовски злые. Если не скажут какую-то мерзость, то страница зря пропала. Вроде бы описываются приличные люди, но редкий аристократ или владелец фабрик-заводов-пароходов может удержаться от плевка ядом при первой же возможности. Кажется, что по злобности и желанию сделать гадость с ними может конкурировать только Квилл из «Лавки древностей». В них как будто нет никаких нюансов, за чем наблюдать не очень интересно.
Были у меня вопросы и к логике. Например, оставить молодую женщину одну в комнате с мужчиной нельзя, но отправить их вместе с поездку – вполне себе классная идея. Из-за всего этого общее впечатление у меня оказалось сильно смазанным. Но значит ли это, что я не буду читать продолжение? Конечно, не значит! Потому что как еще я узнаю, will they or won’t they? 😅
#юля
#английский
🐳22🕊4
The Proof of My Innocence by Jonathan Coe (2024)
Фил не нравится ее жизнь после окончания университета. Она вернулась в родительский дом и работает в японском ресторане в аэропорту. Где-то внутри теплится идея написать книгу, но это лишь шальная мысль. В гости приезжает мамин однокурсник Кристофер и его приемная дочь Рашида. Кристофер ведет левополитический блог и оказывается удивительно интересным человеком, а с Рашидой у Фил моментально завязывается дружба. Все было бы отлично, если бы Кристофера, который отправился на конференцию политиков и мыслителей правого толка, не убили прямо в отеле на следующий день после смерти Елизаветы II. За дело берется инспектор полиции Пру Фриборн, которая в этот день должна была уйти на пенсию. Но что же делать, работа есть работа…
Так судьбы людей разных поколений и разных политических (и литературных, что важно!) убеждений оказываются связаны воедино из-за трагической гибели Кристофера. Что особенно интересно, в этом романе связываются воедино не только различные темы, но и разнообразные жанры. То, что началось как классический английский детектив, превращается вдруг в кусок романа взросления с элементами метапрозы, потом снова сворачивает на детективное шоссе, а потом резко выходит на темную академию, шпионские приключения, опять подмигивает метапрозой и политическим романом.
При этом Коу удается удерживать внимание и разжигать читательский интерес на протяжении всех этих разнообразных фрагментов, обеспечивать их связность между собой, логичность, преемственность образности и символизма. Автор даже играет строго по правилам детектива Золотого века и дает читателю все честные подсказки и улики, чтобы можно было угадать, кто преступник, какие у него мотивы, чтобы можно было самостоятельно выстроить логичную и стройную цепочку еще до того, как к этому придут герои, которые расследуют убийство – и другие таинственные происшествия в романе.
Мне сложно было оторваться от чтения, потому что автор собрал в одном романе всё, что мне нравится в литературе. Тут и таинственный фамильный особняк с секретами, некоторые из которых стыдные; и утерянный экземпляр романа, в котором герои надеются найти ответы на свои вопросы; и теория заговора, основанная на политической вражде и борьбе за власть и деньги; и кучка аутсайдеров в элитном учебном заведении; и женская дружба, которая завязалась из-за мэнсплейнинга; и любовь к сериалу “Друзья”; и главное – увлекательный сюжет, который разворачивается в нескольких временных линиях, в нескольких разных текстах, в нескольких разных смыслах. Потрясающе увлекательное чтение!
Книгу обещает в этом году @phantombooks.
#валентина
#английский
Фил не нравится ее жизнь после окончания университета. Она вернулась в родительский дом и работает в японском ресторане в аэропорту. Где-то внутри теплится идея написать книгу, но это лишь шальная мысль. В гости приезжает мамин однокурсник Кристофер и его приемная дочь Рашида. Кристофер ведет левополитический блог и оказывается удивительно интересным человеком, а с Рашидой у Фил моментально завязывается дружба. Все было бы отлично, если бы Кристофера, который отправился на конференцию политиков и мыслителей правого толка, не убили прямо в отеле на следующий день после смерти Елизаветы II. За дело берется инспектор полиции Пру Фриборн, которая в этот день должна была уйти на пенсию. Но что же делать, работа есть работа…
Так судьбы людей разных поколений и разных политических (и литературных, что важно!) убеждений оказываются связаны воедино из-за трагической гибели Кристофера. Что особенно интересно, в этом романе связываются воедино не только различные темы, но и разнообразные жанры. То, что началось как классический английский детектив, превращается вдруг в кусок романа взросления с элементами метапрозы, потом снова сворачивает на детективное шоссе, а потом резко выходит на темную академию, шпионские приключения, опять подмигивает метапрозой и политическим романом.
При этом Коу удается удерживать внимание и разжигать читательский интерес на протяжении всех этих разнообразных фрагментов, обеспечивать их связность между собой, логичность, преемственность образности и символизма. Автор даже играет строго по правилам детектива Золотого века и дает читателю все честные подсказки и улики, чтобы можно было угадать, кто преступник, какие у него мотивы, чтобы можно было самостоятельно выстроить логичную и стройную цепочку еще до того, как к этому придут герои, которые расследуют убийство – и другие таинственные происшествия в романе.
Мне сложно было оторваться от чтения, потому что автор собрал в одном романе всё, что мне нравится в литературе. Тут и таинственный фамильный особняк с секретами, некоторые из которых стыдные; и утерянный экземпляр романа, в котором герои надеются найти ответы на свои вопросы; и теория заговора, основанная на политической вражде и борьбе за власть и деньги; и кучка аутсайдеров в элитном учебном заведении; и женская дружба, которая завязалась из-за мэнсплейнинга; и любовь к сериалу “Друзья”; и главное – увлекательный сюжет, который разворачивается в нескольких временных линиях, в нескольких разных текстах, в нескольких разных смыслах. Потрясающе увлекательное чтение!
Книгу обещает в этом году @phantombooks.
#валентина
#английский
1🕊32🐳24
Held by Anne Michaels (2023)
#BookerLong2024
#BookerShort2024
Этот небольшой роман канадской писательницы и поэтессы рассказывает историю четырех поколений одной семьи поэтично, образно и задумчиво.
Роман начинается на поле боя в 1917 году, где герой получил ранение. Он вернулся с войны и вместе с женой открыл фотосалон, но на фотографиях начали появляться люди, которых не было в студии, когда он снимал: это призраки людей, которые не успели проститься с любимыми. Джон не спешит обнародовать эту аномалию: он не знает, к чему это приведет, но по возможности помогает некоторым своим клиентам.
В каждом поколении семьи будут люди, которые, возможно, против логики и без всякой необходимости бросаются на безрассудные авантюры, чтобы помочь ближним и дальним. Но всегда их крепко держит связь с любимыми, с семьей, со своими близкими. Важность семейного и любовного контакта, которая заявлена в названии, неоднократно подчеркивается в самом тексте романа: когда тебя обнимают, ты понимаешь, что ты кому-то нужен, и жить эту жизнь, бороться со страшными или несправедливыми событиями, становится немножко легче.
Стиль романа задумчивый, медитативный, полный лирических отступлений и экскурсий во внутренний мир героев, в их воспоминания и размышления о смысле жизни, об уходящем времени, о связи настоящего и будущего. Проза поэта здесь стала и преимуществом, и недостатком: это очень сюжетный и многолюдный роман, и хотелось чуть больше о жизни героев, а не об их поиске смысла той самой жизни в своей голове.
Фантастический элемент, как бы невзначай введенный в первой части романа, так и повиснет там недосказанным словом: вся остальная сюжетная линия полностью реалистична, хотя и не лишена загадок, совпадений, таинственных происшествий.
#валентина
#английский
#BookerLong2024
#BookerShort2024
Этот небольшой роман канадской писательницы и поэтессы рассказывает историю четырех поколений одной семьи поэтично, образно и задумчиво.
Роман начинается на поле боя в 1917 году, где герой получил ранение. Он вернулся с войны и вместе с женой открыл фотосалон, но на фотографиях начали появляться люди, которых не было в студии, когда он снимал: это призраки людей, которые не успели проститься с любимыми. Джон не спешит обнародовать эту аномалию: он не знает, к чему это приведет, но по возможности помогает некоторым своим клиентам.
В каждом поколении семьи будут люди, которые, возможно, против логики и без всякой необходимости бросаются на безрассудные авантюры, чтобы помочь ближним и дальним. Но всегда их крепко держит связь с любимыми, с семьей, со своими близкими. Важность семейного и любовного контакта, которая заявлена в названии, неоднократно подчеркивается в самом тексте романа: когда тебя обнимают, ты понимаешь, что ты кому-то нужен, и жить эту жизнь, бороться со страшными или несправедливыми событиями, становится немножко легче.
Стиль романа задумчивый, медитативный, полный лирических отступлений и экскурсий во внутренний мир героев, в их воспоминания и размышления о смысле жизни, об уходящем времени, о связи настоящего и будущего. Проза поэта здесь стала и преимуществом, и недостатком: это очень сюжетный и многолюдный роман, и хотелось чуть больше о жизни героев, а не об их поиске смысла той самой жизни в своей голове.
Фантастический элемент, как бы невзначай введенный в первой части романа, так и повиснет там недосказанным словом: вся остальная сюжетная линия полностью реалистична, хотя и не лишена загадок, совпадений, таинственных происшествий.
#валентина
#английский
🐳27🕊7
Women in the Valley of the Kings: The Untold Story of Women Egyptologists in the Gilded Age by Kathleen Sheppard (2024)
Может показаться, что мы знаем о Древнем Египте много - и, пожалуй, так и есть. Во всяком случае, можно довольно смело утверждать, что о положении дел в Египте образца 20-х XXI мы осведомлены в куда меньшей степени. То ли дело фараоны, пирамиды, иероглифы и прочие разноцветные стеклышки-секретики-приветики из глубокой древности, известные нам чуть ли не с первых школьных лет.
Однако дальше вот этого супового набора «фараоны, пирамиды, иероглифы» наше знание о Древнем Египте редко заходит, а меж тем египтология, как кабинетная, так и полевая - это, в первую очередь, сотни интереснейших судеб и путей, причудливо пересекшихся в Долине Царей и ее окрестностях. Именно этим судьбам и путям посвятила свою книгу Кэтлин Шеппард, профессор истории из Миссури.
Автор нескольких исследований египтологии, в своей книге Кэтлин сосредоточила свое внимание на тех, чей труд по понятным историческим причинам долгие годы оставался за скобками - на женщинах, искренне преданных науке. Она рассказывает об Амелии Эдвардс, Мэгги Бенсон, Эмме Эндрюс и многих других египтологах, благодаря деньгам, трудам и популяризаторской деятельности которых мы сегодня знаем и можем увидеть, например, храм богини Мут в Карнаке.
Рассказывая о развитии египтологии на протяжении полувека, с конца XIX по начало XX века, автор не обходит стороной и такие сложные темы как права женщин и их участие в раскопках и исследованиях наравне с мужчинами (имена некоторых из них, например, Флиндерса Питри, известны не меньше, чем того же легендарного Шлимана - ему, кстати, Амелия Эдвардс почти предложила проводить раскопки в Долине, но вовремя узнала о сомнительных методах его работы); колониальное отношение египтологов к рядовым сотрудникам, нанятым в соседних деревнях, и найденным сокровищам. Шеппард не встает на чью-либо сторону ни в одном из этих скользких вопросов, с пониманием относясь к приметам времени, однако не лишает себя удовольствия сравнить наш век принятия и инклюзивности с ныне покрытым пылью, хоть и значащимся «позолоченным» веком развития цивилизации.
Как и любой хороший нонфикшен на очень узкую тему, Women in the Valley of the Kings показывает, что все в этом мире подлежит специальному исследованию - Египет, египтология, люди, занятые египтологией и люди, описывающие людей, занятых египтологией тут совсем не исключение. И, конечно, как и любой хороший нонфикшен, Women in the Valley of the Kings требует продолжения «банкета», которым может стать книга, упомянутая в самом начале исследования Кэтлин Шеппард - книга, без которой ни одна из упомянутых героинь не отправилась бы в пустыню.
Ей стали «Письма из Египта» Люси Дафф-Гордон, которые она писала домой из одиночного (то есть почти немыслимого для приличной барышни XIX века) путешествия в Египет, предпринятого ради лечения туберкулеза. Подробно описывающие жизнь на Ниле, в Луксоре, где она каждый день наблюдала за восходом солнца над древними колоннами прямо со своего балкона, они разошлись немалым тиражом по Великобритании и вдохновили современниц Люси на довольно авантюрные поездки, благодаря которым с 1865 года, года издания «Писем из Египта» (кстати, также все еще не переведенных на русский язык), немало пополнивших фонды европейский и американских исторических музеев.
И в этом смысле Women in the Valley of the Kings и сама Кэтлин Шеппард уверенно наследует традициям, заложенным ее предшественницами, судьбы и пути которых так причудливо сплелись в Долине Царей - и продолжают влиять на следующие поколения египтологов.
#английский
#леночка
Может показаться, что мы знаем о Древнем Египте много - и, пожалуй, так и есть. Во всяком случае, можно довольно смело утверждать, что о положении дел в Египте образца 20-х XXI мы осведомлены в куда меньшей степени. То ли дело фараоны, пирамиды, иероглифы и прочие разноцветные стеклышки-секретики-приветики из глубокой древности, известные нам чуть ли не с первых школьных лет.
Однако дальше вот этого супового набора «фараоны, пирамиды, иероглифы» наше знание о Древнем Египте редко заходит, а меж тем египтология, как кабинетная, так и полевая - это, в первую очередь, сотни интереснейших судеб и путей, причудливо пересекшихся в Долине Царей и ее окрестностях. Именно этим судьбам и путям посвятила свою книгу Кэтлин Шеппард, профессор истории из Миссури.
Автор нескольких исследований египтологии, в своей книге Кэтлин сосредоточила свое внимание на тех, чей труд по понятным историческим причинам долгие годы оставался за скобками - на женщинах, искренне преданных науке. Она рассказывает об Амелии Эдвардс, Мэгги Бенсон, Эмме Эндрюс и многих других египтологах, благодаря деньгам, трудам и популяризаторской деятельности которых мы сегодня знаем и можем увидеть, например, храм богини Мут в Карнаке.
Рассказывая о развитии египтологии на протяжении полувека, с конца XIX по начало XX века, автор не обходит стороной и такие сложные темы как права женщин и их участие в раскопках и исследованиях наравне с мужчинами (имена некоторых из них, например, Флиндерса Питри, известны не меньше, чем того же легендарного Шлимана - ему, кстати, Амелия Эдвардс почти предложила проводить раскопки в Долине, но вовремя узнала о сомнительных методах его работы); колониальное отношение египтологов к рядовым сотрудникам, нанятым в соседних деревнях, и найденным сокровищам. Шеппард не встает на чью-либо сторону ни в одном из этих скользких вопросов, с пониманием относясь к приметам времени, однако не лишает себя удовольствия сравнить наш век принятия и инклюзивности с ныне покрытым пылью, хоть и значащимся «позолоченным» веком развития цивилизации.
Как и любой хороший нонфикшен на очень узкую тему, Women in the Valley of the Kings показывает, что все в этом мире подлежит специальному исследованию - Египет, египтология, люди, занятые египтологией и люди, описывающие людей, занятых египтологией тут совсем не исключение. И, конечно, как и любой хороший нонфикшен, Women in the Valley of the Kings требует продолжения «банкета», которым может стать книга, упомянутая в самом начале исследования Кэтлин Шеппард - книга, без которой ни одна из упомянутых героинь не отправилась бы в пустыню.
Ей стали «Письма из Египта» Люси Дафф-Гордон, которые она писала домой из одиночного (то есть почти немыслимого для приличной барышни XIX века) путешествия в Египет, предпринятого ради лечения туберкулеза. Подробно описывающие жизнь на Ниле, в Луксоре, где она каждый день наблюдала за восходом солнца над древними колоннами прямо со своего балкона, они разошлись немалым тиражом по Великобритании и вдохновили современниц Люси на довольно авантюрные поездки, благодаря которым с 1865 года, года издания «Писем из Египта» (кстати, также все еще не переведенных на русский язык), немало пополнивших фонды европейский и американских исторических музеев.
И в этом смысле Women in the Valley of the Kings и сама Кэтлин Шеппард уверенно наследует традициям, заложенным ее предшественницами, судьбы и пути которых так причудливо сплелись в Долине Царей - и продолжают влиять на следующие поколения египтологов.
#английский
#леночка
🐳28🕊8
Kairos by Jenny Erpenbeck (2021)
Translated into English by Michael Hofmann (2023)
#IntBookerLong_2024
#IntBookerShort_2024
#IntBooker_2024
В разделенном Берлине девятнадцатилетняя Катарина и Ганс, который старше на 34 года, встречаются и будто бы влюбляются. Ганс женат, но уходить от жены не собирается, тем не менее, его связь с Катариной продлится много лет, отпечатается на всей ее жизни, а после смерти Ганса она получит две коробки с его письмами и бумагами, и из своей налаженной взрослой жизни ей придется вернуться в турбулентную юность.
История странной связи двоих героев с огромной разницей в возрасте, однако, вряд ли была бы достаточным основанием для книги, чтобы удостоиться Международного Букера в 2024 году. Сюжет разворачивается на фоне политических изменений в Германии, и Ганс, который застал куда больше, чем Катарина, вместе со своей семьей буквально прошел через ключевые стадии германского двадцатого века: вот он с родителями переезжает в дом, где ему достается шикарная лошадь-качалка; вот отец выбрасывает его коричневую рубашку ГЮ, вот он оказывается в Ост-Берлине, а вот стена падает, и наконец-то он может вернуться на знакомые улицы западной части города, но и тут будет нюанс. При этом для Катарины, которая не знала единой Германии, воссоединение выглядит странно и страшно, где теперь ее дом? Кто теперь она? Как понять собственную идентичность, когда страна в одночасье стала другой?
История отношений Катарины и Ганса выглядит такой же мучительной и противоестественной, как гигантская стена посреди города, и эти отношения дезинтегрируются будто бы сами собой вместе с падением стены. Доминирующее властное присутствие Ганса в жизни Катарины казалось таким естественным, таким необходимым, пока вдруг не пропало. А вся неземная любовь стареющего радиоведущего к студентке постоянно прерывается затейливой интерлюдией: вот Ганс и Катарина идут по магазинам, прямо как настоящая пара! Но только у нее в руках список продуктов, который написала уверенной рукой его жена, и весь результат шоппинга Ганс понесет к себе домой. Эта мучительная деталь – одна из многих, за которые хочется перестать видеть Ганса как набор букв на бумаге, а хочется просто от чистого сердца прописать ему душевную пощечину. Книга вызывает очень яркие эмоции, и не получится читать ее спокойно.
Причудливое переплетение интимного и исторического, частностей и обобщений в сочетании с увлекательным сюжетом и выверенной композицией – это “Кайрос”.
#валентина
#английский
Translated into English by Michael Hofmann (2023)
#IntBookerLong_2024
#IntBookerShort_2024
#IntBooker_2024
В разделенном Берлине девятнадцатилетняя Катарина и Ганс, который старше на 34 года, встречаются и будто бы влюбляются. Ганс женат, но уходить от жены не собирается, тем не менее, его связь с Катариной продлится много лет, отпечатается на всей ее жизни, а после смерти Ганса она получит две коробки с его письмами и бумагами, и из своей налаженной взрослой жизни ей придется вернуться в турбулентную юность.
История странной связи двоих героев с огромной разницей в возрасте, однако, вряд ли была бы достаточным основанием для книги, чтобы удостоиться Международного Букера в 2024 году. Сюжет разворачивается на фоне политических изменений в Германии, и Ганс, который застал куда больше, чем Катарина, вместе со своей семьей буквально прошел через ключевые стадии германского двадцатого века: вот он с родителями переезжает в дом, где ему достается шикарная лошадь-качалка; вот отец выбрасывает его коричневую рубашку ГЮ, вот он оказывается в Ост-Берлине, а вот стена падает, и наконец-то он может вернуться на знакомые улицы западной части города, но и тут будет нюанс. При этом для Катарины, которая не знала единой Германии, воссоединение выглядит странно и страшно, где теперь ее дом? Кто теперь она? Как понять собственную идентичность, когда страна в одночасье стала другой?
История отношений Катарины и Ганса выглядит такой же мучительной и противоестественной, как гигантская стена посреди города, и эти отношения дезинтегрируются будто бы сами собой вместе с падением стены. Доминирующее властное присутствие Ганса в жизни Катарины казалось таким естественным, таким необходимым, пока вдруг не пропало. А вся неземная любовь стареющего радиоведущего к студентке постоянно прерывается затейливой интерлюдией: вот Ганс и Катарина идут по магазинам, прямо как настоящая пара! Но только у нее в руках список продуктов, который написала уверенной рукой его жена, и весь результат шоппинга Ганс понесет к себе домой. Эта мучительная деталь – одна из многих, за которые хочется перестать видеть Ганса как набор букв на бумаге, а хочется просто от чистого сердца прописать ему душевную пощечину. Книга вызывает очень яркие эмоции, и не получится читать ее спокойно.
Причудливое переплетение интимного и исторического, частностей и обобщений в сочетании с увлекательным сюжетом и выверенной композицией – это “Кайрос”.
#валентина
#английский
🐳29🕊8