Lost Christianities: The Battles for Scripture and the Faiths We Never Knew by Bart D. Ehrman (2003)
На русский язык перевели уже много книг американского библеиста Барта Эрмана, но эта пока так и осталась непереведенной. В ней исследователь прослеживает, как происходило становление христианства, и то, как в итоге среди множества ветвей победила одна, ставшая единственной общепринятой. Эрман пишет, что несмотря на все свои кажущиеся внешние различия, во всех современных христианских деноминациях вера зиждется на одних постулатах. И в этом основное отличие от христианства в прошлом, когда у каждой ветви была своя система верований, порой противоположных друг другу. Победа христианства в том виде, в котором мы знаем его сейчас, не состоялась бы без признания одних текстов и исключения других из канона Священного Писания. Каждая из исключенных книг вносила что-то иное в понимание жизни и учения Иисуса Христа, каждая подкрепляла то или иное верование многообразия зарождавшихся «христианств», у каждой были свои последователи.
Согласно некоторым из этих неканонических, апокрифических, текстов, а также их трактовке ранними неортодоксальными христианами:
- сотворение нашего мира – результат космической катастрофы, устроенной третьесортным божеством;
- Бог Иисуса (добрый и прощающий) и Бог «Ветхого завета» (мстительный создатель несовершенного мира) – два разных бога;
- «Ветхий завет» – это книга христиан, а не иудеев, и религия последних – ложная;
- «Ветхий завет» не должен быть частью христианского канона;
- чтобы стать христианином, надо «стать евреем»: есть кошерную пищу, сделать обрезание, соблюдать шаббат и т.д. (Эрман пишет, что по этому вопросу не совпадали мнения даже апостолов Петра и Павла);
- у Иисуса был брат-близнец Дидим (он же апостол Фома);
- а у апостола Павла – последовательница Фёкла, которая крестила себя сама и стала проповедницей;
- Иисус – человек, сын Марии и Иосифа, «усыновленный» Богом;
- Иисус – Бог, а не человек;
- Иисус и Христос – две разные сущности;
- распяли не Иисуса, а случайного человека, с которым Иисус поменялся местами, приняв его облик;
- после распятия крест разговаривал с Богом;
‐ мир будет существовать 6000 лет, а потом наступит Царство Божье;
- во время литургии полагается обмениваться жёнами (ага, с той самой целью);
- Новым Иерусалимом станет Пепуза – городок в тогдашней Фригии (сейчас – часть Турции).
В битве за ортодоксальность, как пишет Эрман, часто использовали литературные методы: письма с полемикой и жестким порицанием любого инакомыслия, создание поддельных документов, якобы от имени апостолов, изменение уже существующих в своих целях и, наконец, строгий отбор канонических текстов, которые вошли в состав «Нового завета». Самое интересное, что мнение, еще несколько десятков лет назад считавшееся ортодоксальным, могло быть признано ересью, а вся история раннего христианства, фактически, – последовательная трансформация правоверного в еретическое, пока, наконец, статус некоторых основоположных вопросов (например, божественная и человеческая природа Иисуса, Троица) не был окончательно утвержден.
#юля
#английский
На русский язык перевели уже много книг американского библеиста Барта Эрмана, но эта пока так и осталась непереведенной. В ней исследователь прослеживает, как происходило становление христианства, и то, как в итоге среди множества ветвей победила одна, ставшая единственной общепринятой. Эрман пишет, что несмотря на все свои кажущиеся внешние различия, во всех современных христианских деноминациях вера зиждется на одних постулатах. И в этом основное отличие от христианства в прошлом, когда у каждой ветви была своя система верований, порой противоположных друг другу. Победа христианства в том виде, в котором мы знаем его сейчас, не состоялась бы без признания одних текстов и исключения других из канона Священного Писания. Каждая из исключенных книг вносила что-то иное в понимание жизни и учения Иисуса Христа, каждая подкрепляла то или иное верование многообразия зарождавшихся «христианств», у каждой были свои последователи.
Согласно некоторым из этих неканонических, апокрифических, текстов, а также их трактовке ранними неортодоксальными христианами:
- сотворение нашего мира – результат космической катастрофы, устроенной третьесортным божеством;
- Бог Иисуса (добрый и прощающий) и Бог «Ветхого завета» (мстительный создатель несовершенного мира) – два разных бога;
- «Ветхий завет» – это книга христиан, а не иудеев, и религия последних – ложная;
- «Ветхий завет» не должен быть частью христианского канона;
- чтобы стать христианином, надо «стать евреем»: есть кошерную пищу, сделать обрезание, соблюдать шаббат и т.д. (Эрман пишет, что по этому вопросу не совпадали мнения даже апостолов Петра и Павла);
- у Иисуса был брат-близнец Дидим (он же апостол Фома);
- а у апостола Павла – последовательница Фёкла, которая крестила себя сама и стала проповедницей;
- Иисус – человек, сын Марии и Иосифа, «усыновленный» Богом;
- Иисус – Бог, а не человек;
- Иисус и Христос – две разные сущности;
- распяли не Иисуса, а случайного человека, с которым Иисус поменялся местами, приняв его облик;
- после распятия крест разговаривал с Богом;
‐ мир будет существовать 6000 лет, а потом наступит Царство Божье;
- во время литургии полагается обмениваться жёнами (ага, с той самой целью);
- Новым Иерусалимом станет Пепуза – городок в тогдашней Фригии (сейчас – часть Турции).
В битве за ортодоксальность, как пишет Эрман, часто использовали литературные методы: письма с полемикой и жестким порицанием любого инакомыслия, создание поддельных документов, якобы от имени апостолов, изменение уже существующих в своих целях и, наконец, строгий отбор канонических текстов, которые вошли в состав «Нового завета». Самое интересное, что мнение, еще несколько десятков лет назад считавшееся ортодоксальным, могло быть признано ересью, а вся история раннего христианства, фактически, – последовательная трансформация правоверного в еретическое, пока, наконец, статус некоторых основоположных вопросов (например, божественная и человеческая природа Иисуса, Троица) не был окончательно утвержден.
#юля
#английский
🐳29
The Women in Black by Madeleine St. John (1993)
Мы каждый день встречаем «женщин в черном» (а может, и сами таковыми для кого- то являемся). Мы не задумываемся, кто они и что переживают за пределами профессиональной жизни, потому что мы и составляем их профессиональную жизнь. В данном случае «мы» - это клиентки салонов красоты, магазинов одежды, косметики, книг, you name it. «Они» - мастера своего дела, те, кто делает нашу жизнь лучше, к кому мы идем в день зарплаты или в минуты тоски и отчаяния. Именно «им», «женщинам в черном» - сотрудницам универмага готовой в Сиднее в середине 20 века, и их жизни за пределами профессионального поприща, посвящен роман Мадлен Сент-Джон.
Разумеется, «их» мир ничем не отличается от «нашего» - он наполнен ежедневными бытовыми проблемами (например, как получить скидку на дорогущее платье своей мечты), поисками счастья (например, какой по счету ухажер и провожатель до дома станет «тем самым») и надеждами на лучшее будущее (я/мы обязательно все брошу к чертовой матери и открою свое дело).
Сент-Джон не делает акцент на историческом фоне и полностью сосредотачивается на самих женщинах. И это кажется логичным - всегда была или будет некая война, оставляющая глубокие раны и множество вопросов, всегда были или будут нервные родственники, стопроцентно знающие, как надо жить, всегда были или будут волнения перед следующим шагом, касающиеся расширения семейного круга или робкого слова наперекор старшему поколению.
Но также всегда были или будут понимающие и всепрощающие матери, мудрые наставницы, по-настоящему, без подвоха, внимательные друзья - и это Сент-Джон кажется куда интереснее. Это чувство безопасности она как будто и хочет передать читательницам, описывая камерные истории своих героинь.
Может показаться, что роман о женщинах и женских судьбах, в которых мужчины - лишь функция, но функция счастья, недостаточно феминистичен. И правда, в нем нет суровой борьбы со стереотипами, нет бросающегося в глаза противостояния жестокому патриархальному миру. Но разве настоящий феминизм не в том, чтобы каждая получила то, чего она хочет? Это не всегда равноправие или признание себя двигателем процессов и прогрессов. Согласно Сент-Джон (да и здравому смыслу, наверное), победа феминизма может воплощаться и в искренней радости за коллегу (да, даже не подругу), и в возможности склонить на свою сторону патриарха одной конкретной семьи, и в долгожданном и искреннем разговоре с мужем. А согласно конкретно этому роману, все, что нужно для победы над патриархатом - это время, терпение и искренняя радость от осознания своего, не навязанного никем, выбора.
Роман Мадлен Сент-Джон «Женщины в черном» - это та книга, которую можно без опаски дарить подруге, сестре, маме, свекрови и бабушке, на 99% безопасное и не тревожащее и так раздраженные нервы чтение на пару вечеров, погружающее в атмосферу той середины 20 века, в которой есть место лишь волнениям об отношениях, а геополитика и социальные несправедливости вынесены далеко за скобки.
#леночка
#английский
Мы каждый день встречаем «женщин в черном» (а может, и сами таковыми для кого- то являемся). Мы не задумываемся, кто они и что переживают за пределами профессиональной жизни, потому что мы и составляем их профессиональную жизнь. В данном случае «мы» - это клиентки салонов красоты, магазинов одежды, косметики, книг, you name it. «Они» - мастера своего дела, те, кто делает нашу жизнь лучше, к кому мы идем в день зарплаты или в минуты тоски и отчаяния. Именно «им», «женщинам в черном» - сотрудницам универмага готовой в Сиднее в середине 20 века, и их жизни за пределами профессионального поприща, посвящен роман Мадлен Сент-Джон.
Разумеется, «их» мир ничем не отличается от «нашего» - он наполнен ежедневными бытовыми проблемами (например, как получить скидку на дорогущее платье своей мечты), поисками счастья (например, какой по счету ухажер и провожатель до дома станет «тем самым») и надеждами на лучшее будущее (я/мы обязательно все брошу к чертовой матери и открою свое дело).
Сент-Джон не делает акцент на историческом фоне и полностью сосредотачивается на самих женщинах. И это кажется логичным - всегда была или будет некая война, оставляющая глубокие раны и множество вопросов, всегда были или будут нервные родственники, стопроцентно знающие, как надо жить, всегда были или будут волнения перед следующим шагом, касающиеся расширения семейного круга или робкого слова наперекор старшему поколению.
Но также всегда были или будут понимающие и всепрощающие матери, мудрые наставницы, по-настоящему, без подвоха, внимательные друзья - и это Сент-Джон кажется куда интереснее. Это чувство безопасности она как будто и хочет передать читательницам, описывая камерные истории своих героинь.
Может показаться, что роман о женщинах и женских судьбах, в которых мужчины - лишь функция, но функция счастья, недостаточно феминистичен. И правда, в нем нет суровой борьбы со стереотипами, нет бросающегося в глаза противостояния жестокому патриархальному миру. Но разве настоящий феминизм не в том, чтобы каждая получила то, чего она хочет? Это не всегда равноправие или признание себя двигателем процессов и прогрессов. Согласно Сент-Джон (да и здравому смыслу, наверное), победа феминизма может воплощаться и в искренней радости за коллегу (да, даже не подругу), и в возможности склонить на свою сторону патриарха одной конкретной семьи, и в долгожданном и искреннем разговоре с мужем. А согласно конкретно этому роману, все, что нужно для победы над патриархатом - это время, терпение и искренняя радость от осознания своего, не навязанного никем, выбора.
Роман Мадлен Сент-Джон «Женщины в черном» - это та книга, которую можно без опаски дарить подруге, сестре, маме, свекрови и бабушке, на 99% безопасное и не тревожащее и так раздраженные нервы чтение на пару вечеров, погружающее в атмосферу той середины 20 века, в которой есть место лишь волнениям об отношениях, а геополитика и социальные несправедливости вынесены далеко за скобки.
#леночка
#английский
🐳23🕊5
Babel Tower by A.S. Byatt (1996)
После внезапной и шокирующей концовки «Живой вещи» прошло несколько лет, и мы встречаем Фредерику Поттер в самом неожиданном для неё положении — она замужем за аристократом, живет в поместье в сельской местности и воспитывает ребёнка. Ни что из перечисленного не входило в ближайшие планы той Фредерики, какой мы видели её в первых двух книгах квартета, но горе делает с людьми странные вещи.
Как можно было предположить, героиня оказывается не в восторге от того, что к ней, интеллектуалке, предъявляют требования как к обычной женщине — сидеть дома, посвящать всю себя сыну и быть покорной женой. Тем более, что после брака оказывается, что с мужем у нее нет ничего общего, к тому же он склонен к жестокости. Фредерика вместе с сыном сбегает в Лондон, чтобы начать самостоятельную жизнь, и попадает в причудливый мир британской богемы середины 1960-х.
В школе искусств для взрослых, где она преподает литературу, художники отказываются изучать старых мастеров, считая, что пора отринуть прошлое и искать свежие и незамутнённые традициями способы самовыражения. На смену когда-то скандальному и порицаемому благопристойной общественностью «Любовнику леди Чаттерлей» приходит куда более скандальный и порицаемые роман-утопия, герои которого в борьбе за свободу погрязли в пороке, «Babbletower: A Tale for the Children of Our Time» угрюмого писателя-бродяги Джуда Мейсона, который Фредерика рекомендовала к изданию как рецензент(!) и внушительные отрывки которого представлены в книге.
Противостояние старого, тянущегося ещё к викторианцам, и нового порядков в жизни и искусстве, которое постепенно вызревает на протяжении трети 600-страничного опуса, достигает своей кульминации в продолжительных сценах судебных разбирательств — бракоразводного процесса Фредерики и слушаний по признанию романа Мейсона непристойным. Но это лишь внешние процессы, которые расставляют фигуры на доске в преддверии заключительной книги. Основная же часть романа сосредоточена на сложной эмоциональной и интеллектуальной жизни героини, которая силится найти свой голос в новой реальности, за пределами академической alma mater и влияния отца — Билл Поттер в этой части теряет свой яростный блеск. В пробах героини описать свое внутреннее состояние, Байетт обращается к языку как отражению общественных, культурных и политических изменений, например, Фредерика экспериментирует с методом нарезок Берроуза, а в её разочаровании собственным литературными потугами видится критика эпохи и её веяний.
«Вавилонская башня» получилась, пожалуй, самой экспериментальной и громоздкой (при таком то названии) по сравнению с первыми двумя книгами квартета. Оставаясь верной форме большого классического романа в духе Джордж Эллиот, Байетт смело заигрывает с литературными жанрами и регистрами языка, вставляя в текст с десяток вымышленных произведений — от фэнтези до научного трактата об улитках, и любое подражание удается ей с точностью и едва различимой иронией. Сможет ли героиня в последней книге укротить дух нового времени или войдет в очередной штопор? Байетт не дает однозначных намеков, но книжка выглядит подозрительно тоненькой!
#таня
#английский
После внезапной и шокирующей концовки «Живой вещи» прошло несколько лет, и мы встречаем Фредерику Поттер в самом неожиданном для неё положении — она замужем за аристократом, живет в поместье в сельской местности и воспитывает ребёнка. Ни что из перечисленного не входило в ближайшие планы той Фредерики, какой мы видели её в первых двух книгах квартета, но горе делает с людьми странные вещи.
Как можно было предположить, героиня оказывается не в восторге от того, что к ней, интеллектуалке, предъявляют требования как к обычной женщине — сидеть дома, посвящать всю себя сыну и быть покорной женой. Тем более, что после брака оказывается, что с мужем у нее нет ничего общего, к тому же он склонен к жестокости. Фредерика вместе с сыном сбегает в Лондон, чтобы начать самостоятельную жизнь, и попадает в причудливый мир британской богемы середины 1960-х.
В школе искусств для взрослых, где она преподает литературу, художники отказываются изучать старых мастеров, считая, что пора отринуть прошлое и искать свежие и незамутнённые традициями способы самовыражения. На смену когда-то скандальному и порицаемому благопристойной общественностью «Любовнику леди Чаттерлей» приходит куда более скандальный и порицаемые роман-утопия, герои которого в борьбе за свободу погрязли в пороке, «Babbletower: A Tale for the Children of Our Time» угрюмого писателя-бродяги Джуда Мейсона, который Фредерика рекомендовала к изданию как рецензент(!) и внушительные отрывки которого представлены в книге.
Противостояние старого, тянущегося ещё к викторианцам, и нового порядков в жизни и искусстве, которое постепенно вызревает на протяжении трети 600-страничного опуса, достигает своей кульминации в продолжительных сценах судебных разбирательств — бракоразводного процесса Фредерики и слушаний по признанию романа Мейсона непристойным. Но это лишь внешние процессы, которые расставляют фигуры на доске в преддверии заключительной книги. Основная же часть романа сосредоточена на сложной эмоциональной и интеллектуальной жизни героини, которая силится найти свой голос в новой реальности, за пределами академической alma mater и влияния отца — Билл Поттер в этой части теряет свой яростный блеск. В пробах героини описать свое внутреннее состояние, Байетт обращается к языку как отражению общественных, культурных и политических изменений, например, Фредерика экспериментирует с методом нарезок Берроуза, а в её разочаровании собственным литературными потугами видится критика эпохи и её веяний.
«Вавилонская башня» получилась, пожалуй, самой экспериментальной и громоздкой (при таком то названии) по сравнению с первыми двумя книгами квартета. Оставаясь верной форме большого классического романа в духе Джордж Эллиот, Байетт смело заигрывает с литературными жанрами и регистрами языка, вставляя в текст с десяток вымышленных произведений — от фэнтези до научного трактата об улитках, и любое подражание удается ей с точностью и едва различимой иронией. Сможет ли героиня в последней книге укротить дух нового времени или войдет в очередной штопор? Байетт не дает однозначных намеков, но книжка выглядит подозрительно тоненькой!
#таня
#английский
🕊23🐳11
The Last Devil to Die by Richard Osman (2023)
Четвертая часть веселой детективной серии “The Thursday Murder Club” уже в предзаказе под названием “Ловушка для дьявола”, но пока еще формально ее нет на русском, поэтому она есть здесь.
О первой книге – эпизод подкаста Стивен КНИГ
О второй и третьей – отзыв
Поклонники серии получат то, за что полюбили ее: дерзкие пенсионеры вновь виртуозно впутываются в неприятности, но выпутаются из них не все. Неприятность – это трагическая гибель друга-антиквара от рук убийцы. Смерть одного из команды – всегда максимально драматичный прием, но тут герои изначально, так сказать, в группе риска: им хорошо за 70, и это обстоятельство даст о себе знать в этой книге и заставит сентиментальных читателей рыдать. Веселый детектив повернется другой стороной.
К четвертой книге автор начинает повторяться. Герои снова гоняются за неким МакГаффином, обводят вокруг пальца мафию, а заодно при помощи центрального артефакта прищучивают и злодеев помельче.
В основном, согласно жанру, торжествует справедливость, хоть и не без потерь. Многие герои из предыдущих книг блистают в эпизодических ролях, а некоторые даже значительно влияют на сюжет и ведут двойную игру. Так что, хотя сюжетные ходы немного раздражающе повторяются, в тексте достаточно вариативности, чтобы он был вполне динамичным и развлекательным, не чрезмерно (хотя и весьма) предсказуемым.
В финале – явный задел на продолжение, так что посмотрим, что еще задумал для нас Ричард Осман!
#валентина
#английский
#перевелось
Четвертая часть веселой детективной серии “The Thursday Murder Club” уже в предзаказе под названием “Ловушка для дьявола”, но пока еще формально ее нет на русском, поэтому она есть здесь.
О первой книге – эпизод подкаста Стивен КНИГ
О второй и третьей – отзыв
Поклонники серии получат то, за что полюбили ее: дерзкие пенсионеры вновь виртуозно впутываются в неприятности, но выпутаются из них не все. Неприятность – это трагическая гибель друга-антиквара от рук убийцы. Смерть одного из команды – всегда максимально драматичный прием, но тут герои изначально, так сказать, в группе риска: им хорошо за 70, и это обстоятельство даст о себе знать в этой книге и заставит сентиментальных читателей рыдать. Веселый детектив повернется другой стороной.
К четвертой книге автор начинает повторяться. Герои снова гоняются за неким МакГаффином, обводят вокруг пальца мафию, а заодно при помощи центрального артефакта прищучивают и злодеев помельче.
В основном, согласно жанру, торжествует справедливость, хоть и не без потерь. Многие герои из предыдущих книг блистают в эпизодических ролях, а некоторые даже значительно влияют на сюжет и ведут двойную игру. Так что, хотя сюжетные ходы немного раздражающе повторяются, в тексте достаточно вариативности, чтобы он был вполне динамичным и развлекательным, не чрезмерно (хотя и весьма) предсказуемым.
В финале – явный задел на продолжение, так что посмотрим, что еще задумал для нас Ричард Осман!
#валентина
#английский
#перевелось
117 выпуск 6 сезона
Эпизод 44: Старики против разбойников. Ричард Осман «Клуб убийств по четвергам» — Подкаст «Стивен КНИГ»
В сегодняшнем эпизоде очнувшийся от майонезной комы Стивен обсуждает роман, который наверняка вы уже успели прочитать - британский детектив “Клуб убийств по четвергам”, на русском языке он вышел в 2021 году в издательстве МИФ. Почему богатым британск
🐳21🕊3
The Future by Naomi Alderman (2023)
«Сила» Алдерман мне понравилась: отличная бодрая антиутопия-антипод «Рассказа служанки». Из-за этого новый роман Алдерман об очередной версии будущего я очень ждала. И разочаровалась тоже – очень.
В этой книге снова описывается недалекое будущее. Но на этот раз, оно отличается от нашего настоящего, в основном, скачком в развитии технологий, которые сосредоточены в руках тройки техномагнатов, фактически, управляющих миром. Все вместе они ведут планету к неминуемому апокалипсису и уже построили сеть бункеров, в которых они и кучка избранных смогут пережить грядущий конец света, ими же и приближенный (но признаться, я так и не поняла, как именно они это сделали). Вот только рядом с каждым из них есть кто-то, кого такое положение дел не устраивает, и пока тройка техновсадников апокалипсиса готовится к гибели планеты, в их тени происходит заговор, которого никто из них не ждет.
Но это все потом, а сначала нас ждут увлекательные (нет) 70 страниц любовной любви и жара чресел (и подгорания кресел читателей: ну моего уж точно, потому что 70 СТРАНИЦ!). Защитники цивилизации противопоставлены ее разрушителям: молодая женщина, ведущая канал про выживание, ребенок одной из техногуру, правая рука еще одного из них, жена третьего и бывший CЕО поглощенной корпорации. Вместе они задумали план, который должен остановить стремительно надвигающийся конец света, но что-то пошло не так.
Моя главная претензия к роману в том, что я не понимаю, для кого он был написан. Это и не янг-эдалт (хотя бы потому, что только одну из героинь можно с очень большой натяжкой причислить к этой возрастной группе, остальные герои так и вовсе минимум среднего возраста), и не роман для взрослых. Книга написана так, будто молодые люди, десять+ лет назад зачитывавшиеся «Голодными играми» и «Сумерками» (я тоже been there, loved that), повзрослели телом, а интересы у них так и остались прежними.
Герои показались мне какими-то квадратными. Если бы нужно было определить по описанию их поступков, кто передо мной, я бы никогда не смогла. Такое ощущение, что их главное различие – ярлыки, которые на них как повесили при первом знакомстве, так и забыли снять, делая их расовую или любую иную принадлежность главной отличительная чертой. В остальном же они все подозрительно одинаковые.
Еще одна моя претензия касается стереотипов. С одной стороны, очевидно, что в книге делается очень многое, чтобы с ними бороться, а с другой, когда одна из героинь оказывается в Румынии, та подозрительно напоминает Восточную Европу из «Евротура». Много вопросов у меня было и к логике поступков и сюжету, но здесь без спойлеров не обойтись, поэтому просто промолчу.
Единственное, что мне по-настоящему понравилось в романе, – то, как Алдерман играет со страхами читателей. За одной современной паранойей, ставшей в этом художественном мире явью, кроется ещё одна, и ещё одна, и ещё одна, – но количество не превращается в гротеск, а, скорее, помогает проработать эти страхи.
#юля
#английский
«Сила» Алдерман мне понравилась: отличная бодрая антиутопия-антипод «Рассказа служанки». Из-за этого новый роман Алдерман об очередной версии будущего я очень ждала. И разочаровалась тоже – очень.
В этой книге снова описывается недалекое будущее. Но на этот раз, оно отличается от нашего настоящего, в основном, скачком в развитии технологий, которые сосредоточены в руках тройки техномагнатов, фактически, управляющих миром. Все вместе они ведут планету к неминуемому апокалипсису и уже построили сеть бункеров, в которых они и кучка избранных смогут пережить грядущий конец света, ими же и приближенный (но признаться, я так и не поняла, как именно они это сделали). Вот только рядом с каждым из них есть кто-то, кого такое положение дел не устраивает, и пока тройка техновсадников апокалипсиса готовится к гибели планеты, в их тени происходит заговор, которого никто из них не ждет.
Но это все потом, а сначала нас ждут увлекательные (нет) 70 страниц любовной любви и жара чресел (и подгорания кресел читателей: ну моего уж точно, потому что 70 СТРАНИЦ!). Защитники цивилизации противопоставлены ее разрушителям: молодая женщина, ведущая канал про выживание, ребенок одной из техногуру, правая рука еще одного из них, жена третьего и бывший CЕО поглощенной корпорации. Вместе они задумали план, который должен остановить стремительно надвигающийся конец света, но что-то пошло не так.
Моя главная претензия к роману в том, что я не понимаю, для кого он был написан. Это и не янг-эдалт (хотя бы потому, что только одну из героинь можно с очень большой натяжкой причислить к этой возрастной группе, остальные герои так и вовсе минимум среднего возраста), и не роман для взрослых. Книга написана так, будто молодые люди, десять+ лет назад зачитывавшиеся «Голодными играми» и «Сумерками» (я тоже been there, loved that), повзрослели телом, а интересы у них так и остались прежними.
Герои показались мне какими-то квадратными. Если бы нужно было определить по описанию их поступков, кто передо мной, я бы никогда не смогла. Такое ощущение, что их главное различие – ярлыки, которые на них как повесили при первом знакомстве, так и забыли снять, делая их расовую или любую иную принадлежность главной отличительная чертой. В остальном же они все подозрительно одинаковые.
Еще одна моя претензия касается стереотипов. С одной стороны, очевидно, что в книге делается очень многое, чтобы с ними бороться, а с другой, когда одна из героинь оказывается в Румынии, та подозрительно напоминает Восточную Европу из «Евротура». Много вопросов у меня было и к логике поступков и сюжету, но здесь без спойлеров не обойтись, поэтому просто промолчу.
Единственное, что мне по-настоящему понравилось в романе, – то, как Алдерман играет со страхами читателей. За одной современной паранойей, ставшей в этом художественном мире явью, кроется ещё одна, и ещё одна, и ещё одна, – но количество не превращается в гротеск, а, скорее, помогает проработать эти страхи.
#юля
#английский
🐳22🕊3
Everyone on This Train Is a Suspect by Benjamin Stevenson (2023)
Это вторая часть детективной серии об Эрнесте Каннингеме, о первой можно прочитать здесь.
Как и в первой книге, повествование здесь идет от лица Эрнеста, который написал книгу о своих похождениях и теперь приглашен на писательскую конференцию. Этот роман, кстати, вполне можно читать и без первой части, тем более, что многие читатели оценили его гораздо выше, чем первый. При этом, к первому роману тут нет глобальных спойлеров, поэтому, если вы начнете читать серию задом наперед, так тоже можно.
Итак, Эрнест и его девушка Джульетта (которая, кстати, тоже написала книгу о событиях, связанных с первым романом серии) – на конференции писателей-детективщиков на борту шикарного австралийского поезда, который пересекает пустыню и вообще является такой же недостижимой мечтой, как лакшери-круиз по Нилу или Восточный экспресс.
О да, поклонов Агате Кристи тут будет так же много, как и в первой книге, но на этот раз будет много поклонов и в сторону других поджанров детектива, ведь в поезде собрались писатели всех мастей, от процедурала до крутого детектива. И каждая глава книги отдает дань одному из этих жанров.
Эрнест по-прежнему “остроумно” шутит в течение всей книги, по-прежнему убеждает читателя, что он все еще тот самый надежный рассказчик, по которому так истосковался современный читатель (нет), по-прежнему нарочито играет с жанрами, аллюзиями и клише. И снова это почти герметичный детектив, который немного вытекает за границы поезда, но ненадолго.
Я очень люблю книги, в которых писатели собираются в закрытом помещении, и начинается мордобой и/или смертоубийство. Ну или хотя бы обмен любезностями, ну пожалуйста. Здесь не обошлось без стереотипов о заслуженных писателях, о внезапной личине под псевдонимом, о гострайтерах, о комплексе первой книги и страхе перед второй, о страданиях женщин в индустрии, о беспринципных агентах. Я вспоминала и Гэлбрейта, и Горовица и получала удовольствие...
Пока не устала от постоянных упражнений героя в остроумии и попеременного самодовольства и самобичевания. Сколько можно, уважаемый протагонист! Рассказывай уже свою историю, а не вот это вот все! В конце концов, даже самого занудного литературоведа в какой-то момент утомят однотипные шуточки про метапрозу.
Несмотря на это, я довольно бодро послушала эту книжку фоном за один день и без нетерпения жду продолжения, хотя за одну главу до конца я была уверена, что автор вот-вот поставит жирную точку. Но нет, это запятая.
#валентина
#английский
Это вторая часть детективной серии об Эрнесте Каннингеме, о первой можно прочитать здесь.
Как и в первой книге, повествование здесь идет от лица Эрнеста, который написал книгу о своих похождениях и теперь приглашен на писательскую конференцию. Этот роман, кстати, вполне можно читать и без первой части, тем более, что многие читатели оценили его гораздо выше, чем первый. При этом, к первому роману тут нет глобальных спойлеров, поэтому, если вы начнете читать серию задом наперед, так тоже можно.
Итак, Эрнест и его девушка Джульетта (которая, кстати, тоже написала книгу о событиях, связанных с первым романом серии) – на конференции писателей-детективщиков на борту шикарного австралийского поезда, который пересекает пустыню и вообще является такой же недостижимой мечтой, как лакшери-круиз по Нилу или Восточный экспресс.
О да, поклонов Агате Кристи тут будет так же много, как и в первой книге, но на этот раз будет много поклонов и в сторону других поджанров детектива, ведь в поезде собрались писатели всех мастей, от процедурала до крутого детектива. И каждая глава книги отдает дань одному из этих жанров.
Эрнест по-прежнему “остроумно” шутит в течение всей книги, по-прежнему убеждает читателя, что он все еще тот самый надежный рассказчик, по которому так истосковался современный читатель (нет), по-прежнему нарочито играет с жанрами, аллюзиями и клише. И снова это почти герметичный детектив, который немного вытекает за границы поезда, но ненадолго.
Я очень люблю книги, в которых писатели собираются в закрытом помещении, и начинается мордобой и/или смертоубийство. Ну или хотя бы обмен любезностями, ну пожалуйста. Здесь не обошлось без стереотипов о заслуженных писателях, о внезапной личине под псевдонимом, о гострайтерах, о комплексе первой книги и страхе перед второй, о страданиях женщин в индустрии, о беспринципных агентах. Я вспоминала и Гэлбрейта, и Горовица и получала удовольствие...
Пока не устала от постоянных упражнений героя в остроумии и попеременного самодовольства и самобичевания. Сколько можно, уважаемый протагонист! Рассказывай уже свою историю, а не вот это вот все! В конце концов, даже самого занудного литературоведа в какой-то момент утомят однотипные шуточки про метапрозу.
Несмотря на это, я довольно бодро послушала эту книжку фоном за один день и без нетерпения жду продолжения, хотя за одну главу до конца я была уверена, что автор вот-вот поставит жирную точку. Но нет, это запятая.
#валентина
#английский
🕊18🐳8
The Twist of a Knife by Anthony Horowitz (2022)
Еще один “серийный” детектив, на этот раз – из почти не переведенной на русский язык серии Энтони Горовица Hawthorne & Horowitz. Перевод первого романа серии “Это слово – Убийство” был издан в 2018 году, и на этом всё.
Горовиц, опытный сценарист и автор множества официальных продолжений классических детективов, вводит в повествование самого себя в виде фигуры современного Ватсона, к которому обращается бывший полицейский Готорн, чтобы его подвиги следовательского искусства остались в веках. Горовиц нехотя соглашается и сопровождает угрюмого и скрытного Готорна в его расследованиях, но довольно скоро их сложные отношения, в основе которых не было ни капли симпатии, перерастают в некоторое подобие дружбы, преступления все сильнее вовлекают Готорна и Горовица лично, и за динамикой отношений между героями и внешним миром наблюдать все интереснее. Тем более, кажется, что у Готорна есть какие-то тайны.
В четвертой книге серии, которую я послушала залпом, не отрываясь, в убийстве желчной театральной критикессы обвиняют Горовица, потому что она написала невероятно язвительную рецензию на постановку его пьесы. Готорн, кажется, не слишком уж спешит на помощь, но репутация его биографа ему весьма дорога: романы пользуются популярностью, и Готорну бы хотелось продолжать.
Погруженный в контекст театра, роман напомнил мне последний сезон сериала “Убийства в одном здании”, где постановка мюзикла обернулась убийством и разоблачением тайн. Так и здесь: актеры, как оказалось, играют роли не только на сцене. В жизни они тоже не совсем те люди, которыми хотят казаться. Как и сама убитая: бывшая журналистка, которая подалась в театральные критики, она имела за спиной несколько книг, основанных на журналистских расследованиях громких дел. Возможно, причины ее смерти кроются в прошлом? Но почему она убита именно сейчас, когда со времени издания ее скандальных книг прошли годы?
В этой книге, как и в предыдущих романах серии, Горовиц искусно пересыпает реальность вымыслом, и мы уже не понимаем до конца, где заканчивается одно и начинается другое. Он пишет о реальных фактах своей творческой биографии, случайно внедряя туда незадачливого полицейского, и заодно рисуя себя куда более простоватым, чем он есть на самом деле (хочется верить). В отличие от метадетектива из предыдущего поста, эту серию я вижу как мета-мета здорового человека. Автор, хоть и очевидно рассказывает свою историю и манипулирует повествованием, не обращается постоянно к читателю, не мнет так нарочито и назойливо полотно художественного текста, ведет повествование сразу в нескольких планах: в каждой книге есть законченное дело; из книги в книгу идет сквозная линия попыток разгадать тайны жизни Готорна; динамика отношений между детективом и его биографом как фон, на котором происходит и расследование преступлений, и работа над романами о них.
В марте этого года ожидается публикация пятого романа серии – Close to Death.
#валентина
#английский
Еще один “серийный” детектив, на этот раз – из почти не переведенной на русский язык серии Энтони Горовица Hawthorne & Horowitz. Перевод первого романа серии “Это слово – Убийство” был издан в 2018 году, и на этом всё.
Горовиц, опытный сценарист и автор множества официальных продолжений классических детективов, вводит в повествование самого себя в виде фигуры современного Ватсона, к которому обращается бывший полицейский Готорн, чтобы его подвиги следовательского искусства остались в веках. Горовиц нехотя соглашается и сопровождает угрюмого и скрытного Готорна в его расследованиях, но довольно скоро их сложные отношения, в основе которых не было ни капли симпатии, перерастают в некоторое подобие дружбы, преступления все сильнее вовлекают Готорна и Горовица лично, и за динамикой отношений между героями и внешним миром наблюдать все интереснее. Тем более, кажется, что у Готорна есть какие-то тайны.
В четвертой книге серии, которую я послушала залпом, не отрываясь, в убийстве желчной театральной критикессы обвиняют Горовица, потому что она написала невероятно язвительную рецензию на постановку его пьесы. Готорн, кажется, не слишком уж спешит на помощь, но репутация его биографа ему весьма дорога: романы пользуются популярностью, и Готорну бы хотелось продолжать.
Погруженный в контекст театра, роман напомнил мне последний сезон сериала “Убийства в одном здании”, где постановка мюзикла обернулась убийством и разоблачением тайн. Так и здесь: актеры, как оказалось, играют роли не только на сцене. В жизни они тоже не совсем те люди, которыми хотят казаться. Как и сама убитая: бывшая журналистка, которая подалась в театральные критики, она имела за спиной несколько книг, основанных на журналистских расследованиях громких дел. Возможно, причины ее смерти кроются в прошлом? Но почему она убита именно сейчас, когда со времени издания ее скандальных книг прошли годы?
В этой книге, как и в предыдущих романах серии, Горовиц искусно пересыпает реальность вымыслом, и мы уже не понимаем до конца, где заканчивается одно и начинается другое. Он пишет о реальных фактах своей творческой биографии, случайно внедряя туда незадачливого полицейского, и заодно рисуя себя куда более простоватым, чем он есть на самом деле (хочется верить). В отличие от метадетектива из предыдущего поста, эту серию я вижу как мета-мета здорового человека. Автор, хоть и очевидно рассказывает свою историю и манипулирует повествованием, не обращается постоянно к читателю, не мнет так нарочито и назойливо полотно художественного текста, ведет повествование сразу в нескольких планах: в каждой книге есть законченное дело; из книги в книгу идет сквозная линия попыток разгадать тайны жизни Готорна; динамика отношений между детективом и его биографом как фон, на котором происходит и расследование преступлений, и работа над романами о них.
В марте этого года ожидается публикация пятого романа серии – Close to Death.
#валентина
#английский
🐳24🕊4