Sorrow and Bliss by Meg Mason (2020)
Остроумный, динамичный и местами невыносимо печальный роман о том, как ментальное заболевание вмешивается в жизнь главной героини в целом, и в брак в частности.
Марте — 40, у неё есть терпеливый и заботливый муж Патрик, который как старый диван, доставшийся в наследство от родителей, всегда находится рядом, но не отсвечивает, нет детей, а с родственниками отношения разной степени напряженности. В анамнезе — ментальное заболевание, которое как бомба подорвало многообещающую жизнь представительницы среднего класса, когда её было всего 17.
Отматывая назад, в самое детство, когда она впервые познакомилась с Патриком, остроумно подмечая детали и делая многозначительные намёки о будущем, Марта разворачивает перед читателем свою историю жизни на грани психологического коллапса. Конкретная болезнь намеренно не называется, а симптомы и методы лечения нарочно будто взяты из разных статей справочника психиатра, чтобы читатель не акцентировал своё внимание на определенном диагнозе и опыте жизни с ним. Более того, свой диагноз Марта и узнает то ближе ко второй половине романа, что в корне изменит её представление о собственной прожитой жизни.
Мэйсон с подмечает мельчашие детали взаимоотношений между всеми персонажами, едко и метко прописывает диалоги и жесты, и обозначает для читателя невысказанные мысли героев. И всё это с невероятной легкостью и мрачноватым юмором! Она буквально заставляет тебя смеяться над шуткой или прицельным замечанием, а в следующей фразе разворачивает ситуацию на 180 градусов, а ты так и замираешь с нелепо застывшей усмешкой на лице. Тебя, включенного читателя, постоянно мотает как на американских горках.
Герои романа очень живые, объемные и все себе на уме, а за их коммуникациями наблюдаешь, как за сценками с героями дорого сердцу ситкома — мои фавориты пара Марты и её сестры Ингрид — ну чисто сёстры из Fleabag! При всей своей лёгкости, роман тем не менее ворошит серьезные темы — отношения детей и родителей, проблемы брака и самореализации, в которых читателю легко узнать себя. В конечном итоге, Мэйсон не ставит в истории Марты точку: будут и ещё ссоры, и волны болезни, а как бы пожимает плечами и заявляет, что в жизни всё сложно, запутано — и это нормально.
#таня
#английский
#перевелось
Остроумный, динамичный и местами невыносимо печальный роман о том, как ментальное заболевание вмешивается в жизнь главной героини в целом, и в брак в частности.
Марте — 40, у неё есть терпеливый и заботливый муж Патрик, который как старый диван, доставшийся в наследство от родителей, всегда находится рядом, но не отсвечивает, нет детей, а с родственниками отношения разной степени напряженности. В анамнезе — ментальное заболевание, которое как бомба подорвало многообещающую жизнь представительницы среднего класса, когда её было всего 17.
Отматывая назад, в самое детство, когда она впервые познакомилась с Патриком, остроумно подмечая детали и делая многозначительные намёки о будущем, Марта разворачивает перед читателем свою историю жизни на грани психологического коллапса. Конкретная болезнь намеренно не называется, а симптомы и методы лечения нарочно будто взяты из разных статей справочника психиатра, чтобы читатель не акцентировал своё внимание на определенном диагнозе и опыте жизни с ним. Более того, свой диагноз Марта и узнает то ближе ко второй половине романа, что в корне изменит её представление о собственной прожитой жизни.
Мэйсон с подмечает мельчашие детали взаимоотношений между всеми персонажами, едко и метко прописывает диалоги и жесты, и обозначает для читателя невысказанные мысли героев. И всё это с невероятной легкостью и мрачноватым юмором! Она буквально заставляет тебя смеяться над шуткой или прицельным замечанием, а в следующей фразе разворачивает ситуацию на 180 градусов, а ты так и замираешь с нелепо застывшей усмешкой на лице. Тебя, включенного читателя, постоянно мотает как на американских горках.
Герои романа очень живые, объемные и все себе на уме, а за их коммуникациями наблюдаешь, как за сценками с героями дорого сердцу ситкома — мои фавориты пара Марты и её сестры Ингрид — ну чисто сёстры из Fleabag! При всей своей лёгкости, роман тем не менее ворошит серьезные темы — отношения детей и родителей, проблемы брака и самореализации, в которых читателю легко узнать себя. В конечном итоге, Мэйсон не ставит в истории Марты точку: будут и ещё ссоры, и волны болезни, а как бы пожимает плечами и заявляет, что в жизни всё сложно, запутано — и это нормально.
#таня
#английский
#перевелось
🕊22🐳11
Snippets of Serbia by Emma Fick (2015)
Комикс? Нет, не комикс. Тревелог? Ну, очень условно. Скетчбук? Тоже не совсем верно.
Единственные в своем роде, но вполне повторимые каждым путешественником с карандашом в кармане фрагменты/отрывки Эмма Флик, американка с балканскими корнями, собирала в 2013-2014 годах во время своей работы учителем английского в ряде сербских городов и оформила их в книгу в 2015.
Книга разбита на несколько глав по географическому принципу – после краткого экскурса в свою биографию, Эмма рассказывает о Белграде, столице Сербии, а затем отправляет читателя знакомиться с особенностями Севера, Юга, Востока и Запада страны.
Не ставя перед собой задачу объединить фрагменты в связное повествование, автор показывает нам все самое важное для неё самой в этой стране - еду, архитектуру, еду, алкоголь, кофе, еду, людей, церкви и снова еду. Да, в Сербии еда - это скрепа и даже у пищевой пирамиды сербов есть в книге своя отдельная страничка. Все, кто был там, этот факт подтвердят (а кто не был, но собирается - имейте в виду и киньте в рюкзак лишнюю пачку фестала).
Алкоголь и кофе - тоже скрепа, но еда сильнее. Церковь имеет громадное значение в жизни каждого серба, но не такое, как еда, разумеется. Архитектура... Вы просто не сможете не обратить внимание на ее разношёрстность. Особенно, когда сидите, едите и глазеете по сторонам. Ну, вы поняли.
Это очень своеобразный то ли нонфикшен, то ли путеводитель-подсказка по стране, и как же хочется, чтобы в книгах (любых!) было столько же любви к своему предмету и/или героям, как в этой.
#леночка
#английский
Комикс? Нет, не комикс. Тревелог? Ну, очень условно. Скетчбук? Тоже не совсем верно.
Единственные в своем роде, но вполне повторимые каждым путешественником с карандашом в кармане фрагменты/отрывки Эмма Флик, американка с балканскими корнями, собирала в 2013-2014 годах во время своей работы учителем английского в ряде сербских городов и оформила их в книгу в 2015.
Книга разбита на несколько глав по географическому принципу – после краткого экскурса в свою биографию, Эмма рассказывает о Белграде, столице Сербии, а затем отправляет читателя знакомиться с особенностями Севера, Юга, Востока и Запада страны.
Не ставя перед собой задачу объединить фрагменты в связное повествование, автор показывает нам все самое важное для неё самой в этой стране - еду, архитектуру, еду, алкоголь, кофе, еду, людей, церкви и снова еду. Да, в Сербии еда - это скрепа и даже у пищевой пирамиды сербов есть в книге своя отдельная страничка. Все, кто был там, этот факт подтвердят (а кто не был, но собирается - имейте в виду и киньте в рюкзак лишнюю пачку фестала).
Алкоголь и кофе - тоже скрепа, но еда сильнее. Церковь имеет громадное значение в жизни каждого серба, но не такое, как еда, разумеется. Архитектура... Вы просто не сможете не обратить внимание на ее разношёрстность. Особенно, когда сидите, едите и глазеете по сторонам. Ну, вы поняли.
Это очень своеобразный то ли нонфикшен, то ли путеводитель-подсказка по стране, и как же хочется, чтобы в книгах (любых!) было столько же любви к своему предмету и/или героям, как в этой.
#леночка
#английский
🐳14🕊4
Languages of Truth. Essays 2003 - 2020 by Salman Rushdie
Рушди - мой инфлюенсер. Пока я читала этот сборник эссе, успела по его наводке прочитать пересказ Тысячи и одной ночи и знаменитую Трилогию Беккета, а в декабре начну Филипа Рота.
Рушди - мой собеседник. Параллельно с этим сборником эссе я читала его роман Стыд, эти тексты сплетались между собой, и я говорила с художественным и публицистическим Рушди одновременно.
Рушди - мой камертон. Пока я читала этот сборник эссе, я сверяла с ним свои убеждения и принципы, свою иерархию ценностей и эстетическую шкалу.
Рушди - мой проводник. Из этого сборника эссе я узнала о деятелях изобразительного искусства, о работе литературных организаций, о необычных жизненных ситуациях.
Писатель с такой удивительной судьбой, Рушди для меня никогда не выглядит пресно или предсказуемо, хотя всегда он очень прогнозируем. Мои ожидания от его текстов всегда совпадают с реальностью. Он родился в городе, которого уже нет, в стране, которая никогда не будет прежней, фактически он человек из ниоткуда, который стал человеком мира. И насколько глубоко его корни уходят в ту страну, которой больше нет, настолько же широко его взгляд охватывает политику, культуру, искусство и литературу в том мире, в котором нам всем так или иначе приходится жить.
В сборник входят эссе об удивительных сказках, которые предопределили любовь Рушди к литературе; о современных и не очень писателях, некоторых из которых ему посчастливилось знать лично; о правде, смелости и свободе - в том числе, свободе от предрассудков.
Особо выделю эссе The Liberty Instinct, которое по большей части фокусируется на религии и вере и после которого мне хочется почитать Хитченса. Рушди полностью привержен рациональному сознанию, за что благодарен своей семье, настолько светской, насколько она только могла быть. Любая религия, пишет автор, - это несвобода, внутри которой человек должен четко знать свое место, иначе он будет жестоко наказан богами. И эти религии становятся красивыми историями лишь тогда, когда превращаются в религии мертвые, в мифологии, в буквальную правдивость которых никому не придет в голову поверить. Настоящая опасность - принимать на веру правдивость любого текста, а особенно религиозного. Кажется, что человек, взрослея, должен вырастать из утешительных сказок о супергероях и суперзлодеях. Но наше общество почему-то до сих пор не смогло этого сделать. По Рушди, перерасти богов означает обрести индивидуальную и социальную свободу.
Изначально религии предназначались, чтобы ответить на два главных вопроса: откуда мы взялись и как нам жить. Что касается первого вопроса, для его решения есть наука. А на второй вопрос отвечает этика. И что самое интересное для меня в этом эссе, что кажется мне самым здравым, - это идея о том, что этика меняется с изменением общества, с течением истории. Так, в одну историческую эпоху рабство было этически приемлемым, потом нет. Женщинам было отказано в социальных правах, и это считалось вполне этичным. Но мир меняется, мы меняемся вместе с ним, и нам больше не подходят старые этические нормы, самые старые из которых - религия. Нам больше не нужны воспитатели, которые все решают за нас, мы должны учиться думать своей головой.
Не зря сборник называется Языки правды - если очистить язык от наносного, фальшивого, предвзятого, любой язык станет языком правды. И тогда мы будем свободны.
#валентина
#английский
Рушди - мой инфлюенсер. Пока я читала этот сборник эссе, успела по его наводке прочитать пересказ Тысячи и одной ночи и знаменитую Трилогию Беккета, а в декабре начну Филипа Рота.
Рушди - мой собеседник. Параллельно с этим сборником эссе я читала его роман Стыд, эти тексты сплетались между собой, и я говорила с художественным и публицистическим Рушди одновременно.
Рушди - мой камертон. Пока я читала этот сборник эссе, я сверяла с ним свои убеждения и принципы, свою иерархию ценностей и эстетическую шкалу.
Рушди - мой проводник. Из этого сборника эссе я узнала о деятелях изобразительного искусства, о работе литературных организаций, о необычных жизненных ситуациях.
Писатель с такой удивительной судьбой, Рушди для меня никогда не выглядит пресно или предсказуемо, хотя всегда он очень прогнозируем. Мои ожидания от его текстов всегда совпадают с реальностью. Он родился в городе, которого уже нет, в стране, которая никогда не будет прежней, фактически он человек из ниоткуда, который стал человеком мира. И насколько глубоко его корни уходят в ту страну, которой больше нет, настолько же широко его взгляд охватывает политику, культуру, искусство и литературу в том мире, в котором нам всем так или иначе приходится жить.
В сборник входят эссе об удивительных сказках, которые предопределили любовь Рушди к литературе; о современных и не очень писателях, некоторых из которых ему посчастливилось знать лично; о правде, смелости и свободе - в том числе, свободе от предрассудков.
Особо выделю эссе The Liberty Instinct, которое по большей части фокусируется на религии и вере и после которого мне хочется почитать Хитченса. Рушди полностью привержен рациональному сознанию, за что благодарен своей семье, настолько светской, насколько она только могла быть. Любая религия, пишет автор, - это несвобода, внутри которой человек должен четко знать свое место, иначе он будет жестоко наказан богами. И эти религии становятся красивыми историями лишь тогда, когда превращаются в религии мертвые, в мифологии, в буквальную правдивость которых никому не придет в голову поверить. Настоящая опасность - принимать на веру правдивость любого текста, а особенно религиозного. Кажется, что человек, взрослея, должен вырастать из утешительных сказок о супергероях и суперзлодеях. Но наше общество почему-то до сих пор не смогло этого сделать. По Рушди, перерасти богов означает обрести индивидуальную и социальную свободу.
Изначально религии предназначались, чтобы ответить на два главных вопроса: откуда мы взялись и как нам жить. Что касается первого вопроса, для его решения есть наука. А на второй вопрос отвечает этика. И что самое интересное для меня в этом эссе, что кажется мне самым здравым, - это идея о том, что этика меняется с изменением общества, с течением истории. Так, в одну историческую эпоху рабство было этически приемлемым, потом нет. Женщинам было отказано в социальных правах, и это считалось вполне этичным. Но мир меняется, мы меняемся вместе с ним, и нам больше не подходят старые этические нормы, самые старые из которых - религия. Нам больше не нужны воспитатели, которые все решают за нас, мы должны учиться думать своей головой.
Не зря сборник называется Языки правды - если очистить язык от наносного, фальшивого, предвзятого, любой язык станет языком правды. И тогда мы будем свободны.
#валентина
#английский
🕊28🐳9
The Seven Moons of Maali Almeida by Shehan Karunatilaka (2022)
25 лет на Шри-Ланке шла гражданская война, которая закончилась только в 2009 году победой правительственных сил. Десятки стран поставляли оружие разным сторонам, кто-то просто держал свечку. Кто прав, а кто - нет, как всегда, поди разбери. Восставшая сторона этнического конфликта, тамилы, которых окрестили боевиками, так как они выступали против дискриминационной политики сингальского правительства, требовали независимости для своего региона.
Маали Алмеида - молодой фотограф, в котором течет и тамильская, и сингальская кровь, зарабатывает на жизнь тем, что ездит по очагам боевых действией и снимает. Но нет. Стойте-ка. Это мы уже узнаем потом, а сначала Маали обнаруживает себя умершим. Небесная канцелярия дает ему семь лун (семь суток) на то, чтобы вернуться духом на землю и решить две основных свои задачи: узнать при каких обстоятельствах он умер и кто его убил и сказать последние слова своей матери и возлюбленному ДиДи.
Автор ставит читателя в интересное положение, делая его самого Маали - повествование ведется от второго лица. Неспокойным духом ты мечешься между своими любимыми людьми, работодателями, убийцами всех мастей, полицейскими, пытаешься что-то им всем проорать в ухо, но тебя никто не слышит. У тебя всего семь дней, а потом связь с земным миром будет разорвана.
Калейдоскоп проблем в романе, такой, что кружится голова: гражданская война, отношения детей и родителей, неприятие гомесксуальности главного героя, этика, религия. Ты все ставишь под вопрос, во всем сомневаешься, ты ищешь правду, но порой и себе не можешь признаться в том, что думаешь на самом деле. В смысле не ты, а Маали. Или все-таки читатель?
The Seven Moons… роман остроумный и остросоциальный, смешной и грустный, занимательный и страшный одновременно. На фотографиях Маали читатель видит все ужасы войны - сожженных заживо, расстрелянных женщин, детей, стариков. Но в фотографическом наследии погибшего есть секрет, который хранится в коробке из-под обуви под его кроватью. За этим секретом и охотятся все, кто могут приложить к нему руку.
Это и детектив, и социальная сатира, и магический реализм. Здесь есть все, что может сделать роман настоящим, как говорят импортные критики, tour-de-force по землям далекой Шри-Ланки и по запутанной жизни самого Маали, обличье которого примеряет на себя читатель.
В этом году роман получил Букера.
#анастасия
#английский
#перевелось
25 лет на Шри-Ланке шла гражданская война, которая закончилась только в 2009 году победой правительственных сил. Десятки стран поставляли оружие разным сторонам, кто-то просто держал свечку. Кто прав, а кто - нет, как всегда, поди разбери. Восставшая сторона этнического конфликта, тамилы, которых окрестили боевиками, так как они выступали против дискриминационной политики сингальского правительства, требовали независимости для своего региона.
Маали Алмеида - молодой фотограф, в котором течет и тамильская, и сингальская кровь, зарабатывает на жизнь тем, что ездит по очагам боевых действией и снимает. Но нет. Стойте-ка. Это мы уже узнаем потом, а сначала Маали обнаруживает себя умершим. Небесная канцелярия дает ему семь лун (семь суток) на то, чтобы вернуться духом на землю и решить две основных свои задачи: узнать при каких обстоятельствах он умер и кто его убил и сказать последние слова своей матери и возлюбленному ДиДи.
Автор ставит читателя в интересное положение, делая его самого Маали - повествование ведется от второго лица. Неспокойным духом ты мечешься между своими любимыми людьми, работодателями, убийцами всех мастей, полицейскими, пытаешься что-то им всем проорать в ухо, но тебя никто не слышит. У тебя всего семь дней, а потом связь с земным миром будет разорвана.
Калейдоскоп проблем в романе, такой, что кружится голова: гражданская война, отношения детей и родителей, неприятие гомесксуальности главного героя, этика, религия. Ты все ставишь под вопрос, во всем сомневаешься, ты ищешь правду, но порой и себе не можешь признаться в том, что думаешь на самом деле. В смысле не ты, а Маали. Или все-таки читатель?
The Seven Moons… роман остроумный и остросоциальный, смешной и грустный, занимательный и страшный одновременно. На фотографиях Маали читатель видит все ужасы войны - сожженных заживо, расстрелянных женщин, детей, стариков. Но в фотографическом наследии погибшего есть секрет, который хранится в коробке из-под обуви под его кроватью. За этим секретом и охотятся все, кто могут приложить к нему руку.
Это и детектив, и социальная сатира, и магический реализм. Здесь есть все, что может сделать роман настоящим, как говорят импортные критики, tour-de-force по землям далекой Шри-Ланки и по запутанной жизни самого Маали, обличье которого примеряет на себя читатель.
В этом году роман получил Букера.
#анастасия
#английский
#перевелось
🐳20🕊6
Пост о новёхонькой книге нобелевской лауреатки Анни Эрно с дружественного канала о книгах и современном искусстве – закачаешься!💫
#французский
#французский
🕊7
Forwarded from In Art We Trust
Анни Эрно. Le jeune homme
Нобелиатка Анни Эрно известна русскоязычным читателям по романам «Событие», «Женщина», «Память девушки», «Во власти» (NoKidding) и «Годы» (Эксмо). Нарушать табу, по крайней мере в литературе, ей с успехом удается. Для писательницы нет неудобных или запретных тем, будь то подполный аборт или первый сексуальный опыт. О вещах глубоко интимных, которые не каждый поведает своему близкому другу, Эрно без лишних экивоков и не боясь рассказывает всем.
Оставаясь верной своему кредо, в лаконичной (всего 30 страниц) и беспристрастной манере писательница на сей раз размышляет о еще одной, вызывающей острую полемику в обществе (уж российском так точно) теме, а именно романе взрослой женщины с молодым мужчиной.
На момент написания текста (1998-2000 гг.) Эрно уже за пятьдесят, а ее любовнику-студенту - слегка за двадцать. Тридцатилетняя разница как дамоклов меч - тяготит и, в то же время, становится для писательницы двигателем творческого процесса.
Растворение в сиюминутных чувствах под знаком фатальности - никаких предчувствий хэппи-энда. Скорее попытка сублимировать все пережитое в очередном тексте. Так, интрижка с А. становится поводом вспомнить не только родные края (герой как раз из Руана, что по соседству) и моменты детства, но и пересмотреть отношения с теперь уже бывшим супругом.
За вспышками эйфории на первый план выходят и вполне более насущные вопросы, обращенные к самой себе (каково это - встречаться с женщиной в менопаузе?) И чем дальше продвигаешься по тексту, тем более явно прослеживается это пресловутое предубеждение общества. Оно сквозит не только во взглядах окружающих, но проникает в самую суть отношений - даже фильмы с возлюбленным они начинают смотреть, отвечающие их ситуации. Нетрудно догадаться, кто одерживает победу в этой партии. Героиня, хоть и нарушает запреты, не способна тягаться с беспощадной силой времени.
Книга вышла в издательстве Gallimard этим летом и пока не переведена на русский язык.
#чтопочитать #книжныйрекомендасьон
Нобелиатка Анни Эрно известна русскоязычным читателям по романам «Событие», «Женщина», «Память девушки», «Во власти» (NoKidding) и «Годы» (Эксмо). Нарушать табу, по крайней мере в литературе, ей с успехом удается. Для писательницы нет неудобных или запретных тем, будь то подполный аборт или первый сексуальный опыт. О вещах глубоко интимных, которые не каждый поведает своему близкому другу, Эрно без лишних экивоков и не боясь рассказывает всем.
Оставаясь верной своему кредо, в лаконичной (всего 30 страниц) и беспристрастной манере писательница на сей раз размышляет о еще одной, вызывающей острую полемику в обществе (уж российском так точно) теме, а именно романе взрослой женщины с молодым мужчиной.
На момент написания текста (1998-2000 гг.) Эрно уже за пятьдесят, а ее любовнику-студенту - слегка за двадцать. Тридцатилетняя разница как дамоклов меч - тяготит и, в то же время, становится для писательницы двигателем творческого процесса.
Растворение в сиюминутных чувствах под знаком фатальности - никаких предчувствий хэппи-энда. Скорее попытка сублимировать все пережитое в очередном тексте. Так, интрижка с А. становится поводом вспомнить не только родные края (герой как раз из Руана, что по соседству) и моменты детства, но и пересмотреть отношения с теперь уже бывшим супругом.
За вспышками эйфории на первый план выходят и вполне более насущные вопросы, обращенные к самой себе (каково это - встречаться с женщиной в менопаузе?) И чем дальше продвигаешься по тексту, тем более явно прослеживается это пресловутое предубеждение общества. Оно сквозит не только во взглядах окружающих, но проникает в самую суть отношений - даже фильмы с возлюбленным они начинают смотреть, отвечающие их ситуации. Нетрудно догадаться, кто одерживает победу в этой партии. Героиня, хоть и нарушает запреты, не способна тягаться с беспощадной силой времени.
Книга вышла в издательстве Gallimard этим летом и пока не переведена на русский язык.
#чтопочитать #книжныйрекомендасьон
🐳16🕊7
Babcia, Sandra Szaja (2021)
Пока Россия и часть Восточной Европы борется с однополыми семьями, давайте вспомним, что такое однополая семья в наших широтах на самом деле.
Это мама, ребенок и бабушка. Это расти в окружении сильных женщин. Это всю жизнь хранить крупинки радости и проведенного вместе времени, случайно отколовшиеся от этих глыб. Это не показывать своих слабостей и самим стать, черт побери, сильными.
Обо всем этом и о попытке вырваться из порочного круга так называемой силы – в коротком рассказе Babcia (Бабушка).
Неназванный герой рассказа ностальгирует о детстве и размышляет о двух самых главных женщинах своей жизни. Он сосредотачивается на фигуре бабушки, ведь, логично, то, какой он знает свою мать, невозможно отделить от того, какой та выросла под влиянием уже своей матери. Бабушка научила ее, например, как приготовить хороший суп, но как радоваться малому и показывать другим (иным) свои эмоции… Да и что такое, она сама, кто она такая не как мать, а как человек, познакомиться с собой и услышать себя – нет, это ни к чему.
Пытаясь прервать устоявшуюся семейную традицию подавления «я» перед самим собой и, казалось бы, самими близкими людьми, герой отправляется в гости к бабушке и сначала осторожно, а позже все более настойчиво и даже без разрешения рассказывает ей, о боже, о самом себе, о своих чувствах, воспоминаниях, о крохотных переживаниях, которыми полон каждый день каждого человека. И ждет в ответ, о боже, ответа от нее. Участия. Понимания. Принятия.
Вместо этого он получает диагноз: «Иной. Убирайся».
Сандра Шайя пишет, очевидно, очень личную и выстраданную историю, как иначе объяснить почти фотографическую точность бытовых деталей Польши 90х годов XX века (ребят, если что, там примерно то же, что было у нас). Но при этом она делает вполне реалистичное по нынешним временам допущение и из крохотного клубка непонимания внутри одной семьи выматывает полноценное антиутопическое полотно, на котором, среди людей, из которых можно делать гвозди, нет места «иным». Каким «иным»? Да любым. Иным.
Этот небольшой текст точно бьет по ностальгии «о старых добрых временах», по тревогам, которые вызывает каждый новый день, и по нашим общим страхам, связанным с туманным будущим. И очень хочется, чтобы он остался выдумкой, фикшеном, и никогда не встал на полку «документальная проза».
#польский
#леночка
Пока Россия и часть Восточной Европы борется с однополыми семьями, давайте вспомним, что такое однополая семья в наших широтах на самом деле.
Это мама, ребенок и бабушка. Это расти в окружении сильных женщин. Это всю жизнь хранить крупинки радости и проведенного вместе времени, случайно отколовшиеся от этих глыб. Это не показывать своих слабостей и самим стать, черт побери, сильными.
Обо всем этом и о попытке вырваться из порочного круга так называемой силы – в коротком рассказе Babcia (Бабушка).
Неназванный герой рассказа ностальгирует о детстве и размышляет о двух самых главных женщинах своей жизни. Он сосредотачивается на фигуре бабушки, ведь, логично, то, какой он знает свою мать, невозможно отделить от того, какой та выросла под влиянием уже своей матери. Бабушка научила ее, например, как приготовить хороший суп, но как радоваться малому и показывать другим (иным) свои эмоции… Да и что такое, она сама, кто она такая не как мать, а как человек, познакомиться с собой и услышать себя – нет, это ни к чему.
Пытаясь прервать устоявшуюся семейную традицию подавления «я» перед самим собой и, казалось бы, самими близкими людьми, герой отправляется в гости к бабушке и сначала осторожно, а позже все более настойчиво и даже без разрешения рассказывает ей, о боже, о самом себе, о своих чувствах, воспоминаниях, о крохотных переживаниях, которыми полон каждый день каждого человека. И ждет в ответ, о боже, ответа от нее. Участия. Понимания. Принятия.
Вместо этого он получает диагноз: «Иной. Убирайся».
Сандра Шайя пишет, очевидно, очень личную и выстраданную историю, как иначе объяснить почти фотографическую точность бытовых деталей Польши 90х годов XX века (ребят, если что, там примерно то же, что было у нас). Но при этом она делает вполне реалистичное по нынешним временам допущение и из крохотного клубка непонимания внутри одной семьи выматывает полноценное антиутопическое полотно, на котором, среди людей, из которых можно делать гвозди, нет места «иным». Каким «иным»? Да любым. Иным.
Этот небольшой текст точно бьет по ностальгии «о старых добрых временах», по тревогам, которые вызывает каждый новый день, и по нашим общим страхам, связанным с туманным будущим. И очень хочется, чтобы он остался выдумкой, фикшеном, и никогда не встал на полку «документальная проза».
#польский
#леночка
🕊20🐳7
Small Things Like These by Claire Keegan
В шортлист Букеровской премии 2022 вошла эта лаконичная, красивая и страшная история, которую хорошо читать под рождество, но лучше не с детьми.
Ирландия. 1985 год. Торговец углем и другими отопительными материалами Билл - известная в городе личность. Работает на совесть, образцовый семьянин, со всех сторон молодец. Но есть в его биографии один момент - мать родила его неизвестно от кого, и лишь покровительство хозяйки дома, где она работала, спасло ее и ребенка. А как-то раз под рождество он узнает, какой могла бы быть судьба его матери, если бы не добрая состоятельная женщина, которая взяла ее под крыло и поставила его на ноги.
Дом господень часто оказывается не тем, чем должен быть. В прачечных Магдалены при монастыре - всегда идеально выстиранное белье, довольные заказчики лишь нахваливают монахинь, которые дают кров и работу оступившимся девушкам, которые, как говорилось тогда, попали в беду. Но они и не подозревали, что в беду они попадут, когда переступят порог прачечной.
Это очень маленькая книжка, но такая красивая и такая ужасная, она вмещает целые жизни и всю огромность человеческого потрясения и счастья, когда он вдруг решается на самый смелый поступок в своей жизни.
Пряничные картинки предрождественской суеты настолько хорошо и уютно выписаны, что волей-неволей начинаешь ждать, когда вся эта красота рухнет. Вот дочки главного героя встречают Санту, и младшая его боится. Вот жена присмотрела в витрине красивые туфли, а муж понял, что она хочет их на рождество. Вот старшая дочка поет в церковном хоре. А вот вся семья вместе печет рождественский пирог и планирует в следующем году поменять окна в гостиной. А что в это время происходит на изнанке жизни? Что подарят тем, кто “попал в беду”?
Может быть, к кому-то из них все же придет Санта. Или Дед Мороз. Или продавец угля. Но не бойтесь: хотя в финале идет снег, это отнюдь не сахарная пудра, которой можно было бы превратить финал в сказку. Все же мы в Ирландии. В 1985 году.
И одна - всего одна - фраза, которая почему-то засела у меня в голове: he felt the strain of being alive. Пожалуй, это самое меткое выражение чувства, которое наверняка испытывали мы все.
#валентина
#английский
В шортлист Букеровской премии 2022 вошла эта лаконичная, красивая и страшная история, которую хорошо читать под рождество, но лучше не с детьми.
Ирландия. 1985 год. Торговец углем и другими отопительными материалами Билл - известная в городе личность. Работает на совесть, образцовый семьянин, со всех сторон молодец. Но есть в его биографии один момент - мать родила его неизвестно от кого, и лишь покровительство хозяйки дома, где она работала, спасло ее и ребенка. А как-то раз под рождество он узнает, какой могла бы быть судьба его матери, если бы не добрая состоятельная женщина, которая взяла ее под крыло и поставила его на ноги.
Дом господень часто оказывается не тем, чем должен быть. В прачечных Магдалены при монастыре - всегда идеально выстиранное белье, довольные заказчики лишь нахваливают монахинь, которые дают кров и работу оступившимся девушкам, которые, как говорилось тогда, попали в беду. Но они и не подозревали, что в беду они попадут, когда переступят порог прачечной.
Это очень маленькая книжка, но такая красивая и такая ужасная, она вмещает целые жизни и всю огромность человеческого потрясения и счастья, когда он вдруг решается на самый смелый поступок в своей жизни.
Пряничные картинки предрождественской суеты настолько хорошо и уютно выписаны, что волей-неволей начинаешь ждать, когда вся эта красота рухнет. Вот дочки главного героя встречают Санту, и младшая его боится. Вот жена присмотрела в витрине красивые туфли, а муж понял, что она хочет их на рождество. Вот старшая дочка поет в церковном хоре. А вот вся семья вместе печет рождественский пирог и планирует в следующем году поменять окна в гостиной. А что в это время происходит на изнанке жизни? Что подарят тем, кто “попал в беду”?
Может быть, к кому-то из них все же придет Санта. Или Дед Мороз. Или продавец угля. Но не бойтесь: хотя в финале идет снег, это отнюдь не сахарная пудра, которой можно было бы превратить финал в сказку. Все же мы в Ирландии. В 1985 году.
И одна - всего одна - фраза, которая почему-то засела у меня в голове: he felt the strain of being alive. Пожалуй, это самое меткое выражение чувства, которое наверняка испытывали мы все.
#валентина
#английский
🐳33🕊4
Exciting Times by Naoise Dolan (2020)
Ава бежит из Дублина в Гонконг, где устраивается на низкооплачиваемую работу учительницы английского для местных богатых детишек.
Стоило ли ради этого пересекать континент? Ава уверена, что а) нужно валить из Дублина, б) если в чем она и хороша, то это в том, как рулить мужчинами. Поэтому совсем скоро она знакомится, а затем и заселяется в квартиру к самому богатому мужчине из всех, кого ей случалось встречать. Джулиан — банкир, ему скоро 30 и его единственная любовь в жизни — работа.
Ава не самая приятная героиня, но по-хорошему сложная — едкая, самокритичная, её волнуют проблемы классовости и расизма, она испытывает праведный гнев к патриархату — полный набор. Порой она кажется пассивно-агрессивной, но за самоиронией скрывается неуверенность в себе и в правильности своих решений.
Первую треть романа испытываешь острое чувство дежавю. Дуэт молодая девушка и эмоционально недоступный мужчина — видели не один раз. Они даже разговаривают нечасто, а все их диалоги — обмен колкостями (очень остроумными, следует заметить!). Гораздо больше происходит у Авы в голове: её внутренний монолог состоит из того, что она хотела бы сказать вслух, но вместо этого говорит что-то социально одобряемое, а написанные и стертые сообщения и вовсе становятся формой самоанализа.
Совсем другое настроение книга приобретает, когда Ава встречает Эдит. Эдит — местная, но училась в Британии, она богата и успешна, работает юристом и каждая минута её дня четко расписана, а значит время, которое она уделяет Аве ещё более ценно. В отношениях с ней Ава раскрывается как ранимая, искренняя и очень уязвимая героиня.
В третьей части все персонажи встретятся, но, слава богу, никаких любовных треугольников. Через эти отношения Ава учится понимать, чего таки хочет от жизни, каковы её приоритеты. За химией в двух отдельных парах очень интересно наблюдать, настолько они разные, но одинаково дороги для Авы.
Самая занимательная деталь это то, как Ава исследует мир через призму грамматики английского языка — очень остроумно! В её руках она становится едва ли не инструментом политического высказывания. Долан есть, что сказать миру и она уже успела найти свой голос, в 2023 году выходит её второй роман — ждём!
#таня
#английский
Ава бежит из Дублина в Гонконг, где устраивается на низкооплачиваемую работу учительницы английского для местных богатых детишек.
Стоило ли ради этого пересекать континент? Ава уверена, что а) нужно валить из Дублина, б) если в чем она и хороша, то это в том, как рулить мужчинами. Поэтому совсем скоро она знакомится, а затем и заселяется в квартиру к самому богатому мужчине из всех, кого ей случалось встречать. Джулиан — банкир, ему скоро 30 и его единственная любовь в жизни — работа.
Ава не самая приятная героиня, но по-хорошему сложная — едкая, самокритичная, её волнуют проблемы классовости и расизма, она испытывает праведный гнев к патриархату — полный набор. Порой она кажется пассивно-агрессивной, но за самоиронией скрывается неуверенность в себе и в правильности своих решений.
Первую треть романа испытываешь острое чувство дежавю. Дуэт молодая девушка и эмоционально недоступный мужчина — видели не один раз. Они даже разговаривают нечасто, а все их диалоги — обмен колкостями (очень остроумными, следует заметить!). Гораздо больше происходит у Авы в голове: её внутренний монолог состоит из того, что она хотела бы сказать вслух, но вместо этого говорит что-то социально одобряемое, а написанные и стертые сообщения и вовсе становятся формой самоанализа.
Совсем другое настроение книга приобретает, когда Ава встречает Эдит. Эдит — местная, но училась в Британии, она богата и успешна, работает юристом и каждая минута её дня четко расписана, а значит время, которое она уделяет Аве ещё более ценно. В отношениях с ней Ава раскрывается как ранимая, искренняя и очень уязвимая героиня.
В третьей части все персонажи встретятся, но, слава богу, никаких любовных треугольников. Через эти отношения Ава учится понимать, чего таки хочет от жизни, каковы её приоритеты. За химией в двух отдельных парах очень интересно наблюдать, настолько они разные, но одинаково дороги для Авы.
Самая занимательная деталь это то, как Ава исследует мир через призму грамматики английского языка — очень остроумно! В её руках она становится едва ли не инструментом политического высказывания. Долан есть, что сказать миру и она уже успела найти свой голос, в 2023 году выходит её второй роман — ждём!
#таня
#английский
🐳21🕊4