🐳6
Forwarded from Read_teach_crossstitch
Catherine Lloyd, Miss Morton and the English House Party Murder (Кэтрин Ллойд «Мисс Мортон и убийство на балу», на русском языке выход ожидается в сентябре)
Об этой книге я узнала из издательского плана долгожданного «Дома историй». Сразу признаюсь, что понравилось мне умеренно и вопросы к писательнице у меня есть, но читать было приятно и отвлекающе.
Это типичный «уютный детектив», действие которого происходит в Англии, в самом начале правления королевы Виктории. Кэролайн Мортон – дочь разорившегося графа, который покончил жизнь самоубийством. Не желая продолжать быть на иждивении у тетушки-аристократки, героиня (шкандаль!) устраивается компаньонкой к богатой, но безродной Миссис Фрогертон и ее дочери. Они втроем приглашены на празднование дня рождения кузины Кэролайн, и та снова оказывается в доме, где прошла значительная часть ее детства и где (вот совпадение!) после их приезда начинают происходить ужасные и загадочные преступления.
Это отличный детектив на пару вечеров, в котором есть все, что нужно, чтобы просто расслабиться: аристократы начала викторианской эпохи, званые ужины, бал, отношения между хозяевами и слугами, семейные тайны, намек на романтическую историю и, конечно же, само расследование преступления, которое здесь ведут Мисс Мортон и ее неожиданная помощница Миссис Фрогертон. Параллельно с поиском преступника, Кэролайн придется столкнуться и со своим прошлым и настоящим, в котором ее приезду в новом качестве не все, мягко говоря, рады.
Несмотря на общую приятность, эта книга, как мне показалось, не без косяков. Моя главная претензия к писательнице – плохо прописанные второстепенные персонажи. Личность убийцы меня удивила, потому что мне было совершенно непонятно, соответствует ли преступление его характеру в принципе. С таким же успехом преступником можно было бы назначить вообще любого другого героя: все они, за исключением пары-тройки главных, настолько схематичны, что я до конца так и не поняла, что они за люди. Читала я с температурой, поэтому допускаю, что могла чего-то не заметить, но мне показалось, что к главному преступнику в процессе расследования не вело почти никаких ниточек.
«Мисс Мортон и убийство на балу» –первая книга серии, и продолжение на английском должно только выйти, поэтому, чтобы окончательно определиться с отношением к писательнице, я отправилась исследовать другую ее детективную серию – Kurland St. Mary Mistery, где уже вышло аж 8 книг.
Ее первая часть – Death Comes to the Village, и события здесь разворачиваются раньше – в первой четверти 19 века. Главная героиня – Люси Харрингтон, старшая дочь приходского священника, на которую после смерти матери пали все ее домашние обязанности. Вместе с майором Робертом Керландом, оказавшимся прикованным к постели после ранения в войне с Наполеоном, героиня начинает расследование таинственной пропажи двух местных девушек. Правда чем дальше заходит расследование, тем больше открывается тайн, что таит благопристойная, с первого взгляда, английская деревенька.
Читая, я не могла не проводить параллели между двумя книгами. В обеих главные героини – 25-летние старые девы (что по нынешним временам звучит как оксюморон), без каких бы то ни было матримониальных перспектив. Обе умны, образованны, хорошо воспитаны и любят совать свой нос, куда, возможно, не следует. Обе выходят за рамки типичных до- и викторианских героинь, благодаря своей практичности, явно феминистическим взглядам и не всегда пристойному, по тем временам, поведению. В обеих книгах много внимания писательница уделяет поиску женщиной своего места в жизни, описанию быта аристократов и мелкопоместных дворян, взаимоотношениям между хозяевами и слугами.
Что касается самой детективной составляющей, то здесь она показалась мне более убедительной и продуманной, правда не исключаю, что на этот раз из-за того, что я угадала всех преступников 😁
В целом, не самые блестящие, как мне показалось, книги, но отлично подходят на случай, когда захочется старого доброго cosy crime в историческом антураже) Я, несмотря на все мои претензии, точно буду читать дальше)
Об этой книге я узнала из издательского плана долгожданного «Дома историй». Сразу признаюсь, что понравилось мне умеренно и вопросы к писательнице у меня есть, но читать было приятно и отвлекающе.
Это типичный «уютный детектив», действие которого происходит в Англии, в самом начале правления королевы Виктории. Кэролайн Мортон – дочь разорившегося графа, который покончил жизнь самоубийством. Не желая продолжать быть на иждивении у тетушки-аристократки, героиня (шкандаль!) устраивается компаньонкой к богатой, но безродной Миссис Фрогертон и ее дочери. Они втроем приглашены на празднование дня рождения кузины Кэролайн, и та снова оказывается в доме, где прошла значительная часть ее детства и где (вот совпадение!) после их приезда начинают происходить ужасные и загадочные преступления.
Это отличный детектив на пару вечеров, в котором есть все, что нужно, чтобы просто расслабиться: аристократы начала викторианской эпохи, званые ужины, бал, отношения между хозяевами и слугами, семейные тайны, намек на романтическую историю и, конечно же, само расследование преступления, которое здесь ведут Мисс Мортон и ее неожиданная помощница Миссис Фрогертон. Параллельно с поиском преступника, Кэролайн придется столкнуться и со своим прошлым и настоящим, в котором ее приезду в новом качестве не все, мягко говоря, рады.
Несмотря на общую приятность, эта книга, как мне показалось, не без косяков. Моя главная претензия к писательнице – плохо прописанные второстепенные персонажи. Личность убийцы меня удивила, потому что мне было совершенно непонятно, соответствует ли преступление его характеру в принципе. С таким же успехом преступником можно было бы назначить вообще любого другого героя: все они, за исключением пары-тройки главных, настолько схематичны, что я до конца так и не поняла, что они за люди. Читала я с температурой, поэтому допускаю, что могла чего-то не заметить, но мне показалось, что к главному преступнику в процессе расследования не вело почти никаких ниточек.
«Мисс Мортон и убийство на балу» –первая книга серии, и продолжение на английском должно только выйти, поэтому, чтобы окончательно определиться с отношением к писательнице, я отправилась исследовать другую ее детективную серию – Kurland St. Mary Mistery, где уже вышло аж 8 книг.
Ее первая часть – Death Comes to the Village, и события здесь разворачиваются раньше – в первой четверти 19 века. Главная героиня – Люси Харрингтон, старшая дочь приходского священника, на которую после смерти матери пали все ее домашние обязанности. Вместе с майором Робертом Керландом, оказавшимся прикованным к постели после ранения в войне с Наполеоном, героиня начинает расследование таинственной пропажи двух местных девушек. Правда чем дальше заходит расследование, тем больше открывается тайн, что таит благопристойная, с первого взгляда, английская деревенька.
Читая, я не могла не проводить параллели между двумя книгами. В обеих главные героини – 25-летние старые девы (что по нынешним временам звучит как оксюморон), без каких бы то ни было матримониальных перспектив. Обе умны, образованны, хорошо воспитаны и любят совать свой нос, куда, возможно, не следует. Обе выходят за рамки типичных до- и викторианских героинь, благодаря своей практичности, явно феминистическим взглядам и не всегда пристойному, по тем временам, поведению. В обеих книгах много внимания писательница уделяет поиску женщиной своего места в жизни, описанию быта аристократов и мелкопоместных дворян, взаимоотношениям между хозяевами и слугами.
Что касается самой детективной составляющей, то здесь она показалась мне более убедительной и продуманной, правда не исключаю, что на этот раз из-за того, что я угадала всех преступников 😁
В целом, не самые блестящие, как мне показалось, книги, но отлично подходят на случай, когда захочется старого доброго cosy crime в историческом антураже) Я, несмотря на все мои претензии, точно буду читать дальше)
Telegram
Издательство «Дом историй»
Все истории под одной крышей!
Детективы и триллеры, фантастика и фэнтези, семейные саги и просто интересные романы, которые мы любим и читаем сами.
✉️ По вопросам сотрудничества и дистрибуции @Ripol_Admin
Номер заявления: №6454921723
Детективы и триллеры, фантастика и фэнтези, семейные саги и просто интересные романы, которые мы любим и читаем сами.
✉️ По вопросам сотрудничества и дистрибуции @Ripol_Admin
Номер заявления: №6454921723
🐳16🕊7
«Now Is Not the Time to Panic» by Kevin Wilson (2022)
Два скучающих подростка на летних каникулах и ксерокс, что может пойти не так? Кевин Уилсон, автор остроумного романа «Ничего интересного», в своей новой книге предлагает читателям вернуться в 90-е и поразмышлять о вирусной силе искусства в эпоху до распространения социальных сетей.
На дворе 1996-ой год, маленький американский городок, 16-летняя Фрэнки изнывает от скуки (ни тебе TikToka, ни YouTube) и жары, когда знакомится с парнем по имени Зик. Их объединяет любовь к искусству и желание хоть чем-то себя развлечь. Фрэнки на досуге пишет бесконечный фанфик о злобной Нэнси Дрю, а Зик разрисовывает один блокнот за другим. Вместе они вырабатывают собственный художественный стиль, а девушке в голову приходит загадочная и на первый взгляд ничего не значащая фраза: «The edge is a shantytown filled with gold seekers. We are fugitives, and the law is skinny with hunger for us.»
В гараже они находят бесхозный ксерокс и ради забавы решают размножить свое творение и расклеить по всему городу. Ни один из них не мог предположить, что безобидная абра-кадабра поднимет в городе настоящую панику, привлечет внимание телеканалов и арт-критиков, окажется на футболках сетевых магазинов и войдет в историю как «Коулфилдская паника 1996». Ну а для самих Фрэнки и Зика поднявшаяся истерия станет переломным, читай «травматичным», моментом их взросления.
21 год спустя то лето напомнит о себе Фрэнки, уже повзрослевшей и ставшей вполне успешной писательницей. О своей причастности она не рассказывала даже мужу и маме, а с дружба с Зиком закончилось в момент самой кульминации событий 96-го. Но хоть они больше не общаются, общее прошлое в какой-то мере определяет их обоих, пусть их жизни и пошли в совершенно разных направлениях.
Уилсон живо и трогательно показывает историю отношений двух замкнутых подростков, которые выбирают искусство своим способом коммуникации с миром. И совершенно безбашенно изображает массовую истерию, благодаря которой предмет искусства обретает абсолютно иной смысл, далекий от того, что вкладывали в него создатели — якорь, успокаивающая мантра в мире, где все странно, непонятно и так сложно найти свое место.
#таня
#английский
#перевелось
Два скучающих подростка на летних каникулах и ксерокс, что может пойти не так? Кевин Уилсон, автор остроумного романа «Ничего интересного», в своей новой книге предлагает читателям вернуться в 90-е и поразмышлять о вирусной силе искусства в эпоху до распространения социальных сетей.
На дворе 1996-ой год, маленький американский городок, 16-летняя Фрэнки изнывает от скуки (ни тебе TikToka, ни YouTube) и жары, когда знакомится с парнем по имени Зик. Их объединяет любовь к искусству и желание хоть чем-то себя развлечь. Фрэнки на досуге пишет бесконечный фанфик о злобной Нэнси Дрю, а Зик разрисовывает один блокнот за другим. Вместе они вырабатывают собственный художественный стиль, а девушке в голову приходит загадочная и на первый взгляд ничего не значащая фраза: «The edge is a shantytown filled with gold seekers. We are fugitives, and the law is skinny with hunger for us.»
В гараже они находят бесхозный ксерокс и ради забавы решают размножить свое творение и расклеить по всему городу. Ни один из них не мог предположить, что безобидная абра-кадабра поднимет в городе настоящую панику, привлечет внимание телеканалов и арт-критиков, окажется на футболках сетевых магазинов и войдет в историю как «Коулфилдская паника 1996». Ну а для самих Фрэнки и Зика поднявшаяся истерия станет переломным, читай «травматичным», моментом их взросления.
21 год спустя то лето напомнит о себе Фрэнки, уже повзрослевшей и ставшей вполне успешной писательницей. О своей причастности она не рассказывала даже мужу и маме, а с дружба с Зиком закончилось в момент самой кульминации событий 96-го. Но хоть они больше не общаются, общее прошлое в какой-то мере определяет их обоих, пусть их жизни и пошли в совершенно разных направлениях.
Уилсон живо и трогательно показывает историю отношений двух замкнутых подростков, которые выбирают искусство своим способом коммуникации с миром. И совершенно безбашенно изображает массовую истерию, благодаря которой предмет искусства обретает абсолютно иной смысл, далекий от того, что вкладывали в него создатели — якорь, успокаивающая мантра в мире, где все странно, непонятно и так сложно найти свое место.
#таня
#английский
#перевелось
🐳32
«An Unlasting Home» by Mai Al-Nakib (2022)
“Half seafaring, half desert. Half pre-oil, half oil. Half traditional, half modern. Half cosmopolitan, half Islamist. Half democratic, half monarchist. Half consumerist, half religious. Half Kuwaiti, half non-Kuwaiti. Halves that multiplied ad infinitum. And as they multiplied — with their divisions and splits — the country disintegrated … There was no going back, but going forward was fraught with peril.”
Сара Тарек уже несколько лет работает в университете Кувейта и рассказывает девушкам в никабе о философии. Сара - не простой преподаватель. Она родилась в Кувейте, а детство и юность ее пришлись на постоянные переезды из Кувейта в США и обратно. Она закончила Беркли, преподавала в колледже в США, а когда ее мир рухнул, вернулась в родной Кувейт, надеясь, что жизнь там такая же, как и была в конце 80-х. Но нет. Однажды в дверь ее дома стучится полицейский и вежливо просит собрать вещи и отправиться в участок, так как ей предъявлено обвинение в богохульстве – одна из студенток возмутилась тем, что “doctora Tarek” процитировала известное “Бог умер” и даже не стала с этим спорить. В альтернативной (ли?) вселенной Мэй Аль-Накиб богохульство – преступление, караемое смертью.
Для Сары, выросшей в США, проводившей в Кувейте лишь летние каникулы, знавшей, что ее родной брат – гей, и совершенно спокойно к этому относившейся, обвинение казалось просто немыслимым и абсурдным. Она всего лишь процитировала! Как сказала автор в послесловии – она попыталась проанализировать, что может начать происходить со страной, если исламизм пойдет дальше. Что будет со страной, если обвинение одного человека, почти что случайного, может поставить человека на границу жизни и смерти лишь по непониманию.
Сто лет Кувейта охватывает этот роман, несколько женских жизней, множество религий и профессий, полярные взгляды и исторические изменения в Кувейте. С одной стороны, это роман о сильных женщинах, которых никто не хочет замечать и признавать. С другой – о ложном пути, который выбрал Кувейт в попытке разорваться между космополитизмом и исламизмом, в попытке угодить всем.
An Unlasting Home – красивый роман, написанный со вкусом. Это семейная сага, где на первый план выдвинуты женщины (иногда сильные, иногда слабые, иногда кажущиеся либо первыми, либо вторыми). При этом мужские образы тут яркие и колоритные, живые, вызывающие самые разные эмоции от глубочайшего уважения до отвращения. Мэй Аль-Накиб показала жизнь.
А еще для меня An Unlasting Home стал одним из самых живописных романов о культуре. И что еще более важно – роман о любви к Кувейту, каким он мог бы быть сейчас и каким был когда-то.
#анастасия
#английский
“Half seafaring, half desert. Half pre-oil, half oil. Half traditional, half modern. Half cosmopolitan, half Islamist. Half democratic, half monarchist. Half consumerist, half religious. Half Kuwaiti, half non-Kuwaiti. Halves that multiplied ad infinitum. And as they multiplied — with their divisions and splits — the country disintegrated … There was no going back, but going forward was fraught with peril.”
Сара Тарек уже несколько лет работает в университете Кувейта и рассказывает девушкам в никабе о философии. Сара - не простой преподаватель. Она родилась в Кувейте, а детство и юность ее пришлись на постоянные переезды из Кувейта в США и обратно. Она закончила Беркли, преподавала в колледже в США, а когда ее мир рухнул, вернулась в родной Кувейт, надеясь, что жизнь там такая же, как и была в конце 80-х. Но нет. Однажды в дверь ее дома стучится полицейский и вежливо просит собрать вещи и отправиться в участок, так как ей предъявлено обвинение в богохульстве – одна из студенток возмутилась тем, что “doctora Tarek” процитировала известное “Бог умер” и даже не стала с этим спорить. В альтернативной (ли?) вселенной Мэй Аль-Накиб богохульство – преступление, караемое смертью.
Для Сары, выросшей в США, проводившей в Кувейте лишь летние каникулы, знавшей, что ее родной брат – гей, и совершенно спокойно к этому относившейся, обвинение казалось просто немыслимым и абсурдным. Она всего лишь процитировала! Как сказала автор в послесловии – она попыталась проанализировать, что может начать происходить со страной, если исламизм пойдет дальше. Что будет со страной, если обвинение одного человека, почти что случайного, может поставить человека на границу жизни и смерти лишь по непониманию.
Сто лет Кувейта охватывает этот роман, несколько женских жизней, множество религий и профессий, полярные взгляды и исторические изменения в Кувейте. С одной стороны, это роман о сильных женщинах, которых никто не хочет замечать и признавать. С другой – о ложном пути, который выбрал Кувейт в попытке разорваться между космополитизмом и исламизмом, в попытке угодить всем.
An Unlasting Home – красивый роман, написанный со вкусом. Это семейная сага, где на первый план выдвинуты женщины (иногда сильные, иногда слабые, иногда кажущиеся либо первыми, либо вторыми). При этом мужские образы тут яркие и колоритные, живые, вызывающие самые разные эмоции от глубочайшего уважения до отвращения. Мэй Аль-Накиб показала жизнь.
А еще для меня An Unlasting Home стал одним из самых живописных романов о культуре. И что еще более важно – роман о любви к Кувейту, каким он мог бы быть сейчас и каким был когда-то.
#анастасия
#английский
🐳24🕊7
«Bliss Montage» by Ling Ma (2022)
В дебютном романе «Выходное пособие» (Поляндрия NoAge, 2019) Лин Ма изобразила бессмысленность и отчужденность корпоративной культуры с помощью вируса, обращающего людей в зомби, обреченных до бесконечности повторять одни и те же бесполезные дела. В новом сборнике рассказов знакомая повседневная реальность тоже то и дело соскальзывает в фантастическую карманную, мир кажется зыбким, а героини движутся сквозь него словно во сне.
Здесь девушка решается на one night stand с йети, женщина живет с мужем и детьми в шикарном особняке, в другом крыле которого разместились 100 её бывших, университетская преподавательница, ведущая курс «Исчезающие женщины», находит в своем чулане дверь в фантастический мир, где может укрыться от напора и слишком громко высказываемых мнений мужчин. Через эти странные сюрреалистические сюжеты Ма очень в приглушенной манере говорит о вполне осязаемых вещах — абьюзивных отношениях, расизме, сложном материнстве и браке.
Одной из магистральных тем сборника становится опыт американок азиатского происхождения, которые родились в США или переехали в детстве, а потому гораздо лучше адаптировались к американской культуре, чем их родители. Ма изобретательно исследует эту тему с самых разных сторон, поворачивая её и так, и эдак, раскрывая разные аспекты этого опыта. В рассказе «Tomorrow» женщина покидает США, чтобы обрести чувство дома в родной стране, но оказавшись там, понимает, что она — чужая везде. Героиня рассказа «Peking Duck» пишет рассказ о случае с её матерью, когда та лишилась работы в богатой белой семье, что приводит к их конфликту. Здесь Ма иронизирует над растиражированным изображением азиатских женщин как жертв положения, которые смиренно выносят унижения, чтобы зацепиться и выжить в стране, обещающей им и их детям лучшую жизнь.
Не все истории сборника получились равнозначно цельными и законченными, отдельные напоминают скорее набросок идеи, из которой вполне мог бы вырасти роман или рассказ размером побольше. Но тем не менее всех их объединяет ощущение, которое остается после прочтения, — словно смотришь на мир сквозь пластиковую пленку, которая искажает контуры и формы знакомых предметов.
#таня
#английский
В дебютном романе «Выходное пособие» (Поляндрия NoAge, 2019) Лин Ма изобразила бессмысленность и отчужденность корпоративной культуры с помощью вируса, обращающего людей в зомби, обреченных до бесконечности повторять одни и те же бесполезные дела. В новом сборнике рассказов знакомая повседневная реальность тоже то и дело соскальзывает в фантастическую карманную, мир кажется зыбким, а героини движутся сквозь него словно во сне.
Здесь девушка решается на one night stand с йети, женщина живет с мужем и детьми в шикарном особняке, в другом крыле которого разместились 100 её бывших, университетская преподавательница, ведущая курс «Исчезающие женщины», находит в своем чулане дверь в фантастический мир, где может укрыться от напора и слишком громко высказываемых мнений мужчин. Через эти странные сюрреалистические сюжеты Ма очень в приглушенной манере говорит о вполне осязаемых вещах — абьюзивных отношениях, расизме, сложном материнстве и браке.
Одной из магистральных тем сборника становится опыт американок азиатского происхождения, которые родились в США или переехали в детстве, а потому гораздо лучше адаптировались к американской культуре, чем их родители. Ма изобретательно исследует эту тему с самых разных сторон, поворачивая её и так, и эдак, раскрывая разные аспекты этого опыта. В рассказе «Tomorrow» женщина покидает США, чтобы обрести чувство дома в родной стране, но оказавшись там, понимает, что она — чужая везде. Героиня рассказа «Peking Duck» пишет рассказ о случае с её матерью, когда та лишилась работы в богатой белой семье, что приводит к их конфликту. Здесь Ма иронизирует над растиражированным изображением азиатских женщин как жертв положения, которые смиренно выносят унижения, чтобы зацепиться и выжить в стране, обещающей им и их детям лучшую жизнь.
Не все истории сборника получились равнозначно цельными и законченными, отдельные напоминают скорее набросок идеи, из которой вполне мог бы вырасти роман или рассказ размером побольше. Но тем не менее всех их объединяет ощущение, которое остается после прочтения, — словно смотришь на мир сквозь пластиковую пленку, которая искажает контуры и формы знакомых предметов.
#таня
#английский
🐳28
The Passenger by Cormac McCarthy (2022)
The Passenger и Stella Maris - дилогия-сенсация прошлой осени. Сегодняшний пост о первом романе, который по объему ровно в два раза толще второго.
Сложно подступиться к обзору этого романа. Огромность и разнообразие его внутренностей вводит в ступор.
От одного из излюбленных жанров Маккарти - вестерна - в этом романе, пожалуй, только фамилия главного героя. Бобби Вестерн - дайвер, и мы встречаемся с ним как раз во время работы. Он вместе с напарником осматривает затонувший самолет, в котором не хватает ровно пары вещей: черного ящика и одного пассажира. Герои сразу понимают, что дело тут нечисто, но это понимают не только они. Квартиру Бобби обыскивают, его допрашивают и преследуют. В лучших кафкианских традициях, Бобби не может понять, от чего он бежит и в чем виноват, что ему делать - или не делать ничего.
В то же время Бобби - почти невозможный персонаж, в котором будто соединились сразу все американские жизненные сценарии. Отец Бобби - один из создателей атомной бомбы. Сам Бобби изучал физику, а потом увлекся математикой, разыскивал в подвале фамильное золото, участвовал в гонках в Европе, стал дайвером, скрывался от непонятных спецслужб, а также до сих пор скорбит по своей давно умершей сестре, которая была гением математики, больна шизофренией, а также влюблена в него - взаимно.
И на протяжении всего романа Бобби пытается совладать со всем этим наследием прошлого, которое отравляет настоящее, будто бы он аллегория всех Соединенных Штатов, которые он исколесил вдоль и поперек. Вина за то, к чему привела деятельность его отца. Вина за то, что был влюблен в сестру, и за то, что не смог ее уберечь от самой себя. Даже фамильное золото в итоге отравляет его жизнь - это повод аннулировать его паспорт, ведь он не уплатил налог на наследство.
В лучших традициях южной готики, автор дарит нам ни с чем не сравнимое ощущение упадка и тупика, приправленное инцестом и вырождением, тоской по новозможному, идеализированному прошлому и пустым безнадежным взглядом в бессмысленное будущее. Вопросов в романе намного больше, чем ответов, ведь в жизни мы тоже не сможем получить все ответы.
Роман полон диалогов, герои говорят и говорят, об испанской войне, об убийстве Кеннеди, о физике, об истории, философствуют, весьма афористично учат друг друга жизни. Но и тут чем больше они задают друг другу вопросов, тем меньше у них остается ответов.
#валентина
#английский
The Passenger и Stella Maris - дилогия-сенсация прошлой осени. Сегодняшний пост о первом романе, который по объему ровно в два раза толще второго.
Сложно подступиться к обзору этого романа. Огромность и разнообразие его внутренностей вводит в ступор.
От одного из излюбленных жанров Маккарти - вестерна - в этом романе, пожалуй, только фамилия главного героя. Бобби Вестерн - дайвер, и мы встречаемся с ним как раз во время работы. Он вместе с напарником осматривает затонувший самолет, в котором не хватает ровно пары вещей: черного ящика и одного пассажира. Герои сразу понимают, что дело тут нечисто, но это понимают не только они. Квартиру Бобби обыскивают, его допрашивают и преследуют. В лучших кафкианских традициях, Бобби не может понять, от чего он бежит и в чем виноват, что ему делать - или не делать ничего.
В то же время Бобби - почти невозможный персонаж, в котором будто соединились сразу все американские жизненные сценарии. Отец Бобби - один из создателей атомной бомбы. Сам Бобби изучал физику, а потом увлекся математикой, разыскивал в подвале фамильное золото, участвовал в гонках в Европе, стал дайвером, скрывался от непонятных спецслужб, а также до сих пор скорбит по своей давно умершей сестре, которая была гением математики, больна шизофренией, а также влюблена в него - взаимно.
И на протяжении всего романа Бобби пытается совладать со всем этим наследием прошлого, которое отравляет настоящее, будто бы он аллегория всех Соединенных Штатов, которые он исколесил вдоль и поперек. Вина за то, к чему привела деятельность его отца. Вина за то, что был влюблен в сестру, и за то, что не смог ее уберечь от самой себя. Даже фамильное золото в итоге отравляет его жизнь - это повод аннулировать его паспорт, ведь он не уплатил налог на наследство.
В лучших традициях южной готики, автор дарит нам ни с чем не сравнимое ощущение упадка и тупика, приправленное инцестом и вырождением, тоской по новозможному, идеализированному прошлому и пустым безнадежным взглядом в бессмысленное будущее. Вопросов в романе намного больше, чем ответов, ведь в жизни мы тоже не сможем получить все ответы.
Роман полон диалогов, герои говорят и говорят, об испанской войне, об убийстве Кеннеди, о физике, об истории, философствуют, весьма афористично учат друг друга жизни. Но и тут чем больше они задают друг другу вопросов, тем меньше у них остается ответов.
#валентина
#английский
🐳37🕊7
«Ghosts» by Dolly Alderton (2020)
Остроумные и самоироничные женщины немного за 30 — мой любимый тип книжных героинь. Нина Джордж Дин — как раз такая. К своим 30 она подошла с успешной карьерой кулинарной писательницы и квартирой в Лондоне (!) - в целом её жизнь устроена и она ей наслаждается.
Вот только все вокруг женятся, заводят детей, переезжают в пригород и без устали напоминают Нине, что пора бы и ей подумать о браке и детях. Она замечает в их глазах ненужное, но навязчивое сочувствие, а дистанция в их отношениях разрастается пропорционально удалению нового семейного гнездышка от центра Лондона. Решив взять дело в свои руки и вернуться в статус «в активном поиске», она устанавливает дейтинговое приложение и довольно скоро идет на первое свидание. 38-летний бухгалтер Макс покоряет девушку сочетание грубости и ранимости, их роман стремительно развивается и вот уже звучит заветное «Я люблю тебя»... а потом он пропадает.
Пересказ «Ghosts» может создать впечатление, что перед нами очередной легкий и незамысловатый chick-lit, романтическая комедия, где девушка в конце непременно встретит свою любовь и сама вступит в ряды «семейных» под бурные овации подруг. Однако роман Олдертон, вышедший вслед за мемуарами «Всё, что я знаю о любви. Как пережить самые важные годы и не чокнуться» больше напоминает художественное переосмысление этих самых мемуаров. «Ghosts» — это остроумное и проницательное размышление о том, что значит быть тридцатилетней в мире, который постоянно напоминает, какому сценарию правильно и приемлемо следовать, чтобы никого не смущать и не раздражать отклонением от нормы.
Тема романтической любви в XXI веке — не единственная, в которой обитают призраки. Помимо испаряющихся в воздухе парней и подруг, исчезающих в идиллии субурбии, Нине приходится переживать и другое расставание — её обожаемый отец начинает проявлять признаки деменции, а мать уходит в глубокое отрицание того, что ей вновь придется за кем то ухаживать, когда у неё наконец появилось время на себя и свои многочисленные хобби. Сатирический комментарий о современных отношениях сменяется повествованием полным нежности и тревоги, а ещё ощущением, что мир вокруг меняется слишком быстро.
#таня
#английский
#перевелось
Остроумные и самоироничные женщины немного за 30 — мой любимый тип книжных героинь. Нина Джордж Дин — как раз такая. К своим 30 она подошла с успешной карьерой кулинарной писательницы и квартирой в Лондоне (!) - в целом её жизнь устроена и она ей наслаждается.
Вот только все вокруг женятся, заводят детей, переезжают в пригород и без устали напоминают Нине, что пора бы и ей подумать о браке и детях. Она замечает в их глазах ненужное, но навязчивое сочувствие, а дистанция в их отношениях разрастается пропорционально удалению нового семейного гнездышка от центра Лондона. Решив взять дело в свои руки и вернуться в статус «в активном поиске», она устанавливает дейтинговое приложение и довольно скоро идет на первое свидание. 38-летний бухгалтер Макс покоряет девушку сочетание грубости и ранимости, их роман стремительно развивается и вот уже звучит заветное «Я люблю тебя»... а потом он пропадает.
Пересказ «Ghosts» может создать впечатление, что перед нами очередной легкий и незамысловатый chick-lit, романтическая комедия, где девушка в конце непременно встретит свою любовь и сама вступит в ряды «семейных» под бурные овации подруг. Однако роман Олдертон, вышедший вслед за мемуарами «Всё, что я знаю о любви. Как пережить самые важные годы и не чокнуться» больше напоминает художественное переосмысление этих самых мемуаров. «Ghosts» — это остроумное и проницательное размышление о том, что значит быть тридцатилетней в мире, который постоянно напоминает, какому сценарию правильно и приемлемо следовать, чтобы никого не смущать и не раздражать отклонением от нормы.
Тема романтической любви в XXI веке — не единственная, в которой обитают призраки. Помимо испаряющихся в воздухе парней и подруг, исчезающих в идиллии субурбии, Нине приходится переживать и другое расставание — её обожаемый отец начинает проявлять признаки деменции, а мать уходит в глубокое отрицание того, что ей вновь придется за кем то ухаживать, когда у неё наконец появилось время на себя и свои многочисленные хобби. Сатирический комментарий о современных отношениях сменяется повествованием полным нежности и тревоги, а ещё ощущением, что мир вокруг меняется слишком быстро.
#таня
#английский
#перевелось
🐳46🕊7
Stella Maris by Cormac McCarthy (2022)
The world has created no living thing that it does not intend to destroy.
Роман-компаньон "Пассажира", эта тонкая книжка состоит из семи диалогов Элис/Алисии и врача в учреждении для душевнобольных Стелла Марис, куда она приехала сама уже не в первый раз.
Элис была одаренным ребенком, стала математическим гением, разочаровалась в математике и некоторых математиках, увлекалась музыкой, запомнила всё, что читала или переживала, выбросила свою диссертацию, мечтает о том, чтобы ее никогда не существовало, разговаривает с воображаемыми существами, которые приходят к ней, когда им вздумается.
Над всем этим довлеет невозможная и непобедимая любовь к старшему брату, за которого она хотела выйти замуж в какой-нибудь далекой стране.
Вот, собственно, и весь сюжет, частично дублирующий факты из первой части дилогии. Но если в первой части Алисия показана через диалог со своими галлюцинациями и через воспоминания Бобби, который о ней скорбит и тоскует, здесь Алисия говорит о своей жизни сама.
После этой серии диалогов о математике, философии, жизни и религии (которые тематически связывают обе части дилогии) хочется вернуться к рассуждениям Бобби на те же темы. А презентация тех же событий, но с точки зрения Алисии, просто заставляет взять в руки первую книгу, и если не перечитать, то хотя бы пролистать к ключевым эпизодам и сравнить, достроить картинку, нанести недостающие штрихи, усомниться, переобдумать, перенастроить восприятие.
Странная ирония безысходности, которая довлеет над героями в первой части, есть и здесь. Но здесь герои, которые не могут быть вместе даже в далекой стране, теряют друг друга навсегда почти так же нелепо и окончательно, как в повести, которой нет печальнее на свете.
Stella Maris - линза, которая позволяет яснее и внимательнее взглянуть на The Passenger.
#валентина
#английский
The world has created no living thing that it does not intend to destroy.
Роман-компаньон "Пассажира", эта тонкая книжка состоит из семи диалогов Элис/Алисии и врача в учреждении для душевнобольных Стелла Марис, куда она приехала сама уже не в первый раз.
Элис была одаренным ребенком, стала математическим гением, разочаровалась в математике и некоторых математиках, увлекалась музыкой, запомнила всё, что читала или переживала, выбросила свою диссертацию, мечтает о том, чтобы ее никогда не существовало, разговаривает с воображаемыми существами, которые приходят к ней, когда им вздумается.
Над всем этим довлеет невозможная и непобедимая любовь к старшему брату, за которого она хотела выйти замуж в какой-нибудь далекой стране.
Вот, собственно, и весь сюжет, частично дублирующий факты из первой части дилогии. Но если в первой части Алисия показана через диалог со своими галлюцинациями и через воспоминания Бобби, который о ней скорбит и тоскует, здесь Алисия говорит о своей жизни сама.
После этой серии диалогов о математике, философии, жизни и религии (которые тематически связывают обе части дилогии) хочется вернуться к рассуждениям Бобби на те же темы. А презентация тех же событий, но с точки зрения Алисии, просто заставляет взять в руки первую книгу, и если не перечитать, то хотя бы пролистать к ключевым эпизодам и сравнить, достроить картинку, нанести недостающие штрихи, усомниться, переобдумать, перенастроить восприятие.
Странная ирония безысходности, которая довлеет над героями в первой части, есть и здесь. Но здесь герои, которые не могут быть вместе даже в далекой стране, теряют друг друга навсегда почти так же нелепо и окончательно, как в повести, которой нет печальнее на свете.
Stella Maris - линза, которая позволяет яснее и внимательнее взглянуть на The Passenger.
#валентина
#английский
Telegram
Не перевелись ещё
The Passenger by Cormac McCarthy (2022)
The Passenger и Stella Maris - дилогия-сенсация прошлой осени. Сегодняшний пост о первом романе, который по объему ровно в два раза толще второго.
Сложно подступиться к обзору этого романа. Огромность и разнообразие…
The Passenger и Stella Maris - дилогия-сенсация прошлой осени. Сегодняшний пост о первом романе, который по объему ровно в два раза толще второго.
Сложно подступиться к обзору этого романа. Огромность и разнообразие…
🐳31
«Great Circle» by Maggie Shipstead (2021)
Один из персонажей книги, художник и брат главной героини, стараясь описать свое творчество говорит что хочет изобразить на своих полотнах огромность и необъятность мира вокруг. Практически то же исполняет Шипстед в своем обласканном критиками романе.
«Great Circle» — это одновременно и масштабное историческое полотно, и история двух женщин, жаждущих жить так, как они хотят, не строить из себя кого-то, только чтобы завоевать расположение (преимущественно власть имущих мужчин). Действие переносит нас из США эпохи сухого закона и бутлегеров в Британию времен Второй мировой, а оттуда в современный Голливуд с его старлетками и интернет-хейтом.
Актриса Хэдли Бакстер, завоевавшая популярность благодаря участию в подростковой романтической саге «Арханегел», после громкого романа и затем ещё более громкого расставания с партнером по съемкам оказывается на грани крушения карьеры. Тут Шипстед ничуть не шифруясь проходится по «Сумеркам» — факт не такой уж важный, но меня повеселил — издёвка выполнена изящно и с юмором. Чтобы выбраться с из этой репутационной «ямы», Хэдли соглашается на роль в малобюджетном, но амбициозном байопике о летчице Мэриан Грейвс. Она, конечно, не Амелия Эрхарт, но её биография так и просится на экраны — сирота-сорванец, мечтавшая стать авиатором, женщина, решившаяся на опасный полет от Северного полюса к Южному. Чтобы вжиться в роль, мисс Бакстер пускается в исследование прошлого Мэриан. У двух женщин находится много общего — обеим пришлось пойти на немалые жертвы, чтобы заниматься любимым делом.
Рассказывая историю Мэриан Грейвс, Шипстед дает своему таланту развернуться в полную силу. История летчицы, которая предпочитала уединение и чувствовала себя наиболее комфортно в самолете наедине с горизонтом, развивается тем не менее не соло, а в многочисленных пересечениях с другими героями, что показывает как эти отношения вылепливают её личность, пусть порой и от противного. Важно заметить, что Мэриан Грейвс — вымышленный персонаж, поэтому писательница свободно помещает её в самые значительные и яркие моменты истории XX-века, ловко перемещая между запоминающимися и атмосферно исполненными локациями.
#таня
#английский
#перевелось
Один из персонажей книги, художник и брат главной героини, стараясь описать свое творчество говорит что хочет изобразить на своих полотнах огромность и необъятность мира вокруг. Практически то же исполняет Шипстед в своем обласканном критиками романе.
«Great Circle» — это одновременно и масштабное историческое полотно, и история двух женщин, жаждущих жить так, как они хотят, не строить из себя кого-то, только чтобы завоевать расположение (преимущественно власть имущих мужчин). Действие переносит нас из США эпохи сухого закона и бутлегеров в Британию времен Второй мировой, а оттуда в современный Голливуд с его старлетками и интернет-хейтом.
Актриса Хэдли Бакстер, завоевавшая популярность благодаря участию в подростковой романтической саге «Арханегел», после громкого романа и затем ещё более громкого расставания с партнером по съемкам оказывается на грани крушения карьеры. Тут Шипстед ничуть не шифруясь проходится по «Сумеркам» — факт не такой уж важный, но меня повеселил — издёвка выполнена изящно и с юмором. Чтобы выбраться с из этой репутационной «ямы», Хэдли соглашается на роль в малобюджетном, но амбициозном байопике о летчице Мэриан Грейвс. Она, конечно, не Амелия Эрхарт, но её биография так и просится на экраны — сирота-сорванец, мечтавшая стать авиатором, женщина, решившаяся на опасный полет от Северного полюса к Южному. Чтобы вжиться в роль, мисс Бакстер пускается в исследование прошлого Мэриан. У двух женщин находится много общего — обеим пришлось пойти на немалые жертвы, чтобы заниматься любимым делом.
Рассказывая историю Мэриан Грейвс, Шипстед дает своему таланту развернуться в полную силу. История летчицы, которая предпочитала уединение и чувствовала себя наиболее комфортно в самолете наедине с горизонтом, развивается тем не менее не соло, а в многочисленных пересечениях с другими героями, что показывает как эти отношения вылепливают её личность, пусть порой и от противного. Важно заметить, что Мэриан Грейвс — вымышленный персонаж, поэтому писательница свободно помещает её в самые значительные и яркие моменты истории XX-века, ловко перемещая между запоминающимися и атмосферно исполненными локациями.
#таня
#английский
#перевелось
🐳34🕊3
"Orientation and Other Stories" by Daniel Orozco (2011)
Я каждый день открываю для студентов что-то новое, и часто они отвечают мне тем же. Если бы не Дария и поиск материала для курсовой, я бы не узнала об Орозко и его сборнике.
Сборник открывается рассказом, который дал ему название. Orientation - это монолог офисного работника, который знакомит нового сотрудника с тем, как у них тут всё устроено. Совершенно буднично и невозмутимо он вываливает на новичка все секреты: от любовных многоугольников до страшных тайн. Например, в офисе работает маньяк, но на работе он безопасен. Кстати, перевод этого рассказа можно найти в сети и оценить авторский метод.
Другие рассказы тоже так или иначе строятся вокруг профессиональной деятельности героев. Одна из них работает в агентстве, которое предоставляет временных сотрудников, и для нее временное равняется постоянному. Единственный коллектив, в котором она чувствует себя настоящей частью целого, - битком набитый автобус, на котором она едет домой.
Серия рассказов про голод поразила описанием власти, с которой еда подчиняет и порабощает.
Работники склада, бригада по покраске мостов, жертвы землетрясения, случайные прохожие - все они будто ждут, когда найдется веский повод стать частью жизни, которая будто бы равнодушно течет мимо них. Парадоксально, но чаще всего это смерть - и большая удача, если эту смерть доведется увидеть, а не испытать.
Но даже тогда бесстрастная проза Орозко остается отстраненной, размеренной, прохладной. И это пройдет.
#валентина
#английский
Я каждый день открываю для студентов что-то новое, и часто они отвечают мне тем же. Если бы не Дария и поиск материала для курсовой, я бы не узнала об Орозко и его сборнике.
Сборник открывается рассказом, который дал ему название. Orientation - это монолог офисного работника, который знакомит нового сотрудника с тем, как у них тут всё устроено. Совершенно буднично и невозмутимо он вываливает на новичка все секреты: от любовных многоугольников до страшных тайн. Например, в офисе работает маньяк, но на работе он безопасен. Кстати, перевод этого рассказа можно найти в сети и оценить авторский метод.
Другие рассказы тоже так или иначе строятся вокруг профессиональной деятельности героев. Одна из них работает в агентстве, которое предоставляет временных сотрудников, и для нее временное равняется постоянному. Единственный коллектив, в котором она чувствует себя настоящей частью целого, - битком набитый автобус, на котором она едет домой.
Серия рассказов про голод поразила описанием власти, с которой еда подчиняет и порабощает.
Работники склада, бригада по покраске мостов, жертвы землетрясения, случайные прохожие - все они будто ждут, когда найдется веский повод стать частью жизни, которая будто бы равнодушно течет мимо них. Парадоксально, но чаще всего это смерть - и большая удача, если эту смерть доведется увидеть, а не испытать.
Но даже тогда бесстрастная проза Орозко остается отстраненной, размеренной, прохладной. И это пройдет.
#валентина
#английский
🐳28🕊6