Forwarded from История Великой Степи ( история Древнего мира и Средних веков) (Дмитрий)
Один из древнейших торговых путей в истории.
Действовал между Ашшуром на Тигре (Месопотамия) и Канишем (Центральная Анатолия) протяженностью 1200 километров функционировал примерно 250 лет, с 1950 по 1700 год до н. э. Из Ашшура караваны везли роскошные вавилонские и ассирийские шерстяные ткани, дефицитное олово, для производства бронзы и лазурит из далекого Бадахшана в Центральной Азии. Взамен из Анатолии вывозили медь, серебро и золото. Масштабы операций были колоссальными для Бронзового века. Зафиксированы сделки, где фигурировали десятки тонн металлов и тысячи кусков ткани, а одна из типичных торговых компаний того времени была основана 12 партнерами, объединившими капитал в 33 мины золота (ок.14 кг). Перевозки осуществлялись караванами из выносливых черных мулов. Одно животное везло на себе около 70-80 килограммов товара, а в караванной цепочке могло идти до 200–300 мулов. Навьюченные животные преодолевали весь путь за 3 месяца, проходя в среднем по 12–15 километров в день.
Действовал между Ашшуром на Тигре (Месопотамия) и Канишем (Центральная Анатолия) протяженностью 1200 километров функционировал примерно 250 лет, с 1950 по 1700 год до н. э. Из Ашшура караваны везли роскошные вавилонские и ассирийские шерстяные ткани, дефицитное олово, для производства бронзы и лазурит из далекого Бадахшана в Центральной Азии. Взамен из Анатолии вывозили медь, серебро и золото. Масштабы операций были колоссальными для Бронзового века. Зафиксированы сделки, где фигурировали десятки тонн металлов и тысячи кусков ткани, а одна из типичных торговых компаний того времени была основана 12 партнерами, объединившими капитал в 33 мины золота (ок.14 кг). Перевозки осуществлялись караванами из выносливых черных мулов. Одно животное везло на себе около 70-80 килограммов товара, а в караванной цепочке могло идти до 200–300 мулов. Навьюченные животные преодолевали весь путь за 3 месяца, проходя в среднем по 12–15 километров в день.
❤4👍3
Forwarded from История Великой Степи ( история Древнего мира и Средних веков) (Дмитрий)
Крах торговли и архив Каниша.
Торговая сеть рухнула из-за войн местных царей. Царь Анитта штурмом взял и сжег Каниш, подчинив его хеттам, что положило конец ассирийскому присутствию. Торговый квартал (карум) в Канише (иллюстрация 1) превратился в руины и больше никогда не восстанавливался в прежнем блеске.
Главным наследием этого пути стал архив из 22,5 тысяч глиняных клинописных табличек, найденных в Канише. Эти документы служили купцам долговыми расписками, контрактами, судебными исками и даже личными письмами женам. Тексты показали, что торговля строилась на семейных фирмах, где отцы управляли делами в Ашшуре, а сыновья вели бизнес в Анатолии. Нередко также и жены могли управлять делами в Ашшуре пока мужья торговали в Канише. Таблички сохранили древнейшие письменные свидетельства об индоевропейских именах, которые позже принадлежали хеттам. Сегодня этот архив является одним из богатейших источников информации о праве, экономике и повседневной жизни Ближнего Востока начала второго тысячелетия до н. э
Торговая сеть рухнула из-за войн местных царей. Царь Анитта штурмом взял и сжег Каниш, подчинив его хеттам, что положило конец ассирийскому присутствию. Торговый квартал (карум) в Канише (иллюстрация 1) превратился в руины и больше никогда не восстанавливался в прежнем блеске.
Главным наследием этого пути стал архив из 22,5 тысяч глиняных клинописных табличек, найденных в Канише. Эти документы служили купцам долговыми расписками, контрактами, судебными исками и даже личными письмами женам. Тексты показали, что торговля строилась на семейных фирмах, где отцы управляли делами в Ашшуре, а сыновья вели бизнес в Анатолии. Нередко также и жены могли управлять делами в Ашшуре пока мужья торговали в Канише. Таблички сохранили древнейшие письменные свидетельства об индоевропейских именах, которые позже принадлежали хеттам. Сегодня этот архив является одним из богатейших источников информации о праве, экономике и повседневной жизни Ближнего Востока начала второго тысячелетия до н. э
❤4👍2
«Поход Тукульти-Нинурты I на Наири.»
После суровой расправы, учиненной Салманасаром I над племенным союзом Уруатри в первой половине XIII в. до н. э., этот последний надолго, почти на два столетия, вплоть до начала правления Ашшурбелкалы (1076 г. до н. э.), отодвигается на второй план.
В это же время на обширной территории Армянского нагорья постепенно возникает целый ряд новых племенных объединений, среди которых видное место занимает Наири (в бассейнах Ванского и Урмийского озер). Именно с указанными союзами племен, особенно с Наири, и приходилось регулярно вести ожесточенную борьбу преемнику Салманасара I — Тукульти-Нинурте I во второй половине XIII в. до н. э.
С самого же начала своего царствования Тукульти-Нинурта устремляется на север.
Здесь он снова сталкивается с кутиями — врагами Ассирии и при Салманасаре I. Затем Тукульти-Нинурта устанавливает свое господство над Укумани, Элхуниа, Шарнида, Мехри, а также над «пространной страной шубарейцев» — Бабхи, Катмухи, Пушши, Мумми, Алзи, Мадани, Нихани, Алайа, Тебурзи, Пурулумзи. Дальнейшие усилия Ассирии в это время направлены против 40 царей стран Наири, которые оказывали упорное сопротивление вражескому нашествию.
Локализация некоторых из покоренных Тукульти-Нинуртой I областей показывает, что названия объектов здесь перечисляются в порядке последовательности их завоевания. Исходя из этого, можно думать, что ассирийские войска вначале шли прямо на север, где недалеко от северных границ Ассирии была завоевана территория племен кутиев.
Далее, еще севернее, в бассейне Восточного Хабура (притока Тигра) ассирийцы одержали победу над племенем укуманиев. В продолжение похода войска Тукульти-Нинурты I прокладывали путь, вероятно, севернее и северо-западнее гор Джуди-даг (ассир. Нибур), достигнув при этом излучины Западного и Восточного Тигра (вдоль восточного берега Тигра), т. е. территории исторического Бабхи.
В таком случае следует думать, что территории стран Элхуниа, Шарнида и Мехри были расположены между областями племен укуманиев и Бабхи, причем в порядке Укумани, Элхуниа, Шарнида, Мехри, Бабхи (с юго-востока на северо-запад).
После завоевания Бабхи ассирийские завоеватели, очевидно, форсировали реку Тигр и на западном (правом) ее берегу вторглись в страну Катмухи. Начиная с Катмухи маршрут ассирийских войск на север проходил, вероятно, через бассейн Тигра вплоть до территорий, лежавших у его истоков (Алзи, Пурулумзи). В таком случае области Пушши и Мумми следует искать у верховьев Тигра — между Катмухи и Алзи, а Мадани, Нихани, Алайа, Тебурзи и Пурулумзи — где-то недалеко от истоков Тигра, по соседству с Алзи.
Вслед за покорением этих шубарейских стран войска Тукульти-Нинурты I «пересекли могучие горы» и оказались на территории племенного объединения Наири, где противостояли им военные силы 40 царей этого объединения.
Если иметь в виду, что непосредственно перед вступлением в Наири ассирийская армия находилась недалеко от истоков Тигра, т. е. в странах Алзи, Пурулумзи и т.д., то следует полагать, что под «могучими горами», которые с трудом переваливают ассирийские войска, Тукульти-Нинурта I имел в виду недоступные Сасунские горы, на которых находилась поздняя область Шуприа ассирийских или Урме урартских источников.
После суровой расправы, учиненной Салманасаром I над племенным союзом Уруатри в первой половине XIII в. до н. э., этот последний надолго, почти на два столетия, вплоть до начала правления Ашшурбелкалы (1076 г. до н. э.), отодвигается на второй план.
В это же время на обширной территории Армянского нагорья постепенно возникает целый ряд новых племенных объединений, среди которых видное место занимает Наири (в бассейнах Ванского и Урмийского озер). Именно с указанными союзами племен, особенно с Наири, и приходилось регулярно вести ожесточенную борьбу преемнику Салманасара I — Тукульти-Нинурте I во второй половине XIII в. до н. э.
С самого же начала своего царствования Тукульти-Нинурта устремляется на север.
Здесь он снова сталкивается с кутиями — врагами Ассирии и при Салманасаре I. Затем Тукульти-Нинурта устанавливает свое господство над Укумани, Элхуниа, Шарнида, Мехри, а также над «пространной страной шубарейцев» — Бабхи, Катмухи, Пушши, Мумми, Алзи, Мадани, Нихани, Алайа, Тебурзи, Пурулумзи. Дальнейшие усилия Ассирии в это время направлены против 40 царей стран Наири, которые оказывали упорное сопротивление вражескому нашествию.
Локализация некоторых из покоренных Тукульти-Нинуртой I областей показывает, что названия объектов здесь перечисляются в порядке последовательности их завоевания. Исходя из этого, можно думать, что ассирийские войска вначале шли прямо на север, где недалеко от северных границ Ассирии была завоевана территория племен кутиев.
Далее, еще севернее, в бассейне Восточного Хабура (притока Тигра) ассирийцы одержали победу над племенем укуманиев. В продолжение похода войска Тукульти-Нинурты I прокладывали путь, вероятно, севернее и северо-западнее гор Джуди-даг (ассир. Нибур), достигнув при этом излучины Западного и Восточного Тигра (вдоль восточного берега Тигра), т. е. территории исторического Бабхи.
В таком случае следует думать, что территории стран Элхуниа, Шарнида и Мехри были расположены между областями племен укуманиев и Бабхи, причем в порядке Укумани, Элхуниа, Шарнида, Мехри, Бабхи (с юго-востока на северо-запад).
После завоевания Бабхи ассирийские завоеватели, очевидно, форсировали реку Тигр и на западном (правом) ее берегу вторглись в страну Катмухи. Начиная с Катмухи маршрут ассирийских войск на север проходил, вероятно, через бассейн Тигра вплоть до территорий, лежавших у его истоков (Алзи, Пурулумзи). В таком случае области Пушши и Мумми следует искать у верховьев Тигра — между Катмухи и Алзи, а Мадани, Нихани, Алайа, Тебурзи и Пурулумзи — где-то недалеко от истоков Тигра, по соседству с Алзи.
Вслед за покорением этих шубарейских стран войска Тукульти-Нинурты I «пересекли могучие горы» и оказались на территории племенного объединения Наири, где противостояли им военные силы 40 царей этого объединения.
Если иметь в виду, что непосредственно перед вступлением в Наири ассирийская армия находилась недалеко от истоков Тигра, т. е. в странах Алзи, Пурулумзи и т.д., то следует полагать, что под «могучими горами», которые с трудом переваливают ассирийские войска, Тукульти-Нинурта I имел в виду недоступные Сасунские горы, на которых находилась поздняя область Шуприа ассирийских или Урме урартских источников.
❤4🔥3
«Ход и этапы похода Тукульти‑Нинурты I на Наири».
Можно полагать, что при упомянутом походе войска Тукульти-Нинурты I вначале пути шли по дороге Мосул — Захо, затем форсировав Восточный Хабур, держали путь на север через Джезире, Шернак, Эрух, вплоть до реки Бохтан. Далее они шли, вероятно, на юго-запад и, форсировав Тигр, через правобережную полосу этой реки спустились на юг и тогда по дороге Герджюш — Мидият — Савур могли попасть в Мардин.
Отсюда ассирийские войска, возможно, продолжали путь на северо-запад, вплоть до Диярбекира. Далее, форсировав Тигр, по дороге Сильван — Тарзан — Битлис и вдоль южных берегов оз. Ван они дошли вплоть до Хошаба, а отсюда через Башкале, Гевар, Шемдинан и перевал нагорного Загра до Ушну. Конечный отрезок похода Тукульти-Нинурты проходил, возможно, через Саккиз к югу от Урмийского озера.
Приведенный выше маршрут подтверждается сведениями целого ряда надписей Тукульти-Нинурты I, причем одна из них даже содержит некоторые подробности о покоренных странах. Так, в частности, выясняется, что в своем победоносном походе ассирийский царь завоевал 5 укрепленных городов страны Катмухи, 4 города Эхли-Тешуба, царя страны Алзи, захватил и сжег 180 укрепленных городов Наири и т. д.
Кроме того, согласно другим надписям, Тукульти-Нинурта I в походе завоевал также область в Кашйари и заевфратскую страну Куммух. Уже то обстоятельство, что здесь, как и выше, повествуется также о покорении страны племен кутиев и тех же шубарейских областей, заставляет полагать, что во всех случаях речь идет об одном и том же военном походе. Следовательно, Кашйари и Куммух ассирийцами были завоеваны в процессе тех же стремительных набегов, направленных против могучего племенного объединения Наири.
В таком случае основной маршрут похода проходил от Катмухи и далее на север, через бассейн реки Тигр вплоть до ее истоков, затем на восток — в страны Наири. Что касается Кашйари и Куммух, то покорение их осуществлялось, вероятно, другими воинскими силами во главе с каким-либо туртаном. Эти войска могли быть отделены от основного контингента ассирийской армии, осуществившего поход на страны Наири, на территории Катмухи — к северу от Кашйари.
В таком случае выделенные для завоевания Кашйари и Куммух войска вначале должны были держать путь на юг — в горы Тур-Абдин, а затем на северо-запад, по ту (западную) сторону Евфрата (Куммух). Надо полагать, что воинские силы, осуществлявшие покорение Кашйари и Куммух, могли далее наступать на северо-восток и где-то вблизи у истоков Тигра снова объединиться с основной ассирийской армией для завоевания многочисленных областей Наири.
О походе Тукульти-Нинурты I против стран Наири содержат сведения две другие его надписи, согласно которым Тукульти-Нинурта в первый же год своего правления увел 28 800 воинов страны Хатти с той стороны Евфрата. Далее здесь речь идет о тех же известных нам странах и областях шубарейцев, о странах Наири со своими 40 царями и т. д
Такое громадное количество хеттских воинов — около трех десятков тысяч — здесь упоминается не случайно. Весьма возможно, что вместе с ассирийскими войсками они участвовали в покорении целого ряда областей и племенных территорий к северу от Ассирии, у верховьев Тигра, к югу и юго-востоку от Ванского озера.
Ассирийское государство при Тукульти-Нинурте I, по словам В. В. Струве, достигло своего предельного развития.Следовательно, хотя и, по признанию самого ассирийского царя,
им не под силу было сломить стремительный натиск могучей армии Тукульти-Нинурты I. Последний
Можно полагать, что при упомянутом походе войска Тукульти-Нинурты I вначале пути шли по дороге Мосул — Захо, затем форсировав Восточный Хабур, держали путь на север через Джезире, Шернак, Эрух, вплоть до реки Бохтан. Далее они шли, вероятно, на юго-запад и, форсировав Тигр, через правобережную полосу этой реки спустились на юг и тогда по дороге Герджюш — Мидият — Савур могли попасть в Мардин.
Отсюда ассирийские войска, возможно, продолжали путь на северо-запад, вплоть до Диярбекира. Далее, форсировав Тигр, по дороге Сильван — Тарзан — Битлис и вдоль южных берегов оз. Ван они дошли вплоть до Хошаба, а отсюда через Башкале, Гевар, Шемдинан и перевал нагорного Загра до Ушну. Конечный отрезок похода Тукульти-Нинурты проходил, возможно, через Саккиз к югу от Урмийского озера.
Приведенный выше маршрут подтверждается сведениями целого ряда надписей Тукульти-Нинурты I, причем одна из них даже содержит некоторые подробности о покоренных странах. Так, в частности, выясняется, что в своем победоносном походе ассирийский царь завоевал 5 укрепленных городов страны Катмухи, 4 города Эхли-Тешуба, царя страны Алзи, захватил и сжег 180 укрепленных городов Наири и т. д.
Кроме того, согласно другим надписям, Тукульти-Нинурта I в походе завоевал также область в Кашйари и заевфратскую страну Куммух. Уже то обстоятельство, что здесь, как и выше, повествуется также о покорении страны племен кутиев и тех же шубарейских областей, заставляет полагать, что во всех случаях речь идет об одном и том же военном походе. Следовательно, Кашйари и Куммух ассирийцами были завоеваны в процессе тех же стремительных набегов, направленных против могучего племенного объединения Наири.
В таком случае основной маршрут похода проходил от Катмухи и далее на север, через бассейн реки Тигр вплоть до ее истоков, затем на восток — в страны Наири. Что касается Кашйари и Куммух, то покорение их осуществлялось, вероятно, другими воинскими силами во главе с каким-либо туртаном. Эти войска могли быть отделены от основного контингента ассирийской армии, осуществившего поход на страны Наири, на территории Катмухи — к северу от Кашйари.
В таком случае выделенные для завоевания Кашйари и Куммух войска вначале должны были держать путь на юг — в горы Тур-Абдин, а затем на северо-запад, по ту (западную) сторону Евфрата (Куммух). Надо полагать, что воинские силы, осуществлявшие покорение Кашйари и Куммух, могли далее наступать на северо-восток и где-то вблизи у истоков Тигра снова объединиться с основной ассирийской армией для завоевания многочисленных областей Наири.
О походе Тукульти-Нинурты I против стран Наири содержат сведения две другие его надписи, согласно которым Тукульти-Нинурта в первый же год своего правления увел 28 800 воинов страны Хатти с той стороны Евфрата. Далее здесь речь идет о тех же известных нам странах и областях шубарейцев, о странах Наири со своими 40 царями и т. д
Такое громадное количество хеттских воинов — около трех десятков тысяч — здесь упоминается не случайно. Весьма возможно, что вместе с ассирийскими войсками они участвовали в покорении целого ряда областей и племенных территорий к северу от Ассирии, у верховьев Тигра, к югу и юго-востоку от Ванского озера.
Ассирийское государство при Тукульти-Нинурте I, по словам В. В. Струве, достигло своего предельного развития.Следовательно, хотя и, по признанию самого ассирийского царя,
«40 царей стран Наири дерзко встали строем на битву»,
им не под силу было сломить стремительный натиск могучей армии Тукульти-Нинурты I. Последний
«с ними сразился, нанес им поражение, кровью их наполнил ущелья и обрывы гор. Все их страны подчинил своему игу, наложил на них дань и дары навеки».
❤4👍3
«Ослабление ассирийского влияния на севере. Усиление союза Наири»
Таким образом, из всего изложенного видно, что наири-уруатрийский союз племен на территории древнего Востока постепенно крепнет и нередко успешно противостоит опустошительным набегам могучего Ассирийского государства.
Уже то обстоятельство, что и Салманасар I, и Тукульти-Нинурта I, а впоследствии и преемник последнего Тиглатпаласар I — в своих надписях повествуют о покорении многочисленных стран племен Наири-Уруатри, свидетельствует о том, что позиции Ассирии здесь в XIII в. до н. э. были не совсем прочными.
Походы Салманасара I и Тукульти-Нинурты I, по-видимому, нередко завершались лишь захватом дани и подати в странах племен Наири-Уруатри или же наложением определенных обязательств на туземное население, от которых, однако, время от времени, вероятно, отказывалось это племенное объединение. Именно этим можно объяснить непрерывные и регулярные военные походы, предпринятые Салманасаром I и Тукульти-Нинуртой I на страны Наири-Уруатри.
Известно, что в XIII в. до н. э. Ассирия уже предприняла меры для обеспечения гегемонии в Передней Азии. Салманасар I, например, одержал победу над Хеттским царством. Эта победа, естественно, положила конец также существованию Митанни, которому хетты тщетно пытались помочь.Сын Салманасара I, Тукульти-Нинурта I, покорив Вавилонию, открыл для торговли Ассирии и Вавилонии дорогу к Средиземному морю.
Попытки Хеттского царства путем договора с северо-сирийским царством Амурру закрыть Ассирии доступ на запад провалились. Но Тукульти-Нинурта не довольствовался успехами только во внешней политике. Он стремился обеспечить свое могущество и внутри страны, для чего пытался сломить мощь ассирийской знати. Эта внутренняя политика Тукульти-Нинурты I, однако, имела печальные последствия — она завершилась восстанием знати и убийством царя.
На фоне упомянутых выше военных успехов Ассирии не вызывают никаких сомнений также успехи Салманасара I и Тукульти-Нинурты I на севере вообще и в странах племен Наири-Уруатри в частности.
Однако вместе с тем внутренние неурядицы в Ассирии в конце царствования Тукульти-Нинурты не могли не сказаться на ассиро-уруатрийских взаимоотношениях. Нам кажется, что, воспользовавшись этим, племенное объединение Наири-Уруатри в этот период могло временно приобрести некоторую независимость. Доказательством тому может служить факт совершения ассирийцами экспансии против Наири-Уруатри и впоследствии при Тиглатпаласаре I.
И хотя в своей титулатуре Тукульти-Нинурта I провозглашает себя «царем всех стран Наири», которые он «подчинил своему игу» и «наложил на них дань и дары навеки», тем не менее нельзя все это принимать на веру и думать, что власть Ассирии над племенным союзом Наири-Уруатри при Тукульти-Нинурте I была окончательно установлена.
Также следует коснуться вопроса о том, что именно можно подразумевать под «данью», наложенной ассирийским царем на 40 правителей племенного объединения Наири, а также на страны и племена у верховьев рек Большого Заба и Тигра.
Если под странами Наири в период походов Тукульти-Нинурты I следует, например, весьма условно подразумевать территории к югу, востоку и юго-востоку от оз. Ван, вплоть до западного побережья Урмийского озера, то различные районы этих территорий, а также бассейна верхнего Тигра, согласно более поздним урартским и ассирийским письменным источникам, отличались высоким развитием земледелия, садоводства и виноградарства-виноделия, скотоводства.
Исходя из этого, можно полагать, что походы ассирийских царей вообще и Салманасара I и Тукульти-Нинурты I в частности, направленные на север, преследовали захват именно этих богатых в сельскохозяйственном отношении территорий или же сбор дани
Таким образом, из всего изложенного видно, что наири-уруатрийский союз племен на территории древнего Востока постепенно крепнет и нередко успешно противостоит опустошительным набегам могучего Ассирийского государства.
Уже то обстоятельство, что и Салманасар I, и Тукульти-Нинурта I, а впоследствии и преемник последнего Тиглатпаласар I — в своих надписях повествуют о покорении многочисленных стран племен Наири-Уруатри, свидетельствует о том, что позиции Ассирии здесь в XIII в. до н. э. были не совсем прочными.
Походы Салманасара I и Тукульти-Нинурты I, по-видимому, нередко завершались лишь захватом дани и подати в странах племен Наири-Уруатри или же наложением определенных обязательств на туземное население, от которых, однако, время от времени, вероятно, отказывалось это племенное объединение. Именно этим можно объяснить непрерывные и регулярные военные походы, предпринятые Салманасаром I и Тукульти-Нинуртой I на страны Наири-Уруатри.
Известно, что в XIII в. до н. э. Ассирия уже предприняла меры для обеспечения гегемонии в Передней Азии. Салманасар I, например, одержал победу над Хеттским царством. Эта победа, естественно, положила конец также существованию Митанни, которому хетты тщетно пытались помочь.Сын Салманасара I, Тукульти-Нинурта I, покорив Вавилонию, открыл для торговли Ассирии и Вавилонии дорогу к Средиземному морю.
Попытки Хеттского царства путем договора с северо-сирийским царством Амурру закрыть Ассирии доступ на запад провалились. Но Тукульти-Нинурта не довольствовался успехами только во внешней политике. Он стремился обеспечить свое могущество и внутри страны, для чего пытался сломить мощь ассирийской знати. Эта внутренняя политика Тукульти-Нинурты I, однако, имела печальные последствия — она завершилась восстанием знати и убийством царя.
На фоне упомянутых выше военных успехов Ассирии не вызывают никаких сомнений также успехи Салманасара I и Тукульти-Нинурты I на севере вообще и в странах племен Наири-Уруатри в частности.
Однако вместе с тем внутренние неурядицы в Ассирии в конце царствования Тукульти-Нинурты не могли не сказаться на ассиро-уруатрийских взаимоотношениях. Нам кажется, что, воспользовавшись этим, племенное объединение Наири-Уруатри в этот период могло временно приобрести некоторую независимость. Доказательством тому может служить факт совершения ассирийцами экспансии против Наири-Уруатри и впоследствии при Тиглатпаласаре I.
И хотя в своей титулатуре Тукульти-Нинурта I провозглашает себя «царем всех стран Наири», которые он «подчинил своему игу» и «наложил на них дань и дары навеки», тем не менее нельзя все это принимать на веру и думать, что власть Ассирии над племенным союзом Наири-Уруатри при Тукульти-Нинурте I была окончательно установлена.
Также следует коснуться вопроса о том, что именно можно подразумевать под «данью», наложенной ассирийским царем на 40 правителей племенного объединения Наири, а также на страны и племена у верховьев рек Большого Заба и Тигра.
Если под странами Наири в период походов Тукульти-Нинурты I следует, например, весьма условно подразумевать территории к югу, востоку и юго-востоку от оз. Ван, вплоть до западного побережья Урмийского озера, то различные районы этих территорий, а также бассейна верхнего Тигра, согласно более поздним урартским и ассирийским письменным источникам, отличались высоким развитием земледелия, садоводства и виноградарства-виноделия, скотоводства.
Исходя из этого, можно полагать, что походы ассирийских царей вообще и Салманасара I и Тукульти-Нинурты I в частности, направленные на север, преследовали захват именно этих богатых в сельскохозяйственном отношении территорий или же сбор дани
❤3👍3
Римско–Сасанидские войны.
Месопотамские походы Ардашира I.
Максимин Фракиец (235–238), сменивший Александра Севера был вынужден вести тяжёлые войны с германцами, поэтому он не мог уделять достаточного внимания восточным рубежам, где положение дел с каждым годом становилось для римлян всё более неблагоприятным.
Оправившись от понесённых потерь, Ардашир собрал новую армию и в 235 г. опять вторгся в римскую Месопотамию и осадил Карры и Нисибис. Очевидно, тогда же была захвачена Эдесса, поскольку в период правления Максимина здесь не выпускалась монета с его именем.
Заняв эти стратегически важные пункты, царь в апреле 239 г. взял крепость Дура‑Европос, осенью 240 г. — Хатру (которую захватчики уничтожили) и, наконец, в 241 году — Сингару и Ресену.
О жестокости, проявленной победителями в отношении защитников города, свидетельствует тот факт, что Хатра, некогда являвшаяся крупным и многолюдным центром караванной торговли, после этого была оставлена её жителями.
Никакой помощи осаждённым персами крепостям Максимин Фракиец не оказал и оказать, скорее всего, не мог, так как был занят внутренними проблемами — подавлением мятежей и раскрытием заговоров.
Ответом на действия персов стало решение сената отправить на Восток армию, возглавить которую должен был 17‑летний император Гордиан III (238–244), но реальное руководство осуществлял бы Тиместий, префект претория и тесть императора.
Согласно утверждению римского историка Флавия Евтропия, Гордиан III демонстративно открыл двери храма Януса (что являлось объявлением войны), когда персы ещё только собирались напасть на римлян. Зосим (византийский историк V–VI веков) также передаёт, что в Риме ожидали нападения персов на восточные провинции империи, поэтому император первым обнажил меч.
Но прежде чем оказаться на восточном театре военных действий, Гордиану необходимо было провести кампанию на Балканах, страдавших от вражеских вторжений. Нанеся несколько серьёзных поражений варварам, он переправился в Азию и достиг Сирии.
Месопотамские походы Ардашира I.
Максимин Фракиец (235–238), сменивший Александра Севера был вынужден вести тяжёлые войны с германцами, поэтому он не мог уделять достаточного внимания восточным рубежам, где положение дел с каждым годом становилось для римлян всё более неблагоприятным.
Оправившись от понесённых потерь, Ардашир собрал новую армию и в 235 г. опять вторгся в римскую Месопотамию и осадил Карры и Нисибис. Очевидно, тогда же была захвачена Эдесса, поскольку в период правления Максимина здесь не выпускалась монета с его именем.
Заняв эти стратегически важные пункты, царь в апреле 239 г. взял крепость Дура‑Европос, осенью 240 г. — Хатру (которую захватчики уничтожили) и, наконец, в 241 году — Сингару и Ресену.
О жестокости, проявленной победителями в отношении защитников города, свидетельствует тот факт, что Хатра, некогда являвшаяся крупным и многолюдным центром караванной торговли, после этого была оставлена её жителями.
Никакой помощи осаждённым персами крепостям Максимин Фракиец не оказал и оказать, скорее всего, не мог, так как был занят внутренними проблемами — подавлением мятежей и раскрытием заговоров.
Ответом на действия персов стало решение сената отправить на Восток армию, возглавить которую должен был 17‑летний император Гордиан III (238–244), но реальное руководство осуществлял бы Тиместий, префект претория и тесть императора.
Согласно утверждению римского историка Флавия Евтропия, Гордиан III демонстративно открыл двери храма Януса (что являлось объявлением войны), когда персы ещё только собирались напасть на римлян. Зосим (византийский историк V–VI веков) также передаёт, что в Риме ожидали нападения персов на восточные провинции империи, поэтому император первым обнажил меч.
Но прежде чем оказаться на восточном театре военных действий, Гордиану необходимо было провести кампанию на Балканах, страдавших от вражеских вторжений. Нанеся несколько серьёзных поражений варварам, он переправился в Азию и достиг Сирии.
❤2👍2
Римско–Сасанидские войны.
Персидский поход Гордиана III (242–244 гг.)
По версии «Истории Августов», когда император Гордиан прибыл на Восток, Шапур ӏ (241–272), сын Ардашира, овладел уже не только Каррами и Нисибисом, но занял также и Антиохию.
Высадившись в Азии, армия императора Гордиана двинулась в направлении Сирии. Весной 243 года римское войско выступило из Антиохии (которую они до этого отбили у Шапура). От Антиохии римляне должны были двинуть через Берою и Иераполь (совр. Алеппо и Мембидж в Сирии) к Ефрату. Дальше их путь лежал к Эдессе, которая была очищена от персов.
Персидская угроза заставила Гордиана внести значительные изменения в римскую политику на Востоке. Это прежде коснулось Осроены, которая долгое время выполняла роль буфера между Римской империей и Парфянским царством. После создания Септимием Севером провинции Месопотамия автономия правящей в Осроене династия Абгаридов была значительно урезана. Император Каракалла положил конец существованию Осроены, аннексировав её столицу Эдессу, которая была прекращена в римскую колонию (213/214 г.).
Однако Гордиан, вытеснив персов из Северной Месопотамии, посчитал необходимым восстановить Осроенское царство в 242 году. Несомненно, что этим ходом император хотел приобрести в лице вассального осроенского царя надёжного союзника в войне с персами.
Из Эдессы римляне направились на юг и взяли Карры. Отсюда они двинулись в направлении Нисибиса, однако в районе озера Резайны на территории Сирии путь римлянам преградило войско персов. О произошедшей здесь битве, завершившейся победой Рима, упоминает только Аммиан Марцеллин, из чего следует, что сражение не имело какого-то важного значения.
Персидский поход Гордиана III (242–244 гг.)
По версии «Истории Августов», когда император Гордиан прибыл на Восток, Шапур ӏ (241–272), сын Ардашира, овладел уже не только Каррами и Нисибисом, но занял также и Антиохию.
Высадившись в Азии, армия императора Гордиана двинулась в направлении Сирии. Весной 243 года римское войско выступило из Антиохии (которую они до этого отбили у Шапура). От Антиохии римляне должны были двинуть через Берою и Иераполь (совр. Алеппо и Мембидж в Сирии) к Ефрату. Дальше их путь лежал к Эдессе, которая была очищена от персов.
Персидская угроза заставила Гордиана внести значительные изменения в римскую политику на Востоке. Это прежде коснулось Осроены, которая долгое время выполняла роль буфера между Римской империей и Парфянским царством. После создания Септимием Севером провинции Месопотамия автономия правящей в Осроене династия Абгаридов была значительно урезана. Император Каракалла положил конец существованию Осроены, аннексировав её столицу Эдессу, которая была прекращена в римскую колонию (213/214 г.).
Однако Гордиан, вытеснив персов из Северной Месопотамии, посчитал необходимым восстановить Осроенское царство в 242 году. Несомненно, что этим ходом император хотел приобрести в лице вассального осроенского царя надёжного союзника в войне с персами.
Из Эдессы римляне направились на юг и взяли Карры. Отсюда они двинулись в направлении Нисибиса, однако в районе озера Резайны на территории Сирии путь римлянам преградило войско персов. О произошедшей здесь битве, завершившейся победой Рима, упоминает только Аммиан Марцеллин, из чего следует, что сражение не имело какого-то важного значения.
Римско–Сасанидские войны.
Смерть Гордиана III.
В Нисибисе армия Гордиана перезимовала, а с наступлением весны покинула город и вдоль правого берега Хабура (восточного потока Евфрата) стала продвигаться к Киркесию (северо-восток Сирии), где находились удобные речные переправы. Повернув в районе Киркесия на юго-восток, римляне двинулись вниз по долине Евфрата в направлении персидской столицы.
На руку персидскому царю Шапуру сыграло то, что по пути к Ктесифону римляне понесли тяжёлую и весьма ощутимую утрату — неожиданно скончался тесть императора и командующий римской армией Тиместий. Его сменил Марк Юлий Филипп, носивший прозвище «Араб», но того доверия, которым в глазах Гордиана пользовался Тиместий, к новому префекту император не испытывал, а потому взял командование на себя.
Кроме того, Филипп, как покажут дальнейшие события, вынашивал собственные политические планы, и внезапная смерть тестя императора могла быть первым шагом в начатой им интриге, тем более что тут же поползли слухи об отравлении Тиместия Филипом. В результате всего этого римская армия подошла к Ктесифону (столице империи Сасанидов) далеко не в том состоянии, в котором она вышла из Антиохии.
Филиппом Арабом также была организована интрига, в результате которой транспорты с продовольствием для римского войска, воевавшего с Персией, были направлены в другие пункты назначения. После этого в армии начался голод, вызвавший резко недовольство воинов своим императором.
В 244 году римляне и персы сошлись в сражении при Месихе, которое завершилось поражением римлян и их отступлением из Месопотамии. В честь победы Шапур приказал сделать памятную надпись в Накше-Рустаме, которая гласит:
По другим свидетельствам, Гордиан умер по пути обратно возле Цирцезии в результате ранения, полученного при падении с коня во время битвы. Также есть мнения, что Гордиан был умерщвлен по приказу Филиппа Араба, который с помощью армии, назначив себя опекуном императора, решил избавиться от него, боясь, что после прибытия в Рим Гордиану удастся вернуть расположение армии и вместе с ним и императорскую власть.
Смерть Гордиана III.
В Нисибисе армия Гордиана перезимовала, а с наступлением весны покинула город и вдоль правого берега Хабура (восточного потока Евфрата) стала продвигаться к Киркесию (северо-восток Сирии), где находились удобные речные переправы. Повернув в районе Киркесия на юго-восток, римляне двинулись вниз по долине Евфрата в направлении персидской столицы.
На руку персидскому царю Шапуру сыграло то, что по пути к Ктесифону римляне понесли тяжёлую и весьма ощутимую утрату — неожиданно скончался тесть императора и командующий римской армией Тиместий. Его сменил Марк Юлий Филипп, носивший прозвище «Араб», но того доверия, которым в глазах Гордиана пользовался Тиместий, к новому префекту император не испытывал, а потому взял командование на себя.
Кроме того, Филипп, как покажут дальнейшие события, вынашивал собственные политические планы, и внезапная смерть тестя императора могла быть первым шагом в начатой им интриге, тем более что тут же поползли слухи об отравлении Тиместия Филипом. В результате всего этого римская армия подошла к Ктесифону (столице империи Сасанидов) далеко не в том состоянии, в котором она вышла из Антиохии.
Филиппом Арабом также была организована интрига, в результате которой транспорты с продовольствием для римского войска, воевавшего с Персией, были направлены в другие пункты назначения. После этого в армии начался голод, вызвавший резко недовольство воинов своим императором.
В 244 году римляне и персы сошлись в сражении при Месихе, которое завершилось поражением римлян и их отступлением из Месопотамии. В честь победы Шапур приказал сделать памятную надпись в Накше-Рустаме, которая гласит:
«…в Мисихе произошло великое лобовое сражение. Цезарь Гордиан был убит, а римские войска уничтожены».
По другим свидетельствам, Гордиан умер по пути обратно возле Цирцезии в результате ранения, полученного при падении с коня во время битвы. Также есть мнения, что Гордиан был умерщвлен по приказу Филиппа Араба, который с помощью армии, назначив себя опекуном императора, решил избавиться от него, боясь, что после прибытия в Рим Гордиану удастся вернуть расположение армии и вместе с ним и императорскую власть.
👍2
Император Калигула
Гай Юлий Цезарь Август Германик. «Калигула»
Римский император из династии Юлиев‑Клавдиев, правивший с 37 по 41 год.
Прозвище появилось в детстве: мальчик сопровождал отца, полководца Германика, в военных походах и носил миниатюрную версию солдатской формы и обуви. Легионеры прозвали его «Калигулой» («Сапожком»), хотя сам император это прозвище не любил.
После смерти Тиберия Калигула взошёл на престол и поначалу пользовался поддержкой: он объявил амнистию, отменил непопулярный закон об оскорблении величия, сжёг документы по политическим делам, вернул права народным собраниям, щедро раздавал подарки преторианцам и народу.
Уже к концу 37 года поведение императора изменилось. По распространённой версии, он тяжело заболел (предполагают энцефалит или другое заболевание мозга), после чего стал подозрительным и жестоким.
Калигула открыто демонстрировал презрение к сенату, устраивал показательные унижения знати, активно использовал доносы и казни.
Император тратил огромные суммы на зрелища, строительство и роскошь. При нём начали возводить акведуки (в том числе будущие Aqua Claudia и Anio Novus), реконструировали гавань в Регии для улучшения поставок зерна, достраивали храмы.
Калигула лично участвовал в манёврах в Германии, готовил поход в Британию (армия собралась у Ла‑Манша, но переправы не было), аннексировал Мавретанию.
В 41 году Калигула был убит в результате заговора преторианцев во главе с Кассием Хереей. Это был первый успешный дворцовый переворот в истории принципата (форма правления в Древнем Риме периода ранней империи (27-284 гг н.э).
Гай Юлий Цезарь Август Германик. «Калигула»
Римский император из династии Юлиев‑Клавдиев, правивший с 37 по 41 год.
Прозвище появилось в детстве: мальчик сопровождал отца, полководца Германика, в военных походах и носил миниатюрную версию солдатской формы и обуви. Легионеры прозвали его «Калигулой» («Сапожком»), хотя сам император это прозвище не любил.
После смерти Тиберия Калигула взошёл на престол и поначалу пользовался поддержкой: он объявил амнистию, отменил непопулярный закон об оскорблении величия, сжёг документы по политическим делам, вернул права народным собраниям, щедро раздавал подарки преторианцам и народу.
Уже к концу 37 года поведение императора изменилось. По распространённой версии, он тяжело заболел (предполагают энцефалит или другое заболевание мозга), после чего стал подозрительным и жестоким.
Калигула открыто демонстрировал презрение к сенату, устраивал показательные унижения знати, активно использовал доносы и казни.
Император тратил огромные суммы на зрелища, строительство и роскошь. При нём начали возводить акведуки (в том числе будущие Aqua Claudia и Anio Novus), реконструировали гавань в Регии для улучшения поставок зерна, достраивали храмы.
Калигула лично участвовал в манёврах в Германии, готовил поход в Британию (армия собралась у Ла‑Манша, но переправы не было), аннексировал Мавретанию.
В 41 году Калигула был убит в результате заговора преторианцев во главе с Кассием Хереей. Это был первый успешный дворцовый переворот в истории принципата (форма правления в Древнем Риме периода ранней империи (27-284 гг н.э).
😱2❤1
Римско–Сасанидские войны.
Мирный договор Филиппа Араба с Шапуром I.
Преемником Гордиана стал Филипп Араб (244–249), подписавший мирный договор с персами ценой определённых уступок: Рим отказывался от некоторых территорий в Северной Месопотамии (город Нисибис, однако, оставался за Римом) и от претензий на включение Армении в римскую сферу влияния, что фактически означало переход Армянского царства под контроль Ирана. Вероятно, влияние Ирана распространилось и на соседние с Арменией Иберию и Албанию.
Кроме того, Рим выплачивал контрибуцию в размере 500 тысяч денариев, то есть около 1500 кг серебра. Или же, если под денарием имеется в виду аурей (золотая римская монета весом около 6 г), то 3000 кг золота.
Хотя Зосим называл этот мир «позорным», тем не менее, справедливости ради стоит отметить, что каких‑либо серьёзных территориальных или финансовых потерь Империя всё же не понесла, а потому этот договор можно оценить как компромиссный. Учитывая, что римская армия не была разгромлена и она находилась рядом со столицей, Шапур предпочёл не рисковать и проявил в ходе переговоров разумную сдержанность.
Заключённый с Филиппом Арабом договор с персами являлся вынужденным шагом и ослаблял позиции Римской империи на Востоке, а потому не мог быть популярен в Риме. Понимал это и сам император, и поэтому уже вскоре после возвращения из похода провёл ряд мер, которые были призваны восстановить пошатнувшееся римское влияние, а также, судя по всему, создать условия для будущего реванша.
Филипп Араб назначил своего брата Юрия Приска на должность префекта Месопотамии. Приск стал осуществлять командование над римскими войсками в Сирии и на границе с Сасанидским Ираном. Вскоре Приск стал префектом претория (по сути, вторым человеком в государстве). Также к этому периоду относится появление новых военных частей в Сирии.
Шапур также готовился к войне, осознавая неизбежность её возобновления. При этом стоит отметить, что в ближайшее время ситуация развивалась для Шапура в благоприятном направлении, так как после гибели Филиппа Араба императоры в Риме менялись один за другим.
Мирный договор Филиппа Араба с Шапуром I.
Преемником Гордиана стал Филипп Араб (244–249), подписавший мирный договор с персами ценой определённых уступок: Рим отказывался от некоторых территорий в Северной Месопотамии (город Нисибис, однако, оставался за Римом) и от претензий на включение Армении в римскую сферу влияния, что фактически означало переход Армянского царства под контроль Ирана. Вероятно, влияние Ирана распространилось и на соседние с Арменией Иберию и Албанию.
Кроме того, Рим выплачивал контрибуцию в размере 500 тысяч денариев, то есть около 1500 кг серебра. Или же, если под денарием имеется в виду аурей (золотая римская монета весом около 6 г), то 3000 кг золота.
Хотя Зосим называл этот мир «позорным», тем не менее, справедливости ради стоит отметить, что каких‑либо серьёзных территориальных или финансовых потерь Империя всё же не понесла, а потому этот договор можно оценить как компромиссный. Учитывая, что римская армия не была разгромлена и она находилась рядом со столицей, Шапур предпочёл не рисковать и проявил в ходе переговоров разумную сдержанность.
Заключённый с Филиппом Арабом договор с персами являлся вынужденным шагом и ослаблял позиции Римской империи на Востоке, а потому не мог быть популярен в Риме. Понимал это и сам император, и поэтому уже вскоре после возвращения из похода провёл ряд мер, которые были призваны восстановить пошатнувшееся римское влияние, а также, судя по всему, создать условия для будущего реванша.
Филипп Араб назначил своего брата Юрия Приска на должность префекта Месопотамии. Приск стал осуществлять командование над римскими войсками в Сирии и на границе с Сасанидским Ираном. Вскоре Приск стал префектом претория (по сути, вторым человеком в государстве). Также к этому периоду относится появление новых военных частей в Сирии.
Шапур также готовился к войне, осознавая неизбежность её возобновления. При этом стоит отметить, что в ближайшее время ситуация развивалась для Шапура в благоприятном направлении, так как после гибели Филиппа Араба императоры в Риме менялись один за другим.
❤4👍4
Forwarded from Из Варяг в Сарацины
Дочь византийского императора и жена монгольского хана
На дворе 1256 год. Монгольская империя, основанная Чингисханом, на пике своего ужасающего могущества. Хулагу-хан, внук Чингисхана, со своей армией пронесся по Персии и Сирии, уничтожив многовековые исламские халифаты, Аббасидов и Айюбидов, и возглавил осаду Багдада в 1258 году (подробнее об осаде писала здесь👇 https://t.me/westvseasth/790?single).
Однако в Монгольской империи царили внутренние разногласия, и хотя центром власти был Великий хан в Каракоруме, империя раскололась на четыре «ханства», каждое из которых контролировалось разными внуками Чингисхана. Государство Хулагу было известно как Ильханат и простиралось на территории от части современной Турции и Ирана на западе и до Пакистана на востоке. Северная часть, охватывающая части России и Восточной Европы, была известна как Золотая Орда. Отношения между ханствами были недружелюбными, и время от времени между ними случались стычки, даже несмотря на то, что оба ханства пытались расширить свою империю на запад, в сторону Европы, Греции и Ближнего Востока
Византийский император Михаил VIII Палеолог пытался поддерживать дружеские отношения с обоими ханствами. Хулагу вёл переговоры о том, чтобы к числу его жён добавилась дама из императорской семьи Константинополя, и Михаил выбрал свою внебрачную дочь Марию Палеологину. Он также обручил другую свою дочь, сестру Марии Евфросину Палеологину, с Ногай-ханом, главой Золотой Орды. Оба ханства придерживались терпимого отношения к христианам.
В 1265 году Мария покинула Константинополь и направилась в Ильханат, чтобы выйти замуж за Хулагу. Однако в Кесарии до неё дошла весть, что Хулагу умер, поэтому Мария вышла замуж за его сына, Абака-хана. Она вела благочестивую жизнь и оказала значительное влияние на политические и религиозные взгляды монголов, многие из которых уже принадлежали к Церкви Востока. Ранее они считали Докуз Хатун, жену Хулагу, религиозным лидером. Когда Докуз умерла тогда же, в 1265 году, это отношение переключилось на Марию, которую монголы называли «Деспина Хатун» (Δέσποινα по-гречески означает «госпожа».
Мария прожила в Персии при дворе Абака в течение 15 лет, пока он не умер. Место хана занял его брат - мусульманин Ахмад Текудэр. Согласно рукописи Орлеана, внук Хулагу Байду-хан был близок к Марии во время её пребывания в Персии и часто посещал её ордо (кочевой дворец), чтобы послушать интересные истории о христианстве.
В конце концов она вернулась в Константинополь. В 1307 году, во время правления Андроника II, ей снова предложили выйти замуж за монгольского принца Чарбанду (Ооджайту), монгольского правителя Ближнего Востока, чтобы заключить союз против растущей мощи османов, которые в то время угрожали византийскому городу Никее. Мария отправилась туда, чтобы поддержать оборону города и ускорить переговоры с монголами о своей свадьбе. Она встретилась с османским султаном Османом, но её угрожающая позиция разозлила турков. Прежде чем 30 000 солдат, посланных ей на помощь монголами, смогли достичь города, османы штурмовали крепость Трикокка, которая была ключом к Никее, и захватили её.
Мария была вынуждена снова вернуться в Константинополь, где стала ктеториссой монастыря Панайотисса и оставалась там до конца своей жизни. По некоторым источникам, с ней прибыла её дочь от Абака — Феодора Ара Кутлуг.
Наследие
Церковь монастыря была официально посвящена Деве Марии, но из-за связи Марии с ней стала известна в народе как «Церковь Святой Марии Монгольской». Сама Мария так и не была канонизирована.
Турки называют эту церковь «Канлы Килисе» (Окровавленная церковь), поскольку здание стало свидетелем ожесточенных боев во время захвата Константинополя турками. Эта церковь — единственная в Константинополе, которая никогда не была переоборудована в мечеть по приказу Мехмета Завоевателя. Она расположена на улице Тевкий Чафер Мектеби, в квартале Фенер.
На дворе 1256 год. Монгольская империя, основанная Чингисханом, на пике своего ужасающего могущества. Хулагу-хан, внук Чингисхана, со своей армией пронесся по Персии и Сирии, уничтожив многовековые исламские халифаты, Аббасидов и Айюбидов, и возглавил осаду Багдада в 1258 году (подробнее об осаде писала здесь👇 https://t.me/westvseasth/790?single).
Однако в Монгольской империи царили внутренние разногласия, и хотя центром власти был Великий хан в Каракоруме, империя раскололась на четыре «ханства», каждое из которых контролировалось разными внуками Чингисхана. Государство Хулагу было известно как Ильханат и простиралось на территории от части современной Турции и Ирана на западе и до Пакистана на востоке. Северная часть, охватывающая части России и Восточной Европы, была известна как Золотая Орда. Отношения между ханствами были недружелюбными, и время от времени между ними случались стычки, даже несмотря на то, что оба ханства пытались расширить свою империю на запад, в сторону Европы, Греции и Ближнего Востока
Византийский император Михаил VIII Палеолог пытался поддерживать дружеские отношения с обоими ханствами. Хулагу вёл переговоры о том, чтобы к числу его жён добавилась дама из императорской семьи Константинополя, и Михаил выбрал свою внебрачную дочь Марию Палеологину. Он также обручил другую свою дочь, сестру Марии Евфросину Палеологину, с Ногай-ханом, главой Золотой Орды. Оба ханства придерживались терпимого отношения к христианам.
В 1265 году Мария покинула Константинополь и направилась в Ильханат, чтобы выйти замуж за Хулагу. Однако в Кесарии до неё дошла весть, что Хулагу умер, поэтому Мария вышла замуж за его сына, Абака-хана. Она вела благочестивую жизнь и оказала значительное влияние на политические и религиозные взгляды монголов, многие из которых уже принадлежали к Церкви Востока. Ранее они считали Докуз Хатун, жену Хулагу, религиозным лидером. Когда Докуз умерла тогда же, в 1265 году, это отношение переключилось на Марию, которую монголы называли «Деспина Хатун» (Δέσποινα по-гречески означает «госпожа».
Мария прожила в Персии при дворе Абака в течение 15 лет, пока он не умер. Место хана занял его брат - мусульманин Ахмад Текудэр. Согласно рукописи Орлеана, внук Хулагу Байду-хан был близок к Марии во время её пребывания в Персии и часто посещал её ордо (кочевой дворец), чтобы послушать интересные истории о христианстве.
В конце концов она вернулась в Константинополь. В 1307 году, во время правления Андроника II, ей снова предложили выйти замуж за монгольского принца Чарбанду (Ооджайту), монгольского правителя Ближнего Востока, чтобы заключить союз против растущей мощи османов, которые в то время угрожали византийскому городу Никее. Мария отправилась туда, чтобы поддержать оборону города и ускорить переговоры с монголами о своей свадьбе. Она встретилась с османским султаном Османом, но её угрожающая позиция разозлила турков. Прежде чем 30 000 солдат, посланных ей на помощь монголами, смогли достичь города, османы штурмовали крепость Трикокка, которая была ключом к Никее, и захватили её.
Мария была вынуждена снова вернуться в Константинополь, где стала ктеториссой монастыря Панайотисса и оставалась там до конца своей жизни. По некоторым источникам, с ней прибыла её дочь от Абака — Феодора Ара Кутлуг.
Наследие
Церковь монастыря была официально посвящена Деве Марии, но из-за связи Марии с ней стала известна в народе как «Церковь Святой Марии Монгольской». Сама Мария так и не была канонизирована.
Турки называют эту церковь «Канлы Килисе» (Окровавленная церковь), поскольку здание стало свидетелем ожесточенных боев во время захвата Константинополя турками. Эта церковь — единственная в Константинополе, которая никогда не была переоборудована в мечеть по приказу Мехмета Завоевателя. Она расположена на улице Тевкий Чафер Мектеби, в квартале Фенер.
❤7🔥2💘2