Я ждала наступления настоящей весны, чтобы снова писать малиновые тексты, и сама не заметила, как она наступила — просто как-то не по-настоящему. Снег не тает, нарушая законные права луж, ручейков и резиновых сапог, а лениво уезжает на огромных машинах куда-то по направлению Северного полюса. Разве это честно? Странно осознавать, что скоро на месте бывших сугробов будет (должна быть!) свежая трава и одуванчики. Ждем, когда привезут, желательно тоже на огромной машине.

А пока из зеленого только иконки экселя на рабочем столе и обложка недавно перечитанной «Наивно. Супер». Цитирую свой читательский дневник из айфоновских заметок:

И правда наивно, но понятно, чем это могло зацепить в четырнадцать. Из крутого – название и, конечно, списки

По заветам Эрленда Лу делюсь списком того, что меня радует в эту пятницу:

1. Сама пятница.
2. Списки.
3. Солнечность.
4. Слова на С.
5. Стремление (синоним «намерения» на С) вести канал – это, пожалуй, самое главное на сегодня.

Меня зовут Лина, я ведущий редактор Эксмо, Румперия Фридом. Скоро тут будет немного информации о новых книжках в нашем новом импринте (эта приманка — тоже для новеньких) и тексты про цифры и буквы, стрелки часов и погодные изменения. В общем, обо всем самом важном.

У коллег часто встречаю такие посты-напоминалки: понедельничные, пятничные. Чтобы не пропустить, что снова началась неделя, и снова закончилась. Теперь, когда и у меня тоже есть настоящий, всамделишный канал, представляю, как забавно было бы всех путать и в понедельник выкладывать пост на пятницу. Несмешно? Ну ладно.

В конце недели и правда очень странно осознавать, что еще одна — и снова пролетела. А время мы в отделе отмеряем Лолой: вот она прощается, значит, уже пробило пять. Очень удобно. Только пока Лола в отпуске, все заканчивают позже.

Календарь редактора вообще всегда ужасно торопится. Пока у всех только тает снег, в планах редакции вовсю цветет май, в который мы, конечно, давно опоздали. Хотя мне всегда говорят что я очень быстро хожу. Любимое Каринино: Лина снова включила третью (пятую, десятую) космическую. Смешные — я вообще-то специально сдерживаюсь и почти ползу!

В детстве моим любимым развлечением было за три огромных шага вбежать по первому лестничному пролету до того, как позади с грохотом захлопнется бабушкина подъездная дверь. Сейчас, когда я почти в два раза выше, а ступеньки все такие же низенькие, у меня конечно получилось бы намного лучше. Но у бабушки я очень давно не была — наверное, там теперь домофон и новая дверь с доводчиком, которая вообще не хлопает. И какой тогда смысл бежать и торопиться?

Простите, но права резиновых сапог будут восстановлены....

Помните эти видео в тиктоке образца 2020 года — моменты, когда время ошущается иначе? Немного тревожная, а вроде и приятная гулкая музыка, которая как будто щекочет что-то внутри, и мелькающие пинтерестные кадры с теплым пресетом и зернистостью: отблеск фонарей на искрящихся сугробах темным зимним утром, когда темнота не рассеивается, а просто бледнеет, и закатное солнце в усталом спортивном зале последней майской пятницей перед каникулами. Может, глупо, но меня они почему-то всегда трогают, и я их никогда не пролистываю, даже несколько раз пересматриваю — наверное, что-то вспоминаю.

Подумалось, что время ощущается иначе, когда печешь куличи: оно будто не идет, а течет мимо, огибая именно мою кухню, и измеряется не минутами и часами, а подъемами вязкого теста. Пока гипнотизировала это самое тесто, на громкой связи болтала с младшей сестрой — точнее, она болтала, а я слушала. И удивлялась, как соотносятся едкие, саркастичные высказывания уже подростка про ах этих учителей и даже какую-то там политику и милое, совсем щенячье фото контакта на моем перепачканном мукой экране. Смешно и одновременно даже жалко — как быстро все меняется.

Пять часов в офисе порой тянутся невыносимо долго, а дежурство на книжной ярмарке как всегда пролетает незаметно — забывалось даже подумать, что там интересного в телефоне. Одна начинающая писательница с хорошей рукописью (само название будто специально для меня — «Советы из-под снега») очень трогательно обрадовалась, увидев «живого редактора». По дороге от Гостиного двора к живому редактору обратился бездомный пьяница (он ко всем подряд обращался, и потому я заранее готовилась не услышать), а в ответ на игнор обозвал малолетней блядью. Почувствовала снова что-то пограничное — за малолетнюю почти даже приятно, а ведь я в строгом пальто, со взрослой сумкой и даже в очках. Выходит, мучительные минуты за ожиданием опары накануне идут не в плюс, а в минус — только вчера ты была взрослая тетя, а сегодня уже нет. Значит, печь куличи — это вроде как быть стюардессой, только наоборот. Не помню, где вычитала, будто время на самолете течет иначе: быстрее или медленнее — тоже не помню, главное, что по-другому.

Иду в офис работать живым редактором и, как всегда бывает весной, замечаю все новые балконы и неизвестно откуда взявшиеся здания — неужели они были тут всю зиму? Не верится.

«В прогнозе был дождь. Если бы мне как синоптикам платили за ошибки в шести случаях из десяти, я был бы рад»

Вообще-то синоптики не ошибались — честно всех предупредили, но недовольные все равно остались. В офисе все жаловались и страдали, ругали погоду, а меня такие снежные сюрпризы, как сегодня, радуют: то ли это говорит во мне не такая как все сибирячка, то ли просто приятно бывает наблюдать смену картинки и хоть какое-то разнообразие (без снега уже целых пятьдесят с чем-то там дней!). Ну и про мои знаменитые сапоги забывать нельзя: может, без них я бы тоже жаловалась и страдала — теперь уже не узнать. Честно скажите, неужели вас хотя бы чуть-чуть, из какого-то скрытого садизма, не завораживает жалкий вид совсем свежей, припорошенной снегом травы?

Снегопад в конце апреля ощущается как учебная пожарная тревога в школе (не мое сравнение, честно признаюсь, я его украла - так сильно понравилось): всегда неожиданно, даже если по плану, и холодно, блин, конечно, но вместе с тем волнующе и оттого весело. Жаль только, что сегодня уроки не отменили.

Каждый год все почему-то забывают, что все это уже было, было. Вот и прошлой весной тоже совершенно неожиданно и несправедливо выпал снег — сразу после того, как в редакцию пришел сигнальный экземпляр одной запоздалой зимней книжки (my bad). В этом году мне снова кажется, что виновата я — у меня, наверное, вместе с садизмом по отношению к несчастной траве какая-нибудь нарциссическая травма впридачу, и оттого я уверена, что весь мир регулярно оказывается под влиянием моих решений. Так вот я решила прочесть нового старого Мейсона, а природа вместе со снегом, ветром и всем остальным, что там нужно для устроения такой погоды, подстроились — все для того, чтобы мне проще было представлять завывание ледяного, такого холодного, что скорее даже горячего ветра в крохотной деревушке в далеких галицийских Карпатах. Я пока на девятой главе, стараюсь читать быстро, даже прошла редакционный курс по скорочтению (так совпало), но заранее прошу у всех прощения.

Карина снова ругается из-за отсутствия текстов в канале. Даже наклеила мне в рабочий ежедневник кучу стикеров буквально на каждый день с простыми словами "пост в тг" - пытается так меня мотивировать. А вчера подошла к моему столу и увидела, что я начала вести новый блокнот. Но это просто так совпало, потому что первого сентября все достают ежедневники и чертят трекеры привычек - и я тоже как все, и меня это прекрасно устраивает. Может, я так праздную: новый сезон, день знаний, первый день последнего месяца квартала или вообще чей-то день рождения (если верить бездушной машине, то сегодня его отмечают более двадцати миллионов человек по всему миру - немало).

Например, сегодня день рождения у моего мастера, но с ним история вообще таинственная. Вроде как на самом деле он родился 31 августа, но записали только на следующий день - наверняка по каким-то мистическим обстоятельствам. Помню смутно, потому что этот факт мастер раскрыл нам на первом занятии первого курса, как раз 1 сентября. Наверное, в качестве некого задела на учебу - учиться будет сложно, возможно нам придется столкнуться с загадочными несостыковками и неожиданными поворотами, и на цифры стоит обращать особое внимание. А может, он просто переживал, потому что мы были первыми студентами в его жизни - это само по себе очень волнительно, а от нервов легко наболтать всякое. Зато на одном из последних занятий на даче мастера в Переделкине, в доме Симонова, ко входной двери которого, наверное, до сих пор прибит гвоздиком истрепанный листок с текстом "Жди меня", мастер уже очень уверенно и даже торжественно передарил мне перо незнакомого белого павлина. Перо, конечно, истрепалось, но еще лежит у меня в коробке из Икеи, и я его берегу по-своему, как могу (в приступе расхламления выбрасывая почти все из этой коробки, перо не трогаю). В общем, из-за всей этой путаницы с датами я каждый год не знаю, когда все-таки стоит написать ему поздравления вконтакте, а порой так теряюсь, что не поздравляю вовсе. Надеюсь, он не обижается.

А еще 1 сентября день рождения у моей бабушки. Я редко приезжаю в гости, но когда бываю, мне почти всегда демонстрируют фотографию, на которой Собянин, тогда еще губернатор Тюменской области, в гостях у нее дарит деньрожденный букет. И я каждый раз восхищенно вскидываю брови и удивляюсь, как будто впервые вижу. Моя бабушка вообще интересная личность. У нее длинные роскошные черные волосы, которая она каждое утро укладывает в замысловатый узел на макушке и прикрывает нарядным платком, а еще она всегда спит на тонкой циновке прямо на дощатом полу, а потом бежит устанавливать рекорд по поднятию гирь (и это не шутка). А когда она собирается на кружки и секции за внуками (которых у нее пятнадцать), сидящие у подъезда подружки (такие же, в сущности, бабушки, как и она, но одновременно совсем другие) не знают подробностей, но уже не удивляются, услышав, что бежит она не куда-нибудь, а на борьбу и танцы. Сейчас говорила с бабушкой по телефону - она традиционно в ответ пожелала мне больше, чем я ей. Сказала: не скупитесь на любовь, это волшебное слово - люблю! А потом похвасталась, как она, нагнувшись, легко достает до пальцев ног. Тоже так хочу - если не в 77, то хотя бы в 27.

В школе у офиса сегодня, конечно, тоже были линейки, а некоторые ребята группками даже добровольно фотографировались у памятника Зорге. Девчонки все как одна в приталенных блузках и мини-юбках - те самые старшеклассницы, которыми нынешним 25-летним побыть не довелось. Думали, что для этой моды было уже поздно, а оказалось наоборот - рано.