Прежде чем продолжить обзор книг архимандрита Рафаила, хотим нашим читателям предложить его статью, написанную в 2009г.

Одно из основных правил духовной жизни – помнить, что и доброе и злое начинается с малого. В Книге Иова встречается загадочное слово «мраволев», как название какого-то диковинного существа. Это греховная страсть, которая при своем появлении мала как муравей, еле различимый глазами. Но если упустить время и не исторгнуть ее из сердца, то она становится львом, который хватает свою жертву и впивается в нее зубами. Тогда трудно бороться с грехом, овладевшим душой, как человеку – с хищным зверем. Святоотеческий опыт учит не уступать греху в малом и не считать что- либо незначительным в духовной жизни. Грех незамеченный и неисторгнутый из души подобен непогашенной вовремя искре, которая может превратиться в испепеляющее пламя пожара. Часто от незатушенного костра выгорали леса, а от уголька, выпавшего из печи – целое селение. Надо помнить, что грех это взрывчатое вещество, которое таится в душе человека, а внешние впечатления – запал, приставленный к нему.

Святой Игнатий Брянчанинов – великий учитель аскетики – подчеркивает, что содержание и форма связаны друг с другом. Содержание находит целесообразную форму, а форма сохраняет содержание. Если в кувшине образуется трещинка, то вода постепенно вытечет из него. Святитель Игнатий советовал монахам не пренебрегать внешним, хотя подчеркивал, что центром монашеской жизни является стяжание внутренней молитвы. Брянчанинов свою книгу «Приношение современному монашеству» начинает с описания внешнего поведения, как бы переходя от более легкого к трудному. Он советует сначала научиться держать себя благопристойно, управлять своим телом, затем сдерживать душевные эмоции, а потом переходить к сердечной молитве, как бы продвигаясь от периферии к центру.

Наше сердце – акрополь, в котором обитают благодать крещения и первородный грех. Чтобы взять эту крепость надо как на войне начать правильную осаду: сначала страхом Божьим удерживать себя от грубых телесных грехов, затем от мысленных. Кто думает силой воли без достаточной подготовки соединить ум, засоренный разнообразными впечатлениями и фантазиями, со страстным сердцем, – тот будет осмеян демоном. В Патерике содержится рассказ о том, как старый монах, придя из пустыни в город, увидел молодого инока, выходящего из общественной бани. Старец отвел его в сторону и стал увещевать, что такая вольность может окончиться тяжелым греховным падением. Молодой монах дерзко ответил: «Для тех, кто стяжал чистоту сердца, все чисто». Старец вздохнул и сказал про себя: «Я многие годы, находясь в пустыне, не смог стяжать чистоту сердца. А этот юнец, шатающийся по баням и рынкам, думает, что достиг бесстрастия». Через некоторое время опасение старца сбылось: юный монах был пойман на любодеянии с женой градоначальника и подвергнут суровому наказанию, а из-за него на пустынников легло пятно позора.

Некоторые христиане, предаваясь нецеломудренным развлечениям, утверждают, что они при этом не испытывают никакой страсти. Такие уверения – или ложь или самообман. Преподобный Иоанн Лествичник пишет, что иногда диавол на время отходит от человека, чтобы тот потерял осторожность, считая, что уже победил грех; так лиса притворяется мертвой, чтобы птица села на ее голову, думая, что это труп, который можно поклевать, а затем, внезапно вскочив, хватает свою добычу.

Я говорил о том, что содержание и форма тесно связаны друг с другом: изменение содержания должно изменить форму, а ломка формы изменяет содержание. В этом отношении одежда является необходимым атрибутом человеческой нравственности. В Библии написано, что после грехопадения нагота праотцев вызвала у них чувство страстности, и поэтому Бог дал им первое одеяние, сделанное из шкур животных. Несколько отвлекаясь в сторону, мы должны сказать, что Адам и Ева до грехопадения не были нагими в нашем понимании этого слова. Их окружала благодать Божия как ослепительный свет; они носили одеяние, словно сшитое из этого искрящегося и переливающегося света.

Из всех существ, обитавших в Эдеме, из всех цветов, процветающих в нем, самым прекрасным был человек в благодати Божией. При воскресении мертвых люди также не восстанут нагими: праведники будут сиять словно солнце, окруженные нимбом лучей, а грешники воскреснут в темных одеяниях, подобных их грехам, воскреснут в вечном трауре.

Продолжение следует...

Архимандрит Рафаил (Карелин)

#Христианство #Христос #православие #православнаяцерковь #рафаилкарелин #архимандритрафаилкарелин #Великийпост #мраволев

Окончание…
Начало: здесь.

Революция в области морали вызвала революцию в одежде. Появились новые моды. Если для христиан одно из назначений одежды – предохранить себя и других от соблазнов, то новые моды преимущественно имеют противоположную цель: обратить внимание на тело человека и вызвать чувство похоти. Те, кто ходят полунагими и уверяют при этом, что не чувствуют страсти, лгут сами себе. Они подобны пьяному, который уверяет, что он трезв – это земля качается под его ногами. Когда притупляется стыд, то отходит благодать, страсть становится постоянным состоянием человека, и он уже не видит ее, как рыба не видит воды, в которой плавает.

На иконах ангелы изображены в длинных белых одеяниях, а демон нагим, черным как уголь, что означает совершенную потерю благодати. Особенно недопустимо стоять полуголым в храме перед лицом Бога. В Библии сказано, что священник должен носить длинные одежды, скрывающее его тело так, чтобы, поднимаясь по ступеням жертвенника для священнодействия, он нечаянно не приоткрыл бы своей наготы и этим не оскорбил Бога. Апостол Павел повелевает женщинам носить на голове покрывало: для незамужней это знак девства, а для замужней – верности и покорности супругу. По законам того времени рабыни и блудницы должны были ходить с обнаженной головой. Апостол пишет, чтобы женщина носила покров ради ангела. Ангел-хранитель приближается к целомудренным и соединяет с их молитвой свою молитву; а к человеку, соблазняющему других, ангел не может приблизиться, как голубь – к дыму костра.

Святой Иоанн Златоуст порицает женщин, которые, направляясь в храм, одеваются в дорогие одеяния, завивают волосы, мажут красками лицо. Такая женщина думает не о покаянии в грехах, а о том, чтобы даже в храме вызвать восхищение мужчин и зависть женщин. Вместе с этим Иоанн Златоуст укоряет и тех, кто нарочито одевается в рваные, нищенские одежды из тщеславия, чтобы его считали подвижником и аскетом. Святитель отзывается с похвалой о своей духовной дочери Олимпиаде за то, что она, несмотря на высокое положение, одевается просто и скромно, чтобы не выделяться из народа.

Особенно возмутительно, когда женщина с накрашенными губами целует иконы, оставляя на них красные пятна, или подходит к Святому Причастию и краска с ее губ, попадая на лжицу, смешивается с Кровью Христа. Одежда должна отвечать полу, возрасту и месту, а главное – христианскому самосознанию.

Последнее время у женщин стало обычаем носить мужскую одежду (здесь не имеется в виду служебная или спецодежда), которая плотно облегает тело. Они считают это красивым, удобным, и модным. Но здесь присутствует нечто другое: показать контуры своего тела, как бы графическое изображение собственной фигуры. Перемена одежды с женской на мужскую, а у мужчин завивка волос и крашение губ являются потерей чувства своего пола, психическим сдвигом, а нередко выражением извращенного чувства. Один пожилой человек рассказывал мне, как в его детстве устроили маскарад. Родители готовили для своих детей необычайные костюмы. Одного одели в индейца, другому сделали маску медведя, а его нарядили в длинное женское платье, покрасили губы, почернили ресницы и так приготовили к маскараду. И он вспоминал, что неожиданно почувствовал себя женщиной и в его душе проснулись какие-то необычайные похотливые чувства. Никогда, ни до, ни после этого, ничего подобного с ним не случалось. Это было живое ощущение перемены пола у ребенка.

В настоящее время, параллельно с переменой одежды, все более распространяются извращенные сексуальные отношения, которые подобно цунами затопили землю. Теперь убеждают людей, что извращения естественны, так как зависят от гормональной системы. Но Мертвое море, ставшее могилой содомлян, с их гормональной системой, является вечным, неразрушимым памятником того, как мерзок пред Богом этот грех. Содом был испепелен огнем, сошедшим с неба; его руины поглотило море, а долина вокруг него превратилась в солончак, где в течение трех тысяч лет не росли деревья, не строились города и селения, бедуины не пасли стада овец, и даже рыба не могла жить в водах Мертвого моря.

В Библии имеется грозное прещение, подобное проклятию, на мужчин, надевающих женскую одежду, и женщин, носящих мужскую.

Целомудрие – это всеобъемлющая заповедь. Оно должно быть внутренним состоянием человека и проявляться во внешнем. Христианин должен быть целомудренным и при людях и наедине с самим собой. Без целомудрия невозможно стяжание благодати, а без благодати – радость на земле и вечное спасение на небе!

Архимандрит Рафаил (Карелин)

#Христианство #Христос #православие #православнаяцерковь #рафаилкарелин #архимандритрафаилкарелин #Великийпост #целомудрие

ВЫСКАЗЫВАНИЯ

✏️ Время – это возможность изменения, становления человеческой личности, проявления или утраты богоподобия, приобретения того, что раскроется в вечности.

✏️ Время – период испытания человека, а вечность – обретение истинной жизни. Для христианина вечность открывается во времени через приобщение души к превечной благодати. Вечность – это как бы дыхание Божества, которое душа может ощутить и здесь, на земле, во время молитвы.

✏️ Для христианина время – великий дар Божий и вместе с тем огромная ответственность: ведь вечность может стать для нас не только блаженством в Небесном Царстве, но и безвозвратной потерей Бога.

✏️ Время – наш друг и наш враг; одно или другое зависит от направления нашей воли.

Эти высказывания взяты из книги «КРАТКО О БЕСКОНЕЧНОМ». Она разделена на тематические главы, где архимандрит Рафаил (Карелин) в сжатых фразах излагает вопросы православной нравственности и вероучения. Цитаты похожи на разноцветную мозаику, через которую читателю легче усвоить советы автора для духовного преуспеяния.

Книга в трех версиях – аудио, электронной и печатной –представлена вот здесь: https://sulamita-orthodox.ru/Shop

ВЫСКАЗЫВАНИЯ

Из книги «КРАТКО О БЕСКОНЕЧНОМ»

✏️ Время похоже на лесной пожар ночью. Огонь, преследуя путника, сжигает все, что у него позади, – это прошлое; темнота ночи перед глазами путника, в которой теряется его путь, – это будущее, которое еще не наступило. От прошлого остался пепел, будущее таится во мраке – это путь жизни, по которому идет человек.

✏️ Во времени нет прошлого: оно безвозвратно исчезает. Во времени нет будущего: оно только предполагается. Во времени нет настоящего: это луч, не имеющий ни длины, ни ширины, беспрерывно скользящий от уже потерянного прошлого к еще не наступившему будущему.

✏️ Пока наши органы чувств фиксируют время как настоящее, оно уже прошло, превратилось в прошлое, словно волна пронеслась мимо нас. Значит, настоящее – лишь воспоминание о недавнем прошлом, которого уже нет. Значит, настоящее – это только след прошлого и ожидание будущего.

✏️ Время исчезнет тогда, когда небо и земля сгорят в космическом пламени, которое не уничтожит, а преобразит мир. До Страшного суда время не только царит на земле, но присутствует на небе и в преисподней.

Архимандрит Рафаил (Карелин)

#Христианство #Христос #православие #православнаяцерковь #рафаилкарелин #архимандритрафаилкарелин #православныецитаты #православныевысказывания

Если бы меня спросили, какие самые отрадные минуты я испытал в своей жизни, то я, не задумываясь, ответил бы: это время посещения святых мест, особенно древних храмов, многие из которых лежат в руинах; это молитвенное предстояние у чудотворных икон и встречи со старцами-подвижниками.

Теперь большинство храмов восстановлено, часть икон куда-то исчезла, а старцы покинули этот мир: так гаснут последние лучи заходящего за горы солнца. Мне кажется, что вместе с ними что-то ушло из нашей жизни, будто на земле стало темнее, как от тумана, застилающего небо, а душевный холод все сильнее леденит сердце, и даже стены храма не согревают его, как прежде. Эта мгла, нависшая над землей, словно окрасила все в какой-то серый цвет. Что-то потускнело не то во внешнем мире, не то в моей душе, будто сверкающая красками картина померкла и потеряла прежние яркие цвета.

Я благодарю Бога за то, что время «вавилонского плена» уже окончено: восстанавливаются церкви и монастыри, города снова оглашаются колокольным звоном, но сердце не ощущает былой радости. Мне вспоминается то время, когда верующие тайком приходили к стенам закрытых храмов, искали развалины церквей, чтобы помолиться около них. Казалось, что навстречу богомольцам выходили святые, чтобы принять их как радушные хозяева своих дорогих гостей. Каким светом сияли глаза верующих, когда они говорили: «Здесь была церковь Пресвятой Богородицы», «Это часть стены храма святой Варвары»! Казалось, что само небо было близко к этим руинам, покрытым кустарником и землей, а каждый лежащий на этом месте камень впитал в себя дух вековых молитв и превратился в потемневшую от времени икону, к которой хотелось прижаться лицом и целовать, как одежду святого.

Я помню вечер накануне праздника святой мученицы Шушаники. В храме на скале Метехи, где с седьмого века находится ее гробница, расположились мастерские. Вход туда для верующих был закрыт, как видно, было дано указание, чтобы в день праздника никого не пускать внутрь храма. Снаружи, около стены, где находится гробница царицы, собралось несколько человек. Чувство духовного родства и любви объединяет нас, каждый молча молится святой Шушаники. Некоторые принесли свечи, зажигают их и прилепляют к стене, другие держат их в руках. Храм расположен на уступе скалы. Внизу раскинулся город, залитый электрическим светом; он живет своей жизнью, а мы, несколько человек, чувствуем себя как древние христиане, собравшиеся во время гонений на молитву в катакомбах. Теперь над могилой святой воздвигнута каменная гробница, на которой горит лампада. Но тогда казалось, что, как лампады, горят сердца пришедших к храму людей.

Продолжение следует…

📖 Архимандрит Рафаил (Карелин) из книги «Встреча с прошлым»
Вот что пишет о своих воспоминаниях сам автор:
«Эта книга посвящается людям, – самим дорогим и родным для меня, – без которых я не представляю свой монашеский путь и даже саму жизнь. Для меня воспоминания о них – радость встреч и горечь разлуки. Большинство из них были исповедниками и мучениками за веру, прошли путь ссылок через недра тайги и степи Казахстана, томились от голода и пыток в лагерях за колючей проволокой, где сама смерть казалась избавлением от мучений. Я хотел рассказать об их духовном делании, о силе благодати, которая действовала в них, об их внутренней молитве, которая как незримый духовный свет преображает человека.

Эта книга – часть моего сердца. Она – малая лепта, которую нищий положил в сокровищницу храма. Но, осознавая свое недостоинство, я решился писать о них, чтобы их имена не были забыты потомками и стерты с могил ветром забвения».

📖 Книга в двух версиях – электронной и печатной –представлена вот здесь: https://sulamita-orthodox.ru/Shop

Архимандрит Рафаил (Карелин)

#Христианство #Христос #православие #православнаяцерковь #рафаилкарелин #архимандритрафаилкарелин #святаяшушаник #храмметехи

ОКОНЧАНИЕ…

Начало: здесь.

Помню, как в день праздника святой Шушаники я стоял около дверей церкви, не смея попросить, чтобы меня пустили внутрь, потому что не хотел услышать насмешку или грубый отказ. И вдруг один из рабочих спросил меня: «Ты хочешь пройти сюда?». Я ответил: «Да». Он понимающе кивнул головой, открыл двери и впустил меня в храм. Картина страшного запустения предстала перед моими глазами. Железный лом, доски, кипы бумаг валялись на полу; придел, где находилась могила святой, был превращен в склад. Сама гробница уже была отчасти разрушена. Там лежала какая-то арматура, и подойти к гробнице было невозможно. Но я был благодарен человеку, который понял, почему я пришел сюда в этот день, а может сама святая Шушаники через него открыла для меня двери храма.

Странное чувство охватило меня. Как будто тот меч пыток, который в свою грудь приняла святая, та сила, которая обрушилась на нее при жизни и не поколебала ее веру, теперь обратилась на ее гробницу, словно мстила ей после смерти, и мне казалось, – может, это дерзновенная мысль, – что я стою перед Голгофой Шушаники. И в эти минуты я чувствовал в душе такую близость к ней, которая впоследствии больше не повторялась.

Прошло время, и я спросил у рабочего, который впустил меня: «Мне пора уходить?». Он ответил: «Если хочешь, побудь еще». Он куда-то вышел, оставив меня одного. Я чувствовал тогда, что грязь и копоть на стенах, этот сор, наполняющий храм, эти разбросанные в беспорядке куски дерева и железа – только пыль на золоте, что святыню невозможно осквернить, как невозможно очернить лучи солнца. Мне казалось, что стены храма пропитаны благодатью и как бы излучают незримый свет. Гробница в поруганном и оскверненном храме казалась мне келией святой Шушаники, которая превратилась для нее местом мучений и пыток. И вместе с этим я чувствовал другое: она – царица, возлежащая на золотом ложе или восседающая на троне, а эта сатанинская злоба, обрушившаяся на святыню, похожа на волны бушующего моря, которые разбиваются о камни утеса.

По преданию, враги Христа, распявшие Его, распорядились, чтобы мусор, выносимый из Иерусалима, бросали на Голгофу, чтобы христиане не приходили молиться на это место, а язычники, впоследствии овладевшие городом, построили там свое капище. Но благодать Голгофы всегда освящала всю землю, как солнце освещает и согревает ее.

Что еще я чувствовал, стоя невдалеке от гробницы святой, как бы вновь погребенной под обломками труб и мешками цемента? Я чувствовал тепло и свет, исходящие от ее гробницы, и за эти драгоценные минуты можно было бы отдать всю свою жизнь.

В житии святой Шушаники написано, что во время ее страданий люди приходили к стене темницы, где томилась царственная страдалица, и просили ее молитв. На земле ее гробница в запустении и поругании, как бы в плену, а там, на небесах, святая Шушаники – в царской славе. Здесь, в ее храме, разрушенная гробница как будто кровоточит, но от этого мученица становится еще ближе сердцу; кажется, что она своей рукой снимает тяжелые цепи греха с моей души.

Я поблагодарил доброго человека, который впустил меня в храм. Он ответил мне кивком головы. Я вышел из церкви с таким чувством, как будто был принят царицей в ее дворце, а город, погруженный в муравьиную суету, словно задыхающийся в атмосфере своих страстей, казался мне каким-то миражом.



Архимандрит Рафаил (Карелин),

из книги «ВСТРЕЧА С ПРОШЛЫМ»

📖 [https://sulamita-orthodox.ru/Shop](https://sulamita-orthodox.ru/Shop)

Архимандрит Рафаил (Карелин)

#Христианство #Христос #православие #православнаяцерковь #рафаилкарелин #архимандритрафаилкарелин #святаяшушаник #храмметехи

13 НОЯБРЯ ЦЕРКОВЬ ПРАЗДНУЕТ ПАМЯТЬ СВЯТЫХ 100 000 МУЧЕНИКОВ, ЗАМУЧЕННЫХ ХОРЕЗМИЙЦАМИ В ТБИЛИСИ (1227г.).

История Грузии похожа на рельеф Кавказа. В ней чередуются горные хребты, глубокие овраги и долины, а нередко пропасти, от взгляда в которых кружится голова. Путник восходит по крутому склону, перед ним раскрывается чудная картина необъятного простора: облака, плывущие как стаи огромных птиц в голубом океане неба, пронизанном солнечными лучами, как блестящей золотой пряжей. И, опять, перед путником обрыв, где каждый неверный шаг грозит ему гибелью; а затем, он снова напрягает силы, взбирается вверх по каменным ребрам гор, как по протертым веками ступеням покинутого храма. И вновь он видит в дали бирюзовые скалы, искрящиеся ледниками, как будто одетыми в шлемы изо льда, как витязь, который не снимает доспехов. Кажется, что очи Кавказа устремлены в бездонное небо.

Во времена царицы Тамар Грузия достигла вершины своего могущества и славы. Лев Ирана лежал у подножья ее трона. Она воздвигла кресты на вершинах Кавказских гор, имя ее благословляли народы Кавказа, от ее имени трепетали враги Грузии. Разбойничьи орды боялись приблизиться к границам страны, как звери – к пламени огня. Во время ее царствования Грузия не знала ни одного поражения и слово “бой” звучало для грузинского войска как “победа”. Имя царицы проносилась как песня от Трапезунда до Скифских степей, и эхо этой песни еще звучит в сердце народа. Это время было для Грузии многолетней весной, и сама память святой царицы Тамар совершается в первый день мая, в праздник роз. Но на вершине открывался обрыв – и снова Грузия подверглась таким испытаниям, от которых, казалось, дрогнули и заколебались даже горы Кавказа.

Во главе монгольских племен стал Чингисхан, новый Аттила и “бич” Божий. Он завоевал Манчжурию и Китай, и затем вступил в кровопролитную борьбу со своим противником – с хорезмийским шахом. О монголах мало что знали в Грузии и Европе. Ходили слухи, что это живущий на востоке царь-священник по имени Иоанн, который идет освободить христиан от мусульманского ига.

Монголы побеждали не только военным искусством, стенобитными орудиями – таранами, которые они вывезли из Китая и употребляли при осаде крепостей, но больше всего – своей численностью. Они были похожи на термитов, вылезших из своих подземных нор и убежищ, и двигающихся огромной колыхающейся массой, подобной телу чудовища. Термиты на своем пути уничтожают все живое, даже огромные звери бегут от них. Если на их пути окажется лев, то они облепят его густой массой, выедят у него глаза миллионами маленьких челюстей, разъедят его тело, и от царя лесов и пустынь останутся только обглоданные до чиста кости, как будто отшлифованные до блеска зубами этих маленьких зверьков.

Чингисхан по частям разбил войска хорезмийского шаха и взял крепости и города один за другим. Шах, спасаясь от монголов, скрылся на одном из островов Каспийского моря, куда раньше ссылали прокаженных. Там его защищал страх завоевателей заразиться проказой и последней крепостью стал для него этот остров отверженных – могила живых мертвецов.

Старший сын хорезмийского царя Джаллал-эд-Дин обосновался в Иране, часть которого принадлежала хорезмийскому царству. При помощи своих воинов он захватил власть над окрестными странами в свои руки и решил объединить силы мусульманского мира для борьбы с монголами, но встретил упорное сопротивление со стороны мусульманских князей и эмиров, которые боялись жестокости Джаллал-эд-Дина больше, чем монголов. Джаллал-эд-Дин послал Грузии ультиматум, в котором требовал, чтобы грузины приняли мусульманство, царица Русудан стала бы его женой, а Грузия вошла бы в антимонгольскую коалицию. Грузинский двор не обратил на эту угрозу должного внимания и ответил презрительным письмом: если могущественный хорезмийский царь, который мог собрать до полмиллиона войска, позорно бежал от монголов, то, как может его сын, потерявший престол и нашедший прибежище в Персии, которая еще недавно трепетала тени царицы Тамар, грозить Грузии.

Послав такой же решительный и жесткий как ультиматум ответ Джаллал-эд-Дину, правительство Грузии успокоилось, как будто уже одержало победу, и не приняло нужные меры для предстоящей войны. Грузия была похожа на корабль, где не было опытного штурмана и капитана, который под звуки музыки и песни, освещенный яркими огнями, плыл ночью среди рифов и подводных скал.

Царица Русудан унаследовала от своей великой матери только ее красоту, но не благочестие и государственный ум. Царский венец, украшенный драгоценными камнями, символизирует глаза царя, подобные очам Херувима, которые обращены во все стороны и созерцают весь горизонт земли единым взглядом. Держава царя означает страну, которую он держит в своей руке, как драгоценность, данную в залог Богом, за которую он должен держать ответ на Страшном суде. Скипетр царя означает оружие против врага, жезл правосудия и посох пастыря. Одежды царя напоминают священное одеяние, так как царь должен быть по слову равноапостольного Константина “епископом внешних дел Церкви”.

Святая царица Тамар была отцом страны и матерью народа, а ее дочь была похожа на красавицу-танцовщицу с бубном в руке. Соратники царицы Тамар были удалены из царского двора или ушли сами, чувствуя себя незваными гостями на чужом пиру.

Ахалцихский правитель Шалва и его брат Иоанн напрасно предупреждали царицу о близкой опасности. Двор, привыкший победам и триумфам, казался опьяненным прошлой славой как вином. Ответив презрительным отказом Джаллал-эд-Дину, вельможи и царица думали, что отогнали лающего пса от своих ворот, но этот пес оказался барсом.

Джаллал-эд-Дин сочетал в себе дар полководца, нрав разбойника и жестокость палача, в котором не уступал древним ассирийским царям, оставившим как мрачные картины истории надписи на скалах, какими мучительными пыткам и казням они подвергали ими побежденные народы. Он хорошо подготовился к войне, так как знал, что имеет дело с грозным противником, и исход ее был для самого Джаллал-эд-Дина неясен, как будто он сел играть в кости и не знает, как закончится игра. И вот барс совершил прыжок – он вторгся с огромным войском в Армению, которая со времен Давида Строителя была вассалом Грузии. На военном совете было решено не дожидаться, пока он приблизится к границам Грузии, а дать бой в горах Армении. Было наскоро собрано войско, которым руководил атабег Иоанн, курд из Армении, монофизит, принявший православие. Еще при жизни Тамар он хотел стать вторым после царицы лицом в государстве, и хотя грузинские цари осыпали его милостями и даже дали почетное звание атабега, который означает “отец царя”, но он затаил в сердце своем обиду и желал отомстить той стране, которая возвысила его и должна была быть для атабега второй родиной. Кроме того, он пытал зависть к правителям Месхети Иоанну и Шалве.

Продолжение следует…

Архимандрит Рафаил (Карелин)

#Христианство #Христос #православие #православнаяцерковь #рафаилкарелин #архимандритрафаилкарелин #стотысячмучеников #храмметехи #100000мучеников

ПРОДОЛЖЕНИЕ…
1-ая часть: здесь.

Во время нашествия Навуходоносора Господь допустил, чтобы за грехи народа лживые духи вошли в уста прорицателей, и они обольщали бы ложной надеждой царя и вельмож. Теперь за грехи помрачились очи царицы Русудан, и она поставила во главе войска не рыцаря времен царицы Тамар, а своего тайного врага. Атабег Иоанн носил под плащом полководца тайную иноческую власяницу, как Торникий, пришедший на помощь византийским императорам в войне против Вардой Склиром. Но в сердце Торникия был крест послушания, а в сердце атабега скрывался ядовитый змей.

Объединенное грузино-армянское войско расположилось около крепости Гарни. Командование даже не приняло меры для укрепления крепости, считая, что Джаллал-эд-Дин не станет терять время, чтобы осаждать ее. Но барс видит также хорошо ночью, как и днем. Хорезмийцы молниеносным броском подошли к Гарни, когда их не ожидали, и без труда овладели этой, казалось бы, неприступной цитаделью. Наутро грузины увидели над башнями Гарни зеленое знамя ислама, а у ее стен – трупы убитых защитников. Два войска стояли друг перед другом на двух горах, разделенной долиной, выжидая, кто первым начнет бой. Атабег Иоанн послал передовые отряды под предводительством князей Иоанна и Шалвы. Обычно, авангард вступает в бой, а за ним движется войско. Но здесь отряды месхетинцев оказались одни в гущи хорезмийцев, и вступив в сражение не получили помощь. Атабег медлил.

Для опытного полководца это не могло быть ошибкой, здесь было предательство. Он хотел погубить Иоанна и Шалву, и поэтому удерживал свои войска от вступления в бой, говоря, что еще не пришло время. Месхетинцы защищались до тех пор, пока не ломалось в их руках оружие. Иоанн был убит, Шалва захвачен в плен. Остатки разбитых отрядов отступали назад. Произошло смятение в рядах грузинского войска. Оно заколебалось и стало отступать. Войско казалось обезглавленным, никто не знал что делать, как будто густой туман опустился над Гарни, и люди идут ощупью, не видя друг друга. Сам Джаллал-эд-Дин удивился своей победе. Но здесь победила не доблесть, а предательство. Впрочем, Джаллал-эд-Дин был восхищен мужеством Шалвы и оставил его Ахалцихским правителем, хотя затем Шалва был брошен в темницу, и задушен за отказ принять ислам.

Горестная весть достигла Тбилиси. Остатки разбитого войска возвращались в город с опущенными знаменами, как будто в гавань возвращались корабли, потерпевшие поражение в морской битве, с черными парусами в знак траура.

Царица покинула Тбилиси и уехала в Имерети, как бы знаменуя падение столицы. Многие князья и феодалы последовали ее примеру, и вместе со своими дружинами возвратились в свои владения, чтобы защищать от врага свои поместья и замки. Страна, собранная воедино Давидом Строителем, теперь снова распадалась на части. Но защитники Тбилиси не пали духом; люди как будто пробудились, стали спешно укреплять город, чтобы превратить его в крепость. При приближении хорезмийцев в Тбилиси искали убежище жители соседних городов и сел. Город был переполнен людьми, как Иерусалим в последние дни перед осадой римлян.

Джаллал-эд-Дин решил, во что бы то ни стало, взять Тбилиси и разорить его. Но штурмом сломать укрепления и овладеть городом оказалось невозможным. Тогда Джаллал-эд-Дин тайно вошел в сговор с мусульманами, живущими в городе. Он обещал им неприкосновенность их домов, и даже часть захваченной добычи, грозя в противном случае подвергнуть их такой же участи, как и христиан. Осажденными войсками руководили два полководца Боцо и Мемнон. Когда Мемнон объезжал город, проверяя охрану ворот, то в мусульманском квартале из окна дома на него сбросили тяжелый камень, и он на месте умер, как до этого умер Давид Сослан, супруг царицы Тамар, к которому враги Грузии подкрались сзади и нанесли предательский удар железной палицей, или как пал, воспетый в легендах король Ричард Львиное Сердце, которого никто не мог побороть в единоборстве, но при осаде крепости его убила одна женщина, сбросив на него с башни жернов.

Хорезмийцы ворвались в Тбилиси как поток реки, прорвавший плотину, который уничтожает все на своем пути. Все ужасы предыдущих воин со времен царей Мириана и Вахтанга меркнут перед теми злодеяниями, которые совершали хорезмийцы. Они подвергали пыткам стариков, доискиваясь, где спрятаны их богатства. Разбивали младенцев о мостовую, вспарывали животы беременным женщинам, топтали детей копытами коней, оскверняли дев, как будто превратили город в плаху для казни. Храмы были разрушены и осквернены Джаллал-эд-Дин одержал победу на поле над грузинским войском, теперь он задумал другое: одержать победу над Христом – духовно уничтожить Грузию, превратить ее в мусульманское ханство, заставить жителей столицы, а затем других городов и провинций отказаться от Христа и перейти в ислам.

Но Тбилиси еще сопротивлялся. В крепости Исани находились войска, под предводительством Боцо, которые дали клятву умереть, но не сдаться. Крепость падает изнутри, а там не было изменников, и попытки Джаллал-эд-Дина взять ее силой, были безуспешными. Гарнизон ждал помощи, но она не приходила. Наконец царица Русудан прислала письмо, где повелевала войску сдать крепость. Они должны были повиноваться. По договору с хорезмийцами отряд грузинских воинов покинул крепость и город, не сдав оружия и не опустив знамена.

Теперь Джаллал-эд-Дин мог свободно приняться за давно задуманное им дело. Он велел жителям Тбилиси идти со стороны Исани на правый берег Куры, по направлению мечети. На мосту стояли иконы Спасителя и Божией Матери, вынесенные из Сионского собора. Кто отрекался от Христа, должен был в знак этого плюнуть на иконы, тогда ему сохраняли жизнь. Тем, кто проходил молча или осенял себя крестным знамением перед иконами, рубили голову, кололи мечами, поднимали на копья и сбрасывали вниз с моста. Кура превратилась в огромную могилу. Отступников должны были приводить в мечеть, чтобы там они прочитали первую суру Корана, и мужчины подвергались бы обрезанию. Но двор мечети оказался почти пустым.

Грузины, при Давиде Строителе отвоевав Тбилиси, не изгнали мусульман из столицы государства, а обращались с ними по-братски. Царь Давид даже дал им льготы и привилегии, считался с их обычаями, и построил в Тбилиси дворец мусульманских поэтов, подобный которого не было ни в Шемахе, ни в Гандже. И теперь они платили тем, что ударили ножом в грудь той стране, которая приютила их. Грузинские цари не разрушали в Тбилиси мусульманских школ и мечетей, а теперь в этих мечетях должно было совершаться отречение от Христа под страхом смерти. Человек вскормил в своем доме волчонка, а тот, возмужав, не стал его другом, а, внезапно бросившись, загрыз его, чтобы насытиться кровью и телом своего кормильца, как бы устроить в его доме для себя кровавый пир.

Продолжение следует…

Архимандрит Рафаил (Карелин)

#Христианство #Христос #православие #православнаяцерковь #рафаилкарелин #архимандритрафаилкарелин #стотысячмучеников #храмметехи #100000мучеников

С ПРАЗДНИКОМ 100 ТЫСЯЧ ТБИЛИССКИХ МУЧЕНИКОВ!

ОКОНЧАНИЕ…

Джаллал-эд-Дин воздвиг свой трон на месте купола, сброшенного с Сионского собора, откуда он наблюдал за казнью христиан. На поле боя смерть воина – это поражение. На духовном поле смерть за Христа – это победа. Целый месяц длилось это невиданное в истории Грузии побоище. Первая битва была выиграна Джаллал-эд-Дином, но вторую битву, которую он хотел сделать своим триумфом, он проиграл. Подвиг тбилисских мучеников стал примером для всей страны и для следующих поколений, а злодеяния Джаллал-эд-Дина показали его лицо как беспощадного зверя даже перед мусульманским миром. Его военная победа над Грузией стала последней победой; в дальнейшем его преследовал злой рок: неудачи и поражения. Он явился не только мечом, поразившим тело Грузии, но также бичом для мусульманского мира. Воины, которые вел Джаллал-эд-Дин, разделили мусульманский мир, как враждебные лагеря, истощили его силы, лишили в лице Грузии своего мощного союзника. И поэтому монголы увидели перед собой не союз стран Ближнего Востока, а обескровленные земли, которых нетрудно завоевать. Мусульманские султанаты стали падать один за другим. Джаллал-эд-Дин, оставленный всеми, бежал от монголов, проклинаемый христианами и своими единоверцами. Его отец скрылся на пустынном острове, а кровавый сын искал убежища в горах Курдистана. Там его встретил курд пастух, который прельстился драгоценным поясом Джаллал-эд-Дина, и когда тот заснул утомленный от пути, то убил его. Разбойник убил разбойника. Кто хотел быть повелителем Востока, умер как пес, задушенный рукой пастуха.

Грузия уже не могла выставить войска для сопротивления монголам, но новые завоеватели оказались не менее жестокими, чем прежние. Они рыскали по всей стране, грабя и убивая население, разрушали храмы, разжигали костры из икон и на них сжигали священников и монахов.

Над Грузией опустилась долгая ночь. Казалось, что страна безвозвратно гибнет, и уже нет надежды. Но Грузия – жребий Божией Матери. Совершилось чудо. Страна стала возрождаться, и ночь истории, долгая как северная ночь, сменилась рассветом.

Исани – это колыбель Тбилиси. Отсюда начался строиться город и расходиться все дальше, отодвигая крепостные стены, как расходятся волны от брошенного в воду камня. Здесь находился один из дворцов царицы Тамар и церковь, где она молилась перед сражениями. Здесь Грузия принесла самую великую жертву Богу – кровь сто тысяч мучеников, не отвергшихся от Христа. Здесь каждая пядь земли, каждый камень, пропитан мученической кровью. Здесь недра земли подобны ковчегу костей безымянных мучеников за Христа. Здесь река, разделяющая город на две части, стало похожей на Иордан. Это место должно быть свято для каждого грузина, для каждого христианина, живущего в Тбилиси, для тех, кто не забыл историю своей Родины, для тех, кто не продал свою веру, как Иуда Христа, за 30 сребреников.

Христианин! Мысленно сними обувь, когда ты идешь по камням Метехи. Подумай, что здесь решалась судьба десятков тысяч людей, что они изберут: позор и временную жизнь, которая кончается гноем в могиле, или вечную жизнь с Христом.

Джаллал-эд-Дин требовал, чтобы изменники веры плевали на иконы и произносили слова отречения. Но можно отречься от Христа безмолвно, предав Его в своей душе, предав своей жизнью, предав холодностью к вере и попранием евангельских заповедей. Подумай, с кем ты хочешь быть в вечности, куда перейдет душа каждого человека: с мучениками за Христа или с отступниками от веры?

Метехская скала, выступающая своим каменным подножием в волны реки, похожа на сторожевую башню, с которой мы видим историю Грузию, свернутую и сжатую в гранитный свиток. Там человек стоит перед прошлым своей страны, которая живет в настоящем. Эта земля – ковчег крови и костей, безымянных, неведомых миру мучеников, поэтому он стоит перед лицом собственной совести. Молитвы мучеников, освятивших камни Метехи и волны Куры – это дыхание вечности. Господь сказал Моисею на Синае: “Сними обувь с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, свято”.